История Челябинска в свете Новой Хронологии

Введение

Автор этой книги родился, вырос и большую часть жизни провел в г. Челябинске. Со школьной скамьи интересовался историей, и особенно историей родного края: во время учёбы в школе занимался в археологическом кружке при Челябинском государственном педагогическом институте под руководством известного челябинского археолога д. и. н. Б. Н. Виноградова. После окончания средней школы планировал поступать на исторический факультет Челябинского государственного университета, и даже посещал с этой целью полугодичные подготовительные курсы, но, поддавшись модным веяниям того времени, в итоге стал дипломированным юристом.

Однако, интерес к истории у меня не угас, и с особенной силой он возродился после первого знакомства с книгами по Новой Хронологии, в свете которой история родного края заиграла совершенно иными красками, чем те, которыми ее рисует официальный исторический дискурс. В итоге зародилась мысль написать работу, посвященную реальной истории Челябинска, или, по крайней мере, сделать посильные шаги в этом направлении: автор отдает себе отчет в том, что, не являясь профессиональным историком, и не располагая возможностями для масштабной работы в архивах, вряд ли может претендовать на всеохватывающее историческое полотно (кстати, даже историки-профессионалы отмечают, что для полноценного изложения первоначального периода истории Челябинска у них недостаточно материала, а это, по их мнению – 18 в.!). В то же время, есть понимание того, что, пусть и с малого, но необходимо начать разбор исторических и историографических завалов и нагромождений, сопровождающих историю Челябинска, полную загадок и противоречий. Возможно, эта книга станет толчком или спусковым крючком для будущих профессиональных исследований, прольющих свет истины на наше историческое наследие. Материалы для книги автор собирал более десяти лет и столько же выкристаллизовывалась общая картина происшедших событий, постепенно складываясь в мозаику из разрозненных, и, иногда, на первый взгляд, не связанных между собою фактов. Возможно, она будет грешить неточностями и ошибками, прошу строго не судить – автор исходил из имеющихся у него сведений.

Думаю, что представлять Челябинск читателям нет особой нужды – город – «миллионник», один из 16-ти на текущий момент в России и 7-ой по количеству населения в стране, второй по величине промышленный, экономический, транспортный и культурный центр Урала (после Екатеринбурга, хотя коренные челябинцы могут и оспорить данный тезис). Что в общественном сознании в первую очередь связано с названием «Челябинск»? – овеянный вечной славой Танкоград, индустриальные гиганты первых пятилеток – ЧГРЭС, ЧТЗ, завод им. С. Орджоникидзе. Конечно же, крупнейшие металлургические производства страны – ЧЭМК, ЧМК, естественно, трубопрокатный завод (ЧТПЗ) и пр. Спору нет, все это было и есть в истории Челябинска, только вот индустриальный (советский) этап его развития своими масштабами как бы заслонил от нас предшествовавшие этому периоды (и вполне оправданно), и вроде бы до прокладки через Челябинск железной дороги – знаменитого Транссиба в самом конце 19 в., и начавшемся в связи с этим бурным экономическим ростом города («Зауральский Чикаго» называли тогда Челябинск в прессе), не было в его жизни никаких примечательных событий – так, сонный, уездный городок, коих тысячи разбросаны на бескрайних просторах матушки-России: бездорожье, грязь, мухи, скука… В общем, профессиональному исследователю не к чему приложить свои знания и умения – в целом картина и так, мол, понятна.

К сожалению, данный подход до сих пор господствует в отечественной историографии и местном краеведении. Мало того, благодаря т. н. «масскультуре», в последние годы само название Челябинск все более и более становится чуть ли не синонимом провинциальности, захолустности и пр. В этой книге, используя результаты и методы концепции Новой Хронологии (НХ), я попытаюсь показать, что это далеко не так, что Челябинск – город, без преувеличения, с древней историей, наполненной бурными, возможно даже эпохальными событиями, имеющими значение для всей страны, а не только для местного, регионального уровня. Сразу хочу оговориться – данная книга рассчитана на читателей, хорошо знакомых с трудами авторов концепции НХ, в связи с чем, в необходимых случаях, рекомендую обращаться к соответствующим изданиям многоуважаемых А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского (ФиН).

