ФорсМажор. Незачёт по браку, Босс!

ГЛАВА 6

Камила

На работу приехала чуть раньше и, впервые оставив дублёнку в гардеробе на первом этаже, до зоны лифтов шла в своём новом образе. Узкая юбка-карандаш, сапожки на шпильке, чулки, полупрозрачная блузка с манящим декольте и задорно торчащим воротничком, ажурное бельё.

И пусть о белье и чулках знаю только я, но… Взмах ресницами, томный взгляд. М-м-м… красотка!

Пока походкой от бедра цокала к толпе скучающих у лифта сотрудников, чуть не задымилась от всеобщего внимания. Коллеги, большую часть из которых я знала лишь поверхностно, сканировали меня удивлёнными взглядами, а при моём приближении расступались в стороны.

Ух ты! Вот как это работает. Моя неземная красота повлияла на всех как-то странно. Мало того что меня пропустили в кабину лифта первой, так ещё никто следом не поспешил. Раннее утро и кабина лифта мне одной? Круто! А я ещё боялась, что помада слишком яркая.

Не торопясь закрывать створки, подошла к зеркальной панели и, приоткрыв губы, провела пальцем по уголку рта. Типа помаду поправила… Сзади раздались предобморочные ахи, причём преимущественно женские, а потом я увидела, к кому было приковано всеобщее внимание.

В кабину лифта вальяжной походкой зашёл Марк и, скосив на мою задницу взгляд, полный превосходства, нажал на нужную кнопку. Гулко сглотнув, я обернулась и, забившись в угол кабины, начала следить за табло, отчитывающим этажи. Чёрт! И чё я так высоко забралась-то?

– Это что за шлюхо-стиль? – вякнул мой, прости господи, потенциальный муж и, прищурившись, прошёлся по мне дотошным взглядом: – Жопу обтянула, блузка просвечивает, сиськи напоказ, а волосы?.. не могла собрать в пучок или хотя бы в хвост? А помада?..

– И вам доброе утро, – стараясь игнорировать его неприкрытое хамство, томно выдохнула я и, похлопав ресницами, указала на драные джинсы Марка, резонно заметив: – А это что за пофиг-стиль? Не тянете вы на биг босса. Или папочку позлить решили?

– Не тяну, но я им буду, – расплылся в коварной улыбке этот нахал и, поиграв бровями, намекнул: – И на мужа не очень, но если придётся, то…

– Предпочту выйти замуж за вашего папу, – начиная закипать, максимально невозмутимо фыркнула я и, выпятив губы, мечтательно перечислила: – Мужчина он взрослый, щедрый, опытный и…

– Это у тебя просто меня не было, – огрызнулся Марк и, шагнув ближе, предложил: – Можем проверить хоть сейчас. Начнём, пожалуй, с поцелуев.

– Оу-у, как многообещающе, – нервно хихикнула я и, пользуясь его перемещениями, шагнула ближе к дверям кабины. – А не боитесь опозориться, Марк Егорович?

– Фу, как официально, – скривился он и, выпятив губы трубочкой, плаксиво потребовал: – Нет, так не пойдёт. Давай, назови меня, как называла бы, будь я твоим мужем.

– Маркуша? – хмыкнув, поддразнила я, а у потенциального мужа дёрнулся глаз, а рожа смешно вытянулась.

– Нарываешься, зайка, – прорычал Марк, а я ощутила дерзкий азарт и добила новым вариантом.

– Маркусик, не нервничай так, я же типа любя и…

– Ну я тебя сейчас… – рявкнул Маркусик и, растопырив пальцы, пошёл на меня тараном.

Захотелось проломить двери лифта, оставляя в металле характерный силуэт, и дальше пойти уже пешком. Вверх или вниз, – неважно… Он же неадекват полнейший.

– Помогите, хулиганы зрения лишают! – добровольно примыкая к толпе неадекватных личностей, заверещала я, тарабаня руками в непрошибаемые створки.

