Теория Брейма: белый фосфор

Глава 2

«Теория Лим – существует шесть лим, связь между которыми способна образовывать любые структуры возможные в этом мире.

Происхождение лим неизвестно до сих пор. Первые образцы были найдены на раскопках шахты в Лионии. Руководителями раскопок были профессор Байрон и профессор Брейм. Считается, что лим были найдены Байроном, а принцип использования лим открыты Бреймом. Впрочем, в теории присутствует цифра шесть, но видов лим было найдено всего три. Многие спрашивают меня, почему именно шесть? Дело в вычислениях, мне попались первые работы Байрона, где были приведены изначальные формулы и показано, как из шести элементов, можно создать простые структуры. Я долго сидел над этими формулами, и в результаты смог разработать первые схемы, для создания которых можно было обходиться и двумя видами лим. Однако, начальное число было шесть, именно оно присутствовало в исходной формуле.. Мы можем попытаться найти оставшиеся три элемента или же работать с тем, что уже есть, придумывая новые структуры….»

Отрывок из Учебника «Закон и теория Брейма» автор Роберт Брейм

Легкое, но назойливое жужжание вырвало меня из оков сна. Треск в голове говорил о том, что вчера я уснул как-то явно неправильно, ах да меня же чем-то огрели по голове. Пожалуй, если бы не эта чудо функция в часах, разработанная мной, я бы проспал занятия.

Одежда со вчерашнего дня так и осталась на мне, из-за чего была сильно помята, да и падение на землю сделало её не совсем чистой. Похоже, после того как меня вырубили, я был доставлен в свои апартаменты. О чем это говорит? Во-первых, им нужен был не я, а лимения, во-вторых, они знают, кто я и где живу. Конечно, в последнее время мое лицо стало более узнаваемо, но только в рядах научного общества. Чтобы меня узнал простой прохожий на улице, да это практически невозможно. Значит, там был либо ученый, либо кто-то из университета, хотя есть еще такой банальный вариант, что это просто были военные. Что говорит против этого варианта? Военные не действуют скрытно, плюс военным было бы проще убить меня и скинуть в реку, чем тащить до дома. Так, что-либо у меня появились покровители, либо в университете не все так просто как кажется.

Я встал с кровати и, переодевшись, стал выуживать из тайников мои фирменные приспособления. Что бы там ни было ночью, по городу бегают лимении и это ненормально. В первую очередь, эти существа никогда не покидают шахты и пещеры, в которых живут, плюс они не нападают на людей без явных причин, так как являются разумными существами. Судя по тому, что кто-то за ними охотиться, и в городе введен комендантский час, теперь, кстати, понятно зачем, существует группа людей, которые в курсе событий, но при этом они особо ничего не предпринимают. Получается, что власти города, скорее всего не против такого положения. Кому это может быть выгодно и зачем? Ответа на этот вопрос у меня нет, но думаю, мне удастся его найти, я конечно не детектив, но я очень хорошо умею убеждать людей.

Из своего тайного снаряжения, я надел специальный плащ темно-синего цвета с различными нашивками, пуговицами, цепочками и прочей модной дрянью. Также, я взял векторные очки, которые использовались для поиска лимина, одна из линз этих очков выглядела, как стандартная, а вот вторая чем-то напоминала водоворот. Внутри линз была сложнейшая система микроскопических цветных зеркал. Также я прихватил два простейших меха-рифа, но скорее всего они мне не понадобятся.

