Тульские встречи. Из цикла «Философские беседы»

Другое дело, что существует взрослое вторжение в юношескую психику, когда девушка первую интимную близость получает не со своим сверстником, а с мужчиной гораздо старше. Вот здесь уже начинается перекос, так же как и юноша, встречающийся с женщиной много старше его. Вот откуда приходят вихри опустошенности. А в своем кругу, когда возрастные рамки достаточно правильные, там существуют свои влюбленности, свои покраснения, свои слезы, свои радости и все идет очень неплохо. Там как раз-то и нет ограничений. Все сложится по законам своего возраста и времени.

Вопрос ведущего: Все правильно. Терентiй, я повторю – насколько важно сохранить эту энергию в отношениях, если они достаточно хаотичны? Не вредит ли такая неразборчивость и частота связей личности?

Терентiй: Если мы сейчас будем говорить о том, что важно и нужно, то у нас будет не клуб мнений, а коллектив моралистов. Конечно, можно воспользоваться нашим взрослым авторитетом и сказать, что важно сохранить чистоту и девственность, для того, чтобы все потом было хорошо. Вопрос – будет ли и в самом деле хорошо – непонятно. Конечно, важно следить за этим, но всегда нужно задавать вопрос: как научить человека делать это? Говорить ему, что «мой руки перед едой, грязные руки грозят бедой» – это очевидная вещь, но он постоянно будет забывать это делать, пока, либо не отравится, либо не дорастет до того возраста, когда это станет естественным. Поэтому, говорить в 18 лет, что это важно, наверно стоит, но как говорить, каким тоном, с каким посылом? Родителям это сложно делать, очень сложно. Можно и пустить на самотек, пусть развивается сам, а там жизнь покажет, такие джунгли создать – кто умеет, тот и выживет, кто мудрее, тот и пройдет? Жизнь и так джунглеподобна, и не говорить об этом тоже было бы неправильно. Я бы сказал так: говорить надо. Говорить, что это важно, а это действительно важно: сохранять свою потенцию, свои силы. Но, в тоже время, и не сдавливать энтузиазма, не душить поиск, потому что человек в таком юном возрасте может уйти в какую-то условную правильность, сделать подсказанный в кавычках «воспитанный, правильный» выбор. Такой человек свою интимную энергию, или что-то тому подобное, сохранит до нормального возраста вступления в брак, подсказанного его родителями, но в результате он без своего опыта в жизни, который как раз и закладывается в 15, в 16, в 19 лет. Поэтому я все-таки сторонник «ветров улицы», т.е. сквозняки, которые дуют с улицы, они не всегда простуживают, бывает, что и проветривают нас.

Вопрос ведущего: Терентiй, я думаю, Вы сейчас успокоили, своим авторитетом, многих родителей…

Терентiй: Я думаю – больше детей…

Вопрос ведущего: Да. Не вредит ли чрезмерная сексуальность молодому человеку?

Терентiй: Ну, во-первых, слово «чрезмерное» вообще вредит. Чрезмерное обжорство – вредит, чрезмерное трудолюбие – вредит. Через меру всегда вредит.

Вопрос ведущего: Замечательно сказано!

Терентiй: Насколько сексуальность должна быть чрезмерной? У каждого свой ритм, своя потенция. Другое дело не чрезмерность сексуальности, а сексуальность навязчивая, болезненная, которая идет с большим количеством партнеров. Все вредит. Знаете, даже водой можно обпиться, а тут интимные отношения.

Вопрос ведущего: Это зависимость, да? Молодой человек может попасть в зависимость от молодой женщины?

