Троян
- -
- 100%
- +
Шансы расправиться с Кастро, расстреливая из гранатомета автомобиль, в котором он ехал, многократно оборачивались провалами.
Яхта, взорванная на пути из порта Мариель в Гватемалу, также не имела цели на борту.
Однажды подкупленная любовница растворила ядовитые пилюли в креме для бритья кубинского лидера. Кастро, раскрывший заговор, предложил ей пистолет, чтобы она выстрелила в него. Женщина, метавшаяся между любовными чувствами и желанием получить обещанные деньги, отказалась его убивать.
Зная о страсти Кастро к дайвингу, американская разведка, на этот раз, распространила в районе кубинского побережья цветные моллюски. В крупной раковине была спрятана взрывчатка. Для верности, Карлос Марти должен был подменить баллон акваланга команданте на другой, содержащий туберкулёзную палочку. Но вовремя был пойман на месте преступления, арестован и приговорён к казни.
Вмешался Фидель Кастро и велел доставить предателя к себе.
***
Кортеж команданте мчался по Гаване.
Никто не знал, какое пристанище изберет кубинский лидер на этот раз. В состоянии полной «боевой готовности» должны были находиться все «протокольные дома» на Кубе. К концу 60-х, их насчитывалось уже более сотни и все они каждый день ожидали высокого гостя.
На побережье опустились вечерние сумерки. Тропическая прохлада вытеснила зной и улицы наполнились людьми. Минуя квартал Эль-Лагито, где было расположено большинство «протокольных домов», кортеж притормозил у секретной виллы, под номером 13.
В обычной обстановке Фидель любил принимать здесь гостей. Весельчак и балагур, он обсуждал дела, выкуривая сигару за сигарой. Пил ром. При своем росте в метр девяносто пять, он выглядел настоящим великаном рядом со своими невысокими собратьями. Его уважали, боялись и поклонялись.
Вилла под номером 13, как и другие «протокольные дома», имела просторную гостиную, уставленную креслами с низенькими столиками.
Когда ввели Карлоса, Фидель, сидя в кресле, с сигарой в руке, читал газету. Прошла минута, вторая. Казалось, хозяин не замечает «гостя», замершего у входа, в ожидании экзекуции.
– Что скажешь? – прервал молчание Кастро.
– Прости меня, компаньерос15, – не поднимая глаз, выдавил из себя Карлос.
– Компаньерос…, – строго повторил команданте, и, сделав глубокую затяжку сигарой, воскликнул, – Революция дала тебе всё, о чём мечтали мы тогда, в 59-м. Голодные, под проливным дождём, в Сьерра-Маэстра16, месяцами скрываясь от Батисты17! Теперь у тебя хороший дом, бесплатная школа для детей, медицинское обслуживание, сахарные плантации. Чего тебе не хватало, мерзавец?
Карлос молчал.
– За какую сумму ты продал меня, скотина? Предал революцию, Родину, единомышленников, друзей, с которыми проливал кровь, – Фидель гневно затушил сигару в хрустальной пепельнице. Встал во весь свой богатырский рост, подошёл к арестованному, схватил его за подбородок и поднял голову предателя так, чтобы видеть его глаза.
Карлос зажмурился и тут же получил кулаком в челюсть. От удара, улетел к камину, едва не угодив в его холодную пасть. С трудом поднялся и тут же упал от пинка в живот. Корчась на полу в крови, с мольбой в голосе, просипел:
– Не убивай меня…команданте…я тебе ещё пригожусь…я…много знаю о них …о ЦРУ…я всё расскажу…пощади мою семью…моих детей… они в чём не виновны…
Фидель бросил к лицу предателя фотографии.
– Их ты тоже сдал? – спросил Фидель, указывая на глянцевые снимки.
– Не понимаю о чём речь, – просипел арестант, – Возможно, мне приходилось видеть этих людей, но я не знаю, кто они!
– Всё ты прекрасно знаешь, собака! – разозлился команданте, – Это лидеры повстанческих группировок Никарагуа: Генри Руис, Хайме Уилок, братья Ортега. Четыре месяца назад я принимал их на этом самом месте! В тот день, ты отвечал за безопасность! Вчера люди Самоса арестовали и посадили в тюрьму всех четверых. Твоих рук дело?
– Я только установил прослушку…, – отвечал Карлос, – И уже во всём сознался!