Потом обернулась и, выставив руки вперёд, зажмурилась. Раздался смешок, потом носа достиг аромат мужского парфюма, а губ коснулись тёплые пальцы. Приоткрыв один глаз, уставилась на сосредоточенную рожу Марка, занятого размазыванием моей помады.

– Вот так явно лучше.

Лифт тренькнул, оповещая о прибытии на нужный этаж, а Марк усмехнулся и, подмигнув, первым вышел из кабины. Я пулей вылетела вслед за ним, обогнала с характерным фырканьем и, нервно процокав до приёмной, рухнула в своё кресло.

Щёки пылали от стыда, а грудь вздымалась от сорванного дыхания. Гадёныш! Довёл и доволен. Зайдя в приёмную размашистым шагом, Марк плюхнулся на диванчик для гостей и, щёлкнув пальцами, скомандовал:

– Мне кофе. Крепкий, со сливками, но без сахара! И поживее, майн фюрер!

А шоколадную клизму не оформить? Совсем охренел?!

– Кто?! – взвизгнула я и, скинув сапоги, переобулась в туфли. Подошла к обидчику и, скрестив руки на груди, выпалила: – А плевок один или два?

– А шлепок рукой или ремнём? – отбрил этот гад.

Буравя друг друга недобрым взглядом, мы возмущённо сопели. Не знаю, чем закончилась бы наша схватка взглядами, но великую битву прервал появившийся в приёмной босс.

Смерив нас довольным взглядом, Егор Александрович, сдержанно хмыкнул и, направившись к своему кабинету, констатировал будничным тоном:

– Вижу, вы уже познакомились и ищите точки соприкосновения. Молодцы!

– Да! – раздражённо гаркнул Марк и, сморщив нос, прорычал: – Её пятая точка явно напрашивается на «соприкосновение».

– Какая прелесть, – нараспев протянул босс и, мечтательно вздохнув, добавил: – Эх, молодёжь.

– Егор Александрович, не забудьте, у вас в десять встреча, – игнорируя многозначительный намёк потенциального муженька, я прошла вслед за боссом и, замерев в дверном проёме, вкрадчиво намекнула: – Тамара Ивановна просила подтвердить, состоится ли ваше кхм-м… свидание.

– Тамара? – переспросил босс и, устало вздохнув, кивнул. – Да, напиши ей, что я буду вовремя.

– А что это у нас ещё за Тамара? – насторожился Марк, но его находчивый папаня вместо того, чтобы пояснить, что идёт на плановый осмотр к своему кардиологу, огорошил и его, и меня.

– Томочка – моя хорошая знакомая. Вот будешь себя плохо вести, я женюсь и заделаю более сговорчивого отпрыска.

– Бать, ты сдурел?! – охнул Марк и, пытаясь закрыть дверь, начал бесцеремонно выпихивать меня из кабинета, раздражённо ворча: – Совсем уже сбрендил… Я же обещал, что буду вникать.

– Так вникай! – рявкнул Егор Александрович и, указав на меня рукой, пригрозил: – А будешь так над Камилой измываться, наша договорённость аннулируется!

– Я просто пошутил, – огрызнулся Марк и, выпихнув меня в приёмную, захлопнул дверь.

О чём это босс? Неужели по мне видно, что надо мной измывались?

Растерянно постояла перед закрытой дверью и, собрав волосы руками, подошла к зеркалу, чтобы сделать привычный пучок. Вот тут-то претензия босса стала понятней. Стирая помаду, Марк нарисовал у меня под носом яркие усики.

Ну паразит! Будет тебе фюрер в юбке!

ГЛАВА 7

Камила

Вооружившись влажными салфетками, принялась остервенело устранять следы любительского граффити на своём лице. Тёрла довольно усердно и под аккомпанемент собственного ворчания, поэтому к концу процедуры мои губы и кожа вокруг них напоминали один большой розовый пельмень. Будто пчелу поцеловала… Бли-и-ин!

Возмущённо фыркая, приготовила боссу специальный травяной чай, положила на блюдце два свежих круассана, а между ними спрятала утреннюю таблетку. Уже давно взяла на себя обязанность следить за этим моментом и приносила боссу таблетки буквально по часам.

