- -
- 100%
- +
– Нет, – не найдя нужной фразы, проронил он.
– Тонкость выполнения, – подметил тот. – Сотрудник получает задание и, как я уже говорил, выполняет его. Но каким образом? Тут уже вопрос профессионализма и навыков. К примеру, вы, – указал он на Максима. – Я много раз с упоением наблюдал, как вы ведете переговоры. Вы словно дирижер с мировым именем! Ваши знания чувствуются в каждом слове! Но знаете, что может все испортить?
– И что же? – Спросил Максим, сделав вид, что ему интересна беседа.
– Ошибка, – добавил тот.
– Вот как? – Решил поддержать беседу Максим.
– Именно, голубчик мой, именно ошибка и способна пустить под откос все планы, развязать конфликт между людьми, разрушить отношения. Из-за ошибок люди страдают, впадают в панику, сводят счеты с жизнью. Но знаете что? Они формируют нас, дают нам опыт, знания. Без них жизнь была бы скучной, тусклой. А так…
Переверзев поднялся со своего кресла и побрел в сторону огромного окна и устремил взгляд в небо, в котором в эти минуты пронзал облака отражавший солнечные лучи авиалайнер.
– Ну, вот, представьте себе, – продолжил он, повернувшись к сложившему на столе руки Максиму. – Работает себе молодой топ-менеджер банка, заключает контракты на финансирование с талантливыми ребятами, желающими открыть свое дело – работает и радуется жизни. И тут появляются некоторые индивидуумы, желающие получить денежные средства для реализации своих идей. Этот талантливый топ-менеджер заключает с ними договор об инвестициях и думает, что все сделал правильно. Но проходит определенное время, и выясняется, что компании, которую этот молодой специалист финансировал, нет и в помине.
– Это как понять? – Внезапно вырвался вопрос у Максима.
– Обыкновенно, – посмеиваясь, продолжил директор. – Денег этих у банка нет, фирмы, которой требовался заем, тоже нет. И как быть? Откуда ему брать деньги? Куда бежать за помощью?
Вальяжной походкой Переверзев подошел к столу, на котором, помимо всего директорского атрибута, возле монитора стояла чашка с остывающим кофе.
– Валентин Аристархович, я не совсем понимаю, к чему эти разговоры?
– Не переживайте, Максим Александрович, – уверяющим голосом добавил тот. – Просто той компании, которая искала финансирование, исчезла как дым, но это не самое печальное. Больше всего докучает то, что тем нерадивым топ-менеджером, заключавшим договоры с теми прохиндеями, оказались именно вы, Максим Александрович.
Понимание темы разговора совсем пропало. Не возможно было провести параллели между громкими словами директора и событиями, которые тот так игриво описывал. Лишь одно вызывало напряжение – то, что героем этого рассказа вдруг оказался Максим.
– Я не понимаю вас, – тихонько проговорил он.
– Я тут покопался в документах, в папках…
Переверзев взял из футляра свое фирменное, сделанное на заказ золотое пенсне и молча стал протирать стекла тонким хлопчатобумажным платком.
– Вы помните ребят-программистов, что приходили к нам два года назад?
– Смутно, – отвел Максим взгляд на потолок. Через мгновение в голове предстал образ одного из ребят. Кудрявый такой, немного хамоватый. Сказал, что у него отец – «большая шишка» и что пришел от него. Переверзев пообещал помочь ему раскрутить один проект, связанный с интернет-ресурсами, но что конкретно, Максим не помнил. Одно он запомнил отчетливо – то, что Переверзев козырнул своими инвестиционными навыками. А еще и обнадежил юношу, пообещав золотые горы.
– Так вот, когда мы начали финансирование их работы, деньги таинственным образом исчезли, – даже усмехнулся он. – Мне сначала казалось, что мальчонка начал банально гулять на мои средства, но тут всплыли кое-какие факты. Оказывается, наши юные программисты денег не получали вообще!
– Это как?? – Удивился Максим.
– Ну, так, – пожал директор плечами. – Были отслежены переводы денег, предназначенных для финансирования. Но деньги эти шли в карман через подставные фирмы, зарегистрированные на неизвестные имена. Благодаря умным головам наших ай-ти-специалистов, деньги были обнаружены. Причем, не в нашей необъятной Родине, а в далекой Малайзии.