– Во всём? – взревел взбешённый Фидель, – Мне приходиться клещами вытаскивать из тебя каждую деталь твоих связей с врагом! В чём состояла твоя работа на цэрэушников, кроме того, что ты охотился на меня?
– Я должен снимать наличные доллары в "Nugan Hand Bank", рассчитываться с наркодилерами и перевозить «кокс» в порт Коринто, где происходит переброска зелья в США… В Сан-Франциско прикормленные торговцы продают “дурь” в чёрных районах. Безопасность дилеров обеспечивает ЦРУ.
– Каким образом наркотики оказываются в Никарагуа? – спросил Фидель.
– Оцени простоту схемы, команданте! Сандинисты доставляют кокаин из Венесуэлы на самолётах в никарагуанские наркодеревни. Я не предавал дело революции, команданте! Свято выполнял твоё поручение – исполнять интернациональный долг перед дружественным никарагуанским народом! Вырученные деньги за кокс идут на свержение проамериканского режима! – поклялся Карлос, но увидев грозное выражение лица собеседника, смешался и скороговоркой внёс поправку, – Не скрою, брал… Немножко. Совсем чуть-чуть… Брал!.. Но не злоупотреблял!
– Ты что, за дурака меня держишь? – прошипел Кастро, – Какие самолёты в Никарагуа?
– Небольшие. Авиетки. Цэрэушные лётчики перебрасывают на них кокаин. За рейс – не больше полтонны. Самолёты маленькие, зато беспрепятственно могут летать через границы стран Латиносов… На всю Никарагуа одна-единственная радиолокационная станция. Расположена она в столичном аэропорту и покрывает воздушное пространство лишь треть…Летай – не хочу! Вот авиетки и наяривают – челноками возят кокс.
– Кто стоит во главе наркопирамиды?
– Я не знаю! Честно не знаю! Но у наркодилеров в США очень крутая крыша! Создана целая организация с банковской структурой по отмыванию наркодолларов, – ответил Карлос.
– О каких суммах идёт речь?
– Денег очень много. Партии наркотиков идут каждый день.
– Каким образом товар попадает в США?
– Изобретательность наркоторговцев не знает предела! Они используют рыболовецкие суда. Контейнеры-торпеды буксируют грузы, снабжённые радиомаяками, под водой. При угрозе задержания, их отцепляют и затапливают. Затем находят, поднимают и везут дальше. Транспортируют «кокс» и в контейнеровозах. Досмотреть всё невозможно. К тому же, коррумпированность таможни не знает предела! Быстроходные катера уходят от преследования береговой охраны стран Центральной Америки, в арсенале которых одни старые посудины. Наркоторговцы разбогатели до такой степени, что приобретают даже списанные подводные лодки!..
Фидель вызвал конвой и произнёс, обращаясь к предателю:
– Обо всех подробностях своих взаимоотношений с цэрэушниками, включая явки, пароли, прослушки ты обстоятельно расскажешь коронеру18. Попробуешь что-нибудь утаить – закончишь жизнь в сапоге19!
Карлоса увели, а Фидель вызвал своего помощника и надиктовал ему текст депеши, которую велел немедленно доставить в посольство СССР в Гаване.
Таинственное исчезновение
24 февраля 1969 года. Москва. Лубянка.
Утро у генерал-лейтенанта Локтева ушло на разборку почты. Скопилась уйма бумаг, каждая из которых, требовала личного участия, внимания и времени, которого у руководителя подразделения «С» (нелегальной разведки) Первого главного управления КГБ СССР, было, до крайности, мало.
За окном разыгралась метель. Не видно ни зги. Стояла жуткая февральская стужа.
В кабинете жарко. Генерал подошёл к окну и открыл форточку.
Адъютант принёс кофе. Свежая булка, с ароматом морозного воздуха, показалась ему особенно вкусной.
Внимание Локтева привлекло сообщение Солдатова А.А. – резидента КГБ в Гаване (открытая должность – советник посольства СССР на Кубе) извещавшего, что из источника, близкого к окружению Фиделя Кастро, стало известно, что среди лиц высшего руководства ЦРУ создана группа, занимающаяся контрабандой наркотиков из стран Латинской Америки в США. В качестве перевалочной базы задействован порт Коринто в Никарагуа. Деньги, вырученные от продажи зелья наркодиллеры направляют на свержение проамериканского режима.
Локтев ещё раз прочёл кубинское сообщение, сопоставив его с донесением агента Леля, годичной давности о том, что среди осведомителей Западного побережья США завёлся крот.
