Теория Безумца
- -
- 100%
- +
Генерал вытащил папиросу из портсигара. По старой привычке покрутил её в руке, вдохнул аромат табака, но курить не стал, положил на место.
– Мне нравятся твои варианты… Натану Бернарду нужно поддерживать дружеские отношения с Джоном Смитом. Он – важная фигура. Его жена – кузина Роберта Кеннеди, у которого есть все шансы стать следующим президентом США.
Локтев повернул к себе портсигар, снова взял папиросу. С наслаждением закурил и продолжил мысль:
– Что касается расследования ФБР в НАТО. Пока причин для беспокойства нет. Но всякое может случиться. Не допустимо, чтобы ФБР ворошило детство Натана Бернарда – это ваша задача. Думайте, как это сделать! Нивелируйте риски и снабдите ищеек такими доказательствами, чтобы надолго, а ещё лучше навсегда, у них отпала охота ковыряться в биографии Натана Бернарда.
Генерал замолчал, но видно было, что он ещё имел что-то сказать.
– Внешняя разведка – это глаза и уши страны, – произнёс он. Докурил папиросу и потушил её в пепельнице.
Шеф любил «заходить издалека», «готовить собеседника» к главному. Когда генерал, в начале беседы, сузил круг задач Фокса до радиуса «выжить и сохранить лицо», Лазарев удивился – это было не в духе командира. Но как выяснилось, генерал «разминался» и только подходил к основной теме.
– Расследование ФБР не должно служить тормозом для решения наших задач – свернуть или локализовать военные проекты США, нацеленные на СССР. Подтолкнуть Вашингтон к компромиссу. Направить к стабилизации советско-американские отношения, разрядке напряжённости, сворачиванию гонки вооружения, – завершил речь генерал, – Вопросы есть? Вопросов нет. Приступайте к выполнению!
– Слушаюсь!
Английская тётушка
Лазарев вызвал к себе подполковника Фролова. Выслушал его о готовности агентов Фокса и Ренарды к новой командировке и спросил:
– Как обстоят дела с тётушкой Натана Бернарда?
– Мадам Бернард регулярно получает от него звуковые сообщения. Его манеры вести диалог, голос вживляются в её подсознание. У слепых оно особенно развито. Мадам Бернард считает, что находится на полном содержании племянника, – доложил Фролов, – Мы учитываем все нюансы их заочных взаимоотношений, кроме личных контактов. Несколько лет назад, когда женщина, практически, ослепла, ей наняли медсестру. Горничная Эльза – наш агент под прикрытием.
– Фотографии, семейные архивы? – продолжал спрашивать Лазарев.
– Подростковые карточки, школьные тетради, дневники, письма, настоящего Натана Бернарда уничтожены. Где это было возможно, сделана подмена. Детские фотографии оставили не тронутыми: они плохого качества, на них толком ничего не видно, – уточнил Фролов.
– Есть ещё одноклассники настоящего Натана Бернарда, их родители… В случае, если расследование доберётся до них…придётся выводить Фокса и Ренарду из игры. Этого допустить нельзя! Это приказ!.., – распорядился Лазарев.
– Слушаюсь, товарищ полковник! – ответил Фролов.
Снова на Марс
– Тася, я хочу поговорить с тобой о будущем нашего сына, – произнёс Виктор.
– Я знаю о чём пойдёт речь, – тихо ответила Тася, – ты снова будешь настаивать, чтобы Юра жил в Москве.
– Тася! Мы уезжаем на неопределённый срок! Если сейчас всё оставить как есть, то Юрка пойдёт в среднюю школу в Александровке – в далекой заброшенной деревне, которая даже не является районным центром! В то время, как он может учиться в лучших учебных заведениях страны! Мы служим, в том числе, и для того, чтобы обеспечить сыну достойное будущее… Три года назад Юрка был маленький. Тогда я согласился с тобой, что малышу будет лучше с бабушкой. Она заботилась о нём три года. Сейчас другая ситуация. Юрка на будущий год пойдёт в школу. Будет лучше, если это произойдёт в Москве, – начал диалог Виктор.
– Ты хочешь, чтобы сын воспитывался в интернате? – растерянно произнесла Тася.
– Да. Я хочу, чтобы он получил образование в заведении, где живут и учатся дети дипломатов и работников аппарата внешней разведки Советского Союза! – воскликнул Виктор.
