- -
- 100%
- +
– Ведьма!
Трилуна гордо распрямилась и вызывающе выпятила острый подбородок. Она не уйдет отсюда, пока не нарвет колокольчиков!
– Ведьма! Ведьма! Убирайся отсюда! – Наперебой злобно выкрикивали ребята.
Девочка только плотнее сжала губы и, стараясь не обращать внимания на жалящие слова, наклонилась к цветам.
– Проваливай в свое ведьмино логово! – В ее сторону полетела толстая палка и упала прямо у ног, смяв благоухающие бутоны. Нет, с нее хватит! Она не станет больше отмалчиваться! Ну сколько можно унижать ее?!
Трилуна резко повернулась к обидчикам и гневно прокричала:
– Если не оставите меня в покое, я превращу вас в мерзких вонючих жаб!
Послышался визг, и девчонки бросились бежать со всех ног, в страхе расталкивая друг друга. Но мальчишек было не так просто испугать и они с диким воплем кинулись на нее, прихватив побольше камней, приготовленных для метания по птицам. Первый же камень попал Трилуне в голову, повалив ее с ног. Девочке ничего не оставалось, как свернуться калачиком и терпеть сыпавшийся на нее град тупых ударов, сдерживая слезы боли и обиды. Тут на шум подоспели взрослые.
– Что здесь происходит? – Раздался суровый мужской голос.
– Кидаем камни в ведьму! – Для мальчишек это было всего лишь забавное развлечение.
– Она хотела превратить нас в жаб!
– Ладно, хватит с нее. – Махнула рукой толстая женщина. – Пусть уходит отсюда.
Затем она крикнула съежившейся от страха девочке:
– Так тебе и надо! И не появляйся здесь больше, не пугай наших детей, ясно?
Трилуна медленно поднялась с травы. Все тело нещадно болело, голова готова была расколоться от нестерпимой боли.
– За что вы так со мной? – Всхлипнула она. – Я же ничего плохого не сделала!
Наружу рвались рыдания, которые удавалось сдерживать только огромным усилием воли.
– Ты ведьма, этим все сказано! – Отрезала толстуха, и повернулась к ней спиной. – Иди, пока тебе еще и от меня не досталось!
В одну секунду небо заволокло черными тучами, закрывшими собой яркое летнее солнце, и прогремел раскатистый гром, заставив людей от страха ниже пригнуться к земле. Резкий порыв ветра разметал рыжие кудри Трилуны во все стороны, освежая разгоряченные щеки и высушивая блестевшие в изумрудных глазах слезы. В этот же миг яркая кривая молния разрезала небо и ударила ровно в центр поляны, ослепив всех собравшихся и заставив в ужасе распластаться по траве.
Девочка еще с минуту посмотрела на жалких и испуганных злобных людишек, а затем быстро скрылась в лесу, поспешив домой к бабушке.
Улыбка не сходила с ее разбитого и грязного личика, пока она пробиралась сквозь плотные заросли. Она не сомневалась, что сама Богиня Адалана вмешалась в ее никчемную жизнь, чтобы защитить и показать свое расположение. Иначе никак не объяснить произошедшее только что.
Вскоре показался грубо сколоченный деревянный домишко, в котором ее ждал единственный человек, который когда-либо любил ее.
– Бабуся! Бабуся! Это я!
– Где тебя носит? – Закаркала старуха, с трудом выходя из дома. Опираясь на деревянную клюку, она пошла навстречу девочке. – Боги! Что с тобой приключилось?
Схватив Трилуну морщинистой рукой за подбородок, она прищурила глаза и начала вертеть ее голову в разные стороны, внимательно разглядывая свежие ссадины.
– Опять ходила в деревню? – Наконец строго изрекла она.
– Да. – Тихо ответила девочка, потупив взгляд.
– Сама виновата. – Сказала ведьма, отворачиваясь.– Иди, умойся, обед на столе.
