Наша первая революция. Часть I

3

Съезд земских деятелей – происходивший в Петербурге 6 – 8 ноября 1904 г., в сущности, представлял собой частное совещание земцев. Запрещенный ранее Плеве, съезд был разрешен его преемником Святополк-Мирским, который считал, что для ликвидации брожения надо дать земцам поговорить о своих делах. К тому же проигранное Лаоянское сражение заставило правительство заговорить более мягким языком с либералами. Президиум совещания был избран в составе: председателя Шипова и двух товарищей председателя – И. И. Петрункевича и князя Г. Е. Львова (председателя Временного Правительства в 1917 г.). Собравшееся на частной квартире совещание усиленно охранялось полицией от вторжения рабочих и студентов. Основным вопросом порядка дня был вопрос о конституции. Ни земельного, ни рабочего вопроса совещание не коснулось. По вопросу о конституции произошел раскол между различными группировками совещания. В этом основном вопросе нужно было выработать решение, которое удовлетворило бы различные течения среди земцев. Группу либерально-славянофильскую, руководимую председателем съезда Шиповым, надо было примирить с конституционным характером движения; «серых отцов провинции» – с политическим характером совещания; группу рядовых членов – с ярко-оппозиционной тенденцией решений съезда. Немногих же представителей демократизма уговаривали удовлетвориться неопределенной формулой о «желательности» Учредительного Собрания без упоминания о всеобщем избирательном праве. Большинство в этом земском парламенте осталось за конституционалистами, которые добились принятия требования о созыве народного представительства с правом решающего голоса, – тогда как правая группа Шипова настаивала лишь на старой земской формуле законосовещательного представительства. За резолюцию шиповцев было подано 27 голосов (см. отчет в «Праве»; в своем «сжатом очерке» тов. Покровский указывает другую цифру – 38). Конституционное большинство съезда считало необходимым добавить указания на то, в чем должно выражаться участие народных представителей: «1) в осуществлении законодательной власти, 2) в установлении государственной росписи доходов и расходов и 3) в контроле за законностью действий администрации». Оба мнения зафиксированы в резолюции. «Ввиду частного характера совещания, – пишет „Освобождение“, – большинство, не желая насиловать мнение меньшинства, не возражало против включения формулы последнего в окончательную редакцию заключений съезда».

Постановления съезда и его требования конституции так и остались частным мнением либеральных земцев, не оказав по существу никакого влияния на правительство. Доказательством этого является указ 12 декабря 1904 г., ни слова не говоривший о народном представительстве и весьма неопределенно – о некоторых административных послаблениях.

4

Московская городская дума 30 ноября 1904 года приняла следующее постановление:

«Представить высшему правительству, что, по мнению Московской городской думы, неотложно необходимо: установить ограждение личности от внесудебного усмотрения; отменить действие исключительных законов, обеспечить свободу совести и вероисповедания, свободу слова и печати, свободу собраний и союзов, провести вышеуказанные начала в жизнь на обеспечивающих их неизменность незыблемых основах, выработанных при участии свободно избранных представителей населения; установить правильное взаимодействие правительственной деятельности с постоянным, на законе основанном контроле общественных сил над законностью действий администрации».

Это выступление явилось началом для целого ряда аналогичных выступлений городских дум по всей России.

5

На заседании частного совещания земских и городских деятелей, происходившем 6, 7 и 8 ноября, земцы, не сумев прийти к соглашению по вопросу о конституции, включили в общую резолюцию два требования: меньшинства и большинства. Мнение большинства гласило: «Для создания и сохранения всегда живого и тесного общения и единения государственной власти с обществом на основе вышеуказанных начал и для обеспечения правильного развития государственной и общественной жизни – безусловно необходимо правильное участие народного представительства, как особого выборного учреждения, в осуществлении законодательной власти, в установлении государственной росписи доходов и расходов и в контроле за законностью действий администрации».