– Рыжий! Ты хочешь лишить сына семьи… Я тоже окончила сельскую десятилетку! Детство у сына должно быть нормальное: в семье, а не в детдоме! – взмолилась Тася.
– Рыжая! Таких как ты, больше нет! За три года выучить три языка и пройти полный курс спецподготовки разведчика-нелегала – это не каждому под силу! Ты – одна из немногих, кому такое удалось, поверь мне. Где гарантия, что Юрка такой же способный и трудолюбивый? – возразил Виктор.
– Витя, скажи честно, ты хочешь, чтобы Юрка стал разведчиком-нелегалом и провёл всю жизнь вне Родины, под вечным прессом опасности, со всеми вытекающими последствиями? – спросила Тася.
Виктор молчал. Прошло несколько минут, прежде чем, он ответил:
– Нет не хочу. Но и запрещать не стану. Сын будет выбирать свою судьбу сам. Наш долг – дать ему лучшее образование.
– Программа везде одинаковая. В Александровке знания дают не хуже, чем в другой советской школе. Мама будет рада, если Юра вернётся домой. Давай спросим об этом сына. Пусть он сам сделает выбор, – предложила Тася.
– Можно подумать, я не знаю, какой будет ответ! – вздохнул Виктор, – но поговорить с Юркой обязательно нужно.
***
– Юра! Через год ты пойдёшь в школу. Мы с мамой хотим, чтобы ты жил и учился в Москве, – начал разговор отец.
– А как же бабуля, друзья? Венька, Сенька, Олька? Сопочка, Уба, рыбалка? Пёс Трезор? Они где будут? – спросил озадаченный сын.
– Где и сейчас. В Александровке. В Москве у тебя появятся новые приятели и увлечения, – уверенно парировал отец, – вокруг будут ребята из таких же семей, как и наша. Их родители служат за рубежом. Люди, которые будут тебя окружать – хорошие и добрые. Только нужно потерпеть, чтобы привыкнуть к новым условиям и со всеми подружиться.
– В Александровке мастерская, где мы с дядей Яшей строим корабли. Я пускаю их в плавание по Убе …Папа, мама! Вы скоро уедете! Не бросайте меня здесь одного! Не нужны мне новые друзья! Я хочу домой, в Александровку, к моей бабуле! – пролепетал сын и заплакал. Горючие слёзы капали на рубашку. Он их вытирал, но они всё равно ручьями текли из глаз падали и расползались на одежде…
Виктор схватил сына. Поцеловал в солёные щёки и пообещал отвезти к бабушке в Александровку, «старым» друзьям и к Сопочке.
***
Отпуск подходил к концу. До отъезда в Париж оставались считанные дни.
– Рыжая, ну что ты опять плачешь! – Виктор обнял жену, – Юра у мамы. У него всё хорошо. И будет хорошо!
Он дотронулся до волос жены, провёл рукой по волнистому локону.
– Воздух Родины сыграл злую шутку с моей быстрокрылой ласточкой! За три месяца отважный агент Ренарда превратилась в деревенскую Таську? У нас совсем не много времени, чтобы вернуть тебя в образ Эрики Стюард!.. Рыжая, прекрати реветь и немедленно бери себя в руки! Выкинь из головы всё, что касается Родины. В первую очередь – русский язык. С этой минуты будем общаться только на английском! Хочешь, на немецком…или на твоём любимом французском? Ну вот! Опять слёзы!.. Юра, мама! Русский язык – это самый заклятый враг для нас (прости меня, Господи!) Запомни это! На нём нельзя ни говорить, ни думать! Будешь держать мысли о доме, они обязательно вырвутся наружу! Это смерть или арест. И вечное расставание с родными! С Юрой!
Работа у нас такая – Родине служить. Если не мы, то кто!?
***
Проводы разведчиков-нелегалов за рубеж – это не только давняя традиция, но и строгий регламент, в ходе которого оценивается эмоциональное состояние агентов.
Утром к дому Звонцовых подошла машина, с виду обычное такси. Виктор и Таисия сели в него. До Шереметьево их сопровождал Фролов.
Куратор напутствовал подопечных: «В добрый путь! Ваши родные и близкие под надёжной защитой! Не волнуйтесь за них! Служите во благо нашей Родины! Всё будет хорошо!..»
– Служу Советскому Союзу! – ответили хором оба.
Всё! Рубикон пройден!
В аэропорт прибыли Натан Бернард и Эрика Стюард.