Кроме того, изучение истории Челябинска и прилегающего к нему региона через призму НХ даёт интересные результаты в плане вскрытия методов фальсификации древней истории нашей страны, заказчиком которой выступила династия Романовых (либо их западноевропейские покровители), в целях обоснования своих прав на российский престол, а также обнаруживает признаки проводимых Романовыми и их сторонниками во власти, в ходе завоевания и дальнейшего освоения территорий бывшей Московской Тартарии, если применять современную политологическую терминологию, специальных психологических операций, по сути гибридной войны (в исторической науке для этого явления принят нейтральный термин «колонизация»).

На примере Челябинска этот феномен, характерный, как выясняется, и для других захваченных Романовыми регионов, будет заметен достаточно выпукло, возможно в связи с тем, что это был последний оплот Ордынской империи на территории, как минимум, современной юго-восточной России, который смог продержаться, по моему мнению, до 30-х гг. 19 в., после окончательного захвата которого Романовы получили, наконец, возможность двигаться дальше – в Среднюю Азию. В связи с этим, выводы авторов НХ в отношении возможности захвата Романовыми Сибири только после проигрыша Московской Тартарии в Пугачевской войне, и методов, которые ими применялись в этих целях, изложенные в соответствующих работах, находят своё полное подтверждение. Попутно замечу правоту ныне покойного историка, д.и. н. Пыжикова А. В., высказавшего в одном из своих выступлений на «YouTube» канале интересную мысль – фактически сначала Романовыми была создана история Сибири (эта задача, по всей видимости, была поручена Г. Ф. Миллеру в середине – конце 18 в. – авт.), и лишь после этого написана цельная история всей России (очевидно Н. М. Карамзиным – авт.), что, конечно, не является случайностью.

Географически мое исследование не будет ограничиваться только пределами современной городской черты г. Челябинска, мы расширим его на территорию прилегающего региона – в разные исторические периоды данная местность входила в состав множества различных государственных, политических, административных, этносоциальных, этнополитических и пр. образований – Сибирского ханства (царства), Ногайской орды, Башкирской орды (оказывается, существовала и такая!), Исетской провинции, Уфимского наместничества, Оренбургской губернии, Уральской, и, наконец, современной нам Челябинской области (список далеко не полный).

Хронологические рамки исследования охватывают 13 – 19 вв. Именно в этот период, по моему скромному мнению, возник, существовал и погиб старый город Челябинск (ранее в просторечии – Че (и) ляба или Силяба), который в дальнейшем, с целью отличия его от нового населенного пункта с тем же названием, основанного примерно в той же местности романовской администрацией, мы будем условно называть «ордынским».

В книге широко использованы материалы исторических, археологических, краеведческих, историографических, этнографических, географических, геологических исследований, архивные источники, сведения об истории Челябинска, опубликованные в периодических изданиях (газеты, журналы и пр., в т. ч. интервью с профессиональными историками и краеведами), в интернете, в т. ч. на краеведческих форумах, исторические источники, не признаваемые официальной наукой: «Джагфар Тарихы», «Ростовский летописец» А. Артынова, «Русский летописец» и др., фольклор и предания уральских народов, картографический материал разных периодов, старинные фотографии г. Челябинска, а также личные наблюдения автора, с детства изучающего историю родного края и прошедшего по нему в годы юности с рюкзаком и палаткой, что называется, вдоль и поперек… Итак, в путь, дорогой читатель!

Краткий обзор истории Челябинска в рамках официального дискурса

Вначале нашего исследования предлагаю вкратце окинуть мысленным взором историю Челябинска и прилегающего региона с точки зрения официальной или традиционной исторической науки (ТИ, для отличия от концепции НХ), благо, что историки отвели ему жизни всего-навсего 286 лет (на момент написания этой работы) – прямо скажем, совсем немного по сравнению с возрастом древних русских городов типа Москвы, Владимира, Суздаля, или даже некоторых городов урало-сибирского региона – Тобольска, Тюмени, Томска, даже ближайшего Кургана и пр. Прямо скажем, несколько странно для местности, изобилующей археологическими памятниками, начиная с каменного века, некоторые из которых имеют мировое значение (Аркаим и Синташта, например), т. е. освоенной еще в седой древности, а также богатой различными природными ресурсами (золото, железо, медь, драгоценные камни и пр.), и весьма перспективной с логистической точки зрения. Впрочем, к этому вопросу мы еще вернемся.