Лель информировал, что намерения советской стороны, в частности, по переговорам ОСВ с США, становятся быстро и с подозрительной точностью известны Киссинджеру20.
Контрразведка уже второй год занималась поиском «лелевского» крота, но пока безрезультатно. Утечка сведений могла исходить как из посольства СССР в США, так и из подразделений головного штаба КГБ и МИДа.
Изначально в число подозреваемых вошло большое количество людей. После предварительного расследования, круг заметно сузился. Шла тщательнейшая проверка. Ошибиться было нельзя. На кону стояла репутация многих людей, преданно и беззаветно служивших Отечеству. Оскорбить их незаслуженным подозрением, было бы жестоко и бесчеловечно.
Интуиция подсказывала Локтеву, что в донесении Солдатова может скрываться ключ, которого так не доставало в деле «лелевского крота».
***
Рабочий день в учреждении ещё не начался. Сотрудники пока не заняли своих мест. Молчали телефоны.
Локтев просмотрел остальные документы, расставил по местам подписи. Вызвал адъютанта, велел забрать бумаги с готовыми резолюциями и пригласил к себе в кабинет полковника Аристова.
Аристов курировал самый большой, сложный и стратегически важный регион – Северную и Южную Америку. Человеком он был немногословным, спокойным и системным. Вчера записался на приём, но рапорта, или какого-либо иного письменного свидетельства темы аудиенции, не представил.
Из чего следовало, что разговор предстоял неформальный, выходящий за рамки текущих вопросов. «Хотя какая тут может быть формальность, в нашем-то деле?» – усмехнулся своим мыслям генерал и приготовился к приёму.
***
Вошёл Аристов и доложил, что пропал агент Троян, много лет работающий на Западном побережье США.
– Троян?.. Этого ещё не хватало! Что произошло? – расстроился Локтев.
– Пока неясно. В течение трёх месяцев он не выходил на связь. Трижды не явился на очную ставку. Последний тайник от него был получен в начале сентября прошлого года. С тех пор тишина, – ответил Аристов.
– Прежде такое случалось? – спросил Локтев.
– Да. Но находило логическое объяснение. В нынешней ситуации, все разумные сроки давно вышли. Считаю, что этот инцидент требует серьёзного вмешательства контрразведки, – пояснил Аристов.
– Какие меры уже предприняты? – спросил генерал, цепко ухвативши взглядом подчинённого.
– Мы выяснили, что Роберт Рэй (американское имя Трояна) четыре месяца назад уволился с работы. Съехал со съёмной квартиры, – продолжал Аристов, – В больницы, полицейские участки Сан-Франциско не поступал. Морги тоже проверили – трупа нет.
– Как обстоят дела с его близкими родственниками? – продолжал расспрашивать генерал.
– Родители – пенсионеры: Свиридовы Алексей Юрьевич и Алёна Дмитриевна проживают в Челябинске. Жена – Свиридова Мария Петровна работает на оборонном заводе. Сын Алексей – студент третьего курса, МГТУ им. Баумана, – проинформировал Аристов, – За каждым из них установлено круглосуточное наблюдение. Подозрительных контактов пока не обнаружено.
– Напомните, почему жена Трояна не вместе с ним? – поинтересовался генерал.
– Свиридовы приступили к специальной подготовке к нелегальной разведке в 1949 году. Оба с отличием завершили обучение. Пара была признаны годной для совместной работы. Но когда дело дошло до командировки за рубеж на длительный срок, Мария Петровна отказалась – не смогла оставить сына в интернате. Юрий Алексеевич Свиридов (Троян) уехал один, – доложил Аристов, – За всё время, он несколько раз приезжал в Союз. В отпуск. Последний раз – пять лет назад.
– Троян – искусный агент, – с досадойконстатировал генерал, бегло просматривая его досье, – Без малого двадцать лет за рубежом под одним рабочим именем, что свидетельствует о тончайшей работе, величайшем умении и высоком профессионализме. До сих пор не вызывал ни малейших подозрений. Добыл десятки чертежей новейших разработок в области электротехники… Один из самых успешных агентов Кремниевой долины. Досадно. М-да…Очень досадно. Какие версии исчезновения уже в разработке?
