Донецкое море. История одной семьи

– А я бы искупалась, конечно! Жара сегодня страшная! Будет гроза, будет! – сказала Ира, задумчиво глядя на совершенно чистое голубое небо.

– Будет, будет… – подтвердил ее муж. – У нас в Севастополе уже две прошли!

– А у нас очень холодное лето. Холодное лето тринадцатого года… – пошутил Игорь. – Питер, конечно, не Донецк, но я такого плохого июля не помню!

– Перебирайтесь, Игорь! – натянуто улыбнулась ему Лариса.

– В Донецк? – удивился он.

– А почему бы и нет? Раз вы говорите, что город красивый, и климат вам нравится.

– В другую страну?

– Но у вас же есть дом в Финляндии? – парировала она.

– Да, но… это мода такая. Там многие сейчас недвижимость покупают. Близко от Питера, хорошая дорога, места красивые. А так, нет… Я ленинградец до мозга костей!

– Зачахнешь без дождей и сквозняков? – пошутил Андрей.

– Свой город так просто не оставишь. Город – он как судьба, – задумчиво ответил Игорь.

– Вы слишком серьезно к этому относитесь! – возразила Лариса. – Я переезжала из города в город, и не раз!

– А я из Севастополя тоже никогда не уеду! – согласился с другом Андрей. – Моряк свой корабль не бросит. Я ему верен, как жене!

– Дурак! – засмеялась Ира.

– А я так давно не была в Ленинграде, – с грустью произнесла тетя Лена. – Помнишь, Олег, как мы с родителями ездили?

– Конечно, помню! – тихо отозвался он. – За год как отца в Афганистан направили.

– Как жалко… Как жалко, что ничего нельзя повторить! – вдруг с невыносимой болью сказала она.

– Да что ты, Леночка? – возмутился ее муж Володя. – Съездим мы в Питер на будущее лето! Обязательно съездим!

– Приезжайте, я вас встречу! – пообещал Игорь.

– Да ведь и у нас в Липецке так хорошо, тоже рай на земле. Утром просыпаешься: птицы поют, вокруг яблони, груши… Мы же дом свой достроили! – с гордостью добавил Володя.

– Строили долго? – поинтересовался дядя Слава.

– Пять лет. С нуля! Мы с Леной так хотели из городской квартиры перебраться в свой дом. Вот, достроили. Я таким счастливым давно не был!

– А у меня… не знаю… У меня почему-то наоборот. Такая тревога поселилась внутри! – призналась вдруг тетя Лена.

– Почему? – удивился Олег.

– Наверное, привыкли жить в многоквартирном доме: соседи за стеной, постоянный шум, – догадалась Ира. – А теперь отдельный участок. Конечно, с непривычки страшно.

– Нет. Не знаю. Не то. Не знаю даже, что со мной, – тихо проговорила Лена, и тень от ветвей ивы волнами проплыла по ее лицу. – Вдруг раз – и страшно, просто трясет. И понять не могу, отчего.

– Давно ты, Лена, такой пугливой стала? – улыбнулся ей брат. – Ты же всегда у меня самой смелой была!

– Не знаю, – растерянно пожала она плечами. – Пока дом строили-строили, все было хорошо. А сейчас… Какая-то тревога засела и не уходит, гадина такая!

– Так это от безделья! – заключил дядя Слава. – Начните новую стройку. Баню поставьте. Цель есть – мозг занят!

– Точно! И все страхи как рукой снимет! – согласился Олег.

Катя тихонько подсела ближе к тете Лене. Она была какая-то потухшая, бесцветная, постаревшая. Вчера, когда Катя с отцом встречала тетю на вокзале, она ее даже не узнала.

– Катюша, да какая же ты взрослая стала! – ласково сказал ей дядя Володя. – Пятнадцать лет, подумай, как время бежит… Красивая какая! И вся в тебя, Олег! Папина дочка.

