1000 и одна лампа

Глава 4

Майкл со злостью отбросил лопату в сторону и сел на траву, прислонившись спиной к горячей от солнца деревянной стене своего нового дома. Конечно, новым его можно было назвать только с большой натяжкой, и то лишь потому, что он совсем недавно получил этот дом в наследство. На самом деле, ныне покойная тётушка София прожила здесь не один десяток лет, так что он был довольно старым. К тому же, насколько Майкл помнил рассказы тётушки, его построил ещё её дед, и это было очень давно. И вот теперь он стал счастливым обладателем этого ветхого двухэтажного строения.

Конечно, сам дом ему был не нужен, и он с удовольствием отказался бы от такого щедрого «подарка судьбы», тем более у него имелось своё собственное жилище. Но тётушка успела поделиться с ним перед смертью одной тайной, и тогда он с радостью вступил в права владения и домом, и земельным участком, на котором тот стоял.

Хотя теперь, прислонившись мокрой от пота спиной к горячей деревянной стене и разглядывая изрытый вдоль и поперёк участок, он уже не был так уверен, что тайна, которой поделилась с ним перед смертью тётушка, не была плодом её больного воображения.

«Сундучок с золотыми монетами, – усмехнулся Майкл. – Угораздило же меня поверить в эти сказки». А ведь она с таким серьёзным видом рассказывала, что когда-то в неё влюбился один богатый граф, и у них случилась удивительная романтическая история. Эта история продлилась почти месяц, пока её муж находился за пределами Англии, а перед расставанием граф подарил ей этот сундучок. Сам граф потом куда-то исчез, и она его так за всю жизнь больше ни разу и не увидела. А вот сундучок ей пришлось закопать в саду, чтобы его ненароком не увидел муж и не стал задавать ненужных вопросов. Эту тайну и поведала тётушка София своему племяннику Майклу. К сожалению, более точного места она сообщить не успела, поскольку совсем ослабла. Вот так и вышло, что он уже более трёх недель с утра до вечера копался в саду бывшего тётушкиного дома.

«Ещё немного, и меня жена из дома выгонит, тем более я там практически не появляюсь», – подумал Майкл. Трёх недель ему вполне хватило, чтобы понять, что искать сундучок, которого может и не быть вовсе – пустая затея. И тогда он решил попытать счастья в последний раз, а затем вернуться домой и навсегда выкинуть из головы мысли о кладе тётушки Софии.

Но в этот раз ему повезло. Едва он выкопал ямку чуть более фута глубиной, как его лопата, судя по звуку, наткнулась на что-то металлическое. Ещё не веря в удачу, он принялся копать с удвоенным рвением, и вскоре вытащил на поверхность мешок. Конечно, его немного смутило, что это был не сундучок, но он в тот момент радовался, что сумел хоть что-то найти. Но радости в нём поубавилось, когда вместо золотых монет он начал доставать из мешка какой-то хлам. «Что за мусор?» – думал Майкл, перебирая одну вещь за другой, пока не дошёл до старой лампы. По всей видимости, он её и задел лопатой, когда услышал металлический звук, так как на боку лампы осталась небольшая вмятина. Майкл провёл по ней ладонью, и тут случилось что-то невообразимое: лампа выскочила у него из рук, всё вокруг заволокло дымом, а когда этот дым развеялся, перед ним предстал незнакомец. По виду он был похож на человека, только в каком-то странном одеянии. «Неужели это джинн?» – подумал Майкл, вспомнив восточные сказки, которые читал в детстве, но оцепенел от страха и не смог вымолвить ни единого слова.