Современная историография предлагает следующую периодизацию истории г. Челябинска:

– Челябинская крепость (в т. ч. центр Исетской провинции в период 1743—1781 гг.): 1736 – 1781 гг.;

– город Челябинск (уездный город): 1781 – 1917 гг.;

– советский период: 1917 – 1991 гг.;

– современный период – после 1991 г.

Челябинская крепость (включая центр Исетской провинции): 1736 – 1781 гг.

Челябинская крепость была заложена 2 сентября 1736 года (по старому стилю) на месте урочища Селябэ или в другом произношении – Челя (е) би для защиты от нападения местного населения – башкир на военные обозы с продовольствием, следующие из Теченской слободы в Оренбургскую и Верхояицкие крепости. Челябинская крепость наряду с Чебаркульской и Миасской крепостями, построенными чуть раньше, составляли т. н. Старую Оренбургскую или Исетскую линию (в разных источниках она называется по-разному). По некоторым данным, к этой линии также относились Уйская и Еткульская крепости. Учитывая то, что в 18 в. в Российской империи (РИ) понятие «линия» в административно-правовом смысле подразумевало государственную границу, данный факт подтверждает версию ФиН о том, что Сибирь (в исследуемый период времени, это географическое понятие охватывало также территорию современного Урала) до окончания Пугачёвской войны Романовым не принадлежала. По динамике продвижения различных линий (Закамской, Оренбургской, Уйской, Исетской, Тоболо-Иртышской и др.), т. е. границ, от центра страны к её окраинам, можно достаточно точно хронологически проследить процесс расширения территории, подвластной Романовской династии.

Челябинск был основан в ходе работы т. н. Оренбургской экспедиции (переименованной позже в комиссию), проводившей курс на ускоренную русскую колонизацию Башкирии и Зауралья, а башкирские восстания, явившиеся ответом на вооруженное вторжение, выявили уязвимость путей сообщения между строящимся Оренбургом и Зауральем, служившими опорой для Оренбургской экспедиции (история этого масштабного, по сути, захватнического романовского предприятия, задуманного еще Петром I, в свете НХ интересна сама по себе, в частности, она хорошо иллюстрирует указанный выше тезис о том, что Сибирь и Урал до окончания Пугачевской войны Романовым не принадлежали. Этот вопрос мы рассмотрим более подробно в своём месте, включая механизм завоевания Романовыми башкирских земель с двух направлений или баз – Екатеринбурга и Оренбурга).

Основателем крепости считается известный деятель эпохи Петра I, его личный переводчик и сподвижник в «восточных» делах – полковник А. И. Тевкелев (Тевкелев Кутлу-Мухаммед), склонивший чуть ранее к присяге на верность императрице Анне Иоанновне т. н. киргиз-кайсаков Малой орды (попросту – казаков). В 1950-х гг. московскими архивистами был найден подлинник донесения (докладной записки) А. И. Тевкелева руководителю Оренбургской экспедиции (комиссии) В. Н. Татищеву, документально подтверждающий дату и факт основания города А. И. Тевкелевым. Интересно, что до обнаружения этого свидетельства дата основания Челябинска была дискуссионной – в исторической литературе есть множество альтернативных вариантов (этот документ мы еще рассмотрим подробно). Считается, что крепость была основана с согласия владельца земли, на которой она располагалась – башкирского старшины Кара-Табынской и Барын-Табынской волостей Сибирской дороги (даруги) Таймаса Шаимова, получившего от императрицы Анны Иоанновны наградное оружие – саблю и статус тархана, т. е. лица, освобожденного от уплаты податей (ясака), видимо, в т. ч., за неоценимую помощь в колонизации башкирских земель романовской царской администрацией (впоследствии этими привилегиями пользовались потомки Таймас-батыра).

С 1736 г. Челябинская крепость административно относилась к Уфимской провинции. Очень интересно, что по некоторым данным, гарнизон крепости состоял из стрельцов (и это в 30-х годах 18 в.!) и казаков (якобы выходцев из крестьян Европейской России и зауральских слобод, при переселении в крепость в срочном порядке верставшихся в казачье сословие). В июне 1742 г. Челябинскую крепость посетил известный немецкий ученый и путешественник И. Г. Гмелин, который оставил о ней первое известное в научной литературе описание: «Эта крепость также находится на реке Миясс, на южном берегу, она похожа на Миясскую, но побольше и окружена только деревянными стенами из лежащих брёвен. Каждая стена имеет примерно 60 саженей. Она заложена вскоре после Миясской крепости, а имя получила от ближайшего к ней, находящегося выше на южной стороне реки леса, по-башкирски Челябе-Карагай».