– Моя, моя красавица! – счастливо засмеялся он и с нежностью посмотрел на дочку. – Самая моя красивая!

– Ну что ты девчонке жизнь портишь? – вдруг раздраженно бросила ему Лариса.

– Чем я ей жизнь порчу? – испугался Олег.

– Девочка должна реально себя оценивать, – пожала она плечами. – Ну какая она красавица?

Все недоуменно замолчали. Только Максим, скучавший все это время в телефоне, с интересом поднял голову.

– Да как тебе не стыдно? – первым опомнился Олег. – Что ты говоришь?

– Правду! – невозмутимо ответила ему жена.

– Какую правду? – опешил он. – И в чем правда?

– А что она, по-твоему, красавица? – удивленно подняла брови Лариса.

– Да! Она… Катя на тебя не похожа, – от возмущения Олег чуть не задохнулся. – Только это же не значит, что она некрасивая, как такое вообще можно было ляпнуть? У нее другая красота, не такая, как у тебя!

– Другая – это какая? – скептически смотрела на него жена.

– Тихая. Нежная. Вот, как у речки, у ивы. У яблони.

– У яблони? Какой ты у нас романтик! – зло засмеялась она.

– Лара, но он прав, – вмешалась в разговор тетя Лена. – Катя просто в нашу породу пошла, это да! Но как же можно говорить, что она некрасивая? Тем более это же неправда!

– Красота, действительно, бывает разная! – примирительным тоном начал Игорь. – Это как города: одни – южные, все в зелени и в цветах, другие – северные, в граните, в камне. У вас, Лариса, южная красота, очень яркая, притягательная.

Лариса лениво улыбнулась кончиком рта.

– У моей жены – наша, петербургская, – продолжил он. – Такая правильная, строгая красота. Она у меня как Снежная королева, даже боюсь ее иногда! А Катя у вас… – улыбнулся он девочке, которая ошарашенно наблюдала за этой перепалкой, покраснев до кончиков волос. – Да, как русская речка. Где-нибудь под Смоленском.

– Речка под Смоленском? Интересно… – рассеянно произнесла Лариса тоном, который однозначно говорил: ей эта теория про красоту была неинтересна.

– Ух, бабы, до чего ж народ недобрый! Завистливый! Катька, никогда не слушай мать! И не верь ей! – подмигнул девочке дядя Слава. – Поняла?

Катя, наверное, разрыдалась бы, но у нее так страшно болела голова, и от этой боли она словно отупела. Она только изумленно смотрела на маму, не понимая, за что она с ней так. До вечера Катя не произнесла больше ни слова.

– А чем вы занимаетесь, Игорь? – тут же перевела разговор Лариса.

– У нас с женой небольшая фирма, – ответил он. – Возим группы в Финляндию.

– Экскурсионные? – поинтересовалась она.

– Скорее это шоп-туризм и визу «откатать». У нас в Питере так часто делают: оформляют финскую визу, пару раз туда съездят, а потом по всей Европе свободно путешествуют. Конечно, основной поток – это люди, которые в Финку едут за продуктами, за химией, за стиральным порошком.

– За стиральным порошком? – удивленно хохотнул дядя Слава. – А что, в Питере стиральных порошков нет?

– Считается, что в Финке химия более высокого качества, – с улыбкой объяснил ему Игорь.

– А у вас в Питере такая грязная грязь, что ее обычный порошок не берет?

– В Финляндии и химия, и многие продукты имеют знак «эко», вообще они более экологически чистые, – включился в разговор Максим, снова вынырнув из своего телефона. – У нас в Питере люди, которые заботятся о здоровье, покупают продукты только там.

– Да, особенно молочку, сыры, рыбу, – подтвердил его отец. – Это для многих отдых такой: три-четыре часа – и ты за границей, гуляешь, закупаешься продуктами на неделю.

– Четыре часа? За сыром? За границу? – веселился дядя Слава, макая зеленый лук в соль. – Ну вы там в Питере… кхм… оригиналы!

Примечания