Погода на улице оказалась довольно неплохой, от вчерашней прохлады не осталось и следа. Треск в голове напомним мне о том, что помимо поиска правды, не лишним будет отделать того, кто так некультурно меня приложил. Тут же вспомнился еще один момент, огненные посохи – это оружие военных, и просто так его достать не представляется возможным. Интересно тут, впрочем, не само их наличие у сомнительных личностей, а тот факт, что в охоте на лимений они используют огонь. Вообще эти существа не боятся огня, однако вчера он сработал. О чем это говорит? Либо посохи были усилены, либо лимения ослаблена. Вообще эти существа обладают поразительной живучестью, и нанести им вред можно лишь молниями, созданными при помощи лиминовой структуры. Когда мы впервые наткнулись на лимению в шахте, один из рабочих со страху швырнул в неё керосиновую лампу, но существо даже не обратило на это внимание. Их тела имеют необъяснимую структуру, поэтому чисто в теории они поглощают, либо же тушат огонь. Молния же действует на них потому, что она разрывает их структурную связь. Поэтому причина, по которой огненный выстрел возымел эффект, остается загадкой.

Дальнейшие рассуждения не имели особо смысла, и не привели меня ни к каким выводам, однако вполне себе скрасили путь до университета. Тяжело, наверное, будет читать лекцию после такого, хотя к счастью, я еще вчера заготовил план и примерный текст лекции, так что теперь можно воспользоваться плодами моей работы.

Перед началом занятий я зашел в учительскую, чтобы взять журнал и застал там довольно интересную сцену. Эрик, он же «мой большой фанат», положил на стол, за которым сидела Марибела несколько роз, и как раз в этот момент появился я. Больше в комнате никого кроме этой парочки не было, поэтому я решил сделать вид, что и меня как бы здесь нет, и быстро взяв журнал удалиться.

– Роберт….. то есть я хотела сказать профессор Брейм, вам ведь не рассказали про столовую? – спросила Марибела не дав мне выйти незамеченным.

– Давайте все-таки вы будете звать меня Робертом, – я слегка улыбнулся, но поймав весьма потерянный взгляд Эрика, вернулся к серьезному лицу. – А что там со столовой?

– Как-то неудобно звать вас Робертом, все-таки вы известная личность….и я….

– Я не настолько стар, чтобы вы звали меня профессор Брейм.

– К тому же Роберт, ведь теперь один из нас, – заявил Эрик буквально сияя от осознания этого факта, впрочем, не припоминаю, чтобы я разрешал ему называть меня Робертом. – Мари хотела сказать, что после занятий вы можете пойти на обед в столовую.

Это была полезная информацию, потому как позавтракать я сегодня, так и не успел.

– Спасибо за заботу.

– У преподавателей там есть специальный столик, будем тебя там ждать дружище, – радостно заявил Эрик.

– Да…вы, как-то, не важно выглядите…что-то случилось? – спросил Марибела.

Не могу понять, то ли она меня боится, то ли у неё имеются некоторые проблемы с дикцией, хотя вчера с утра вроде было все нормально.

– Марибела, я просто немного не выспался, все-таки новое место, новые эмоции, так что ничего страшного, вы тоже будете в столовой? – Вроде как если назвать человека по имени – это его слегка успокаивает.

– Да, там будут все.

– Тогда до встречи на обеде.

Теперь я наконец мог покинуть комнату. Судя по всему, у Эрика есть чувства к Марибеле, но вот она, похоже, не особо отвечает ему взаимностью. К тому же оба они уважают Роберта Брейма, что может стать той еще проблемой.

Все студенты были в сборе, во всяком случае, беглый взгляд говорил именно об этом. Небольшая группа в середине аудитории, что-то оживленно обсуждала и ехидно посмеивалась. Когда я посмотрел на доску, то без проблем догадался, что именно. Похоже, кто-то решил выдать своеобразный сюрприз, и изрисовал всю доску вдоль и поперек. Не знаю, как воспринимают подобное другие, а я поступлю так, как делали у нас в гимназии, а именно сяду, закину ноги на парту и буду читать книжку. К несчастью, из книжек у меня был только написанный мною же учебник, но это лучше, чем ничего.

Тишина висела около десяти минут, после чего тонкий женский голосок решил спросить:

– Профессор Брейм, а разве вы не будете читать нам лекцию?

Я заглянул в журнал, чтобы посмотреть, кому принадлежит вопрос.

– С удовольствием, мисс Ивия, сразу после того, как доска будет приведена в порядок, я начну.