– Начну с самой спокойной. Фирма Х&Р, где Роберт Рэй работал инженером, является поставщиком Министерства Обороны США. Х&Р производит средства радиолокации и систем энергообеспечения. Базируется в Сан-Франциско. Учитывая конфиденциальный характер сотрудничества с Пентагоном, фирма практикует перевод сотрудников на закрытый режим. Первое время, когда Троян перестал выходить на связь, мы предполагали именно это. Но лимит времени иссяк. Агент не дал о себе знать, – пояснил Аристов.
– Какой срок изоляции сотрудников можно считать стандартным? – остановил подчинённого Локтев.
– В Х&Р? – уточнил полковник.
– Нет, вообще. Какими прецедентами мы располагаем? – расширил диапазон генерал.
– NASA21, например, для чистоты экспериментов, прибегает к закрытым режимам, когда имитирует полёты на Луну или Марс. Для инженеров-разработчиков создает условия, максимально приближенные к космическим трудностям, при которых радиосвязь становится единственным доступным способом общения с внешним миром. Подобный режим может продолжаться и год и два, – ответил Аристов, – но Пентагон – не NASA и случаев столь длительного перевода людей в бесконтактное поле, пока не было. К тому же, какой смысл держать работников в изоляции, если это не карантин и не другие срочные меры, угрожающие жизни и здоровью?
– Почему бы и нет?.. – размышлял генерал, – С другой стороны, слабо верится, что работников загнали в проект, как в тюрьму: насильственно и неожиданно. Америка, всё-таки, не Камерун – свободная страна. Что-то здесь не клеится… В Пентагоне сидят не идиоты. Понимают, что родственники немедленно начнут поиск пропавшего члена семьи. Слабо верится, что сотрудникам подрядчика Министерства Обороны США не дали времени предупредить близких о долгом отсутствии… Тогда получается, что у Трояна был шанс предупредить нас, но он этого не сделал?!.. Круг замкнулся… Какие ещё версии?
– Случайная смерть – вещь маловероятная, принимая во внимание, что нами проверены все морги. Но со счетов её сбрасывать рано, – произнёс Аристов и помолчав, продолжил, – Наши усилия сосредоточены вокруг самого опасного исхода – предательства… Предупреждены все причастные. Выведены в безопасную зону все знакомые Трояна. Предупреждены связные и курьеры, входивших с ним в контакт. В полной боевой готовности нелегалы, которых он знал или, предположительно, мог знать.
– Прочти вот это, – произнёс Локтев и придвинул Аристову кубинскую депешу.
Когда полковник, бегло пробежав глазами по строкам письма Солдатова, поднял глаза, генерал спросил:
– Что скажешь, Олег Петрович?
– Вашингтон, судя по всему, окончательно решил заменить итальянских гангстеров на латиносов, торгующих кокаином. Неоднократно газета New York Times предъявляла свидетельства, что «кокс» попадает в США с помощью никарагуанских сандинистов, которые покупают оружие для войны против американского присутствия. Но ФБР выступало с опровержениями.
Жители Никарагуа прозябают в жутчайшей нищете. Для них работа на наркодельцов, зачастую, единственный источник дохода.
Слухи, что власти США крышуют наркодилеров ходят давно. Эта депеша лишь косвенное подтверждение. Нужны факты, конкретные обстоятельства, люди, – ответил Аристов.
– Согласен, – кивнул Локтев, – Чиновники США, стоящие во главе наркопирамиды – лакомый материал для вербовки. Добыча доказательств – задача твоих орлов. Тебе и карты в руки, полковник. Действуй, совместно с кубинскими товарищами.
Теперь, что касается Трояна. В первую очередь, нужно выяснить, не связано ли его исчезновение с появлением крота на Западном побережье, о котором нас предупредил Лель. Подготовьте списки участников расследования и наиболее подходящих лиц, которые смогут заменить Трояна в вопросах поставки высоких технологий Кремниевой долины. Вопросы есть?
– Да, есть! Товарищ, генерал-лейтенант! – обратился Аристов, – Нас могут обвинить в бездействии: разумные сроки исчезновения Трояна исчерпаны. Может быть… передадим его дело контрразведке? Пусть занимаются. В конце концов, это их дело – кротов выявлять.
– Рано. Хватит с них пока и «лелевского» крота, – ответил Локтев, – Ещё вопросы?.. Вопросов нет. Свободен!
– Слушаюсь!
