Диалектика в политическом пространстве становления человеческой цивилизации

Так же религиозные догмы монотеистических религий базируются на страхе, как например, перед судом Божьим. Тот, кто их нарушает ждет кара. Так закладывают в подсознание людей необходимую схему поведения общества церковь. А вот в советском строе всё держалось исключительно на большевиках, фанатично преданным идеям коммунизма. В СССР превалировала сознательность, чем страх. Пока были живы действительно искренне преданные делу коммунизма адепты, партийное руководство с оглядкой на них руководила страной. Но время не щадит никого, и как только ленинская гвардия стала изживать себя и уходить в историю, то тут же вся социалистическая система сначала прогнила изнутри, а потом рухнула. Видите ли, как показывает история, базирующиеся идеи как на страхе, так и на сознательном внушении недостаточны. Эти установки работают только на определенном отрезке времени и дальше изживают себя. Поэтому любую идеологию время от времени приходиться модернизировать под реалии изменяющегося общества.

На фанатиках держится любая религиозная или социальная идея. Материальной составляющей недостаточно, чтобы люди стремились соблюдать нормы и правила, заложенные в уставах философских учений, а требуется еще неистовая преданность тому делу, коему служат. Мало того, материальная основа обязательно приведет к внутренним распрям, что не раз из истории человечества случалось с церковью и партийными движениями, и только фанатизм преданных идеям построения социальной справедливости позволял существовать и дальше развиваться любой общественной организации. Но, для того, чтобы были фанатично преданные последователи, сама идеология должна базироваться на фундаментальных истинах неоспоримых для всех. А фундаментализм держится исключительно на догмах, которые никто не может изменить или трактовать по своему усмотрению. Но, как мы знаем из истории, все церковнослужители и правители этим грешили, переписывали основные писания и документы в угоду своих сиюминутных выгод. В Советском Союзе было четыре конституции, но роль партии, пролетариата и коммунистической идеологии являлись стержневыми и неизменными для всего советского общества базисами и прописывались во всех основных новых законах, потому что это и была та незыблемая концепция, которая и держала весь советский строй. Но стоило только вести либеральные послабления в стране партийным руководством, отойти от ленинских принципов, то весь СССР тут же посыпался.

Еще хочется отметить одно, хорошая идеология та, которая несет в себе социальную универсальную справедливость для всех, а значит она обладает экспортным потенциалом. Чем плохи националистические идеи, тем, что неспособны распространяться на другие народы, а вот в хорошей идеологии заложена глобалистическая направленность действий, так же, как хорошие религии несут в себе миссионерство. Примером идейно-религиозного воздействия на общественные массы могут служить мировые современные религии такие как: христианство, ислам, буддизм и индуизм, а все остальные носят замкнутый характер и не играют особо важной роли в формировании мировоззренческих взглядов людей. К христианам причисляют себя: французы, болгары, мексиканцы, шведы, филиппинцы и т.д., так же как к мусульманам причисляют себя: иранцы, турки, египтяне, малазийцы и т.д., буддистами называют себя: монголы, тибетцы, вьетнамцы, сингальцы и т.д., и даже индусы стали экспортировать свое учение во вне своих границ проживания. Сейчас можно много где в городах встретить кришнаитов, хотя основная численность исповедующих индуизм до сих пор проживает на Индостане. И только иудаизм является замкнутой религией евреев. Все перечисленные религии, кроме иудаизма, обладают экспортным потенциалом и у всех них есть миссионеры, которые распространяют учение по миру. Но так исторически сложилось, что куда бы не шли миссионеры, за ними всегда следовала армия. За христианскими проповедниками шли конкистадоры, за муллами распространялся арабский Халифат, да и ламам не чужд неистовый фанатизм своего учения, который так же мог навязываться силой, и только евреев громили везде, потому что за их философией не стояло физической силы. Иудаизм яркий пример того, когда религия носит замкнутый националистический сектантский характер и поэтому подвергается гонению ото всюду, т.к. не может ассимилироваться с другими культурами.

Если ваше учение не экспортируется во вне, то готовьтесь к тому, что прейдут к вам с иным догматом!