– Да, бабуся.
Трилуна медленно поплелась к бочке с дождевой водой, стоявшей у дома, но сразу остановилась, услышав негодующий шепот старухи, которая теперь постоянно говорила свои мысли вслух, даже не замечая этого.
– Треклятые узколобые людишки! Погодите у меня! Я вам еще отомщу! Придете вы ко мне за помощью! – Эти причитания вызвали у девочки улыбку. С виду строгая и суровая, но в душе мягкая и добрая, Серана очень любила свою названную внучку, которая составляла весь смысл ее жизни.
– Да ладно, бабуся! Не волнуйся! За меня заступилась сегодня сама Адалана! – Прокричала Трилуна, смывая с лица грязь и морщась от боли.
– Что? Как, как это было? – Голос у ведьмы от охватившего ее волнения сорвался на визг.
– Она защитила меня, выпустив с небес молнию прямо под ноги этих злюк! – С гордостью провозгласила девочка, радостно улыбаясь.
–Подойди, подойди ко мне скорей, милая. – Серана протянула к ней трясущуюся руку.
Когда Трилуна подошла ближе, она посмотрела на ее запястье. Крохотный месяц, родовой знак девочки, блестел и переливался всеми цветами радуги.
– О, милостивая Адалана! – воскликнула ведьма. – Богиня действительно отметила тебя. Нам срочно надо собираться в земли Сардагана. Похоже, там тебя уже ждут.
– Что ты говоришь, бабуся? – Взволнованно пролепетала девочка, чувствуя, как подкашиваются ноги от этой новости. – В Сардаган? В ковен?
Серана зашлась лающим, выворачивающим все внутренности, кашлем и облокотилась на Трилуну. Когда приступ прошел, она ответила.
– Да, да. Именно. Надо спешить. В последнее время я чувствую себя совсем худо. Боюсь, не успею привезти тебя туда.
– Не говори таких страшных слов! – Испугалась девочка. – Я не смогу и дня без тебя прожить. Я умру вместе с тобой!
– Глупости! Тебе всего одиннадцать, а я уже больше века топчу эту землю. Пора мне уже отправляться к праотцам.
Решив больше не говорить на эту болезненную тему, Трилуна помогла бабушке добраться до жесткой грубо сколоченной деревянной кровати, находящейся в самом темном углу дома и уложила ее на набитый соломой матрас.
– Давай, я сварю тебе зелье от кашля.
–Не надо, милая, иди лучше поешь. А мне надо просто поспать немного. О себе побеспокойся. Похоже, здорово тебе досталось. Растолки листья муары и добавь туда меда. Скажи…
– Силой богини Адаланы наделяю это снадобье целебными свойствами. Марун абиш нахиб! – Перебила девочка и с гордостью процитировала магическое заклинание. – Я все помню, бабусь.
– Вот и умница! А теперь иди, займись делом, дай мне поспать!
Серана чувствовала, что силы ее таят с каждым днем. Только бы не умереть раньше времени, только бы успеть отвезти Трилуну в Сардаган.
Глава 4
Трилуна с облегчением вытерла выступивший на лбу пот. Тяжелое ведро с водой, которое она принесла только что с резвой речушки, бегущей недалеко от их дома, заняло свое привычное место около очага. Девочка смочила кусок старой тряпки в воде и, как следует выжав, приложила к огненному лбу бабушки. Она уже несколько дней не приходила в сознание, в горячке мечась по кровати и постоянно надрывно кашляя.
– Миленькая моя, ну поправляйся скорее. – Всхлипнула Трилуна, сжав морщинистую руку старой ведьмы. – Так тяжело одной! Ну что мне сделать, чтобы помочь тебе?
Но звенящая тишина стала ей ответом, и девочка, тяжело вздохнув, поднялась и вышла из дома. Ей срочно надо было найти драконий глаз, очень редкое растение, которое облегчило бы бабушке страдания. Они лишь раз нашли его, на берегу ручья где-то в километре от дома, и вчера она использовала для снадобья последний засушенный листочек, чтобы помочь старушке поспать ночью, не сотрясаясь от бесконечного кашля.
