Кровь на клинке

Нагулявшись по рядам и напробовавшись всяких вкусностей, Руслан почувствовал, что устал, и, жестом позвав казаков за собой, направился к чайной. Или, как тут говорили, чайхане. Они вошли в широкое светлое помещение, и хозяин, тучный армянин, выскочив из-за прилавка, лично кинулся устраивать нежданных гостей.

– Вот сюда садись, князь, – приговаривал хозяин, полотенцем обмахивая сиденье лавки. – Тут и из окна весь базар видно, и я рядом. Что захочешь, только скажи, сам принесу.

– Благодарствую, почтенный, – благодарно кивнул Руслан, усаживаясь. – Сделай нам хорошего чаю и к чаю чего. Сам сообрази.

– Все сделаю, князь. Все будет, – истово закивал чайханщик. – Может, ты кофе хочешь? Настоящий кофе есть. Из старых запасов. Купцы из Турции привезли.

– Знаешь, как арабы кофе варят? – чуть подумав, уточнил Руслан.

– Вай, князь! Так и знал, что тебе интересно станет, – щелкнул хозяин пальцами. – Все сделаю. Сам увидишь, Арам умеет кофе правильно варить.

Развернувшись, чайханщик скрылся где-то на кухне, а к прилавку вышел молодой парень. С первого взгляда было понятно: или сын хозяина, или племянник. Протирая прилавок, парень то и дело бросал на казаков любопытные взгляды. Явно пытался понять, который из них князь и чем он так знаменит. Базарные слухи – страшное дело. Не выиграл, а проиграл, и не сто рублей, а червонец, вспомнил Руслан старый анекдот и невольно усмехнулся.

Две девушки уже начали накрывать стол, вынося из кухни разные сладости. Еще один паренек водрузил на стол небольшой самовар, а еще через несколько минут появился сам хозяин. С широким подносом в руках. Поставив перед Русланом крошечную чашечку, турку в сковороде с горячим песком и стакан ледяной воды, он отступил на шаг назад и с вызовом посмотрел на парня.

Взяв турку, Шатун поднес ее к лицу и, понюхав напиток, одобрительно кивнул. Аккуратно наполнив чашечку, он вернул турку на песок и, пригубив напиток, покатал его на языке.

– Отлично, – проглотив кофе, произнес Руслан. – Сварен так, как положено. И даже турка правильная. Ты настоящий мастер, уважаемый, – похвалил он чайханщика.

– Благодарствую, князь, – обрадованно улыбнувшись, поклонился Арам.

– Я бы на твоем месте рядом еще и кофейню поставил, для чистой публики, – пряча усмешку в уголках губ, посоветовал Руслан. – Кофе у тебя отличный.

– Зерна теперь не возят, – вздохнул Арам. – Раньше купцы из Турции возили, а теперь не знаю, где и брать. Война.

– Нашел, кому про войну рассказывать, – рассмеялся Роман.

– Погоди, – осадил его Руслан. – У тебя знакомцы есть, кто в Персию ходит?

– Имею таких, – насторожился чайханщик.

– Вот и договорись с ними. Там до арабов не далеко. Думаю, кофе они купят не дорого, – подсказал Шатун, внимательно глядя на чайханщика.

– Спрошу, – подумав, кивнул Арам. – Чай там из самой Индии имеется, значит, и кофе найдет.

– А чего рыбакам не заказываешь? Дорого выходит? – задал Руслан коварный вопрос.

– Я с ними дел не веду, – решительно заявил чайханщик, твердо глядя парню в глаза. – Турки нам всегда врагами были. Из-за них предки мои из Греции сюда бежали. Теперь они и сюда прийти хотят. А все рыбаки свой товар из Турции несут. Нет, князь. Я лучше честным купцам платить стану, чем тем, кто с турками дело имеет.

– Правильный ты человек, Арам, – одобрительно кивнул Шатун. – Присядь с нами. Поговорим.

– Мне с князем, за один стол? – растерялся чайханщик.