Наследница
30.09.1968 года. Сан-Франциско. 3110 Octavia. Street, Марина-Дистрикт
Нотариус Алекс Райан, пожилой человек в очках, восседал, как на троне в кресле своего рабочего кабинета. Он многозначительно оглядел немногих присутствующих, ожидающих оглашение завещания. Выдержав длительную паузу, почтил память покойного.
Привычными движениями распечатал бумажный конверт канцелярским ножом. С достоинством зачитал волю своего доверителя, господина Андре Стюарда, гражданина США.
Завещание было кратким: недвижимость и накопления были отписаны супруге Ангелине Стюард. Контрольный пакет акций клиники «Центр акушерства и репродукции» покойный завещал своей внучке Эрике Стюард.
***
Нотариус и доверитель были давними друзьями. Познакомились за год до начала Второй Мировой войны, в Сан-Франциско, куда семья Стюардов иммигрировала из Франции, оккупированной фашистами. С приходом нацистов Андре лишился медицинской практики в Европе и бежал на другой континент, в поисках лучшей доли.
В то время Стюарды остро переживали разрыв с сыном, который из-за своей горячо любимой жены остался в Европе. Немка по происхождению, она надеялась на лояльное отношение оккупационных властей и категорически отказалась выехать вместе со свёкрами на постоянное место жительство в США.
Но жестоко ошиблась. Её муж, акушер, был убит за то, что не смог спасти жену гауляйтера22 во время родов. Истекающую кровью женщину доставили в клинику слишком поздно. Она и её неродившееся дитя погибли. Обезумевший от горя немецкий полковник разрядил обойму револьвера в бригаду врачей.
После гибели мужа, невестка была уволена из госпиталя. Вместе с дочерью они оказались без средств к существованию. Со свёкрами связь была утрачена, равно как и с родителями, проживавшими в Кёнигсберге23.
Вследствие тяжёлого материального положения, Эрика не смогла после школы продолжить учёбу в институте и, по линии Красного креста24, завербовалась санитаркой в Алжир на пять лет. По завершении контракта, за трудолюбие и особые заслуги, ей предоставили право льготного зачисления в Гамбургский университет на медицинский факультет. По окончании вуза, она получила престижное место в Парижской лаборатории и вышла замуж за достойного человека, служащего делегации США штаб-квартиры НАТО – Натана Бернарда25.
Много лет спустя, счастливый случай помог Стюардам найти свою внучку. С тех пор они постоянно поддерживали связь. Время от времени, встречались, писали, обменивались подарками, поздравительными открытками.
***
Нотариус завершил чтение. Объяснил новоиспечённым наследникам порядок дальнейших действий.
– Поздравляю! С ума сойти! Моя Рыжая – хозяйка крупнейшего медицинского центра Сан-Франциско! – произнёс Виктор, когда они с женой остались одни. – Ну что же, ты всегда скучала по своей штатской профессии. Теперь у тебя появилась возможность вплотную заняться акушерством.
– Шутки здесь не уместны, – ответила Тася, по тону которой было ясно, что она не рада произошедшему, – Вообще-то, я не прочь снова принимать роды. Благодарная профессия! Когда женщина рожает, ты для неё и царь и Бог! Вопрос в том, кто станет работать на ключе, прятать тайники, выходить на связь с Центром, передавать и шифровать сообщения?
– Ты чего, милая? Обиделась? Прости! – произнёс Виктор, сообразив, что сказал совсем не то, что имел ввиду, – Наследование, в нашей с тобой ситуации – это, пожалуй, лучший способ, зацементировать твою легенду, которая, кстати говоря, до сих пор, была весьма условной. Скорее, мифом с чудесным выживанием в авиакатастрофе!26 Я больше тебе скажу! Далеко не каждый разведчик-нелегал может похвастаться такой биографией, какая теперь у тебя: подкреплённая нотариальным основаниями и родством в третьем поколении!.. Ну и, кроме того, медицинская клиника несёт нам с тобой неплохие материальные бонусы.
Тася молчала.
– Что тебя беспокоит, любимая? – спросил муж, видя, что его слова не внесли бодрости в настроение жены.
– В последние годы, Рыжий, наша жизнь приобрела стабильность и уверенность в завтрашнем дне, – признала Тася, – У тебя хорошая должность в Пентагоне. В Вашингтоне мы обжились. Появилось собственное жильё. Всё более-менее устаканилось. Для Центра ты – эффективный агент, я – твоя жена и ассистент. Теперь стиль жизни снова нужно будет менять.