Мнение меньшинства гласило: «Для создания и сохранения всегда живого и тесного общения и единения государственной власти с обществом на основе вышеуказанных начал и для обеспечения правильного развития государственной общественной жизни – безусловно необходимо правильное участие в законодательстве народного представительства, как особого выборного учреждения». В заключение резолюции правые и левые земцы выражают надежду, «что государственная власть призовет свободно избранных представителей народа». Подробнее о земском съезде и его основных решениях см. примечание 3.

6

«Новое Время» – петербургская ежедневная газета, издававшаяся с 1876 г. А. С. Сувориным. Газета занимала крайне консервативную позицию с самого первого дня своего существования. Будучи по существу официозом, «Новое Время» на своих страницах неизменно вело кампанию против революционной демократии, рабочего класса и радикальной интеллигенции. Травля «инородцев», юдофобство красной нитью проходит через все руководящие статьи газеты. Орган бюрократических верхов, «Новое Время» не отличалось особой устойчивостью и обычно меняло свой курс в связи с персональными изменениями в министерстве. Во время революции 1905 г. заняло крайне реакционную позицию, требуя решительных мер по отношению к революционерам и бастующим рабочим.

Ниже мы помещаем характеристику «Нового Времени», принадлежащую тов. Троцкому (написанную им в 1906 г., но не вполне законченную):

«Новое Время» – газета литературная, политическая и продажная, издается Сувориным в течение 40 лет. Газета, как известно, несчетное число раз меняла свое «направление», но эти перемены происходили всегда в очень узких пределах, – именно в рамках борьбы разных министров, министерств и ведомств. «Новое Время» стояло за классицизм при министре просвещения Делянове и против классицизма – при Ванновском; за бараний рог – при Плеве, за «доверие» – при Святополк-Мирском. При всех этих переменах «Новое Время» оставалось органом литературного негодяйства. Ненависть к демократии, радикальной интеллигенции, социалистическому пролетариату и революционному крестьянству выражалась и выражается во множестве статей, написанных «слюною бешеной собаки». Юдофобство проходит через все превращения «Нового Времени», ибо бесправие евреев входило в программу всех министров самодержавия.

Суворин получает для своей газеты дорогие казенные объявления и имеет в своем распоряжении железнодорожные киоски. Он получает сведения из министерских канцелярий.

«Новое Время» поддерживало Витте, как министра финансов, с пеной у рта отстаивало питейную реформу, стояло за воинственную политику на Дальнем Востоке, оправдывало русско-японскую войну, восхваляло военный гений Куропаткина и Рождественского, скрывало правду, лгало, обманывало.

В 80-е и 90-е годы «Новое Время» было официальным органом торжествующего негодяя, властителя дум современности. Но эти времена безвозвратно прошли.

В начале нового столетия «Новое Время» и его герой-негодяй оказались окруженными атмосферой всеобщего негодующего презрения, которое сгущается с каждым днем. В ночь с 17 на 18 октября 1905 г. случайная толпа, собравшаяся на Невском, пропела у окна «Нового Времени»: анафема!

«Анафема тебе! Будь проклят, Иуда!» – вот крик, которым молодая демократическая Россия провожает в могилу позорного хозяина позорной газетной шайки".

7

В течение 1904 г. тихоокеанский флот потерпел два крупных поражения. Первое произошло у Порт-Артура, когда 26 января главные силы тихоокеанской эскадры, в составе 15 вымпелов, стоявшие на открытом внешнем рейде Порт-Артура, были совершенно неожиданно атакованы японскими миноносцами. В результате броненосцы «Ретвизан» и «Цесаревич» и крейсер «Паллада» получили тяжелые повреждения. На следующий день, 27 января, около 11 часов утра, вся японская эскадра, под командой Того, показалась перед крепостью и открыла огонь. Русские суда отвечали, держась под защитой береговых батарей, которые, по мере доставки снарядов, последовательно вступали в бой. С развитием их огня японский флот отступил. Бой продолжался около 40 минут, причем у нас были повреждены броненосцы «Полтава» и крейсера «Аскольд» и «Новик». Японские суда получили лишь незначительные повреждения, которые скоро были исправлены.