– Это мы у тебя в гостях, – развел Шатун руками.

– Садись, хозяин. Тебе сам княжич велит, – сурово насупившись, приказал Роман.

Кивнув, Арам отдал поднос подбежавшей девушке и, осторожно присев на самый краешек лавки, вопросительно уставился на парня. Руслан несколько минут смаковал поданный кофе, запивая каждый глоток ледяной водой, а после, опустошив чашечку, начал разговор. Как он и предполагал, знал чайханщик много. Очень. Люди в чайхане ели, пили, разговаривали, заключали сделки, обсуждали новости, а хозяин их внимательно слушал.

Отвечал Арам на вопросы подробно, тщательно обдумывая слова. Слушая его, Руслан мысленно поздравил себя с очередным полезным знакомством. Казаки молча отдавали должное выставленному угощению, внимательно слушая их беседу. Узнав все, что хотел, Руслан допил кофе и, глянув собеседнику в глаза, тихо спросил:

– А у тебя самого все идет хорошо? Никто обид не чинит? Может, попросить о чем хочешь?

– Все слава богу, князь, – помолчав, улыбнулся чайханщик. – Всякое бывает, но на то и жизнь. А попросить… Слушай, тебе прислуга не нужна?

– У меня пока и дома-то нет. Куда прислугу нанимать? – хмыкнул Руслан в ответ.

– Жаль. Я бы тебе племянницу свою привел. Готовит так, пальчики оближешь. Все умеет. И готовить, и стирать, и за домом смотреть. Все может. Взял бы ее на службу, каждый день как царь кушал, – всплеснул Арам руками. – Любую кухню знает.

– Будет кухня, возьму, – рассмеялся Руслан. – А пока прими это, – добавил он, выкладывая перед чайханщиком три рубля.

– Много это, князь, – заметно растерявшись, тихо ответил Арам. – Твои люди и на рубль не съели.

– Зато твой кофе этих денег стоит, – нашелся Шатун. – Бери. Вон, дочкам обновки купишь. Они у тебя красавицы, – закончил он, поднимаясь.

– Благодарствую, князь, – вскочив, поклонился чайханщик. – Заходи еще.

– Ради такого кофе точно зайду, – кивнул Шатун.

– Для тебя в моем доме кофе всегда будет, – громогласно пообещал Арам.

– Благодарствую, почтенный. Я не забуду, – ответил Руслан, выходя на улицу.

– Княже, а может, тебе и вправду для себя дом снять? – огорошил его вопросом догнавший следопыт. – Мы б тебе и хозяйку добрую нашли, и вон, даже кухарка уже на примете имеется.

– Вот построю дом в имении, тогда и поговорим. И про кухарку, и про хозяйку, – усмехнулся Руслан в ответ. – А пока и так проживу.

– Так пока он построится, ты состариться успеешь, – не унимался Роман.

– Главное, чтобы дом был. А дальше проще будет, – отмахнулся Шатун. – Я б вообще в том имении многое сделал. И мастеров всяких там собрал. Одна большая мастерская, для всяких задумок.

– А жить с чего станешь? – удивился следопыт.

– А сейчас с чего живу? – ответил Руслан вопросом на вопрос. – Задумок у меня много. И ежели их правильно в дело запустить, с них серьезный доход получить можно. Плохо то, что в этих местах ни угля, ни железа не добывают. Все привозить приходится. А от этого любая железка только дороже становится.

– Умеешь ты удивить, княже, – растерянно протянул Роман, почесывая в затылке.

Начав выходить из дома, Руслан попытался вернуться к работе в мастерской, но почти сразу понял, что одной левой тут не управиться. Правая рука все еще плохо действовала, а любое серьезное усилие сразу отзывалось болью в спине. Дежуривший рядом с ним Андрей, лучший стрелок десятка, заметив его мрачное настроение, принялся задавать вопросы и, узнав, в чем проблема, тут же предложил вызвать в помощь одного из своих племянников.

