Новые семейные обстоятельства

* * *

Недавно в топах новостей затесалась трогательная тема. Малоизвестная широкой публике зарубежная писательница поделилась в твиттере сожалением – на ее встречу с читателями пришли всего два человека, и те – ее друзья. Неожиданно своими историями «провалов» в комментариях стали делиться признанные авторы – от Стивена Кинга до Маргарет Этвуд. Рассказывали, как к ним вообще никто не пришел. А Этвуд, автор «Рассказа служанки» и многих других книг, написала, что к ней на встрече подошел парень с вопросом, где купить скотч. Еще есть прекрасная книга, переведенная на русский язык, – «Со стыда провалиться». В ней всемирно известные авторы – Чак Поланик, Джулиан Барнс и другие – делятся своими историями провалов на встречах с читателями, в ходе интервью, переговоров и автограф-сессий. Если вы или ваши дети боитесь публичных выступлений так, как боюсь их я, обязательно почитайте. Очень помогает посмотреть на ситуацию с юмором.

У меня – своя история писательской инициации. На первую встречу и автограф-сессию я шла на подгибающихся ногах. В зале, где на столе были красиво разложены экземпляры моей первой книги, я сидела в полном одиночестве, умирая от горя. Потом появилась женщина. Она шла ко мне решительно. Я временно перестала умирать и улыбнулась самой приветливой из своих улыбок:

– Здравствуйте, очень рада вас видеть! Спасибо, что пришли. Вот книги. – Я показала на стол.

– Э… а контурные карты у вас где? – уточнила женщина.

Начинающим писателям стоит так же запомнить, что в рейтинге продаж всегда будут лидировать правила ГИБДД, решебники для шестого класса, прописи для первого и тестовые задания по ЕГЭ. Просто смиритесь.

* * *

Про водителей такси у каждого есть своя история. Обычно таксисты признаются, что на самом деле владеют многочисленными квартирами, разнообразными бизнесами, окончили престижные вузы, а такси так, временное хобби. Но мне такие встречаются редко.

Ехала на важную встречу. Опаздывать было категорически нельзя. Выехала настолько сильно заранее, что предполагала час гулять по округе. Водителем оказался мужчина в возрасте. За шестьдесят. Сильно. Но я таких люблю. Они не умеют ездить по навигатору, только по бумажной карте, наитию и старой памяти. Этот мужчина носил очки с такими диоптриями, какие я видела впервые в жизни – будто увеличительные стекла на каждом глазу. Кажется, он привык ездить на механике и никак не мог надавить ногой на педаль тормоза, все время промахивался. Мы ехали на дикой скорости, подрезая автобусы и другие автомобили. В какой-то момент водитель чихнул, причем сильно, упав лицом в руль. Ногу он по-прежнему держал на педали газа. Я зажмурилась, попрощалась с жизнью, кажется, хотела пристегнуться дополнительными ремнями безопасности. После чиха водитель повернулся ко мне всем телом и сказал: «Простите, в нос что-то попало, не волнуйтесь, я не болею». Он смотрел на меня, а не на дорогу. Мы ехали по проспекту. По-прежнему на дикой скорости. Когда подъезжали к светофору, я начинала мычать и давить обеими ногами в пол. Ладно, я даже разговаривала со светофором, умоляя его подержать еще желтый и не переключаться на красный. А чтобы успокоиться, пыталась вспомнить, в чем разница между светофором и семафором. Так и не вспомнила. Кажется, мой чихающий водитель с очками-лупами считал желтый свет созданным для красоты, а красный вообще лишним. Или же он был еще и дальтоником. Я вывалилась из машины, обещая всем богам вести себя хорошо, раз они спасли мне жизнь.

* * *

Еще один водитель. На сей раз молодой. Голову держит не так, как обычные люди, а слегка наперекосяк.

– Все в порядке? – уточняю я.

– Да, шею заклинило. Повернулся неудачно, – отвечает он. – Но вы не волнуйтесь, я почти привык.

Всю дорогу пытается двигать головой. Шея клинит то вправо, то влево. Наверх посмотреть не может. То есть едет, вообще не глядя в зеркала. Опять прощаюсь с жизнью.

– Может, я смогу вам помочь? – спрашиваю я.

Остаток пути массирую водителю шею и спину. Тот ойкает и айкает. На светофорах другие водители смотрят на нас, так сказать, не без интереса. Приезжаем. Водитель говорит, что я его спасла. Просто чудо какое-то. Я, не чувствуя рук, вяло киваю и благодарю за поездку. Спасибо, что живой, как говорится.