В 1743—1781 годах Челябинская крепость являлась административным центром Исетской провинции, согласно указу Оренбургской комиссии от 22 сентября 1743 г. (до этого момента только входила в состав данного административного образования. Исетская провинция, а точнее та территория, которую историки относят к Исетской провинции, на протяжении 18 в., скорее всего, подчинялась Московской Тартарии (условно Тобольску, хотя это тоже дискуссионный вопрос – не исключено, что столица Тартарии продолжала называться Москвой, а не Тобольском) и была либо отвоевана у Романовых в ходе многочисленных т. н. башкирских восстаний начала – середины 18 в., либо перешла под власть Тобольска (отложилась) во время или незадолго до начала Пугачевской войны, об этом – в своём месте).

В 1760-е годы в Челябинской крепости находились следующие органы местного управления: воевода, провинциальная канцелярия, ратуша, духовное правление и др. (сразу обращает на себя внимание наличие такого органа управления как воевода, более характерного для старой, допетровской Руси). В крепости располагалось примерно 500 жилых дворов, из них около 100 – внутри крепостной стены. Крепость на обоих берегах реки Миасс была обнесена деревянной оградой (заплотом) с рогатками, надолбами и тремя проезжими башнями. Первоначально в крепости имелась одна деревянная церковь Николая Чудотворца, построенная в 1737 году (?), позже к ней добавилась каменная двухпрестольная (по другим данным – трёхпрестольная) церковь – Христорождественнский собор, с 1914 г. имеющий статус кафедрального собора Челябинска (разрушен в 1930-е гг. в ходе антирелигиозной кампании, историю этого собора мы подробно рассмотрим далее, она тоже очень интересна в свете НХ). В начале 1774 года, якобы благодаря решительным действиям воеводы А. П. Верёвкина, Челябинская крепость выдержала первый приступ пугачёвцев, однако в феврале 1774 года пугачевским войскам под руководством атамана И. Грязнова всё же удалось ею овладеть на непродолжительное время (якобы освобождена в апреле того же года отрядом генерала Деколонга).

К наиболее значимым событиям «крепостного» («провинциального») периода в истории Челябинска можно отнести посещение крепости И. Гмелиным (якобы в 1742 г.), якобы перенос в Челябинск административного центра недавно созданной Исетской провинции (1743 г.), строительство Христорождественнского собора (якобы 1748—1766), события, связанные с Пугачевским восстанием (якобы 1773—1775 гг.), включая знаменитое бегство калмыков в Китай в 1771 г.

Город Челябинск (уездный город): 1781 – 1917 гг.

В 1781 году Челябинская крепость меняет свой правовой статус -становится городом и одновременно центром Челябинского уезда Екатеринбургской провинции (области) Пермского наместничества (по мнению некоторых историков, городской статус Челябинск обрёл фактически еще в 1744 году после того, как стал центром Исетской провинции, закрепив его в 1753 году созданием ратуши – органа самоуправления городских сословий. Вообще, у историков наблюдается постоянная путаница между городом и крепостью Челябинск, в разных документах наименования могут варьироваться, так же, как и название – Челяба, Челябинская крепость, Челябинск, и это не случайно, о чем мы будем говорить дальше).

С 1782 года Челябинск и Челябинский уезд вновь административно переподчиняются Уфимской области Уфимского наместничества в ходе реорганизации Оренбургской губернии. 6 июня 1782 года указом императрицы Екатерины II утверждён герб уездного города Челябинска: в верхней части щита располагается уфимский герб – куница, в нижней – навьюченный верблюд, в знак того, что через город проходили торговые пути. В 1788 году группа врачей во главе с Андреевским С. С. изучает в Челябинске симптомы неизвестной ранее опасной болезни и дает ей название – сибирская язва, а также впервые в мире выделяет сыворотку против данного заболевания – событие мирового масштаба по оценке ученых. В 1796 году, в ходе очередной административно-территориальной реформы (упразднение наместничеств), Челябинск вновь включен в состав Оренбургской губернии, в связи с чем утверждается новый герб города – навьюченный верблюд в нижней части губернского щита.