– Он, княже, спешить и вовсе не умеет, – принялся заверять Руслана казак. – Иной раз так бы и дал пинка, чтоб шевелился шибче. Но коль дело какое поручишь, все от сих до сих сполнит. Ты не сомневайся. Будет делать, как велишь.

– Вызывай, – чуть подумав, кивнул Руслан.

Казак был прав. Толковые руки ему сейчас были нужны. Из-за ранения встали все работы. Даже Митрича озадачить толком не получалось. Ведь начертить свою очередную задумку Шатун тоже толком не мог. А тут ловкие, сильные руки, приставленные к не самой бестолковой голове. А самое главное, что работать казачок будет только под его, Руслана, постоянным контролем.

По делам службы все шло ни шатко, ни валко. Горцы на их участке заметно притихли, а после разгрома большого отряда так и вовсе затаились. Зато у соседей то и дело возникали проблемы. Но вылезать со своими предложениями о помощи Руслан не спешил. Не те люди и не та служба, чтобы это было так просто. К тому же разница в вооружении вспомогательных подразделений. Вооружать другие отряды за свой счет Шатун не собирался.

Митрич по его просьбе изготавливал новые винтовки и револьверы про запас, попутно пуская новое оружие в продажу, в первую голову казакам, но это пока была капля в море. Даже советы самого атамана не могли сдвинуть эту махину с места. Как ни крути, а выходили новинки весьма дорогими, и удешевить производство просто не получалось. Хотя нужно было признать, что у многих офицеров из местных гарнизонов подобные стволы уже вошли в моду.

Люди, прослужившие в этих местах достаточно долго, чтобы понимать, что от качества оружия зависит их собственная жизнь, на таких вещах не экономили. Так что худо-бедно, но торговля оружием и боеприпасами шла.

С этими мыслями Руслан въехал на свое подворье и, перебросив поводья Мишке, аккуратно слез с коня. Двигаться быстро пока получалось плохо. Кое-как переодевшись, Шатун попросил подать чаю в кабинет и, присев к столу, принялся медленно вычерчивать так называемый волшебный фонарь.

Ничего сложного. Матовое стекло, на котором нарисованы фигурки птицы или животного в движении, установленное на вращающуюся ось, и лампа в центре этого сооружения. Крутишь ручку, стекла вращаются, и кажется, что нарисованное животное движется. Не самая замысловатая забава, но для состоятельных людей может стать весьма интересной. Местная публика, ввиду удаленности от столиц, на подобные забавы была падка.

Голоса в коридоре вывели Руслана из задумчивости. Отложив карандаш, Шатун обернулся к двери, когда та распахнулась, и ввалившийся в кабинет человек с порога повалился на колени. Пытавшийся удержать его Мишка досадливо закусил губу и уже примеривался, как бы покрепче приложить нежданного посетителя кулаком по затылку, когда Руслан жестом остановил его.

– Кто вы, сударь, и почему позволяете себе врываться сюда, словно в кабак? – спросил он, пытаясь рассмотреть нежданного посетителя.

– Не гневайся, князь, – вдруг взвыл посетитель пароходной сиреной. – Ваше сиятельство, князь, ваше благородие, помоги!

Мужик разогнулся, и Руслан с удивлением понял, что знает этого человека. Тот самый купец, который рискнул вызвать его на кулачный бой в ресторане. Но теперь, растеряв весь свой апломб, он выглядел растерянным и каким-то жалким.

– Я вас помню, сударь, – задумчиво протянул Шатун, разглядывая гостя. – Встаньте и изложите свое дело. Только без лишних слов. Миша, что там с чаем? – повернулся он к денщику.

– Сей момент будет, княже. Самовар уже вздули, – заверил денщик, настороженно поглядывая на посетителя.

– Так что у вас случилось? – спросил Шатун, дождавшись, когда купец встанет.

– Горцы семью скрали, ваше благородие, – ответил купец, судорожно вздыхая.