– Вы думаете, она сделает это сама?

– Нет, я думаю, тот кто это сделал приберет за собой.

– Сомневаюсь, что кто-то в этом сознается, давайте я её вымою, и вы начнете лекцию.

– Нет, это неприемлемо, но раз вы так хотите послушать лекцию, я не могу отказать.

Я встал из-за стола, и достав из внутреннего кармана векторные очки, нацепил их на себя.

– О, это одно из ваших изобретений? – спросил довольно «широкий» парень из первого ряда.

– Нет, это обычные очки, которые используются для чтения людьми с плохим зрением. Однако, раз уж мы затронули эту тему, есть такое приспособление, как векторные очки. Они значительно массивнее тех, что сейчас надел я и имеют вытянутые линзы на манер зрительной трубы, – я взял в руки мел и направил его в сторону аудитории. – Итак, как вам известно, мел – это природный карбонат кальция, если на вас одеты векторные очки, вы можете зафиксировать взгляд на любом выбранном вами веществе и покрутив специальный регулятор на очках, до того момента, пока вещество не начнет слегка светиться, настроить их тем самым на поиск схожих химических элементов вокруг. – я коснулся до края очков и покрутил регулятор на них. – Теперь, когда ваши очки настроены, все схожие химические элементы вокруг вас, также станут подсвеченными, если смотреть на них через очки. В чем же секрет? – обратился я к аудитории, но не получил ответа. – Просто в левой линзе, подобно микроскопу есть от десяти, до двадцати цветных линз, каждая из которых способна проникать вглубь материалов, определяя их структуру, а правая линза подкрашивает этот материал, как правило, в красный цвет.

– А как быть с материалами, состоящими из нескольких химических элементов? – спросила Ивия.

– Справедливый вопрос. На самом деле, наш любимый мел, тоже состоит из нескольких химических элементов. По этой причине, в очках и присутствует набор линз. Каждая из них позволяет смотреть сквозь определенные типы материалов. Наверное, мне стоит уточнить, что регулятор на векторых очках вращает не все линзы сразу, а только одну из них. Пока в состав объекта входит химический элемент, который вы зафиксировали с помощью них, он будет подсвечиваться. К примеру, при фиксировании мела, вы в первую очередь фиксируете входящий в его состав кальций, а это значит, что очки будут подсвечивать как мел, так и допустим зубы и кости. Собственно, из общего курса вам должно быть известно, что мел и получается из остатка этих самых костей. Векторные очки за счет наличия ряда линз позволяет настроить их так, чтобы подсвечивался только именно мел. Итак, сначала мы настраиваем первую линзу на кальций, потом вторую на углерод. В составе костей также присутствуют карбонаты, но все же на половину они состоят из воды. Поэтому фиксирование кальция и углерода как двух основных элементов, позволит значительно снизить свечение костей. Для более сложных соединений, придется задействовать больше линз, но принцип останется таким же. Настраиваем каждую линзу на определенный элемент и получаем результат.

Пока я вещал, я ходил по аудитории и рассматривал своих студентов. Хоть я и сказал им, что сейчас на мне были обычные очки, на самом деле это было не так. Просто моя версия векторных очков была значительно более элегантной. А линзы были значительно тоньше, но, как и военным, им ни к чему знать мои секреты.

В ходе моей прогулки, безымянный художник был без проблем найден, на его руках все еще остались следы мела, невидимые обычному глазу, но различимые линзами. Что и говорить, прибор не обманешь, я снова опустил взгляд на список учеников, чтобы найти нужное имя.

– Тим, будь так любезен, спустись вниз, – парень, явно уверенный в том, что я не смогу ему ничего сделать спустился вниз, – сотри свои художества.

– С чего вы взяли, что это я? – достаточно дерзким тоном спросил он.

– Интуиция.

– У вас нет никаких доказательств, я просто вам чем-то не понравился, и вы нашли крайнего.