* * *

Совсем недавно. Подсказала водителю, где лучше повернуть – в нашем районе навигаторам доверять нельзя. Бонусом идут программы «прокачай свое терпение», «научись справляться с гневом» и «завязывай уже с трезвым образом жизни». И все это – пока пытаешься выехать из нашего двора. Поблагодарил. Доехав, сказал: «Пусть ваш вечер ничто не омрачит». Сказал так искренне, что я поверила – этот вечер будет счастливым. Так и оказалось.

* * *

Иногда стоит верить в эти случайные встречи. Попрощаться с жизнью, чтобы понять, что делать дальше. А иногда просто принять на веру искреннее пожелание от постороннего человека. И оно обязательно сбудется.

* * *

У нас в семье большая радость. Дочь Сима начала самостоятельно ходить в школу. Восьмой класс, тринадцать лет. До этого мы ее отводили и встречали. Не потому, что ненормальные родители, а потому, что ее «не видел» лифт. Прекрасно помню, как в прошлом году Первого сентября всей семьей выстроились в коридоре. Вызвали лифт, долго целовались и обнимались. Лифт приехал, Сима в него вошла и… никто никуда не поехал. Наш лифт, как позже выяснилось, настроен на определенный вес пассажира.

– Может, ставить с ней пятилитровую бутылку с водой? – предложил старший брат Василий. Но Сима отказалась ездить с бутылкой.

– Как дела в школе? – спросила я.

Дочь выглядела уставшей и раздраженной.

– Плохо. Опять на информатике сражалась со стулом.

Оказалось, у них в классе установлены стулья с «подъемником». Чтобы его опустить, нужно сесть, а чтобы поднять – встать. Сима садится на стул, тот думает, что с него кто-то встал и взлетает вверх так, что дочь катапультируется. Все стулья в классе уже проверили – они ведут себя так же, как лифт. Кто-то из мальчишек предложил Симе садиться вместе с рюкзаком. Попробовали – сработало. Но стоило опустить рюкзак на пол, как Сима снова взлетела на стуле.

Вечером дочь вышла из ванной с ужасом в глазах:

– Мама, меня весы тоже не видят!

– Зато они меня очень хорошо видят. Поэтому я вытащила из них батарейку, – успокоила я ее.

* * *

Семилетняя Полина надела утром в школу колготки с люрексом «вырви глаз» – подарок от бабушки на Новый год.

– Сегодня какой-то внеплановый праздник? – уточнила ее мама, моя подруга Катя.

Полина, ни разу не смотревшая фильм «Операция Ы и другие приключения Шурика», безупречно воспроизвела интонацию:

– Мама! Школа для меня всегда праздник! – И хлюпнула носом, растрогавшись.

* * *

– Ты чего такая злая? – спросила я Катю, мать троих детей.

– Да надоело все! – воскликнула всегда сдержанная Катя. – Мужик рядом храпит. Ева поперек кровати развалилась!

Ева – младшая дочь, не желающая перебираться из родительской кровати в собственную. Мужик – Катин муж, терпеливый, заботливый, обожающий жену и трех дочек.

– Еще и свекровь пришла утром «поговорить», – продолжила Катя. – Узнала, что я купила себе отдельное одеяло, начала причитать, что спать под разными одеялами с мужем – к разводу. А если муж на себя одеяло натягивает, Ева вообще без одеяла спит, мне-то что делать?

* * *

Катин муж Денис уехал в Сочи со старшими девочками кататься на лыжах.

– А ты стоишь на лыжах? – спросила я подругу.

Мой муж тоже любитель горных лыж и обоих детей выводил на склон с раннего детства. Я же так и не пристрастилась. Стоять – стою, но предпочитаю детские горки. Смотреть, как с горы на огромной скорости скатываются мои дети, не могу. Максимум, на что способна, – съехать на лыжах до ближайшего кафе и выпить сразу два глинтвейна, чтобы хоть немного успокоиться.

– Зачем доезжать? Можно и внизу выпить, – ответила Катя.

Мне такое очевидное решение в голову не приходило.

* * *

Катя все же решила проверить, что положила в чемодан Полина на неделю поездки. Держалась три дня, предоставив девочкам возможность собраться самостоятельно. Поля положила пятнадцать трусов и пятнадцать пар носков – собственно, все, что выгребла из ящиков. Сверху уложила летнее платье, белые джинсы и две футболки, причем не свои, а Евины. Поверх вещей лежали две книги – «Приключения Робинзона Крузо» и «Сказки народов мира». Толстенные.

– Поля, ты уверена, что успеешь их прочесть? У тебя времени не будет. Лучше положи термобелье и запасной спортивный костюм. Возьми тонкую книжку в самолет, тебе хватит, – предложила Катя.