Второе сражение произошло на Желтом море 28 июля. По приказанию наместника Алексеева, порт-артурская эскадра должна была, прорвавшись через блокирующий японский флот, идти во Владивосток. Начальник флота адмирал Витгефт и весь командный состав, за единичными исключениями, возражали против такого решения и подчинились лишь категорическому приказанию. Утром 28 июля эскадра вышла из Порт-Артура в боевом порядке: впереди крейсер «Новик» с 8 миноносцами, затем 6 броненосцев и за ними 3 крейсера. В первом часу дня раздались первые выстрелы с японской эскадры, состоявшей из 4 броненосцев, 6 крейсеров и нескольких миноносцев, под личным начальством Того. Русские начальники, не веря в успех, несмотря на бодрый дух команд, старались уклониться от боя и проскользнуть во Владивосток, но вследствие медленности хода судов это им не удалось. В результате 5 броненосцев, 1 крейсер и несколько миноносцев вернулись в Порт-Артур; крейсер пришлось затопить у берегов Сахалина, а остальные суда (1 броненосец, 2 крейсера и несколько миноносцев) нашли убежище в нейтральных портах, где разоружились. Японский флот не потерял в сражении ни одного судна.

По этому поводу в официальной морской истории говорится: «Сражение 28 июля дало японцам не столько успех материальный, сколько моральный; в нем русская эскадра потеряла веру в своих адмиралов и после возвращения в Артур невольно покорилась участи быть погребенной в Артурской гавани».

Постоянные неудачи русского флота объяснялись его технической отсталостью, а также плохой подготовкой судовых команд и особенно командного состава{75}.

8

В течение 1904 г. русская армия потерпела ряд жестоких поражений, из которых главными были:

1. Лаоянское. В этом сражении со стороны русской армии участвовало свыше ста тысяч штыков, десяти тысяч шашек и около 600 орудий, со стороны японской – 88.000 штыков, 3.400 сабель и 470 орудий. С обоих сторон были чрезвычайно сильные потери, исчислявшиеся для русских в 16.000 чел., для японцев – в 23.000. По утверждениям военных авторитетов, Лаоянское сражение было проиграно благодаря исключительно-трусливой тактике Куропаткина. По этому поводу в монографии германского генерального штаба говорится следующее: «В положении Куропаткина всякий решительный полководец, вместо того, чтобы признать себя побежденным и отступить, произвел бы салютационную стрельбу из пушек и принудил бы историю присудить себе победные лавры».

2. Вторым крупным сражением было Шахейское, в котором со стороны России участвовало: 150.000 штыков, 14.300 шашек и 760 орудий, а со стороны Японии – 112.800 штыков, 4.100 сабель и 498 орудий. Потери в этом сражении были еще более крупные, причем в русской армии они были вдвое больше.

3. Третье поражение русской армии произошло в бою при Сандепу, причем здесь количественное превосходство было целиком на стороне России (она имела почти вдвое более штыков и в 4 раза больше шашек).

4. Последним крупным сражением, явившимся решающим этапом в русско-японской войне, было Мукденское. Это сражение было чрезвычайно ожесточенным (на 500.000 сражавшихся было 10.000 убитых и раненых) и закончилось полным разгромом русской армии.

Одной из главных непосредственных причин непрерывных поражений русской армии была неспособность высшего командования. Последняя заключалась не столько в неумении, сколько в недостатке решительности и готовности брать на себя ответственность. Вся система, существовавшая в русской армии, способствовала не развитию, а подавлению инициативы, столь необходимой для военного начальника. Что касается самого Куропаткина, то он являлся как бы злым гением войны. Главнейшей его особенностью был полный паралич оперативной воли. При этом основном недостатке даже некоторые бесспорные достоинства (ум, хотя и мелочный, разнообразные фактические знания, административный опыт и редкое трудолюбие) шли во вред делу, так как побуждали его во все вмешиваться и повсюду подавлять всякую самостоятельность.