Трилуна безрезультатно обходила лес километр за километром, пытаясь разглядеть в траве ярко-салатовые резные листья драконьего глаза, и только после того, как стемнело, в бессилии понурив голову, побрела обратно, с трудом сдерживая слезы.
Она уже не знает, что еще можно сделать для бабуси! У нее просто не хватает знаний и опыта в приготовлении зелий, которые помогли бы вернуть силу и здоровье. Она так мало всего умеет!
Когда девочка вернулась домой, на небе уже сиял тонкий серебристый месяц, завораживая своей красотой и величием. Сама Адалана сейчас сидит на нем, свесив ноги, и взирает сверху на ее, полную несчастий, жизнь. Хотя, может это только испытания на пути к славе и могуществу, как не раз говаривала бабуся? Она постоянно внушала Трилуне, что ее послала на землю Богиня и ее роль в этом мире гораздо важнее, чем может показаться на первый взгляд.
– Твой истинный путь пока загадка даже для меня. – Постоянно твердила Серана. – И твое предназначение знает только Адалана. Придет время, и ты сама все поймешь. А пока иди, поиграй, ведь детство так быстро уходит, не успеешь оглянуться, и мир со всей жестокостью обрушится на твои хрупкие плечи.
Трилуна от нахлынувших воспоминаний вытерла выступившие на глазах слезы и зашла в дом. В очаге догорало последнее полено, тускло освещая темную комнату. Раздавшийся в тишине лающий кашель заставил ее от неожиданности подпрыгнуть на месте.
– Милая моя! – Прохрипела Серана. – Подойди ко мне.
Трилуна мигом подбежала к бабушке и встала возле ее кровати на колени. Ведьма с неожиданной силой сжала руку внучки и продолжила:
– Вот и пришел мой конец… – Очередной приступ кашля заставил ее замолчать, и девочка сжалась от страха перед смертью, неизбежно подкрадывающейся к их дому. Она давно уже чувствовала ее незримое присутствие, но старалась отгонять мрачные мысли, ссылаясь на усталость и переживания.
– Ты слишком мала для путешествия в Сардаган в одиночестве. – С трудом произнесла старуха, когда кашель немного отпустил. – Но и здесь оставаться опасно. Если духи будут добры ко мне, я в последний раз смогу помочь тебе…
Из полузакрытых глаз ведьмы покатились крупные слезы. Трилуна еще никогда прежде не видела, как плачет бабушка.
– Прости, милостивейшая Адалана, но я не смогу исполнить возложенную на меня миссию. Я подвела …
– Не надо бабуся, не говори так. – Тоже заплакала Трилуна. – Ты ведь спасла мне жизнь, ты вырастила меня.
– Когда я уйду к своим праотцам, ты должна будешь сжечь мое старое тело.
– Нет… нет… – Шептала девочка, в панике обнимая умирающую колдунью. – Не оставляй меня. Что мне теперь делать?
– Когда придет время, Адалана и ее духи укажут тебе путь. – Проскрипела Серана и закрыла глаза. Она в последний раз выдохнула и замерла, разжав тонкие, изуродованные артритом, пальцы, сжимавшие маленькую ладошку Трилуны.
Девочка почувствовала дыхание смерти, будто стоявшей за спиной, отчего по телу прошел озноб и по коже забегали неприятные мурашки. Чтобы не закричать на весь лес, она закрыла рот руками и быстро отползла к своей кровати, стоявшей у самого очага. Нервная дрожь сотрясала ее маленькое тело, и теплое одеяло никак не помогало согреться. Тогда она накрылась с головой и начала молиться, молиться, чтобы эта бесконечная ночь поскорее закончилась и страх, сковавший тело, отпустил ее. Трилуна никогда прежде не видела мертвых людей и ужас, парализовавший мозг, заставил ее сжаться в комочек и раскачиваться из стороны в сторону, жалобно скуля. Она даже и не заметила, как забылась беспокойным сном, в котором хрупкая женщина, представившаяся ей Герой, нежно обнимала ее и укачивала, жалея и утешая.