Егор Александрович частенько забывал принимать прописанные ему лекарства, а мне было проще напоминать, чем откачивать его при очередном приступе. Дела и правда были не очень… И постепенно Тамара Ивановна, смирившись с безалаберностью своего пациента, посвятила меня в детали и последние новости, с разрешения босса, конечно же.

По умолчанию мне доверили то, что тщательно скрывали от немногочисленной родни и друзей, поэтому замужество с боссом меня ничуть не пугало. До сих пор не понимала, зачем Егор Александрович скрывал от сына свой диагноз и предстоящую операцию, но в душу не лезла. Не моё это дело…

Гордо задрав подбородок, в кабинет вошла походкой от бедра и, процокав каблуками к столу босса, водрузила перед ним небольшой поднос.

– Егор Александрович, ваше любимое лакомство, – обозначила многозначительно и, игнорируя Марка, буквально буравящего меня насмешливым взглядом, достала свой блокнот и строго напомнила: – И не забудьте про кхм-м… свидание.

– Бать, не знал, что ты настолько подсел на «сладкое», – намеренно выделив последнее слово особой интонацией, хмыкнул мажор. Встав с кресла, подошёл и сцапал с блюдца один из круассанов, тут же поясняя свою наглость: – Ну-ка, заценю, что это за «любимое лакомство».

– Попа не слипнется? – не удержалась я и, заметив, что манёвр Марка открыл обзор на таблетку, закусила губу и нахмурилась.

К сожалению, это заметила не только я, но босс невозмутимо сунул компромат в рот и, запив чаем, откинулся на спинку кресла.

– Так, я не понял, бать, – поперхнувшись украденным десертом, прошамкал Марк и, торопливо дожевав, вопросительно вскинул одну бровь: – Что за колёса? Ой, не говори… я понял! Видимо, к свиданию готовишься?

– А то, – фыркнул Егор Александрович и, смакуя чай, пожал плечами. – Мне же ещё отпрыска строгать.

– Ты бы свою строгалку или… прыскалку не расчехлял раньше времени, – не без досады выпалил Марк. – Вдруг на таблетках бракованный наследник получится.

– Марк, скотина! – побагровел босс, а я предусмотрительно попятилась к двери, невольно приседая и втягивая голову в плечи от громогласного ора. – Куда уж хуже!.. Один неликвид у меня уже есть! Ты!.. Так что не нарывайся, сынуля!

– Ну я пойду, – промямлила я себе под нос, но следующая реплика прилетела уже мне.

– Камила, стой! – босс рявкнул грозно скорее на автопилоте, но поймав мой затравленный взгляд, смягчился: – Камила, остаёшься за старшего, а ему… – короткий кивок в сторону охреневшего явно от счастья сына. – Ему спуска не давай. Права подписи у Марка кхм-м… Егоровича уже есть, но документы проверяй и подмахивать не глядя любую бумажку не позволяй.

– Да, Камила, – сменившись в лице, «дружелюбно» прорычал обсуждаемый объект и, поиграв бровями, мурлыкнул: – Подмахивать будем только вместе.

– Марк, гадёныш такой! – взревел босс и, поджав губы, выдохнул сложно-контролируемый гнев через раздутые ноздри. Потом помолчал и, сложив руки в замок, слишком ласково пояснил: – Да будет тебе известно, мой дражайший сынуля, что у Камилы особое задание. О любых твоих промахах, особенно совершенных намеренно, она тут же будет сообщать мне. О последствиях напоминать не надо, надеюсь?

– Не-е-ет, – натужно выдавил Марк, воспроизводя столь короткое слово так, будто сидел не в шикарном кресле, а на унитазе. Посопев, натянуто улыбнулся и смиренно произнёс: – Пап, не бушуй, я всё понял. Вали уже на своё хм-м… свидание.

Лишь оставшись наедине с бомбой замедленного действия с этикеткой «Марк», поняла, как я попала. Что ему стоит сейчас выйти из кабинета, запереть приёмную и… Вот не знаю, на что он способен, но проверять не хочется. «Ссыкотно», – как сказала бы моя лучшая подруга Сашка.