В это время Гассион, а это был именно он, озирался по сторонам. Он впервые оказался в мире людей, и ему было всё интересно. Во-первых, он прислушивался к своим внутренним ощущениям, которые были скорее приятными, похожими на те, что он испытывал после катания на каруселях в Джинн-парке. А во-вторых, он осматривался вокруг. «Какое всё зелёное, – думал он, глядя на траву и деревья. – А у нас всё жёлтое, песчаное». И тут он заметил человека, прижавшегося к стене. Невооружённым глазом было видно, что его трясёт от страха. По всей видимости, этот человек и потёр лампу. Гассион собрался с мыслями, ведь он так долго ждал этого момента, и произнёс первые слова, которые каждый в стране джиннов знает с самого детства:

– Возрадуйся, человек, ибо сегодня настал твой счастливый день! Я, джинн по имени Гассион, исполню любое твоё желание!

Он сделал небольшую паузу, но поскольку ответа не последовало, добавил:

– Как твоё имя, человек, и что ты желаешь больше всего на свете?

Наконец, тот взял себя руки и произнёс робким голосом:

– Меня зовут Майкл.

Так как больше он ничего не сказал, Гассион повторил свой вопрос:

– Какое твоё желание?

Человек рассеянно пожал плечами, посмотрел по сторонам, и тут его взгляд упал на лежащую в стороне лопату, которую он недавно сам же и бросил туда. Улыбка озарила его лицо, он посмотрел на джинна и спросил с надеждой в голосе:

– А ты можешь указать мне место, где моя тётушка София зарыла сундучок с золотыми монетами? Я уже три недели ищу, да всё никак не получается найти.

– Я всё могу! – с важным видом и достоинством в голосе ответил Гассион, а сам начал вспоминать, что из того, чему его обучали, может в данном случае пригодиться.

«Наверное, поиск энергии золота», – мысленно кивнул он сам себе и так же мысленно произнёс заклинание. Это заклинание позволяло увидеть свет и почувствовать тепло, исходящее от золота, даже если оно находилось глубоко под землёй. И едва он его произнёс, сию же секунду увидел под росшим неподалёку деревом светящийся жёлтый шар. Значит, там и было закопано золото. Для пущего эффекта он одними губами прошептал другое заклинание, и тут же трава в этом месте вспыхнула и буквально за несколько секунд сгорела дотла, оставив после себя небольшой круг пепелища. Конечно, он мог наколдовать человеку сколько угодно золота прямо из воздуха, но тот пожелал только указать место.

– Там твоё золото, – сказал ему Гассион.

Майкл вскочил, схватил лопату, подбежал к дереву и принялся копать.

И вроде бы теперь джинну, исполнившему желание, полагалось исчезнуть, но он почему-то оставался в мире людей.

«Это потому что у меня пока нет уверенности в своих силах», – сообразил он. Раньше ему не приходилось применять магию на практике, ведь она действовала только в мире людей, и он изучал её только в теории. Поэтому нужно было дождаться, когда человек выкопает яму, и самому убедиться, что золото находится именно там. Тогда будет уверенность, что желание исполнено, и возвратная сила, как объясняли Гассиону когда-то учителя, должна будет вернуть его в страну джиннов.

Так всё и произошло.

– Ура, нашёл! – закричал вдруг человек, а затем вытащил сундучок из ямы и открыл крышку.

Глядя на его горящие глаза, Гассион почувствовал, что исчезает. Но прежде чем окончательно исчезнуть, он уловил в глазах человека, когда тот взглянул на него, сожаление. Учителя говорили, что так будет происходить довольно часто. Когда желание людей исполнится, они будут жалеть о том, что не загадали что-нибудь получше. А всё потому, что желание должно быть истинным, только тогда оно способно принести счастье.

В следующий миг Гассион очнулся в кресле, из которого он и отправился в мир людей. Казалось, он только на минуту закрыл глаза и ему всё это приснилось. И тут он осознал, что это был не сон. То, о чём он мечтал на протяжении двухсот лет, всё-таки произошло. А что касается лампы, то она перенеслась в какое-то другое место в мире людей, и теперь будет ждать следующего счастливчика, который её найдёт.