– Запомни, преподаватель всегда прав, – я отвел руку и с силой ударил его наотмашь, не забыв при этом задействовать мои векторные перчатки, но так чтобы никто не видел.

Удар получился отменный, парня развернуло, и он не смог устоять на ногах. Его тело звонко приземлилось на пол.

– Вы…вы не имеете права, я пожалуюсь директору! – прокричал парень, едва не плача и ощупывая свое лицо.

Я подскочил к поганцу и, схватив его одной рукой за грудки поднял над полом (еще раз спасибо перчаткам).

– Никогда не смей мне угрожать, немедленно сотри с доски, иначе дойдешь к директору по частям!

Я швырнул его в другой конец аудитории, после чего подождал пока он встанет и начнет вытирать доску. Парень весь дрожал, и это заняло немного больше времени, чем хотелось.

– Отлично, теперь можешь проваливать из класса.

– Что вы имеете в виду?

– Я имею в виду, что не потерплю подобного поведения на своих занятиях, так что пошел прочь.

Парень хотел было, что-то сказать, но побоялся и вышел за дверь.

– Вам не кажется, что это излишне? – Ивии похоже понравилось со мной общаться, хотя сидящий рядом с ней парень, очевидно опасаясь за свою подругу потряс её за руку и очевидно попросил её лучше ничего не говорить.

– Нет, во времена моего студенчества нас только так и учили.

– В этом университете?

– Нет, в гимназии.

– Но…

– Никаких, но я свою позицию обозначил, любой срыв карается изгнанием, а уж оскорбления смываются только кровью, такова жизнь и лучше понять это сразу.

– Не нравятся мне ваши методы.

– Простите, мисс Ивия, но в этом аспекте ваше мнение меня не волнует. Мне было сказано, что этот предмет очень важен, и я должен учить вас как можно лучше, так что я добьюсь этой цели всеми известными мне методами, а простой метод, он как показывает практика самый правильный.

Я начал рисовать на доске примитивные векторы лим образующие простые связи, но не успел нарисовать и половину из того что хотел.

В кабинет вошел Тим в сопровождении директора Нельца.

– Профессор Брейм, как это понимать?! – спросил профессор.

– Что именно? – задал я ему встречный вопрос.

– Вы избили ученика.

– Не совсем, я его наказал.

– В нашем заведении это неприемлемо.

– Но у вас приемлемо срывать занятия?

– Нет.

– Тогда в чем проблема?

– Проблема в том, что я не потерплю насилия над студентами в этом университете.

– А я не потерплю срыва занятий. Я с четырех лет учился в гимназии, и там было все очень просто, виновный будет наказан. Удивительно, но человек способен воспринимать только непосредственные физические воздействия. Если человек хотя бы раз подумает, что «так можно», то уже никто не сможет его исправить. Если надо будет, я изобью студента до полусмерти, пока он, наконец, не узрит истину.

– С чего вы взяли, что вы истина?

– Потому, что я их наставник, и это делает истиной. Вы сказали, что вам нужны хорошие результаты, вот и не мешаете мне. В пределах этой аудитории они мои студенты и только мои. Поэтому не лезьте не в свое дело.

Нельц заметно побагровел, но сдержал себя в руках.

– Делайте, что хотите профессор Брейм, но не заходите слишком далеко.

– Можете не переживать, убивать я никого не стану.

– Я ручаюсь, что этот студент более не будет вам мешать.

– Хорошо, но в следующий раз я не буду с ним так любезен.

Нельц вздохнул и вышел из аудитории. Я вернулся к своим рисункам и, закончив, повернулся к аудитории.

– Да, Ивия, я слушаю тебя, – я увидел её поднятую руку и предоставил ей возможность высказаться.

– Извините, мы перед началом занятий обсуждали ваш предмет. – Её сосед по имени Ваан снова дернул её за руку, но на этот раз получил в ответ подзатыльник и сразу успокоился. – Мы бы хотели, чтобы вы рассказали про устройство силовых посохов, это ведь входит в ваш предмет?