Впрочем, из начальственной берлоги Марк долго не показывался, не иначе обдумывая коварный план мести. Я успела накрутить себя по самое «не могу», и когда дверь в приёмную резко открылась, ойкнула и подскочила на кресле, как ужаленная в жо…

– Привет, Камила, – впорхнув в мою обитель, слишком радостно выпалила нежданная гостья. Подойдя ближе, шлёпнула на мой стол увесистую папку и, смерив меня дотошным взглядом, таинственно протянула: – О-о-о, да ты сегодня красотка. Влюбилась, что ли?

– Привет, Ир, – отозвалась я и, раскрыв документы, отмахнулась: – Да ну, скажешь тоже.

– Ну-ну, – сотрудница бухгалтерии плюхнулась на стул и, поводив пальчиком с убийственным маникюром по столешнице, закусила губу и перешла к интересующей её теме: – Я тут слышала, у нас новый босс намечается. Молодой, красивый, ретивый…

– Угу, – буркнула я и, покраснев, кивнула на дверь директорского кабинета. – Ретивый не то слово, и не намечается, а уже… нарисовался, не сотрёшь.

– Чё, злой или?.. – сформулировать точнее, Ира явно затруднялась, ибо в её понимании плохой характер объекта легко компенсировался толстым кошельком и не менее толстым кхм-м… внушительным кхм-м… харизмой.

– Или, – многогранно обозначила я. Чувствуя, что с темы съехать не удастся, откинулась на спинку кресла и, сложив руки на груди, перечислила сухие факты: – Красивый, наглый, хамоватый, самовлюблённый и…

– О-о-о, – округлив глаза, томно выдохнула Ира и, расстегнув верхнюю пуговку блузки, поиграла бровками, мурлыкнув с игривым придыханием: – Надо брать!

– Он ещё и сыночек нашего Егора Александровича, – внезапно вспомнив о своём коварном плане, я подкинула дровишек в разгорающийся пожар.

– Ты поэтому такая нарядная? – смерив меня ревнивым взглядом, насторожилась Ира.

– Ну прям, – фыркнула я и, вздохнув притворно грустно, пожаловалась: – Боюсь, что уволит, а мне моё место дорого.

– Почему уволит? – в глазах Иры загорелся интерес пополам с предвкушением.

– Так, ему моделей подавай, надо соответствовать, – разведя руками, констатировала я и, подавшись вперёд, прошептала: – Подберёт себе красотку, а меня под зад пинком. У нас с ним, итак, с самого начала всё не заладилось. Бесит!

– Хм-м, тогда понятно, – равнодушно выдала Ира и, кивнув на папку, уточнила: – Давай, сама отнесу? И тебе польза, и я почву прощупаю.

В отличие от меня блондинистая красотка Ира находилась в вечном и весьма активном поиске и обладала поистине бульдожьей хваткой. Мужиков выбирала только породистых и непременно обеспеченных, словно в её выточенной на фитнесах фигурке или оттюнингованной по всем фронтам головке был встроен радар и магнит одновременно.

– Фас, Ира, фас, – не сдержавшись, ляпнула я и, ойкнув, закусила губу.

– Чего? – опешила красотка.

– Анфас у тебя, говорю, зачётный, – поспешила я исправить оплошность и, изобразив умный вид, посоветовала: – Ещё одну пуговку расстегни и волосы распусти. Он ко всему этому неравнодушен.

– Да ну?

– Ну да, видишь, я даже волосы убрала от греха подальше.

– Ну я пошла, – подобравшись, мурлыкнула девица. Встав, подошла к кабинету и, выпятив всё, что выпячивается, хитро подмигнула: – Пожелай мне удачи.

– Удачи, Ира, – для верности я её даже перекрестила и, заговорив тише, повторила: – Фас, Ира, фас.