«Фаркус будет гордиться мной, когда я расскажу ему о своём первом задании», – с улыбкой подумал Гассион и поднялся с кресла. Затем он вышел из комнаты и отправился в зал выдачи желаний. Но брата там не оказалось. И тут он взглянул на табло и увидел, что Фаркуса тоже вызвали в мир людей. До конца смены оставалось ещё много времени, и Гассион в ожидании брата устроился на диване. Тем более и его самого могли вызвать ещё раз. Но шли минуты, которые складывались в часы, а брата всё не было. Постепенно Гассион погрузился в свои мысли и совсем потерял счёт времени.

Очнулся он от громкого звука сирены. Прошло двадцать четыре часа, и смена закончилась. Джинны потянулись к выходу, только вот Фаркуса нигде не было. И судя по табло, из мира людей он так и не вернулся.

Глава 5

Откуда-то издалека донёсся звук школьного звонка, приглашающего на урок. С каждой секундой он становился всё громче и звал всё настойчивее, и чтобы не опоздать, Костя рванул в сторону класса. Но не успел он сделать и шага, как запутался в одеяле и открыл глаза. «Это всего лишь будильник», – скорее не промелькнула, а проползла черепахой в ещё не до конца проснувшемся сознании мальчика мысль. Он протянул руку, привычным движением нажал на кнопку, и звон прекратился. Почти сразу же приоткрылась дверь, и в комнату заглянул отец.

– Доброе утро, – сказал он.

– Доброе утро,– ответил Костя.

– Завтрак на столе, а я пошёл на работу. Вставай, в школу не опаздывай и веди себя хорошо.

Не дожидаясь ответа, он тут же вышел из комнаты, а вскоре захлопнулась входная дверь. В квартире больше никого не осталось, так как мама обычно уходила на работу ещё раньше.

Костя потянулся, встал и приступил к стандартной утренней программе: заправить постель, сделать зарядку, умыться, позавтракать, собрать портфель, надеть школьную форму и пойти в школу. Естественно, перед тем как выйти из квартиры, он не забыл потереть лампу и загадать своё самое заветное на протяжении последних трёх месяцев желание.

Путь до школы обычно занимал у него почти двадцать минут, а если бегом, то десять. Но сегодня торопиться было необязательно, время в запасе ещё оставалось, поэтому он шёл спокойным шагом, наслаждаясь яркими и сочными красками золотой осени. Но внезапно сердце его забилось чаще и он, перестав смотреть под ноги, едва не споткнулся о бортик. А всё потому, что метрах в двадцати впереди он увидел Лену. Ту самую одноклассницу Лену, которая смеялась над ним в пятницу вместе со всем классом. Этот эпизод за выходные почти стёрся у него из памяти, и вот опять откуда ни возьмись появился, как будто никуда и не уходил.

Но его взволновало не только это. Лена перешла к ним в класс из другой школы год назад, и с тех самых пор очень нравилась Косте. За этот год им не удалось поговорить лично, разве что пару раз, когда она его о чём-то спрашивала, а он что-то смущённо отвечал. Хотя в мечтах он часто представлял себя принцем, а её принцессой, и что он везёт её на белом коне в замок, вырвав из лап ужасного огнедышащего дракона. Вот и сейчас, когда она шла почти рядом, воображение нарисовало картинку, что они идут в школу вместе, держась за руки, и о чём-то весело разговаривают. И он уже совсем поплыл в своих мечтах, но внезапно пришлось резко вынырнуть, так как прямо над ухом прозвучал ненавистный голос второгодника Славы Грачёва:

– Эй, писатель, много книг за выходные написал?

И тут же раздался их с Егором смех.

А Костя и не заметил, как они появились из подворотни и пошли рядом с ним.

Но Грачёву этого показалось мало, и он как можно громче, чтобы услышала идущая впереди Лена, спросил ехидным голосом:

– Невесту провожаешь?

И Лена услышала. Она обернулась, посмотрела на одноклассников и смущённо улыбнулась. Косте хотелось сказать ей, чтобы она их не слушала, но он не мог вымолвить ни слова. Грачёв с Егором ещё немного посмеялись, а потом увидели знакомого и перешли через дорогу.

