Коса Тузла и стратегические интересы России

Разговорившись с рыбаком из Приморско-Ахтарска, торговавшим на рынке пеленгасом, задал вопрос о том, как нынче ловится рыба. Рыбак честно ответил, что все хуже и хуже. И не только потому, что рыбы стало меньше. А потому, что сильно уменьшился район, где российские рыбаки могли бы ловить рыбу. «У Бердянска нам нельзя, а украинские рыбаки у нас ловят. Причем конкретно ловят. У них для этого больше технических возможностей». На вопрос о том, как повлияло лично на него как на рыбака подписание двухстороннего договора о сотрудничестве в использовании Азовского моря и Керченского пролива 24 декабря 2003 года президентами Украины и России, ответил, что стало еще хуже. «Наши как всегда – сопли жуют! Для украинских рыбаков все Азовское море открыто. А для наших рыболовство в Азове ограничено. Украинцы где хотят, там и ловят. А нам и те не дают, и наши пограничники запрещают. Вон, на рынке полно осетрины. Вся мелкая. Едва ли больше метра будет. А где ее ловят? В зимовальных ямах. Откуда же ей взяться будет?»

Кстати, эти проблемы обсуждаются и на государственном уровне. В первой декаде января 2004 года в Ейске прошло совещание, организованное краснодарским представительством полпреда Президента России в Южном федеральном округе и посвященное контролю над охраной водных биоресурсов в период путины. И все пришли к единому мнению, что «природа края охраняется сегодня неудовлетворительно». (11)

Основная причина – это то, что пограничники и рыбинспекция действуют разобщено. Пограничники, был приведен пример, не выполняют распоряжение губернатора о создании единого причала для маломерных судов, без чего невозможен эффективный контроль над выходом в море. (11)

А вот в районе Керченского полива уже несколько месяцев таких проблем нет. Пока в этом районе охраняется все и вся. Тут пока не только порыбачить, а и пройти свободно и без двойного контроля невозможно. Так что нет худа без добра.