– Когда, где, при каких обстоятельствах? – посыпались вопросы.

– Третьего дня. Они из Ставрополя сюда ехали, а их в степи переняли и увезли. Слугу да кучера убили, жену, детишек двоих да няньку ихнюю схватили и в горы увезли, – коротко доложил купец, взяв себя в руки.

– Откуда известно, что горцы? – подумав, уточнил Руслан.

– Так я письмо от них получил. Денег хотят, – развел купец руками.

– Ну, а от меня-то вы чего хотите? – не понял Шатун. – Случай это не первый, заплатите денег, вернут семью. Или у вас с наличностью проблема?

– Да есть деньги, есть. Собраны уж, – отмахнулся купец. – Тут другое. Ваше сиятельство. Знаю я, что выкупить семью можно. Но ведь горцы, они хитрые, деньги возьмут, а семью не отдадут. Так и станут давить, пока не выжмут досуха.

– И чего же вы хотите от меня? – уточнил Руслан.

– Помоги, ваше сиятельство. Сделай так, чтобы семью сразу вернули, – взвыл купец, снова бухаясь на колени.

– Да встаньте вы, сударь, – поморщился Руслан. – Не надо мне тут лбом полы проламывать. Где это случилось, знаете?

– Конечно. Сам там был.

– На карте показать сможете?

– Попробую, – растерялся купец.

Руслан быстро раскатал на столе жалкое подобие нормальной карты, и купец несколько минут тщательно изучал ее, шевеля губами. Потом, уверенно ткнув пальцем в промежуток между городами, заявил:

– Вот тут все было. Они как раз ручей переехали.

– Не наша зона ответственности, – подумал Шатун с некоторым облегчением. – Когда вы должны передать им деньги? – повернулся он к гостю.

– Сказали, еще письмо пришлют, – вздохнул купец.

– Сказали? – насторожился Руслан. – То есть человек, передавший вам письмо, находится в городе?

– Торгаш один с базара принес. Он и с горцами торговлю ведет.

– Узнать его сможете?

– Конечно.

– Хорошо. Сейчас уже поздно, а вот завтра я буду на базаре. Пошлю с вами своего человека, и вы покажете ему того торговца. Остальное – мое дело. Все понятно?

– А как же семья? – не понял купец.

– Я вас, почтенный, не учу, как товар выбирать? Вот и не учите меня мое дело делать, – отрезал Руслан. – Завтра пополудни жду вас в чайхане Арама. Запомнили?

– Ага.

– Добре. А теперь ступайте, – закруглил Руслан разговор.

Поклонившись, купец вышел из кабинета, в дверях чуть не столкнувшись с Мишкой, который нес поднос с чаем.

– Отправь Васятку, пусть хорунжего приведет, – приказал Руслан, поблагодарив денщика за чай.

Спустя полчаса вызванный казак не спеша прихлебывал чай, аккуратно откусывая от пряника небольшие куски. Закусив, казак расправил усы и, отодвинув от себя стакан, негромко спросил:

– Случилось чего, княже?

– У купца из наших семью под Ставрополем украли.

– Это из каких таких наших? – не понял хорунжий.

– Он здесь, в городе живет и торговлю имеет. Но это бог бы с ним. Людей убили. Слугу и кучера. А теперь горцы за семью выкуп требуют. Завтра к полудню пойдем в чайхану к Араму, и ты отправишь с тем купцом кого из наших казаков. Он ему покажет того торговца, который письмо привез. Есть у меня думка, что торговец тот с непримиримыми не только торговлишкой пробавляется. Все понял?

– Походить за ним придется, – уверенно кивнул казак.

– Верно. Но прежде того торговца твои бойцы в чайхану ко мне приведут. Я ему кое-что скажу. А после посмотрим, что он делать станет и куда побежит. И вот тут твои парни должны будут из шкуры выпрыгнуть, но точно узнать, с кем он встречаться станет и куда те люди потом пойдут. Не нравится мне, что местные торгаши с непримиримыми дела ведут.