Весь оставшийся до школы путь он уже больше не представлял, что идёт вместе с Леной. Наоборот, он даже немного отстал, так как ему было стыдно. А вскоре появилась и школа, в которую, словно муравьи в муравейник, со всех сторон стекались ученики.

Вопреки опасениям Кости, если не брать в расчёт эпизод со Славой Грачёвым, никто в школе не напомнил ему о его желании стать писателем. Следующие три урока прошли спокойно, без каких-либо происшествий. Затем по расписанию стояла математика, сразу же после большой перемены.

Когда звонок известил об окончании третьего урока, большая часть ребят поспешила в столовую. Костя не проголодался, поэтому решил остаться в классе. К тому же он хотел проверить примеры из домашнего задания, так как был уверен, что его обязательно вызовут к доске.

Перемена подходила к концу, он уже почти закончил проверку, но внезапно что-то привлекло его внимание. Он поднял голову и увидел, что рядом с первой партой примостился на корточках Егор.

Но стоило Косте посмотреть на него, как тот поднялся на ноги и вернулся на своё место на задней парте, за которой его ждал Слава Грачёв. Они сразу же принялись что-то живо обсуждать, но тихо, так что слов было не разобрать.

«Странно, что это Егор делал рядом со стулом Лены?» – подумал Костя. Самой Лены в это время в классе не было, она ещё не вернулась из столовой. И пока он решал, сходить посмотреть или нет, ребята постепенно начали возвращаться в класс, а вскоре раздался звонок на урок. Почти сразу в класс вошла Инесса Павловна. Все с ней поздоровались, и она заняла место за учительским столом.

Костя оказался прав, она даже не открыла журнал, а посмотрела на него и сказала:

– Что ж, Федотов, в пятницу ты не успел закончить, поэтому с тебя и начнём. Выходи к доске, будем разбирать домашнее задание.

Но Костя был к этому готов, так что особых проблем у него не возникло. Конечно, он кое-где ошибся, но всё-таки свою четвёрку, хоть и с минусом, заслужил.

– Молодец, можешь вернуться на своё место, – улыбнулась ему учительница и вызвала отвечать следующего ученика.

Костя так и сделал. Сначала он слушал, что говорят у доски, но постепенно его внимание переключилось на сюжет книги. «Интересно, почему Фаркус не вернулся из мира людей до окончания смены? – размышлял он, пока ещё не придумав продолжения. – Что могло его задержать?»

Костю так увлекло это занятие, что он и не заметил, как урок подошёл к концу. Вернее, заметил, но только когда прозвучал звонок на перемену.

– Все могут быть свободны, – сказала Инесса Павловна и стала складывать бумаги у себя на столе.

Следующим уроком была физкультура, так что ребята торопились собрать портфели и покинуть класс, чтобы успеть переодеться. И ничего не предвещало беды, но вдруг Костя замер, уловив в голосе Инессы Павловны нотки удивления и даже ужаса.

– Лена, что это у тебя сзади?

Лена от неожиданности застыла перед дверью, а затем попыталась рассмотреть, что же так удивило учительницу? Но не только она, весь класс уставился на неё. Посмотрел и Костя, и его взгляд сразу остановился на огромном пятне, похожем на чернильное.

– Это у тебя чернила? – словно в подтверждение его мыслей, спросила Инесса Павловна. – Как тебя угораздило испачкать школьную форму?

И тут же с задней парты на её вопрос ответил Егор:

– Я видел, как Костя Федотов сидел на корточках рядом с её партой.

– Наверное, он и вылил чернила ей на стул, – добавил Грачёв.

Костя так и замер, оторопев от такой наглой клеветы. Ведь это же они сами и сделали! Они подставили его! Но он ничего не успел сказать в свою защиту, так как Лена со злостью посмотрела на него, покраснела и выбежала из класса.

