Инфинифор. Начало

Место, в которое я попал, не было похоже на то, в котором я вырос. В городе никто не заметил бы моего трупа в переулке даже за неделю. Ну, кроме бомжей, пытающихся найти хоть что-то, хотя бы одну заржавевшую монету в кармане мертвеца. Всю свою жизнь я хотел сбежать оттуда, но не мог. Я слишком сильно был увлечён идеей праведной мести, совсем позабыв о том, как быстро отравлялась моя собственная душа. И вскоре я попал сюда, когда оказался слишком слабым, чтобы цепляться за месть. Когда моё тело перестало слушать мой разум. Когда я оказался на грани между жизнью и смертью. Но чем я заслужил спасение? Если Бог существует, то для каких целей он сберёг меня?

Столько мыслей в моей голове. И я не знаю, как остановить их поток. Отец, я не знаю, что мне делать. Правда, не знаю. Если бы ты был со мной, как и тогда, пятнадцать лет назад… И снова стекла слеза по щеке, только на сей раз уже не во сне. Я обязательно встану на ноги, если жизнь со мной ещё не покончила! Ради тебя, отец, и ради матери, которую я даже не знал.

Дни шли. Я лежал в местной больнице. Гладкие стены из дерева. Длинные и холодные коридоры. Переносные светильники с огоньками в стекле, что стоят у мягкой кровати. Десятки палат, где почти нет больных. Люди здесь, наверное, даже способны на уважение к окружающим. Здание не выглядит заброшенным или забытым: здесь строго следят за порядком. Даже крыша не протекает – фантастика!

Мне делали капельницы. Лечили какими-то травами, прикладывая их к ранам. И хотя я всё ещё чувствую боль, кажется, уже могу встать на ноги. Но лекари не разрешают делать этого. Когда меня принесли сюда, здесь не было никакой паники – все работали слаженно и организованно, и каждый знал, что ему делать. Меня быстро определили в свободную палату, коих здесь было много, и сразу же принялись за работу. Не помню всех подробностей, но, судя по всему, несколько часов я был в отключке. Очнувшись в чужой одежде, я обнаружил, что мои раны уже зашиты и перебинтованы. Я не мог говорить, потому что они сделали что-то похожее на ингаляцию, но рядом со мной уже сидели взрослый мужчина и девушка. Я их уже видел, когда меня вытащили из реки. Те самые, у которых было довольно явное внешнее сходство. Теперь я мог рассмотреть их получше.

Тем вечером мы не смогли познакомиться из-за трубок у меня во рту, помогавших дышать, но спасители пришли и на следующий день, и через день тоже, пускай и ненадолго. Вскоре эти трубки и приспособления убрали. Мне и впрямь стало легче дышать, а хрипов больше не наблюдалось. В этот день никто не пришёл. Наверное, им сообщили, что мне уже лучше. Рядом никого не было. Я попытался встать на ноги. Словно пулей боль проскочила через колени. Лекарь, проходившая мимо палаты, услышала шум и тут же ринулась на помощь. Она была в недоумении: зачем же я встал с кровати, будучи таким израненным? Я и сам не мог дать ответа на этот вопрос, но и лежать весь день на кровати было бы для меня преступлением. Она попросила меня лечь обратно и не вставать, но я не согласился.

Продолжая терпеть боль, я дошёл до окна, чтобы посмотреть, где вообще находится больница. Девушка попыталась помочь мне дойти, но это было необязательно. Оперевшись на подоконник, я бросил свой взгляд вдаль и увидел там лишь леса и горы. Они окружали это место, образуя некую защиту от холодных ветров, характерных для Северного Королевства и его прилегающих окрестностей. Здесь и вправду было не так холодно, как в городе, а снег шёл совсем лёгкий и незначительный.

– У вас посевные работы продолжаются даже зимой? – спросил я.

– Что?.. Ну, да. – ответила девушка в белом халате. – Здесь довольно тепло для севера.

– Это странно, но допустим. Не беспокойтесь, мне уже лучше.

– Я не могу оставить вас вот так! Вам показан постельный режим, мистер…

– Файзеро. Меня зовут Файзеро. Правда, я справлюсь сам. Так будет лучше…

– Вы уверены, что вам не нужна помощь?

– Я знаю, здесь не так много больных, – успокаивал я, – но им наверняка ваша помощь нужнее, чем мне.

– Ладно. Но не вздумайте покидать палату! Ваш организм ещё не окреп после… того, что с вами случилось.