– Ага, понял. Все сполним, княже. Не изволь беспокоиться, – заверил Руслана хорунжий.

– Только пусть переоденутся. А то казака и так за версту по выправке видать, а в черкеске и вовсе словно фонари ночью будут.

– Не изволь беспокоиться, княже. Я малых наших смотреть пошлю.

– Каких малых? – удивленно вскинулся Руслан.

– Так родичей младших. Племянников да сынов. Кто на мальчишек внимание обратит?

– Так-то оно так, но как бы мальчишки не упустили чего по юности лет.

– Не сомневайся, княже. Не упустят, – заверил хорунжий, горделиво подкручивая ус. – Мы их давно по науке воинской натаскиваем. Вот и посмотрим, чему выучились.

– Ну, дай-то бог, – вздохнул Руслан, понимая, что ничего иного им не остается.

Казаки и вправду были очень приметны. Особенно теперь, когда почти все воинство отправилось в поход. А вот мальчишек на улицах всегда много. Отправив хорунжего, Руслан вернулся к своему рабочему столу и, присев, отодвинул в сторону начатый чертеж. Нужно было как следует обдумать ситуацию.

Эту операцию требуется провернуть без сучка, без задоринки, чтобы все в округе поняли, что шутить с контрразведкой себе дороже. А самое главное, после выкупа купеческой семьи требовалось показательно наказать виновных в покушении. Чтобы другим неповадно было. Осталось решить, как это сделать. Наилучшим вариантом было бы при этом еще и деньги вернуть, но тут уж как получится. Но самое главное, за такое нападение должен ответить весь клан.

История с уничтожением тропы заметно отрезвила горячие головы многим непримиримым, но, похоже, они решили, что случившееся вдалеке от города никак местную власть не заинтересует. Не учли, умники, что купец этот живет в городе, где контрразведка первая власть. А значит, придется приводить горцев в чувство.

От раздумий Руслана отвлек вернувшийся со службы Рязанов. Войдя в кабинет, он устало поздоровался и, присев к столу, принялся рассказывать последние новости, касавшиеся дел службы. Внимательно выслушав его, Руслан кивнул и в свою очередь поведал о возникшей неприятности.

– Это что же получается? Ставропольские ушами прохлопали, а нам теперь подтирать за ними? – мрачно спросил граф, внимательно выслушав рассказ.

– Выходит так, – вздохнул Шатун.

– И ведь не откажешь, – мрачно кивнул Рязанов. – Что делать собираешься?

– Наказывать. Семью вытащим, и их накажем. Громко, показательно. Так, чтобы надолго запомнили, – зловеще пообещал Руслан.

– Только не говори, что хочешь весь клан вырезать, – охнул граф.

– Я ж не зверь, – отмахнулся Руслан. – Нет. Узнаем, где обитают, и всю тропу им в долину разрушим. Я под это дело побольше взрывчатки выделю. Пусть в своих горах хоть до посинения сидят. Деньги бы еще купцу вернуть, но это дело второстепенное. Хотя было бы неплохо.

– И как ты собираешься такое провернуть? – иронично поинтересовался граф. – Не забывай, что твое присутствие это не только гарантия, что горцы вернут семью, но и гарантия им, что они уйдут с места встречи с деньгами. В противном случае они всех схваченных убивать станут.

– Деньги они получат и с ними уйдут. А вот что с ними после станется, не моя забота, – ехидно усмехнулся Шатун.

– А с торговцем тем что делать станем? Думаешь, лазутчик непримиримых?

– Пока не знаю, – пожал Руслан плечами. – Вот завтра поговорю с ним, а там посмотрим. В любом случае это дело нужно прекращать. Хотят непримиримые торговать, пусть приходят в долину без оружия. Точнее, оружие при себе пусть имеют, только белое.

– И как ты себе это представляешь? Несколько кланов в городе? Да они нам тут все разнесут, – возмутился Рязанов.