– Ну, знаешь, это уже ни в какие ворота, – дрожащим от гнева голосом произнесла учительница. – Чтобы завтра же родители пришли к директору!

Он хотел сказать хоть что-нибудь, но слова будто застряли у него в горле. И тогда Костя, не выдержав осуждающих взглядов одноклассников, быстро покинул класс. Первой его мыслью было найти Лену и постараться объяснить ей, что он здесь ни при чём. Но на физкультуре её не было, а потом он узнал, что она отпросилась и ушла домой.

«Теперь она так и будет считать меня виновным», – грустно вздохнул Костя. Минуты тянулись мучительно долго, и он еле-еле дождался окончания занятий. Медленно шагая в сторону дома, он думал о том, что теперь Лена никогда в жизни не будет с ним разговаривать. К тому же ещё нужно было как-то рассказать родителям, что их вызвали к директору. Костя покачал головой, удивляясь превратностям судьбы. Ещё утром у него не было ни одной проблемы, теперь же появилось целых две.

Глава 6

– Гассион, привет! – раздался вдруг знакомый голос.

Обернувшись, он увидел свою подругу Джайлин. Они были знакомы с самого детства, вместе проходили все этапы обучения, и даже их дома находились недалеко друг от друга.

– Привет, – улыбнулся он в ответ.

Они не разговаривали с того самого момента, как закончили учиться, и он был искренне рад видеть её. К этому времени почти все джинны уже разошлись и зал выдачи желаний был практически пуст.

– Тебя можно поздравить с первой сменой? – спросила Джайлин.

– Тебя тоже? – вопросом на вопрос ответил Гассион.

Они хитро подмигнули друг другу, посмотрели по сторонам, словно заправские заговорщики, и рассмеялись. Это была их общая шутка ещё с детства.

– А чего ты здесь сидишь? – спросила она. – Смена закончилась, пойдём по домам. По пути поделимся впечатлениями от первого посещения мира людей. Я видела твоё имя на табло.

– А тебя тоже вызывали? – порадовался за неё Гассион. – Поздравляю!

Затем он оглядел пустой зал, и улыбка исчезла с его лица.

– Не могу я пока уйти, Фаркус ещё не вернулся. Всё так странно, смена ведь уже закончилась.

– Ничего странного, – возразила Джайлин. – Ты же прекрасно знаешь, что у людей есть целых три дня на то, чтобы загадать желание, а потом джинны автоматически возвращаются. Так что конец смены ещё ничего не означает, твоего брата могли и задержать. Я, например, тоже задержалась. Попался какой-то нерешительный человек, всё никак не мог придумать, чего же он хочет.

– Да, ты права, – кивнул Гассион, поднимаясь с дивана. – Наверное, зря я волнуюсь за брата. Он опытный джинн, к тому же сам мне говорил, что в наших интересах вернуться пораньше. Ладно, пойдём.

Они покинули здание УПРАВЛЕНИЯ ИСПОЛНЕНИЯ ЖЕЛАНИЙ и пошли домой.

– Ну, так что, как прошло твоё первое перемещение? – спросила Джайлин. – Расскажи, мне очень интересно.

Гассион улыбнулся, думая о том, что она всегда была такой любознательной.

– Хорошо, слушай, – и он начал свой рассказ.

Он описал ей, какие чувства испытал, когда оказался в мире людей. Какая там зелёная трава, совсем не похожая на жёлтый песок страны джиннов. И как испугался человек, когда увидел его появление из лампы.

– Представляешь, всё произошло именно так, как и говорили нам учителя, – поведав ей историю о поисках сундучка с золотыми монетами, подошёл к концу рассказа Гассион. – Перед тем как исчезнуть, я уловил у него во взгляде сожаление. Он искренне жалел, что загадал именно это, ведь у него, как и у любого другого человека, имелось заветное желание. Только вот люди вспоминают об этом слишком поздно.