На следующее утро Трилуна, дрожа от нервного напряжения, выглянула из-под одеяла. Собравшись с силами, она осторожно встала с кровати и подошла к мертвой бабушке. Дотронувшись до впалой морщинистой щеки и ощутив холод, исходивший от тела, девочка в страхе отдернула руку и быстро попятилась к двери, не в силах отвести взгляда от трупа. Только свежий воздух помог прийти в себя и, утерев слезы рукавом старого изношенного платья, она прокричала, глядя в холодное голубое небо:
– Я стану сильной! Я выдержу все испытания, которые ты посылаешь мне! Только не бросай меня одну, помоги, молю тебя, Адалана!
В тот же миг тонкий переливающийся месяц на запястье опалил нежную кожу, и Трилуна с благоговением опустила взгляд на родовой знак – печать Богини.
– Спасибо, – прошептала девочка, нежно поглаживая отметку. – Теперь я знаю, что могу рассчитывать на твою помощь.
Как бы это ни было тяжело, требовалось соорудить погребальный костер, и уже через час Трилуна уложила последнюю ветку. Теперь оставалось доставить сюда бабушку, и при этой мысли сердце готово было выпрыгнуть от страха. Осторожно отворив дверь, девочка подошла на цыпочках к кровати и расстелила возле нее свое одеяло. Несколько раз тяжело вздохнув, она поднатужилась и скатила на него старушку. Сдерживая рыдания, она схватилась за углы одеяла и потащила тяжелую ношу к костру, постоянно спотыкаясь. Она несколько раз упала, распоров об острую ветку ногу и оцарапав руку, но все это были пустяки перед лицом случившейся трагедии. Трилуна старалась не глядеть в бледное морщинистое лицо, иначе бы просто все бросила и убежала подальше от этого жуткого, некогда бывшего ей таким родным, места.
Когда тело уже покоилось на ветках, девочка подожгла сухие поленья и усыпала бабушку ворохом белых и розовых ромашек, собранных ею неподалеку. Глядя, как языки пламени поглощают единственного человека, бывшего ей родным в этом враждебном мире, она тихо плакала, больше не в силах сдерживаться.
– Прощай, бабуся. – Прошептала она, когда от погребального костра остался лишь пепел. – Я люблю тебя.
Что делать? Куда идти? На эти вопросы не было ответа, и девочка побрела к дому, намереваясь для начала хоть что-нибудь поесть, так как желудок противно заурчал от голода.
*****
– Ну, Рагнарок, спасибо за гостеприимство, за отличную охоту и рыбалку! – Максимилиан похлопал друга по плечу и вскочил на коня. – Мои домашние уже заждались меня, так что пора ехать.
– Спорю, Брианна тебя сразу в кровать потащит! – Засмеялся высокий мужчина, лет сорока, с пышной каштановой бородой и огромным животом, из – под которого уже давно не было видно ног. В противоположность ему, Максимилиан сохранил хорошую физическую форму, и мускулистое тело было его гордостью.
– Не болтай ерунды! – Усмехнулся он, уже в предвкушении от встречи с женой, которую привел в замок через несколько месяцев после смерти его дорогой и любимой Геры, так как осиротевшим детям нужна была мать. Все это случилось три года назад, и боль от потери уже давно притупилась, напоминая о себе все реже и реже.