– Рыжая, не будь ребёнком! Тебя в клинике никто насильно не привязывает. Ты не на работу выходишь, а собственность обретаешь. Медицинским центром руководит профессиональный наёмный менеджер. Персонал подобран квалифицировано и работает не один год. Ты – хозяйка. Твоё дело – контролировать и наблюдать. Никто от тебя не ждёт отчаянных рывков. В хорошо отлаженном бизнесе, каким оно тебе досталось, главное – не навредить. Положись на своего управляющего. Пусть трудится. Отчитывается перед тобой. Так будет лучше для всех. Вместе с тем, наше поведение, в отношении наследства, не должно отличаться от действий среднестатистических американцев, в сути своей, очень прагматичных людей. Это значит, что с «дедушкиным» капиталом, мы должны быть крайне осмотрительны и обязаны грамотно им распорядиться. Другого быть не должно. Иначе это вызовет непонимание, подозрение и, непременно, интерес. Иными словами говоря, привлечёт внимание – чего никак нельзя допустить, – объяснил Виктор.
– А как быть со всем остальным? Я не хочу снова жить с тобой порознь! – на глазах у Таси появились слёзы.
– Этого не произойдёт, рыжая моя девочка! Всё складывается, как нельзя лучше! Одно из наших подразделений ВМС базируется в Санта-Клара. Это в 38 километрах от Сан-Франциско. Несколько дней назад Кларк Рэд поручил мне вплотную заняться военными проектами Пентагона в Кремниевой долине. Обслуживающие технологические компании растут здесь, как грибы. Кто-то должен их контролировать. Министерство обороны планирует заключить ряд контрактов с наиболее перспективными стартапами. У меня будут длительные командировки в Сан-Франциско, – объяснил Виктор, – Ты тоже можешь часто бывать в Вашингтоне. Пока так. Мы обязательно что-нибудь придумаем, чтобы не расставаться… Не забывай, Рыжая, мы здесь с тобой не для того, чтобы жить-поживать, да добра наживать. У нас другая задача. Добыча информации. Работа медленная и рутинная. Постоянное взаимодействие с людьми. От самых низов до секретоносителей. На данном этапе у тебя открылись гигантские перспективы новых полезных знакомств. Необходимо кропотливо и детально проанализировать клиентскую базу клиники и собрать сведения по пациентам. Выявить из них наиболее перспективных.
Тася взяла себя в руки и успокоилась.
– С чего начать? – спросила она.
– Познакомься с руководством и коллективом. Осмотрись на месте, – ответил Виктор, – Основной ресурс добычи информации заложен в людях. Кто-то что-то видел, знает, о чём-то прошёл слух. Наша служба – это систематическое отсеивание неопределённости в поисках правды. Медленное и рутинное. Медицинская клиника – это, прежде всего, пациенты и персонал. Данные по ним тебе нужно тщательно изучить, отфильтровать и заставить работать на нас. Уверен, что этот путь очень скоро выведет нас из совокупности случайных сведений на важных персон. Акцентируй внимание на ключевых клиентах. Особенно тех, кто прямо или косвенно связан с Пентагоном. В ближайшее время я раздобуду для тебя список подрядчиков ВМС США, базирующихся в регионе Сан-Франциско с фамилиями лиц, занимающих высокие должности, а ты поищешь их по базам данных своего учреждения. Возможно, кто-то из них, или членов их семейств, лечится у вас. Так что действуй, Рыжая. Создавай новую рабочую сеть контактов. Разбрасывай паутину.
Несчастная жена
Май 1968 года. Лондон. Особняк директора трейдингового агентства Лондонской биржи Николаса Рюэффа.
Кларис Рюэфф с ужасом рассматривала фотографии, на которых её муж был запечатлён с молодой красивой женщиной. Внешний облик «новенькой» был настолько привлекательным, а Николас выглядел настолько счастливым, что законной супруге было от чего потерять покой и сон.
По сведениям специально нанятого ею сыщика, предметом страсти благоверного оказалась двадцатилетняя фотомодель, нидерландская актриса порнографических фильмов Сьюзан Кристен.
Снимков было много: влюблённая пара на банкете, званом вечере, театре, показе мод, ресторане, приёме… Досадная ошибка, недоразумение или стечение обстоятельств – уважительные причины были исключены. Точнее безнадёжно тонули в блеске восторженных глаз супруга, выдавая с потрохами его влюблённость.