– Хм, строго говоря, это входит в механизмостроение….то есть вы хотите начать с конкретного примера я вас правильно понял?

– Да, думаю, это будет довольно интересно.

– Пожалуй, тогда давайте так, я расскажу про посох, а во второй половине мы напишем небольшой тест.

– Тест? Но мы ведь еще ничего не знаем.

– Тест направлен в первую очередь на выявление наличия у вас способностей и задатков. Я хочу понять в каком направлении работает ваша логика. Все нужные вам знания будут содержаться в задании.

– Вы предлагаете, чтобы я решила за всех, будем мы писать тест или нет? – аудитория продолжала сохранять молчание.

– Ну, раз они все молчат, то сделаем вид, что я читаю лекцию только вам, так что, мисс Ивия, вам и решать.

– Хорошо, давайте сначала вы расскажете нам про посох, а потом тест.

По классу пронесся небольшой гул, который довольно быстро стих. Сложно сказать, что именно думают про меня студенты, в первую очередь они меня боятся, что хорошо и плохо одновременно. Впрочем, время у нас еще есть и пока рано делать выводы. Мы и так потеряли треть занятия, так что начнем про посох.

– Изначально векторные посохи задумывались как предмет для защиты и самообороны, они выпускали заряд пониженной мощности способный вырубить человека, но не более того. Однако всем стало понятно, что как не крути, эти посохи будут использоваться не только для благих целей, и армия решила забрать этот проект себе. Мощность посохов была усилена, а основным видом стихий стал огонь. Вообще слово стихия здесь не совсем уместно, но так будет более понятно о чем идет речь. Основной частью посоха является силовой камень, который находиться в его верхней части. На него ставится специальная конструкция, которая собирает всплеск в направленный луч. На самом посохе расположены регуляторы, которые увеличивают или же уменьшают его мощность. Использование огненных элементов было обусловлено тем, что это наиболее простая материя для построения. Камень, находящийся в посохе создается с использованием технологии лим. На самом посохе имеется кнопка для активации реакции высвобождения энергии (я нарисовал на доске схематичный посох). Как вы видите из схемы, камень помещен в специальную форму, которая способна создавать вакуум. При активации посоха внутрь формы попадает кислород, который является последним необходимым элементом для реакции «взрыва». Далее этот «взрыв» собирается в прямолинейный поток с помощью насадки наверху посоха и выстреливается поток огненной энергии. По своей структуре этот поток немного отличается от привычного для нас с вами огня, но обладает схожими свойствами. Кто, как и зачем их использует, вам расскажут на других предметах, а мы же не будем терять время и зарисуем базовые структуры для создания силового камня.

После этого небольшого монолога я нарисовал схемы структур лим и подождал пока студенты, что называется, снимут копию. После я начала объяснять базу знаний векторного построения. По окончанию первой половины занятия я дал обещанный тест и уселся на стул.

– Профессор Брейм, – после окончания занятия я попросил всех сдать свои работы, а у Ивии похоже возник какой-то вопрос. – Вы не могли бы посмотреть мою работу сразу?

– Да, конечно, – я бегло посмотрел предложенные мне схемы, не найдя не одной, которая не содержала бы ошибки, – все схемы неправильные.

– Как, я ведь начала читать книгу еще за месяц до начала занятий, неужели все неправильно.

– Ивия, пойдем, – Ваан попытался оттащить свою подругу от моего стола, но у него это не получилось.

– Книга – это конечно хорошо, но данный предмет основан не только на теоретических знаниях. Как бы это объяснить…ну вот допустим вас учат рисовать и дают теорию композиции, приемы построения теней и так далее. Если ты прослушаешь этот курс, тебе удастся нарисовать шедевр?

– Скорее всего, нет.

– Вот, то же самое и здесь, нужно не только знать теорию, но и «видеть» векторную схему.

– «Видеть» схему, не понимаю, что это должно значить.

– Можно попробовать разобрать каждый пример по отдельности с акцентированием внимания на ошибках, но конечно на занятиях у нас на это нет времени.