Еще одним примером служит история скандинавских народов. Когда они верили в Вальхаллу и поклонялись Одину, то были отважными мореплавателями, бесстрашными викингами, но стоило им принять христианство, тут же утратили чувство авантюризма и бесстрашия. Скандинавский полуостров никто не завоевывал, но в итоге викинги были побеждены римскими христианскими миссионерами, что привело к изменению культурного кода, а за ним и схеме поведения народа в целом.

Религия – это культурный код любого народа, изменения верований непременно ведет и к трансформации мировоззрения, а значит и к изменению модели поведения общественных масс.

Еще хочется отметить одно, развитие цивилизации не стоит на месте, поэтому всегда приходится подвергать реформированию в том числе институты общественной морали и нравственности, что влечет за собой непременно встречную отрицательную реакцию. Люди инертны и все новое воспринимают в штыки, даже если это им сулит в дальнейшем благо. Иногда более продвинутые вещи, отвечающие времени, приходиться навязывать через насилие.

Все проститься правителю, если тот несет более прогрессивные вещи обществу. Так было не раз в истории человечества и в России в частности. Владимир Святославович являлся законченной мразью своего времени. По происхождению был бастардом, рожденным от рабыни Малки и не имел прав на престол, но убив своих братьев, экспроприировал власть. Изнасиловал Рогнеду за то, что та отказала ему в замужестве, при этом убив ее отца Рогволода. Варягов призвал для захвата Киева, ну и т.д. по списку можно продолжать его бесчинства, и все это перечеркнуло одно, то что он принял единобожие по византийскому образцу. И за это его Русская православная церковь канонизировала, а темное прошлое постарались вычеркнуть из памяти населения. Этот пример говорит об одном, все, что прогрессивное, будет иметь диалектическое развитие, даже если оно насаждалось насильственными методами, как это делал Владимир с Добрыней и Путятей, крестив Русь «огнем и мечем», то в будущем забудется и приобретет культ поклонения и традиций.

Все религии и идеологии несут в себе позитивный посыл людям, а уже за этой ширмой высшие руководители вытворяют нелицеприятные вещи. Не будет воспринята массами та идея, которая несет в себе отрицательные установки. Мало того, идеология должна отвечать чаяньям времени, а иначе она не сработает. В XX веке было много попыток построить утопическое общество на разных принципах и все они потерпели неудачу, так же, как и религия уже не является примером поведения. «Бог мертв» как в конце XIX века написал Ницше. Со смертью веры в божественность, умирают и моральные установки в обществе, а вместо них приходит холодный расчетливый, я бы отметил циничный ум. В мусульманских странах еще остаются зачатки неистовой религиозности, но и они отмирают под натиском глобальных коммуникаций, проникающих в самые отдаленные уголки мира. Идет великая пертурбация как религиозных основ разных народов, так и выработка новых социальных норм, в которых могли бы существовать разные этносы с разными культурными кодами.

Но иногда люди, а в особенности некоторые государства, идут по пути отрицания, запрещая другие религии и идеологии на своей территории. Идеологию можно победить только другой идеологией, а не запретами, которые будут только подогревать любопытство. Не надо запрещать, требуется объяснять и показывать примером, а запретами будет только возрастать интерес. Чтобы победить другое философское учение, требуется нести более прогрессивные знания, вот тогда оно превзойдет своего идеологического конкурента и будет воспринято массами. А массы, когда одержимы идеей, сами задавят тех, кто попытается им навязать менее продвинутые факты.

Большинству людей требуется пребывать в определенной системе ценностей, присваивая всему шаблоны. Иначе человек не может ориентироваться в конструкции запутанных взаимоотношений между людьми, плюс к тому же куда проще иметь цель в жизни, а значит смысл своего существования, чем просто быть. Религия или идеология такую систему ценностей дают человеку, заполняя его внутреннее естество.