– Нет. В город им ходу не будет. Надо с торговцами поговорить и устроить торг за заставой. Раз в месяц, к примеру.

– Это с торговцами обсуждать надо, – помолчав, вздохнул в ответ граф.

– Значит, обсудим. Вот дело сделаем и обсудим, – заверил Шатун, обдумывая мелькнувшую мысль.

Войдя в чайхану за четверть часа до назначенного времени, Руслан едва заметно улыбнулся девчонкам-подавальщицам, кивнул стоявшему за стойкой сыну хозяина и, присев за знакомый уже столик, внимательно осмотрелся. Быстро подошедший к столу юноша коротко поклонился и, обмахнув стол полотенцем, спросил:

– Чего изволите, ваше сиятельство?

– Скажи отцу, что я пришел ради его кофе, – усмехнулся Шатун. – Ну и казакам, чего сами спросят, подай.

– Отца еще нет, но кофе скоро будет.

– У него учился варить? – слегка насторожился Руслан.

– Конечно, – развел юноша руками. – Не извольте беспокоиться, князь. Варю не хуже отца, – заверил он и поспешил на кухню.

– Купец идет, – тихо сообщил Роман, сидевший лицом к окну.

– Вовремя, – кивнул Руслан, щелкая крышкой часов.

Ввалившийся в чайхану купец быстро осмотрелся и, увидев парня, ринулся к столу.

– Ваше сиятельство! – завопил он на весь зал. – Я уж не чаял…

– Тихо, сударь. Тихо, – осадил его Руслан. – Незачем всему базару знать, зачем вы здесь. Присядьте, – жестко приказал он.

– Прощенья просим, ваше сиятельство, – вздрогнув, сбавил купец тон и осторожно присел на край лавки. – Так что мне делать?

– Сейчас хорунжий укажет вам человека, которому вы должны будете показать того торговца. После вы отправитесь по своим делам. Дальше мы сами. Не стоит вам без дела на базаре мелькать. Будут новости какие, сразу ко мне ступайте. А ежели вы нам понадобитесь, позовем. Есть вопросы?

– Никак нет, ваше сиятельство.

– Вот и хорошо. Ступайте, сударь, с богом, – закруглил Руслан разговор.

Кивнув, купец поднялся и, подхваченный под локоток Романом, покинул чайхану. Проводив его взглядом, Шатун повернулся к хорунжему и, хищно усмехнувшись, приказал:

– Как покажет, сюда его. Только вежливо. Бить после станем, ежели слов не поймет.

Подавальщицы принялись накрывать на стол, и собравшиеся замолчали, отдавая должное свежайшей выпечке и восточным сладостям. Минут через десять вернувшийся Роман уселся на свое место и, коротко кивнув Руслану, ухватил с тарелки свежий пряник.

– Знаешь его? – на всякий случай поинтересовался Шатун, даже не надеясь на положительный ответ.

– Из местных. В ауле за длинным оврагом живет, – последовал неожиданный ответ.

– Вот и хорошо. Чаю попьешь и сюда его пригласишь. Вежливо. Поговорим.

– Сделаю, княже, – усмехнулся казак, одним глотком допивая чай и выскакивая из-за стола.

Вернулся он в сопровождении пожилого горца. Усадив его за стол, Роман уселся на свое место и, повернувшись к Руслану, представил:

– Знакомься, княже. Магомед. Известный на нашем базаре торговец. Его все честным человеком считают.

– Святое имя носишь, почтенный. С таким обманывать нельзя, – кивнул Шатун, рассматривая гостя.

– Кого я обманул, князь? – возмутился горец.

– Я не говорил, что обманул, – качнул Шатун головой. – Но есть у меня к тебе разговор, от которого и будет зависеть, кем тебя на базаре считать будут.

– Говори, князь. Что знаю, честно скажу, – насупившись, кивнул торговец.

– Скажи мне, почтенный, кто тебе письмо для купца передал?

– Кунак привез, – тут же последовал ответ. – Он в горах живет.