– Мама! Ты запрещаешь мне читать! А я так хотела! Подумай, что скажет об этом Маша! – воскликнула Поля с надрывом в голосе.

Поля очень гордится знакомством со мной, настоящей писательницей. И всем учителям говорит, что ее домашку проверяет не какой-то там репетитор, а настоящая Маша Трауб. Почитайте, да, ознакомьтесь, если не в курсе. Благодаря Полине у меня расширяется круг читателей из числа учителей.

* * *

Пользуясь отсутствием мужа, старших дочек и образовавшимся свободным временем, Катя закупила разнообразные натирки, мази, обертывания для быстрого похудения.

– Намазалась сегодня, – рассказывала она. – По инструкции, надо было укрыться одеялом и лежать тридцать минут. Я накрылась двумя для двойного эффекта и уснула на два часа.

– И как результат? – спросила я.

– Хожу вся красная и чешусь.

– Похудела?

– Весы говорят, что нет. Плюс полтора килограмма.

– Это еще откуда? – удивилась я.

– Оттуда. Я съела припасы Алисы и Полины. Убирала в их комнатах и нашла конфеты, печенье и баранки. Ну не выбрасывать же. Думала, обертывание их сожжет, но не сожгло.

* * *

Худющая Полина съела в один присест столько, сколько моя дочь Сима за день не съедает.

– Полина, где у тебя еда откладывается? – удивилась я.

– Как где? В голове!

* * *

– Ева, что ты хочешь? – Мне позвонила Катя, а малышка крутилась на кухне. – Что? Кока-колу? В десять утра? Прекрасное желание. Я тоже хочу. Возьми актимель.

– Катя, Ева что, уже пробовала колу? – возмутилась я.

– Она третий ребенок в семье. Чего она только не пробовала, – ответила Катя.

* * *

Катя написала, что у них окончательно сломалась посудомойка. Поехали в магазин купить новую. Малышка Ева спросила:

– Что мы тут купим?

– Посудомойку.

– Наконец-то вы помоете мою тарелочку! – истошно закричала на весь магазин Ева.

* * *

Полина решила, что ей нужно худеть и поэтому она будет бегать на школьном стадионе, расположенном под домом. Начнет прямо сегодня. На часах было семь утра. Полина – жаворонок. Оказалось, что и Ева тоже.

– Мам, пойдем, я тоже хочу бегать. – Ева начала будить маму.

– Вот папа проснется, и вы пойдете гулять, – буркнула Катя, до четырех утра сидевшая над швейной машинкой, – шила новый купальник для выступлений.

– Папа, ты когда проснешься? – Ева села спящему папе на грудь и взяла его за лицо. Начала трясти. – Папа! Ты сейчас проснешься? – Ева продолжала трясти отца за все части тела.

– Напомни, мы хотели завести кота или ребенка? – промямлил муж, которого все детство кот Бани будил, садясь на грудь и колошматя лапами.

* * *

«Как дела?» – пишу я Кате.

«Не могу дезактивировать Еву», – отвечает подруга.

* * *

У Кати всегда найдется нестандартное определение обычным радостям: «Сбежала из дома. Мне надо было в себя сознание вернуть». Это означает, Катя уехала на маникюр.

* * *

Ева начала говорить. Первое слово – «есё», то есть «ещё». Малышка произнесла его ночью, требуя добавки ночной каши из бутылки. Ева предпочитает питаться по ночам. Катя говорит, что дочь выбрала «интервальное голодание» – пропускает обед в садике и ужин дома, зато ночью отъедается.

– Ева сказала первое слово! – Катя пыталась поделиться радостью с мужем, но тот ответил «ага» и повернулся на другой бок.

Утром муж завтракал. Катя, собирая Еву в садик, безуспешно пыталась натянуть на дочь куртку по погоде, убеждая, что идти в одном платье холодно.

– Ма-а-ам! – закричала из комнаты старшая, Алиса. – Полина опять мою юбку забрала! Я что, голая в школу пойду?

Катя убежала разбираться со старшей и средней дочерями.

– Катя, Ева сказала первое слово! – прибежал радостный муж.

– И какое? – уточнила Катя.

– Я не понял. Ева, скажи еще раз, – попросил счастливый отец.

– Дуя, – сказала Ева.

– Дура. Она говорит – дура, – перевела Катя мужу, все еще соображая, как стянуть юбку со средней дочери и натянуть на старшую так, чтобы никто не зарыдал от несправедливости.

– Дуя, – сказала еще раз Ева, подходя к маме и ласково ее обнимая.

Катя села на кровать.