9

Насколько бессистемно и бессмысленно велась война, показывает тот факт, что царская клика, спровоцировавшая войну, вместе с тем с самого начала повела курс на оборонительное положение. Вот что писал, например, Николаю Куропаткин, назначенный командующим войсками, в своем докладе от 24 июля 1903 года:

"Мы должны держаться против Японии оборонительного способа действий. Хотя мы и выдвигаем свои войска на линию Мукден – Лаоян – Хайчен, но отстоять южную Манчжурию в первый период войны, если туда вторгнется вся японская армия, мы не можем.

Мы должны, как и два года назад, готовиться, что Порт-Артур будет отрезан на довольно продолжительное время и, не допуская наши войска до частного поражения, должны отступать по направлению к Харбину до тех пор, пока прибывшими с тыла подкреплениями не будем усилены настолько, что получим возможность, перейдя в наступление, разгромить японцев".

Для проведения этого осторожного плана в жизнь, русской армии в первый, отступательный период войны следовало уклоняться от боев, лишь задерживая неприятеля, вынуждая его терять время на развертывание войск, на большие обходы, на исправление испорченных дорог, мостов, перевалов и т. д. Между тем Куропаткин, отчасти вследствие своей нерешительности, отчасти же подчиняясь наставлениям главкома-наместника адмирала Алексеева, дал неприятелю целый ряд кровопролитных боев и сражений (см. примечание 8), что явно противоречило приведенному выше общему плану. Все эти боевые столкновения были разыграны, так сказать, наполовину, т.-е. не доводились до конца, а прерывались приказами об общем отступлении. Вследствие этого в войсках постепенно укоренялась мысль, что драться хорошо не стоит, так как, в конце концов, все равно прикажут отступать. Эта гибельная система продолжалась до самого удаления Куропаткина с должности главнокомандующего, что произошло уже после Мукденского сражения. Результатом ее была деморализация армии, окончательно утратившей способность к наступательным операциям.

10

Струве, П. Б. – один из крупных политических вождей русской буржуазии. В эволюции Струве наиболее ярко отразились этапы развития ее политической идеологии. В начале 90-х годов Струве активно участвовал в идейной борьбе с народниками, выпустив в 1894 г. нашумевшую книгу «Критические заметки», которая критиковала народничество с точки зрения марксизма. Но уже тогда, объявляя себя «критически-мыслящим марксистом», Струве усердно призывает «на выучку к капитализму», что вызвало критику слева со стороны В. И. Ленина. В 1898 году Струве еще числится с.-д. и становится автором знаменитого манифеста I съезда партии, в котором он писал пророческие слова о том, что, чем дальше на Восток, тем буржуазия делается все подлее. Через 1 – 2 года Струве выступает уже критиком марксизма и с.-д. по всему фронту. В политической экономии он критикует теорию трудовой ценности, в социологии и философии – материалистическую диалектику (особенно революционные «скачки»), в политике – позицию «Искры». До 1905 года Струве является лидером союза «радикальных» интеллигентов с либеральными земцами. Революция откидывает его еще более вправо. В годы столыпинщины Струве подводит идейный базис под третьеиюньскую монархию и империалистические вожделения крупного капитала, ратует за союз «науки и капитала» и оплевывает революционное прошлое русской интеллигенции. Революция 1917 года сразу делает Струве активным контрреволюционером. После Октября Струве занимает пост министра во врангелевском правительстве. В последние годы издает в Праге реакционно-мистический журнал «Русская Мысль».