– Непримиримый? – насторожился Руслан.

– Нет, уважаемый, – решительно открестился горец. – Их клан мирно живет. Бывает, что молодые шалят, но в долины в набег не ходят.

– А кунаку кто письмо дал? – не унимался Шатун.

– А вот ему непримиримые привезли, – нехотя вздохнул торговец.

– Это они людей скрали? – влез в разговор хорунжий.

– Да, – опустив голову, тихо вздохнул Магомед.

– Не расстраивайся, почтенный, – успокоил его Руслан. – Ты никого не предаешь. Больше того. Ты сейчас клан своего кунака от беды спас. Мы ведь это дело так не оставим. Начнем всех участников трясти. А как мы это делать умеем, ты уже слышал.

– Избавь нас Аллах от такого, – зябко передернул торговец плечами.

– Где тот клан живет, ты знаешь? – поинтересовался Шатун.

– Нет. Я в те места не ездил, – поспешил откреститься Магомед. – Они, если надо, сами к нам приезжают.

– Получается, ты здесь товар покупаешь, а после у себя в ауле им продаешь, я тебя правильно понял? – уточнил Руслан.

– Правильно. Они в город ходить не любят. Говорят, с гяурами дела вести, себя позорить. А в чем позор? – вдруг спросил торговец, явно начиная горячиться. – Вот ты умный, князь. Скажи, в чем позор? Кому плохо, что я со всеми торгую?

– Никому, – твердо ответил Руслан. – Глупые они, эти непримиримые. Их обманывают, а они верят. В книге сказано, что пророк, да святится имя его, сам купцом был, и от Китая до франков все страны прошел. Со всеми торговал. Нет греха в честном деле. Так что не слушай их. Глупые они, – повторил Руслан, задумчиво барабаня пальцами по столу. – Как они хотят тебе второе письмо передать?

– Не знаю, – качнул торговец головой, медленно оглаживая бороду. – Наверно, опять сами придут или через кунака пришлют. Не знаю.

– А кунак твой где живет? – подумав, спросил Шатун.

– Аул Надар-юрт знаешь? Там.

– Благодарю тебя, уважаемый. Это все, что я хотел у тебя узнать, – закруглил Руслан разговор.

– Я могу дальше торговать? – вдруг спросил горец.

– Конечно, – развел Шатун руками. – Я торговлей не занимаюсь, я бандитов ловлю.

– На базаре говорят, кто тебе поперек дороги встал, долго не живет, – помолчав, осторожно отозвался торговец.

– Не в этом случае, – усмехнулся Шатун. – Гонца не душат, посредника не убивают. Ты честный человек, и ты только посредник. Ступай с миром и ничего не бойся.

– Храни тебя Всевышний, князь, – склонил торговец голову и, поднявшись, вышел.

– Так, браты, – помолчав, вздохнул Руслан. – Аул этот надо под колпак взять, чтобы не упустить момент, когда непримиримые с весточкой приедут.

– Сделаем, княже, – решительно кивнул хорунжий.

– Я пойду, – вдруг заявил Роман. – И молодых своих возьму. Пусть учатся правильно зверя выслеживать.

– Это еще не все, – вздохнул Шатун. – Твоей команде придется в горах сидеть до того момента, когда непримиримые обратно с деньгами пойдут. Вот тогда вам придется их обстрелять и отбить деньги. А когда мы подойдем, показать тропу, по которой они в долину спускаются. Сможете?

– Все сполним, княже, – подумав, азартно пообещал Роман.

– Парней береги, – буркнул Руслан, вздыхая. – В драку очертя голову не лезьте. Обстреляли их, и в сторону. Главное, снять того, кто с деньгами поедет, и не дать горцам к мешкам подойти.

Непримиримые не признавали бумажных денег, и выкуп всегда брали только монетой. Серебром, а при особой удаче золотом. Так что про мешки было сказано не для красного словца. Купец собрал выкуп в серебре, а это два весомых мешка, которые просто так не утащишь.