– Нет, ну от тебя я такого не ожидала, – сказала она младшей дочери.

– Может, из садика? – с надеждой спросил муж, осторожно двигаясь к выходу из комнаты.

– Нет, это я тебе вчера сказала: «Что ты из меня дуру делаешь?» Вот Ева и подцепила!

– Прости, я больше не буду, – быстро проговорил муж и сбежал на кухню. – Посуду я помою. И мусор тоже выброшу!

– И Еву из садика заберешь! – крикнула вслед Катя.

Из комнаты девочек раздался вопль.

– Ма-а-ам! Ну это вообще! – возмущалась старшая Алиса.

Стянутую со средней, Полины, юбку захватила Ева и пыталась надеть на платье.

– Есё, – объявила малышка маме.

– Ладно, все-таки первое слово было не «дура», а «еще», – растрогалась Катя.

* * *

«Не знаешь, как увеличить грудь – надень платье с бантом на том самом месте», – написала Катя, прислав фотографию Полины в платье с огроменным бантом на груди.

* * *

Поля пытается открыть пенал, который заклинило.

– Давай помогу, – предлагает мама Катя.

– Нет, я сама могу, – отказывается дочь.

Пенал открывается, содержимое, естественно, высыпается на пол.

– Ну хорошо, что точилка пустая, а не как в прошлый раз, – констатирует Полина.

* * *

«Облявление», – присылает мне Катя очередной перл от Полины.

– Это она так сказала или написала? – уточняю я.

– Сказала. Написала, надеюсь, не так, – отвечает Катя.

* * *

Сейчас в подъезде снова много детей. И они такие же смешные, какими были повзрослевшие и уехавшие жить отдельно наши старшие дети. Например, Нюся с шестого этажа. Третий класс. На школьном рюкзаке висит здоровенный заяц размером с рюкзак. Грязный, потому что Нюся не разрешает его стирать. Он вроде как талисман на удачу. Постираешь и не возьмешь в школу – точно получишь двойку. Нюся очень вдумчивая девочка.

– Поедешь? – спрашиваю я, придерживая двери лифта.

Нюся думает минуту, только потом кивает.

После этого она долго и внимательно рассматривает кнопки лифта, прежде чем нажать на нужную. Консьержка уже бьется у двери с другой стороны, гадая, то ли мы застряли, то ли надолго задумались. Наконец Нюся жмет на шестой, я на свой тринадцатый.

– Как дела? Все хорошо? – спрашиваю я.

Нюся обдумывает ответ до своего этажа.

– Да, пятерку по русскому получила, – отвечает она, выходя. На этаже рассматривает дверь и звонки, будто видит их впервые в жизни. Наконец нажимает на нужный. Я с облегчением выдыхаю и еду на свой этаж.

На первом этаже в это время консьержка объясняет остальным жильцам, что лифт не сломан, просто в нем Нюся едет. Поэтому кажется, что он не работает.

* * *

А еще есть четвероклассница Милена с десятого этажа. Мама ей не разрешает заходить в лифт с посторонними людьми – хоть с тетями, хоть с дядями. Милена и ее мама Александра меня прекрасно знают. Но каждый раз Милена застывает на первом этаже и звонит:

– Мама, тут Маша, мне можно с ней в лифт зайти?

– Какая Маша? – немедленно пугается Александра.

– Ну тетя Маша с тринадцатого этажа.

– Это точно тетя Маша? – уточняет мама.

– Да, точно. Только у нее лицо красное. И шея в пятнах, – отвечает Милена. – Тогда мне нельзя с ней ехать?

– Включи громкую связь.

Дальше я рассказываю соседке, что ходила к косметологу, делала лазер, чтобы избавиться от морщин, а до этого – подкалывала шею с той же целью. Мы обсуждаем современные методы косметологии, способы справиться с морщинами, татуаж бровей – это уже консьержка подключилась.

– Ма-а-ам, – встревает в разговор Милена. – Так можно я с Машей поднимусь на лифте? В туалет очень хочу.

* * *

Ничего не меняется. Моя подруга Катя, та самая мама трех дочерей, решила, что средняя, Полина, нуждается в дополнительном душе после покаканья. Ну, плохо ребенок вытирает попу. Младшая, Ева, понаблюдав за процессом, решила, что ей тоже так надо. И после каждого писанья в горшок требовала душа и чистых трусов. Даже ночью. Измученная водными процедурами Катя пыталась запихать на ночь Еву в памперс, но не тут-то было. Ева сдергивала памперс и шла на горшок, а после этого – в душ. Очень чистоплотная девочка. Ева предпочитает есть, пить, какать, писать, принимать душ исключительно в ночное время суток.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.