Быстрый самолёт снова унёс их на Марс, где нет русского языка, Юры, мамы, Рудного Алтая и СССР.
Глава 2
«Дофин»
Штаб-квартира НАТО базировалась во дворце Шайо, в центре Парижа. После того, как Франция объявила о выходе из НАТО и потребовала вывести со своей территории подразделения, объекты и вооружённые силы Альянса, встал вопрос о поиске новой столицы НАТО.
Изначально планировали перенести её в Нидерланды. Но ограниченные жилищные возможности Амстердама не удовлетворили потребностей Альянса. Лондон, где располагалась первая штаб-квартира, вновь выдвинул себя, но большого энтузиазма у стран-участниц не встретил и отозвал свою кандидатуру.
Ходило множество слухов. Рассматривали Рим. Но в условиях жилищного кризиса, в итальянском мегаполисе не нашли достойное помещение.
После многочисленных дискуссий было принято предложение Бельгии, которая выделила большой земельный участок в Брюсселе, в районе старого аэропорта и гарантировала, в сжатые сроки, построить временное, а в течение пяти лет, постоянное здание штаб-квартиры НАТО.
Проблемы переезда избалованной офисной публики из пафосного парижского дворца Шайо в «Брюссельский сарай» были многократно увеличены расследованием ФБР. Мрачная картина передислокации дополнилась следственными действиями, допросами, доносами, выемкой документов, обысками, очными ставками. В коридорах здания «Дофин»16, как теперь называли Шайо, воцарилась тяжелая атмосфера. Работники находились под жесточайшим прессингом ФБР и неизбежностью смены места жительства.
Французская делегация старалась не привлекать к себе внимания. Коллеги из других стран прилагали немалые усилия, чтобы не изливать им в глаза горечь и разочарованием выдворением за пределы Франции.
Для большинства персонала перенос офиса в Брюссель вызывал состояние, близкое к шоку. Никто не горел желанием перебираться из города любви и комфорта во «фламандское болото». Все накрепко срослись с Парижем. Вложили средства в недвижимость. Дети сотрудников НАТО были пристроены в парижские учебные заведения. Передислокация вызывала массу неудобств, ломала привычки, действовала на нервы. Обстановка в «Дофин» была накалена до предела.
Неизбежно встал вопрос оплаты труда. В Бельгии шкала заработной платы значительно ниже, чем во Франции. Работники технических служб могли найти другую, хорошо оплачиваемую работу в Париже. Многие секретари, вспомогательные работники покинули «Дофин», не дожидаясь увольнения. Руководители штаб-квартиры остались без помощников. Это ещё больше усилило хаос. Начальникам приходилось самим освобождать шкафы, паковать чемоданы, перевязывать стопки папок. Шла подготовка и приготовление к перемещению представительств пятнадцати стран! Форменное переселение народов!
***
После отпуска Натан Бернард прибыл на рабочее место и встретил свой кабинет опечатанным. В кадровой службе ему вручили список дел, которые надлежало подготовить, но, чтобы вскрыть дверь потребовалось специальное разрешение представителя ФБР, которого никто не знал где искать. В секретариате было непривычно пусто. Посла отозвали в Вашингтон. Ассистент уволилась. Поход к атташе оказался безрезультативным. Суматоха, суета, беготня по этажам. Всем было не до него.
Натан Бернард пришёл в канцелярию. Заведующий – усталый пожилой служащий разбирал завалы писем. Здесь царила такая же неразбериха, как и везде.
– Я вижу в нашем ведомстве начались проверки…, – резюмировал безрадостную картину Натан Бернард.
– Неизвестно, когда эта канитель закончится! – поддержал актуальную тему заведующий канцелярией и пожаловался, – Месяц назад у нас высадился целый десант ФБР. Налетели, как вороньё, неожиданно, во время уик – энда. Изъяли всё до последней бумажки. В понедельник мы пришли, как обычно, на службу и обнаружили шкафы пустыми. В письменных столах – ни единого файла. Шариковые ручки и те конфисковали. Потом всё вернули, в коробках… Могу предположить, мсье, что если Ваш кабинет опечатан, то документация, с которой Вы работали, находится у них.
– У меня секретов нет, – продолжил тему Натан Бернард, – Что ищут?
– Ни «что», а «кого». Говорят, «крота» … Подозревают, что в недра НАТО затесался шпион! Но это тайна, мсье, – выдохнул собеседник, приложив палец к губам.