11

В конце декабря 1903 г. и в начале 1904 г. на заседаниях тверского земства одним из руководителей последнего, И. И. Петрункевичем, был поднят вопрос о том, чтобы просить правительство, занятое в то время пересмотром крестьянского законодательства, о разрешении рассмотреть на земских собраниях ряд вопросов, касающихся Тверской губ. В дополнение к этому предложению было предложено также: 1) ходатайствовать перед правительством о том, чтобы все законопроекты, касающиеся населения Тверской губ., предварительно рассматривались на собраниях тверского земства, 2) чтобы заключения, даваемые тверским земством, направлялись в подлежащие ведомства и там имелись бы в виду при составлении окончательного законоположения, 3) чтобы в центральных учреждениях при рассмотрении законопроектов, касающихся тверского населения, были приглашены представители тверского земства. Эти предложения были приняты большинством голосов. В ответ на это правительство издает повеление, в котором говорится, что деятельность тверского земства уже давно обращает на себя внимание «своими действиями, не соответствующими требованиям государственного порядка». Поэтому Правительствующий Сенат предоставляет министру внутренних дел право: 1) назначать на ближайшее трехлетие председателей и членов Тверской и Новоторжской управ, отменив предполагавшиеся выборы, 2) сохранить на 1904 г. действие земской сметы для Тверской губ. Далее, министру предоставляется право воспрещать пребывание в Тверской губ. «лицам, вредно влияющим на ход земского собрания». И, наконец, ему же поручается отстранять от службы по земству «лиц, вредных для общественного порядка и спокойствия». 8 января 1904 г. Николай II дал свое согласие на эти действия.

12

Романов – Николай II. Расстрелян в июле 1918 года в городе Екатеринбурге по постановлению Уральского областного исполкома. Царствование Николая II ознаменовалось глубокой реакцией, жесточайшими преследованиями революционных организаций, массовыми расстрелами и убийствами. Давка на Ходынском поле во время коронации в 1895 году, унесшая несколько тысяч жизней, Кровавое Воскресенье (9-е января), кровавое усмирение революционного движения в 1906 – 1907 годах, еврейские погромы этого же периода, расстрелы ленских рабочих в 1912 г. – вполне оправдывают прозвище «Николай Кровавый», которое он получил в народных массах.

13

10 февраля 1904 года в Зимнем Дворце Николай II принял депутацию, избранную петербургским губернским земством. В состав депутации вошли: председатель петербургского губернского земского собрания Гудович, председатель губернской земской управы Мартов и гласные губернского земского собрания гр. Сиверс, гр. Бобринский, бар. Корф, Стасюлевич и Арсеньев.

Депутация поднесла Николаю патриотический, верноподданнический адрес следующего содержания:

«Всемилостивейший государь! Чрезвычайное собрание Санкт-Петербургского губернского земства, созванное в настоящие знаменательные дни, в глубоко ощущаемом сознании неразрывной связи и полного единения верноподданного вашего земства с вашим императорским величеством, приносит вам, возлюбленный государь, выражение беззаветной преданности. Призванное блюсти материальные и просветительные нужды местного населения и работая, в лице представителей всех сословий, на мирном поприще народного благосостояния, Санкт-Петербургское губернское земство, в скорбном негодовании на дерзкое нарушение самонадеянным врагом любовно охранявшегося вами мира, как один человек, сплачивается у отца нашей родины. Непоколебимо величие России и ее монарха! Да благословит Господь подвиги победоносных войск ваших, государь, и да сохранит он драгоценные силы и здравие ваше!»

В ответ на этот адрес Николай ответил:

«Я очень благодарен Санкт-Петербургскому губернскому земству за выраженные чувства. Меня очень утешают в переживаемое нами трудное время единодушные выражения патриотизма, доходящие до меня из самых отдаленных местностей России. Уповая на помощь Божию и глубоко веря в наше правое дело, я твердо убежден, что войска и флот сделают все, что подобает доблестному русскому воинству, для поддержания чести и славы России».