ГЛАВА 8

Марк

Когда батя свинтил к своей Томочке, я оглядел буквально каждый уголок кабинета и, убедившись, что камер нигде нет, достал из-за пазухи припрятанный со спины планшет. С противным скрипом передвинул диван ближе к окну и, устроившись со всеми удобствами, погрузился в работу.

Камиле велено командовать, вот пусть и пашет… Хах, фюрер в юбке! Меня эта дерзкая девчонка с огромными, как у оленёнка глазами, немного бесила, но мне всё больше хотелось подёргать её за косички. Уже лет десять считал, что давно вышел из того возраста, когда…

Когда что? Сам не мог понять. Она просто сотрудница, обыкновенная заноза, но по странным стечениям обстоятельств – занозой она сидела в моей покоцанной заднице. Хотя бесился я не из-за потенциальной угрозы насильственной женитьбы. Подумаешь… Даже интересно!

Меня жутко злил вынужденный отрыв от бизнеса, о котором рассказывать отцу я не торопился, пока не достигну определённых целей. Махровое честолюбие? Возможно. Но батя сам виноват…

В моём воспитании он участвовал примерно кхм-м… да никак не участвовал. Работа, бизнес, переговоры, партнёры, и в итоге видел я его в основном на семейных фотках.

Мама, наоборот, носилась со мной, как с драгоценной вазой, избаловав на возможный максимум, и когда её не стало, я начал чудить. Мной рулил юношеский максимализм и застарелые претензии к отцу, которые я не мог выразить словами, поэтому просто бунтовал. Отцу лепить из меня что-то удобоваримое было попросту некогда, вот и сослал непутёвого отпрыска учиться за бугор.

В наши немногочисленные встречи и короткие созвоны я привычно ловил порции отцовского недовольства, а мои умственные и иные, важные, по его мнению, для мужчины, способности подвергались сомнениям.

Характер я унаследовал от папочки, так что… Получите, распишитесь. Упёртость и стремление доказать ему и себе, что я способен на большее, привело к созданию собственного бизнеса. Раскачивался он медленно, но довольно успешно, а все деньги, которые отец выделял мне на жизнь и развлечения, шли на развитие моего детища.

Батя всё ещё не знал, что несколько последних лет я существовал очень скромно, жрал то, на что хватало средств, жил в мизерной, обшарпанной квартире, шмотьё покупал вовсе не в бутиках и помимо усердной учёбы много вкалывал. Без выходных и праздников, блядь!

И когда однажды друзья почти силком вытащили меня на горнолыжный курорт, я всё же решил отдохнуть. Наотдыхался буквально через пару дней, когда, гоняя по крутым склонам, кувыркнулся с квадроцикла, который, перевернувшись, раздробил мне бедро.

Благо хоть жив остался, но было очень обидно. Меня доставили в лучшую клинику Германии, ногу с большим трудом всё же собрали, напихав в меня кучу титановых пластин и болтов. Батя примчался, как только узнал, и несколько дней, думая, что я в глубокой отключке, дневал и ночевал у моей больничной койки.

Оклемался я быстро, а нога… Шрамы украшают мужчин, главное, что член не оторвало. Пытаясь выкроить деньги на очередное расширение бизнеса, отцу я соврал, что разбился на крутой, причём чужой тачке.

Я надеялся, что он вновь откупится и свалит, но… Ох уж эти последствия. Теперь приходится мириться с его закидонами и выполнять нелепое требование по участию в семейном бизнесе и… мать его, женитьбе. Не дай бог, конечно, но и это не смертельно.

Управлять бизнесом оказалось сложно, но вполне возможно, а близкий друг согласился временно побыть у руля. Про сон, к сожалению, пришлось забыть, но помня, как батя упоминал о скорой длительной командировке, я уже продумывал способы, как одновременно ублажать его заскоки и не бросить на произвол судьбы собственную компанию.

Я же умный! Справлюсь! И Камила мне в этом поможет, пусть пока даже не догадывается о моих коварных планах на её соблазнительную персону.