– Хороша тайна! Если о ней все знают, – рассмеялся Натан.
– Сами посудите? Кого может разыскивать ФБР в штаб – квартире НАТО? Несложно догадаться, что «охота на ведьм» не обошла стороной и наше учреждение, – предположил заведующий.
Натан поинтересовался, не поступала ли какая-нибудь корреспонденция в его адрес. Собеседник пожал плечами и указал глазами на свалку конвертов в углу. Развёл руками и посетовал, что все работники разбежались. Он не успевает маркировать и разносить почту.
Пришлось разбирать бумаги самому.
Несколько часов кропотливой работы увенчались успехом. Натан Бернард нашёл письмо из Министерства обороны США, предназначавшееся для него. Судя по штампам, оно уже побывало в руках ищеек. Но открыть официальное послание из Пентагона, они не решились.
Прочитал. Фортуна, очередной раз, улыбнулась ему и внешней разведке Советского Союза: господина Бернарда вызывали в Вашингтон, на штатное место службы. Вопрос с возвращением в Пентагон решился сам собой.
Аналоги и антиподы
Макс Фельт много лет занимал должность заместителя директора ФБР. В последние годы за ним закрепилась обидная кличка – «Вечный зам». Трудно придумать нечто более оскорбительное для боевого командира, участника Второй мировой войны.
В отличие от своего знаменитого шефа – кабинетной крысы – Эдгара Гувера, Макс Фельт много раз смотрел смерти в глаза. И на войне, и на оперативных разработках. Несколько раз был ранен. В трусости и предательстве замечен не был.
Он много раз задавался вопросом: «Почему моих заслуг никто не замечает? Я достойнее, моложе, образованнее, заслуженнее…Чем хуже я этого старика, застрявшего в должности директора ФБР на целых пол века?»
Ответа не было. Нереализованные амбиции давили.
Вечный зам терпел срывы настроения, беспричинный гнев начальника. Страдал, но вида не показывал. Угождал, выслуживался, старался. Выказывал лояльность, изображал преданность. Мечтал, что наступит счастливый момент, когда он войдёт в кабинет директора ФБР, на правах хозяина.
Макс Фельт видел в расследовании НАТО свой счастливый шанс громко заявить о себе. Подумать только! Чиновники, полковники, дипломаты, учёные – служащие крупнейшей международной организации находились под подозрением, следовательно, в его руках. Фельт надеялся, что поимка шпиона в Альянсе – его звёздный час. Был уверен, что сумеет в кратчайшие сроки вытащить «крота» наружу.
Масштабное расследование в международном Альянсе угодило, как нельзя, вовремя. Через два года – президентские выборы. Непопулярный Линдон Джонсон будет переизбран. Единственный достойный кандидат – брат Джона Кеннеди – Роберт. На все уровни власти придёт новая команда управленцев. Учитывая ненавистные отношения Эдгара Гувера с кланом Кеннеди, новый президент (конечно же!) обратит внимание на его первого зама – Макса Фельта и воздаст ему должное – назначит директором ФБР.
***
Большая часть сотрудников делегации штаб-квартиры НАТО относилась к категории младшего обслуживающего персонала: технические работники, ассистенты, снабженцы, курьеры, связисты. Они не имели доступа к секретной информации и особого интереса для ФБР не представляли, по крайней мере сейчас, на первом этапе. Но, во многом могли, пролить свет на характер, окружение, обстановку в офисе. Все были допрошены и пока отпущены.
Макс Фельт сосредоточился на ключевых сотрудниках.
Во дворце Шайо, в ближайших кафе и ресторанах были установлены «прослушки». В перерывах, выбравшись из офисов, наивные служащие полагали, что здесь они могут чувствовать себя свободно. На самом деле, их болтовня, прямиком, попадала в уши спецслужб.
Была проделана колоссальная работа – составлены досье на каждого специалиста и руководителя.
Прошёл месяц. Но грамотные, продуманные и выверенные следственные действия должного эффекта не возымели. Не было найдено ни одного подозреваемого! Как будто работников НАТО прогнали через чистилище. Добытые сведения на каждого из них, можно было смело размещать на доску почёта, как образец безупречности и чистоты перед Отечеством.