14

Стасюлевич (род. в 1826 г.) – видный либеральный деятель. В течение 42 лет (с 1866 г. по 1908 г.) состоял редактором знаменитого «толстого» журнала «Вестник Европы». Историк и публицист. В 1907 г. выступил кандидатом в Государственную Думу на выборах в первой курии в Петербурге от либеральной оппозиции. С 1909 передал руководство «Вестника Европы» Арсеньеву и Ковалевскому. Умер в 1913 году.

15

Арсеньев (род. в 1837 г.) – публицист, юрист и критик. Либеральный деятель 2-й половины XIX века. Был постоянным сотрудником умеренно-буржуазных органов – сначала «Русского Вестника», затем «Отечественных записок». Был председателем совета присяжных поверенных петербургской судебной палаты. Сотрудничал в умеренно-либеральном «Вестнике Европы» с его основания. С 1 марта 1880 г. Арсеньев руководил «внутренним обозрением» в этом журнале, а позже стал его редактором. Одновременно Арсеньев играл видную роль в земском движении петроградской губернии, много раз избирался в уездные и губернские гласные и участвовал в земских съездах. В делегации от литераторов и профессоров, посланной к Витте и Святополк-Мирскому накануне 9 января с требованием избежать кровопролития, был, между прочим, и Арсеньев (см. прим. 92).

16

«Русское Слово» – большая ежедневная либеральная газета, выходившая в Москве с 1894 г. Ее редакторами были Киселев, Адеркас, Александров и другие. Позднее редактором этой газеты стал Дорошевич. Во время революции 1905 г. занимала крайне умеренную позицию. В период реакции по своему направлению приближалась к кадетам. На другой день после октябрьской революции вместе с другими контрреволюционными газетами была закрыта Московским Советом.

17

«Русские Ведомости» – ежедневная газета, выходившая в Москве с 1863 г.; основана Н. Ф. Павловым. В основных политических вопросах занимала умеренно-либеральную позицию. В эпоху реакции 80-х и 90-х годов «Русские Ведомости» были единственной оппозиционной газетой. В 1896 г. газета переходит к Скворцову, после смерти Скворцова – к группе редакторов-издателей: Соболевскому, Постникову и Анучину. В 1905 г. «Русские Ведомости» стояли на позиции умеренно-кадетского направления. В позднейшие годы эта газета пользовалась большой популярностью в кругах буржуазной интеллигенции и мелкой буржуазии, благодаря своей умеренной оппозиции столыпинскому режиму.

В 1906 г. Л. Д. Троцкий дал следующую политическую характеристику этой газеты:

«Русские Ведомости», – газета умеренного либерализма, в настоящее время примыкает к кадетской партии. В течение 80-х и 90-х годов «Русские Ведомости» были единственной оппозиционной газетой. В то время как десятки других газет закрывались правительством, в отношении «Русских Ведомостей» оно не шло дальше предостережений и временного закрытия.

«Русские Ведомости» приобрели репутацию честной газеты, – известно, что газету, как и человека, называют честной, когда она не отличается ни умом, ни талантом, ни характером. Честность «Р. В.» нужно понимать в том смысле, что эта газета не брала взяток от дутых промышленных предприятий, не получала правительственных субсидий и не занималась политическими доносами. Но о политической безупречности «Р. В.», даже с точки зрения умеренного либерализма, не может быть и речи.

Такая живучесть не доставалась даром: она приобреталась путем применения ко всему, в том числе – к подлости. Программа газеты состояла в соединении умереннейшего профессорского либерализма в политической области с бессильным народническим прожектерством в сфере социально-экономической. Излюбленный прием агитации состоял в приписывании каждому правительственному акту самых либеральных намерений. Таким путем газета надеялась, с одной стороны, отстоять свое существование, с другой, незаметно и безболезненно перетянуть правительство на путь либерализма.