Помахав другу на прощание, он не спеша проехал через высокие дубовые ворота и уже на подъемном мосту пустил коня галопом, торопясь домой к жене и детям, которых не видел уже две недели, предаваясь развлечениям у Рагнарока. Дорога лежала вдоль густого леса и, если не останавливаться на отдых, занимала до замка часов пятнадцать. Но мысли о семье несли Максимилиана вперед, заставляя только сильнее пришпоривать коня и прибавлять скорости, чтобы быстрее оказаться дома.
Вдруг неожиданно посреди дороги возник светящийся образ старухи в длинном заштопанном платье. В руках у нее была кривая деревянная клюка, седые волосы развевались на ветру. Максимилиан в ужасе уставился в горящие зеленые глаза.
– Ведьма! – Завопил он и резко натянул поводья. Женщина тем временем развела руки в стороны и хрипло прокричала, заставив жеребца встать на дыбы.
– Узнаешь меня, Господин?
Мужчина побледнел от страха, узнав в полупрозрачном существе колдунью, много лет назад забравшую его дочь. Дочь, образ которой до сих пор хранился в его памяти, дочь по которой он тосковал все это время.
Но тут с конем начало твориться что-то невообразимое. Он стучал копытами, ржал и тряс головой, пытаясь скинуть с себя наездника, а затем понес его прямиком в лесную глушь, не поддаваясь управлению. В след ошарашенному мужчине неслись слова старой ведьмы, уже практически растворившейся в воздухе:
– Спаси ее Господин! Спаси Трилуну!
Острые ветви раздирали плотный камзол, царапали руки и лицо, норовя выколоть глаза. Конь, стрелой мчавшийся по лесу, уносил Максимилиана все дальше и дальше вглубь, и мужчина с ужасом понял, что найти обратную дорогу сможет только чудом. Очередной толстый сук, возникший на пути, вышиб его из седла, и он распластался по мокрой земле, потеряв сознание.
Глава 5
Трилуна, после того как подкрепилась черствым хлебом и овощной похлебкой, забылась тяжелым сном. Через некоторое время неожиданно в голове зазвучали переливчатые голоса, отчего она в панике подпрыгнула с кровати.
– Я все еще сплю? Или нет? – Прошептала девочка, в страхе оглядываясь по сторонам. Но никого рядом не оказалось. Голоса зазвучали громче и настойчивее:
– Мы духи Адаланы. Мы поможем…
– Что, что со мной происходит? – Прокричала Трилуна в пустоту, сдавливая руками виски.
– Следуй нашему зову… – Продолжали звенеть монотонные голоса.
– Что я должна делать? – Страх уступил место любопытству, ведь она вспомнила, что бабуся частенько общалась с ними. – Почему я слышу вас только сейчас?
– Пришло время… Пришло время быть взрослой и возложить на себя бремя судьбы…
– Что делать – то? – Девочка уселась на край кровати, выпрямив спину и сложив на коленях руки, полностью готовая исполнить любое поручение. Раз сама Адалана с помощью духов обращается к ней, значит, она достойна этого. Бабуся наверняка бы порадовалась, что ее внучка стала такой взрослой и обрела дар общения с потусторонним миром.
– Ты должна помочь…
– Кому? – В нетерпении воскликнула Трилуна, подскочив с кровати. – Кому помочь? Я готова!
– Помочь … человеку… в лесу… – Голоса становились все тише и тише, и последние слова девочка разобрала с трудом. – Иди на запад…
Она стрелой вылетела из дома, даже забыв закрыть дверь, и направилась в сторону заходящего солнца, заставлявшего крону деревьев переливаться оранжевым, красным и желтым цветом.
Пробежав добрый километр, она остановилась, чтобы перевести дыхание. Облокотившись на колени руками, Трилуна попыталась унять прыгающее в груди сердце. Когда же она найдет человека, которому требуется помощь? Где он? Ждет ли ее? А вдруг волшебные голоса ей только померещились, и она зря бродит по лесу?
Поток мыслей прервал тихий стон. Повернув голову в сторону исходившего шума, девочка разглядела в траве крупное тело. Быстро сгущающиеся сумерки обволакивали его, делая практически незаметным.