– Повезло тебе, за час отстрелялся, – улыбнувшись, покачала головой Джайлин. – К тому же такое лёгкое желание пришлось исполнять. А у меня какой-то особый экземпляр человека попался, почти сутки продержал. Я о таких, по-моему, даже в учебниках не читала.

– Серьёзно? – удивился Гассион, помня о том, сколько времени она провела в библиотеках во время учёбы. – Расскажи, что за экземпляр такой, интересно послушать.

– Вот ты говоришь, что разглядывал зелёную траву, когда появился из лампы. Для меня же первое знакомство с миром людей не стало чем-то необыкновенным. Насколько хватало глаз, вокруг простирались бескрайние пески. Зрелище для нас вполне привычное, поскольку в стране джиннов тоже песка хватает. Только вот было там пусто и безлюдно, если не считать человека на верблюде, и я поняла, что меня занесло в пустыню.

– На верблюде? – спросил Гассион, вспоминая картинки из учебников о мире людей. – Это животное с двумя горбами?

– Какие-то с двумя, какие-то с одним, но конкретно у этого было два. Люди обычно передвигаются верхом на верблюдах, устроившись между горбами. Но этот человек стоял рядом и держал в руках лампу, которую, по всей видимости, только что нашёл в песке. В отличие от твоего человека, мой не испугался, а наоборот, смотрел с интересом. Это я уже после поняла, что он постоянно перемещается по пустыне один, и всё новое и необычное вызывает у него интерес. И произнесла я, значит, первую фразу: «Возрадуйся, человек, ибо настал твой счастливый день…», и так далее, как учили. Ну, не мне тебе рассказывать.

Они переглянулись и рассмеялись, вспомнив, как играли в детстве в человека и джинна. Так что эту первую фразу они произносили друг другу не один десяток раз.

– И всё-таки, что такого необычного было в этом человеке? – спросил Гассион. – И почему он сразу не загадал желание?

– Своеобразный человек, – покачала головой Джайлин. – Видимо, привык разговаривать сам с собой. Как услышал, что я исполню одно желание, сел на верблюда, поехал по пустыне и давай рассуждать вслух, чего бы такого загадать. Так я и проходила целый день за ним по пескам. Мы ведь не можем торопить людей в их желаниях.

– Так что же он загадал?

– Ни за что не догадаешься, – усмехнулась Джайлин. – Я до сих пор ходила бы за ним, но он в очередной раз достал флягу, чтобы попить, и оказалось, что у него закончилась вода.

– Он загадал воду? – удивился Гассион.

– Да, наполнить флягу водой. И судя по его довольному лицу, это желание было истинным.

– Сразу же вспоминается фраза из учебников: «Много ли человеку для счастья надо?» – покачал головой Гассион.

Некоторое время они шли молча, потом переключились на другие темы, а вскоре подошли к дому Джайлин.

– Не переживай, – сказала она. – Вот увидишь, скоро твой брат вернётся.

– Я очень на это надеюсь.

Затем они попрощались друг с другом, и Джайлин скрылась за дверью, а Гассион продолжил путь и вскоре тоже добрался до дома. Смена, а точнее ожидание брата несколько утомило его, поэтому он лёг на диван и закрыл глаза.

«Хорошая всё-таки Джайлин подруга», – подумал он, и постепенно к нему стали приходить воспоминания о том времени, когда они вместе учились. И одним из самых ярких моментов было происшествие, после которого Гассион понял, что может всегда и во всём доверять ей. Учился тогда с ними джинн по имени Байлет. Однажды он разбил в школьном музее один древний артефакт и каким-то образом ему удалось взвалить всю вину за содеянное на Гассиона, которого он уже давно недолюбливал. А что самое неприятное, в это поверила их всемогущая директриса, в чьих силах было навсегда закрыть Гассиону доступ в УПРАВЛЕНИЕ ИСПОЛНЕНИЯ ЖЕЛАНИЙ при достижении двухсотлетнего возраста.