В 1861 году в городе учреждён Одигитриевский женский монастырь, разрушенный в 1930-х гг. в ходе антирелигиозной кампании (по некоторым данным, кирпич, оставшийся от разборки монастыря, якобы был направлен на строительство бывшего здания УНКВД по Челябинской области). До конца 19 в. Челябинск был небольшим городком, население которого относилось в основном к торгово-ремесленной прослойке. В городе функционировала своя ярмарка.

Рождение Челябинска как крупного промышленного и транспортного узла относится к 1892 году. Именно тогда было окончено строительство Самаро-Златоустовской железной дороги, соединившей Челябинск с европейской частью страны и продолжилось строительство Транссибирской магистрали далее на восток. Кроме того, дальнейшему развитию города способствовал запуск в эксплуатацию в 1896 году ветки Уральской горнозаводской железной дороги, соединяющей Челябинск с Екатеринбургом, вследствие чего значительно увеличился грузопоток, идущий через Челябинск в европейскую часть России: в короткий срок город занял ведущие позиции в стране по торговле хлебом, маслом, мясом и чаем. Так, по торговле хлебом Челябинская биржа конца 19 в. – первая в России, по торговле импортным чаем – вторая. Этому так же способствовало и введение правительством страны так называемого «Челябинского тарифного перелома» в период 1896—1913 гг. За Челябинском прочно закрепляется неофициальное почётное название «Ворота в Сибирь». В этот период город растет и ввысь, и вширь – появляются первые каменные многоэтажные дома, резко увеличивается население (в 1917 г. – ок. 70 тыс. чел.), чему способствует открытие недалеко от железнодорожной станции Челябинск крупного переселенческого пункта, появляются первые крупные промышленные производства, как грибы растут различные торговые, банковские, агентские конторы, включая представительства зарубежных фирм (1500 торгово-промышленных заведений с годовым оборотом до 30 млн рублей). Отмечается связанный с этим резкий рост в образовательной и культурной сферах (открываются новые учебные заведения, Народный дом – первый театр и пр.). Именно в этот период Челябинск получает неофициальное название – «Зауральский Чикаго».

Наиболее значимые события периода «уездный город» – изменение правового статуса Челябинска с «крепостного» на городской (1781 г. – дата сразу обращает на себя внимание: после окончания Пугачевской войны), открытие богатых Миасских и Пластовских золотых месторождений и вызванная этим т. н. «золотая лихорадка» (конец 18 в. – середина 19 в., данные события напрямую не связаны с г. Челябинском, однако, несомненно, оказали определенное влияние на его развитие), создание т. н. Новолинейного района в составе Оренбургской губернии (1835—1837 гг., перенос далее в степь Оренбургской укрепленной линии, вероятно только после этого стало возможно дальнейшее продвижение Романовых в Среднюю Азию), посещение города цесаревичем, будущим императором Александром II (1837 г. – первое в истории посещение представителем царской фамилии Урала и Сибири, не случайно именно в это время – после того, как угроза со стороны Тартарии (Орды) была окончательно отодвинута в степь – см. выше создание Новолинейного района), разработка и учреждение первого регулярного (по современному – генерального) плана города (1838 г. – очень важная дата, также вероятно связанная с созданием Новолинейного района), прокладка недалеко от города железной дороги и начало строительства Транссибирской магистрали и вызванный этим фактором бурный экономический рост в конце 19 в. – начале 20 в. (1892 г.).

Подробно рассматривать советский и современный периоды истории г. Челябинска в данной работе нет необходимости в связи с хронологическими рамками исследования, ограниченными 13—19 вв., так как именно в указанном временном интервале находятся события, являющиеся основным предметом нашего исследовательского интереса.

Итак, как мы видим, значимых событий в истории Челябинска за период, составляющий без малого два века (1736—1917 гг.), с т. з. исторической науки, произошло действительно не так уж и много. Вместе с тем, ключевые исторические моменты данного периода, выделенные мною выше, проанализированные через призму концепции НХ и с применением разработанных ее авторами методов, дают результаты, совершенно отличные от официальной версии истории Челябинска, о чем мы подробно будем говорить в своём месте. Кроме того, историки и краеведы крайне неохотно признают, что у города Челябинска была как бы некая предыстория, в частности, в некоторых источниках имеются данные, свидетельствующие о его основании гораздо раньше общепринятой даты в 1736 году, но эти сведения, по их мнению, не подкреплены никакими официальными историческими документами, поэтому остаются до сих пор в области предположений и околонаучных гипотез, а то и городских мифов. Анализу этих интереснейших данных мы специально посвятим отдельную главу.