– Ох, Адалана! – Воскликнула Трилуна. – Нашла!
Подбежав ближе, она увидела лежавшего на животе мужчину. Из раны на голове сочилась алая кровь, уже обильно пропитавшая землю и окрасившая ее в бурый цвет. Раздался тихий стон и девочка опустилась на колени рядом с раненым.
– Ты, наверное, богатый Господин, раз носишь такой роскошный камзол. – Приговаривала она, легко ощупывая затылок. Похоже, кости черепа остались целы, а это уже было хорошим знаком. Оглянувшись по сторонам, она обнаружила невдалеке муару – растение, обладавшее противовоспалительным и заживляющим действием, о чем простые смертные даже не догадывались. Несколько дней назад она сама их использовала, чтобы залечить ушибы, полученные от камней. Нарвав сочных листьев, Трилуна размяла их в ладони и выдавила несколько капель прямо в глубокую рану, чтобы сок очистил ее от грязи. Остатки муары приложила к ушибу и, оторвав от подола старого платья длинную полоску ткани, прибинтовала к голове. Затем девочка уселась на землю рядом с мужчиной.
– Я не брошу тебя, Господин. Голодные волки ночью могут наброситься на тебя и растерзать. Меня-то они боятся и обходят стороной. Ведьм никто не жалует. Я должна исполнить поручение духов, спасти тебя…
Когда утреннее солнце заглянуло в лес сквозь спутанные ветви деревьев и уронило первые лучи на лицо, Максимилиан попытался разлепить веки, чувствуя нестерпимую головную боль. С трудом приподнявшись на локтях, он ощутил подступившую к горлу тошноту. Показавшись себе немощным старцем, он грязно выругался. Только после этого, мужчина обратил внимание на свернувшуюся калачиком у его ног девочку. Рыжие волны волос, словно покрывало, укутывали ее хрупкие плечи. Бледное острое личико было безмятежным и спокойным. Похоже, она сейчас видела сладкие сны. Только откуда она здесь взялась? Максимилиан дотронулся до очага острой боли и наткнулся рукой на умело наложенную аккуратную повязку. Неужели, это девчонка постаралась?
Вдруг распахнулись яркие изумрудные глаза, и маленькая ведьма резко вскочила с земли. Отойдя на безопасное расстояние, она со страхом взглянула на рослого мужчину.
– Вы очнулись? – Тихо пролепетала она, заламывая руки от нервного напряжения.
– Это ты обработала мою рану?
– Да, духи велели помочь вам и направили меня в это место. Вы лежали без сознания, из раны текла кровь…
– Так ты спасла меня? – Удивился Максимилиан, пытаясь подняться. Но голова закружилась, и он снова рухнул на землю, извергая проклятия.
Трилуна побаивалась этого могучего и грозного воина, но решила пока не убегать. Духи не одобрили бы такой трусости. Может, он не такой страшный, каким кажется на первый взгляд?
– Вы еще слишком слабы…
– Ты что, предлагаешь мне и дальше тут валяться, словно мешку с мукой? – Заревел мужчина, но тут же пожалел о своей грубости. То, что он не удержался в седле взбесившегося коня, совсем не ее вина.
– Я могу помочь вам. Тут недалеко мой дом. Всего несколько дней отдыха и вы сможете продолжить свое путешествие.
– Как твое имя, дитя? – Обреченно произнес Максимилиан, смирившись с неизбежностью того, что он задержится здесь на некоторое время. – С кем ты живешь?
– Теперь одна живу… – Плечи у девочки поникли и в глазах засверкали сдерживаемые слезы. В сердце воина закралась жалость. Его дочь тоже примерно такого же возраста, как и она. Дочь, которую он никогда не видел.
– Как одна?
– Бабуся умерла недавно. – Раз духи послали ее спасти этого воина, значит, ему можно доверять, решила девочка. Он не обидит ее.