Эдгар Гувер, выслушав доклад зама, в котором, в очередной раз, не услышал о подозреваемых, разразился истерикой. Вволю накричавшись, он начал давать советы по стратегии и тактике «расстановки сетей»:
– Применяй нетривиальные подходы: провокации, перекрёстные допросы. Никогда не поверю, что из двухсот членов делегации нет ни одного, у кого бы не нашлось сомнительных контактов, дорогих приобретений и мутных интересов!
– Мы создали базу данных. Внесли информацию на каждого сотрудника от даты рождения до номера страхового свидетельства. Ничего подозрительного! Я лично проверял, – заверил Макс Фельт.
– Значит плохо проверял! Анализировал людей по одиночке, теперь разбей их на группы. Введи категории. Классифицируй людей по признакам. Посмотри, кто выбивается из выборки. Обрати внимание на молчунов-одиночек. Или, наоборот, сосредоточься на весельчаках и балагурах! Вытряси из них душу! Заставь сплетничать, стучать друг на друга! Делай же что-нибудь! Не сиди сиднем! Через неделю, если не будет результата, снова поедешь во Вьетнам – давить окопных блох! – рявкнул директор и бросил трубку.
После унизительного разговора, Фельт объявил своей команде «мозговой штурм». Было решено изменить тактику и применить к расследованию новые методы.
Закостенелый консерватор, он скептически относился к идее – «придумать нестандартную формулировку запросов для ЭВМ и пропустить досье сотрудников через фильтры». Но делать нечего! Традиционные методики не работали – пришлось прислушаться к мнению молодёжи.
Ребята зажглись, прозвучали десятки вариантов запросов. Были подготовлены программы, которые обработали на ЭВМ.
Результат превзошёл себя! Поиск в категории: «аналоги и антиподы» отобрал 59 человек, которые имели один и тот же внеофисный контакт, принадлежащий Николасу Рюэффу – директору трейдинговой компании Лондонской биржи.
На первый взгляд – информация так себе. Ничего интересного. До тех пор, пока Макс Фельт не задал себе вопрос: «Трейдер биржи и сотрудники НАТО. Что может связывать военных специалистов с финансистом?» И тут же ответил: «Деньги – вот он – мотив сближения!»
Следующим шагом стал сбор сведений по имущественному состоянию выявленной группы лиц.
Добытые сведения насторожили следователя ещё больше.
За последние три года активы Николаса Рюэффа выросли в десятки раз! Он открыл филиалы своей фирмы «NR» на Нью-Йоркской бирже и в Гонконге.
Натовцы, сотрудничающие с трейдером, тоже заметно разбогатели. Обзавелись коттеджами, квартирами в Европе, приобрели акции крупнейших корпораций мира.
***
Макс Фельт доложил руководству о ходе следствия.
– Пятьдесят девять потенциальных «кротов»? – воскликнул от удивления Эдгар Гувер, – Неделю назад не было ни одного, а сегодня пятьдесят девять?! Ты что издеваешься? Или шутишь?
– Факты сами говорят за себя, – продолжал Фельт, – я предполагаю, что все они, продавали на биржу секреты НАТО через Николаса Рюэффа и получали от него хорошие комиссионные.
– Массовый слив военных секретов из самого сердца НАТО прямо на биржу? Что это? Вселенский заговор? – ужаснулся Гувер.
– Все ниточки ведут к трейдеру Лондонской биржи – Николасу Рюэффу. Этот тип хитёр, ловок и удачлив. За последние несколько лет он окучил не только НАТО, но и французское правительство! Подготовил буклет, в котором исчислил ущерб для Европы, в результате использования долларов. Получил гигантскую сумму, которую аккумулировали США на своих счетах, благодаря деятельности «Золотого пула». Расчёты Рюэффа попалась на глаза Шарлю де Голлю. В результате, Франция отказалась от долларов и потребовала от США обмен бумажной валюты на золото. Вашингтону ничего не оставалось, как исполнить это требование. С тех пор, состояние о золотовалютном запасе США напоминает сводку боевых действий – тает на глазах. Франция богатеет, а Николас Рюэфф назначен официальным консультантом Министерства Финансов Франции! – сообщил Макс Фельт.
– Ты что хочешь сказать, что советник министра финансов Франции – советский шпион?.. – впал в ступор Гувер, – Какие действия ты планируешь в этой связи?
– Немедленно арестовать Николаса Рюэффа. Произвести обыск и выемку документов, – сообщил Фельт.