Раскидав основные дела, ненадолго завис, вспоминая эти огромные серые… ой, зелёные… или нет, голубые глаза, точёные бровки, остренький подбородок и вздёрнутый носик. А больше всего в мысли запал пухлый ротик, от вида которого, стирая помаду, я чуть не обкончался, как сопливый подросток.

Был уверен, что в отсутствие отца, Камила не сунется ко мне без большой необходимости, и когда дверь кабинета открылась, даже удивился. Расставив копыта, успел принять позу успешного и самоуверенного самца и, раскинув руки на спинку дивана, расплылся в хищной улыбке. Я плохой танцор, но это скорее преимущество. Приготовился поражать и…

Тут же обломался… Это чё за краля с не менее хищным взглядом, оскалом и сиськами навыкат? В башке заиграла музыка из фильма про акул, а ноги захотелось свести поплотней, пряча бубенчики, на которые заявившаяся без спроса блонда кинула оценивающий взгляд. Чуть брюки не прожгла своим прицелом…

– Прошу прощения, – томно выдохнула она и, кивнув на плотно прикрытую дверь, прицыкнула языком, вкрадчиво поясняя: – Но в приёмной никого, а мне срочно документы подписать и… ой, простите… Марк Егорович, верно?

– Верно, – кивнул я, принимая максимально строгий вид.

Протянул руку, чтобы взять папку, но девица подошла намного ближе, чем надо, и, склонилась так, что я увидел свет в конце тоннеля. То есть увидел колечко пирсинга в пупке, и две надутые дыни, упакованные в шикарные кружева. Увидел бы и тоннель, если бы не пояс юбки, но судя по одухотворённому лицу посетительницы, она была готова показать не только это.

Завис больше от неожиданности, но блонда восприняла это в определённом ключе. Глубоко вздохнула, чуть не отправив в полёт пуговки своей блузки, и, похлопав ресницами, прикусила нижнюю губу.

– Я Ирина, – представилась всё тем же тоном роковой соблазнительницы и, присев на подлокотник дивана, закинула ногу на ногу.

Не знаю, как она не навернулась, принимая максимально выигрышную позу, но я заподозрил, что план «нечаянно» упасть ко мне в объятия продуман блондинистой хищницей заранее.

– Угу, – буркнул, немного отодвигаясь, и, выудив из нагрудного кармана ручку, начал вчитываться в бумаги.

Ведомости, заявления на отпуск, бюджет на предстоящий корпоратив по поводу дня всех влюблённых и… кхм-м… так, стоп! Это уже интересно. Решив, что надо бы использовать возможность на максимум, немного смягчил выражение пресной начальственной рожи и, улыбнувшись, захлопнул папку.

– А знаете, что, Ирина, – проворковал ласково и, протянув ей папку, намекнул: – Проверить бы, а то я пока не до конца в курс дел вошёл.

– Так, Камила уже проверила, – не подумав, ляпнула Ира и, сообразив, что проболталась, поспешила оправдаться: – Ну в смысле, я оставляла ей заранее, а теперь сроки поджимают. Корпоратив на носу, и надо бы успеть всё спланировать, а потом…

– Кто отвечает за организацию? – перешёл я к главному вопросу.

– Так тоже Камила, но…

– Эта голубоглазая – в каждой бочке затычка, – на ходу стряпая видимость неприязни, скривился я, но Ира ошарашила совсем другим моментом.

– Зеленоглазая, – поправила, сморщив свой нос и, немного подумав, пожала плечами: – А вообще никто не знает, какого цвета у неё глаза.

– Линзы? – удивился я, а девица кивнула, филигранно меняя тему.

– Я могла бы помочь вам войти в курс, кхм-м… дел. Рассказать о сотрудниках, показать ближайшие кафе, составить компанию на корпоративе и…

«Ах вон ты куда метишь, Ирочка» – хохотнул я мысленно, а вслух прикинулся слегка «мАя твАя не понимАть».

– Почему бы и нет. А расскажите-ка мне о Камиле.

– Зачем? – скривившись, буркнула Ира.

– Бесит, зараза. И отцу на меня стучит. Вот думаю, как от неё избавиться и… найти «достойную замену».