– А имя?
– Трилуна. – Просто ответила она, глядя в жесткое лицо.
Она еще не успела договорить, как Максимилиан все понял. Это ее просила спасти старуха. Она умерла, и девчонка осталась одна в лесу. Зная, как люди относятся к ведьмам, можно предположить, что она бы не прожила долго. Получается, что она… она… его дочь! От пронзившей мозг мысли у мужчины перехватило дыхание, и он стал жадно вглядываться в милое личико. И точно, разрез глаз, сверкающих ярче изумрудов, точно такой же, что и у Геры! И остренький подбородок… И хрупкое тельце…
– Боги! – Выдохнул он, находясь в полнейшем шоке.
– Господин, что случилось? – Забеспокоилась Трилуна, подходя ближе. Приложив руку к его лбу, она важно проговорила. – Жара нет. Давайте, вставайте потихоньку, я помогу. Просто обопритесь на меня. Дома я быстро поставлю вас на ноги.
Максимилиан решил еще больше удостовериться в своем предположении:
– Имя твоей бабушки.
– Серана. – Ответила маленькая ведьма, недоумевая, почему его это интересовало.
– Сколько тебе полных лет?
– Одиннадцать.
– Все сходится. – Прошептал воин, не отрывая глаз от своей вновь обретенной дочери и ощущая нереальность происходящего. Он даже с силой ущипнул себя за ногу, отчего снова смачно выругался.
– Зачем вы делаете себе больно? – В удивлении воскликнула Трилуна. Похоже, от удара у Господина повредился рассудок.
– Проверяю, сплю я или нет. – Буркнул мужчина себе под нос. – Ладно, найди мне толстую палку. Я буду опираться на нее. А то ты просто сломаешься под моей тяжестью.
– Хорошо, Господин. – Обрадовалась девочка. Слава Богам, он не тронулся умом.
– И еще, Трилуна. – Торжественно и с расстановкой произнес Максимилиан. – После того, как я наберусь сил, ты поедешь вместе со мной. Будешь жить в большом замке и ни в чем не станешь нуждаться.
– Да что вы такое говорите, Господин? – От удивления у девочки даже округлились глаза.
Но он и сам не понял, как эти слова сорвались с уст. Когда эта сумасшедшая мысль проникла в его поврежденную голову? Что скажут домашние? Ведьма в замке! Такого прежде еще не бывало! Но в единственном Максимилиан был уверен совершенно твердо: он никогда, ни при каких обстоятельствах никому не признается, что девчонка его дочь.
– Я все сказал. Я Максимилиан Балазар, и мои земли располагаются на юге, в трёхстах километрах от земель Рагнарока и теперь ты, Трилуна, будешь находится под моей защитой. Это тебе благодарность за спасенную жизнь.
– Господин, – Девочка задрожала от волнения, – меня все вокруг ненавидят. Я же ведьма. Меня не примут в замке…
– Чушь! – Отрезал воин. – Если приму я, примут и остальные. Все, иди. Найди палку, а мне надо полежать. Голова просто раскалывается.
Трилуна быстро скрылась за деревьями, уверенная в том, что это Адалана вмешалась в ее судьбу и послала этого грозного мужчину ей на спасение.
Максимилиан тем временем тяжело вздохнул. Нелегко будет договориться с Брианной, но она подчинится. Он уже один раз бросил девчонку, более того, чуть было не убил. Теперь он не совершит такой ошибки, ведь несчастья, случившиеся после рождения маленькой ведьмы, уже остались позади. И замок вновь отстроен после пожара, и поголовье скота восстановлено после напавшего на животных мора. Да и Геру, так нелепо подавившуюся куском мяса, уже не вернешь к жизни. Ведь, может, беда прокралась в их семью не из-за рождения необыкновенного ребенка, а из-за того, что он отказался от него, обидев Богов, покровительствующих ведьмам?