Идеология в большей степени адресовано сознанию населения, то есть ментальности общества на момент ее провозглашения. Это теоретическое систематизированное оценочное мировоззрение, выражающее интересы отдельных групп общества или общества вообще. Она привязано ко времени, т.к. выражает свое отношение к существующим общественным порядкам на момент конкретного исторического периода развития социума, и в дальнейшем, по истечению времени, может рассматриваться как предмет истории. Идеологическая концепция часто использует эмоционально-одухотворенный прием с расчетом эффективного воздействия на единоличные интересы каждого члена общества. Она может затрагивать экзистенциональные представления каждого человека о свободе совести, о свободе личности, предлагает новый формат политических отношений, гарантирует свободу мысли, религиозной свободы, свободы вероисповедания, социальную справедливость и т.п. Такой действенный способ впечатляет и эффективно регулирует социальную ситуацию сообщества. В чистом виде идеология не диалектична, но является неотъемлемым фрагментом бесконечной цепочки диалектического развития общества. Она выражает систему ценностей определённых субъектов политического фронта, актуальную только в ограниченном по времени формате процесса становления общественно-экономической формации. Проще говоря, идеология есть цель, к которой требуется стремится. Но есть еще и доктрина, несущая в себе систему развития даже может без конкретной цели, и это я бы обозвал – путь.

Доктрина – (лат. doctrina) учение. Это совокупность принципов, основанных на глубоком изучении и понимании знаний, накопленных человечеством за всю историю своего существования, возведенных в концепцию. Как правило, доктрина предоставляет доказательства своих тезисов. Доктрины разных направлений исходят из тезиса постоянной изменчивости действительности и отрицают устойчивость вещей. Доктринальные умозаключения придерживаются значения относительности истины. Такой диалектический подход миропонимания предполагает некую маневренность для дальнейшей адаптации своего учения к новым реалиям постоянно изменяющегося социума. Рациональная сторона доктринального мышления помогает выстраивать гибкую систему для инновационного лавирования через принцип стратегического компромисса. Например: идеи несовпадения государства, как аппарата насилия и гражданского общества, желающего быть как можно свободнее, могут отстаиваться в доктрине переустройства социума, в так называемой теории «общественного договора» по Руссо, Локку и др. Доктринальная система ценностей менее эмоциональна и не так эффективно воздействует на коллективный разум, как идеологическая концепция, но зато, будучи более универсальной, имеет развитие во времени в силу своей относительности (релятивности). Поэтому отдельные идеологические установки имеют доктринальные происхождения.

В современных реалиях на законодательном уровне закреплено в Конституции РФ статье 13 то, что наша страна имеет идеологическое многообразие, а значит ни какая идеология не может быть главенствующей. Это продиктовано тем, что после семидесяти лет советского строя современная власть боится загонять себя в рамки догматических норм, так же как царская власть в свое время боялась вводить в стране конституцию, которая бы ограничивала ее в правах и возможностях. Сегодня Россия имеет скорее доктринальное развитие, чем идеологическое. Есть права и свободы, закрепленные в конституции, но нет цели. Хорошо ли это, покажет время. Видите ли, идеология хороша тогда, когда требуется решать большие задачи (вызовы), стоящие перед государством и обществом, как это было у СССР (индустриализация, подготовка к войне, угроза ядерной войны и т.п.), современная же мировая действительность позволяет российскому руководству расслабиться, а значит не прибегать к жестким идеологическим рамкам загоняя всех в одну линию. Но быстроменяющийся мир, коей мы сейчас наблюдаем, так дрейфовать долго не позволит.

Для большой страны, такая как наша Россия, где есть национальное разнообразие и внешние угрозы, какой-то стержнеобразующий смысл существования всех в одном государстве должен быть. Но такая идея не должна навязываться силой, как это было в советское время и довлеть над общественным бытием. Оно с одной стороны должно быть монолитным в своем учении, а с другой либеральным для масс. Не всем требуется идти в строю, нужно так же оставлять многообразие форм общественного бытия, чтобы те давали диалектическое развитие социума.

На сегодняшний день вопрос о необходимости идеологии остается открытым. Хочется думать, что в будущем, когда наш народ выработает на принципах социальной справедливости новую идеологию, то в нее будет добавлена доктринальная составляющая, которая не только сможет консолидировать общество в разрешении надвигающихся проблем и вызовов окружающей действительности, но и также даст потенциальную гибкость в диалектическом понимании происходящего с возможностью все-таки неуклонно повышать качество уровня жизни сограждан нашего государства, несмотря ни на что, сохраняя при этом природное национальное многообразие и единство в солидарности всех и во всем.