Терентiй: Конечно, может! Любая зависимость вредна. Он может попасть в такую зависимость, благодаря своей гиперсексуальности. Но, опять же, возникает вопрос, каким образом предостеречь, каким образом ограничить себя? Что, специальные препараты применять, которые понижают ее? Сложность, я могу сказать, заключается в одном: мы знаем, что это нежелательно, но мы не знаем, каким образом наладить, чтобы это «нельзя» не случилось. Часто человек понимает, что это нельзя тогда, когда уже дошел до исполнения этого самого «нельзя». Я бы так сказал: капитан может познать кораблекрушение, но к сожалению, на корабле, а не с берега. Т. е. мы не можем вести обучение матросов на берегу. Все равно должны быть какие-то боевые условия. Можно предостеречь, можно сказать, что их ждет тайфун, ветра, цунами, или может кинуть на рифы, да? Это все на берегу, но настоящий критерий для знаний, который, кстати, может и кончиться плохо, когда они, действительно, разобьются, происходит только в море. Вот этот парадокс между сушей и морем, между «до» и «после», он существует. Можно только лозунгами сказать, что: да, чрезмерное употребление всего, что можно, вредит всему, чему возможно навредить. Если кто-то из молодых людей услышит эти слова, каким-то своим шестым чувством, десятым, это хорошо. Просто не хотелось бы, чтобы он услышал это и отказался от интимного контакта, в надежде, что он станет Исааком Ньютоном в своей праведности и девстве. Может этого и не произойти, и он останется со своими кривомыслями, да еще и навязанными и перевязанными. Пусть лучше остается собой, это самое верное.

Вопрос ведущего: Может быть, само понимание собственной проблемы – это уже шаг к ее исправлению?

Терентiй: Говорят – да. В Китае говорили: кто предупрежден, значит – защищен! Ну, хотелось бы предупредить, что и чрезмерное влияние на вливание или употребление вредит и здоровью, и душе. На востоке говорили еще: «Не будешь себя ограничивать, будет, о чем вздыхать потом». Я знаю – это очень тонкий вопрос, и если его начать расширять, то это переходит в морализацию. Взрослые люди вообще очень любят говорить «Нет!» всему тому, что они когда-то сами делали и говорили «Да!». Когда подростки спрашивают, то большинство взрослых говорит «Нет!», этого нельзя, нельзя, нельзя… С ними трудно поспорить, они действительно правы, потому что они, вероятно, знают последствия, которые возникнут от этого. Взрослые говорят: «Нельзя курить, или употреблять наркотики, потому что они сами когда-то это делали и сейчас стали больными, но это ни о чем не говорит молодым. Лучше бы взрослый мир позаботился, как мне кажется, о том, как вообще избавить детей от наркотиков, даже не от употребления, а от того, чтобы эти самые наркотики вообще перестали существовать в природе, в культуре общества. И это могут только взрослые. Дети не могут, а взрослые – могут. Но они же этого не делают. Поэтому, когда взрослые рассуждают о вреде наркомании по ТВ и в газетах, то это колоссальное всемирное ханжество. Каждый взрослый должен позаботиться, чтобы в его семье это было максимально закрытой темой, но он не может отменить улицу, внедрение этой самой улицы, это такая, я бы сказал, печаль жизни, что поделаешь. Да, жизнь не такая веселая, можно и попасть в ловушку. Так же как и в сексе: можно иметь много сексуальных отношений, а можно с первого раза заразиться и заболеть СПИДом, сифилисом, и на этом радости секса будут надолго закрыты, если не на всю жизнь. Но в 19 лет большинство подростков рассуждают следующим образом: «Мне бы дожить до 30-ти лет и там умереть, я уже буду счастлив»! Это потом, когда доживают до 30-ти лет, до 40, понимают, что хорошо бы пожить подольше, что жизнь только начинается. Ценность здоровья возникает с его потерей. А в 18 лет 30-летний предел выглядит просто запредельным. Это потом, когда начинают лететь дни и месяцы, летят и годы, тогда понимаешь все это. Поэтому, убедить юного наркомана или курильщика, что он будет в 30 лет развалиной тяжело. Это тоже очень непонятно, потому что слово «будете» это далеко. Люди не могут понять, что значит «будут», не став этой развалиной, а когда уже стали, тогда уже поздно. Это пропасть, огромная пропасть между такими понятиями, как реальность и фантазия. Я всегда говорил так: «Молодость… Пусть идет, как идет, но, всегда надо помнить, что у любого действия есть несколько опаснейших граней, которые легко могут сработать и порезать в клочья всю оставшуюся жизнь».