На том конце провода воцарилось молчание. Через несколько минут Гувер произнёс:
– Тебе не приходило в голову, что ты ошибаешься? А если окажется, что Николас Рюэфф никакой не крот, а талантливый бизнесмен? Учитывая специфику работы биржи, он обязан быть виртуозным психологом и финансистом. Для хорошего трейдера сведения – инструмент, который используется для определения прогноза котировок акций. Твои предположения могут оказаться полным бредом! Ты не боишься выглядеть идиотом, выставив пятьдесят девять сотрудников НАТО предателями, а добропорядочного англичанина – шпионом?.. Кроме того, нельзя не учитывать, что за каждым из них стоят целые кланы! Воевать придётся с элитой! Это тебе ни «дебилов Макнамары» арестовывать! – снова «взревел» Гувер. Но потом неожиданно успокоился и сказал, – Нужно всё проверить, прежде чем, «махать шашкой». Мы поступим по-другому. Ты завтра позвонишь трейдеру, договоришься о встрече и…
Small talk
17
Перед отъездом в Вашингтон, Натан Бернард зашёл попрощаться с другом и застал его в ужасающем состоянии.
– …Он позвонил в дом к отцу! – бился в истерике Николас, – Знал, что я буду на выходных в Париже! За мной установили «слежку»! Возможно, что завели уголовное дело! Меня арестуют за сбор конфиденциальной информации у служащих НАТО о поставках вооружений! Какой позор! Если об этом узнают клиенты, со мной откажутся сотрудничать! Моему бизнесу – конец! От меня уйдёт Кларис, заберёт детей и часть имущества! Мой Бог! Какой немыслимый скандал ожидает меня с отцом! Как ты думаешь, они вправе конфисковать активы?
Руки у него тряслись. Он снял очки, чтобы они не мешали ему выражать эмоции. Глаза, без привычных окуляров, выглядели беззащитными и ошарашенными. Лицо побледнело, губы высохли, волосы на голове сбились и висели неопрятными клочками.
– Ты с ума сошёл? – встряхнул его Натан, – Давай разбираться, по существу. С какой стати тебя арестуют? Ты что подписывал какие-то документы с НАТО?
Натан принёс бутылку виски и щедро плеснул её содержимое в стакан.
– Нет, не подписывал, – залпом выпил Николас, после чего вцепился взглядом в собеседника, как в спасательный круг.
– Продолжим! – сказал Натан, – Физические лица, которых ты почему-то предпочитаешь называешь «служащими НАТО», заключили с твоей фирмой договоры? Если «да», то какие? Типовые или индивидуальные? Присутствует ли в них упоминание, что люди, которые сотрудничают с тобой, представляют интересы НАТО, или страны-участницы Альянса?
– С «NR» у них типовые договоры. «Поставщики информации» ничьи интересы, кроме собственных, не представляют. Индивидуальные требования оговаривались устно. К каждому из них у меня подобраны персональные «ключи». С контрагентами работаю только я. Мои работники получают готовый набор данных для обработки на ЭВМ. Сделки на бирже проводятся только после моего одобрения.
– Вот и чудесно! Ты полностью контролируешь ситуацию! – успокоил друга Натан, – прекрати, пожалуйста, своих «поставщиков информации» увязывать с местом их работы. Потрудись вспомнить, предмет типовых договоров твоей фирмы.
Николас стал понемногу успокаиваться. Надел очки, почесал лоб и дословно, без запинки, выпалил:
– «Клиент обязуется предоставить персональные данные о своём имущественном положении и совершать финансовые сделки, в соответствии с указанием Консультанта, наделённого эксклюзивным правом выступать на бирже от лица Клиента».
– Я не услышал твоих «любимых» словечек – «поставщик информации», – удивился Натан.
– Понятие «поставщик информации» в договорах отсутствует и фигурирует как «Клиент», – вытаращил глаза трейдер.
– Николас! Как математик ты, может быть, и гигант мысли!.. Но как юрист ты тоже… выше всяких похвал! – рассмеялся Натан, – Живи спокойно! Ни один сыщик не сможет уличить тебя в преступлении, исходя из сути твоих договоров! Если ты сам, конечно, не проболтаешься.
– Что ты подразумеваешь под словом «не проболтаешься»? – насторожился Николас.
– Это значит расскажешь следователю то, что сейчас услышал я. Речь идёт про «поставщиков информации», сотрудников НАТО. Ну и, главным образом, про сбор секретных данных о вооружении стран международного Альянса! – укоризненно напомнил Натан и увидел, что Николас съёжился от его последней фразы.