Тут для Максима ситуация прояснилась окончательно – тот проект финансировали вместе с Набоковым, которого Максим знал как облупленного. Этот индивид мог таких дел наворотить, что самосвалом не вывезешь. Вот, похоже, и натворил!
– Валентин Аристархович, – запаниковал Максим, – сделка была чистой. Там не подкопаешься! Я сам лично проверял документы! Там все было в порядке!
– Было! – Снова усмехнулся тот. – С документами все в порядке никак быть не могло. Те деньги, что отправлялись в качестве инвестиций, просто испарились. И вина в этом целиком лежит на вас, друг мой!
– Что значит «на вас»!? Да я профессионал своего дела!! У меня успешных сделок выше крыши!! А вы «вешаете» на меня чьи-то «косяки»!!?
– Тише-тише, Максим Александрович, – утихомиривал тот своего разгоряченного оппонента. – Как говорится, поздно, Вася, пить Боржоми, почки уже отвалились.
Переверзев подошел к столу и сел напротив Максима.
– Максим Александрович, вы понимаете, что вам за это грозит?
– Что грозит? – Нервничал Максим. – Валентин Арестархович, я не понимаю ваших метафор!
– У меня на руках данные о переводах, которые вы осуществляли через наш банк! Вы переправляли средства в Сингапур!
– Какой еще, к чертям собачьим, Сингапур!? Какая Малайзия!? Вы в своем уме!? Я работал не один, с нами был Набоков! За юридическую часть отвечал он! Я не понимаю, какого черта вы всех собак вешаете на меня!?
Максим спрыгнул с места. Стул уехал куда-то под подоконник. От злости его лицо покраснело настолько, что было похоже на помидор.
– На вашем месте, Максим Александрович, я бы так себя не вел, а поинтересовался вот этим.
Переверзев протянул Максиму один единственный файл с несколькими листами, на которых красовались многозначные числа. Кинув взгляд на банковские проводки и наименования счетов, Максим понял, что деньги действительно переправлялись «за бугор». Далее проведенные им связи предшествовавших событий дали понять, что в этих переводах участвовал и ненавистный ему Набоков.
– Я не совершал этих переводов! – Громко прошептал Максим, отведя взгляд от длинных чисел.
– Отпираться бесполезно, Максим Александрович. Эти переводы совершали вы, договоры с ними подписывали тоже вы, и вся ответственность полностью лежит на вас, – добавлял тот с улыбкой на лице. – Я не буду сейчас вдаваться в подробности ваших дел со всякими «левыми» организациями, поэтому сделаем следующее. Вы сейчас пишете заявление на увольнение по собственному желанию, после чего вы будете вообще лишены права устроиться на работу в банк. Даже дворником! Либо, милый мой, вам дадут билет в один конец в казенный дом где-нибудь в Магадане. Так что? Какой вариант для вас предпочтительнее?
Максиму стало окончательно ясно, что сегодня он потеряет то дело, которому был предан душой. О том, что это финал, он понял окончательно. Обо всех проектах ему докладывал лично директор банка, и не было никаких сомнений в том, что именно Переверзев и занимался отмыванием денежных средств. Да и проекта в сфере ай-ти, похоже, не было. Вот только доказательств не было никаких, лишь улики против самого Максима и выделялись белым фоном на темном столе. Максиму ничего не оставалось, как взять чистый лист бумаги, лежавший в стопке в правом углу директорского стола, и написать заявление об уходе, параллельно, скрипя зубами от злости, наблюдать оскал директора.
– Ну, вот и умница! – обрадовался Переверзев. – Все-таки, Максим Александрович, вы настоящий профессионал! Все прекрасно поняли и сделали правильные выводы!
Положив листок с заявлением на стол, Максим прошел мимо стола и, дойдя до двери, взялся за ручку и дал волю эмоциям. Такого хлопка дверью банк еще не видел! Всплеск ярости, казалось, оглушил весь этаж. Стоявшие возле лифта люди с опаской озирались в его сторону, не обращавшего на них никакого внимания. Ему не хотелось ни разговаривать, ни есть, ни пить, ни смеяться. Он словно превратился в робота, которому поставили задачу дойти до кабинета и собрать свои вещи.
Войдя внутрь, первым, что он взял в руки, это, как ни странно чашка с остывшим кофе. Максим почти бесшумно прошел возле стола и сел в кресло, уставившись в одну точку. Несколько минут он пытался отыскать ответ на вопрос о том, что произошло в кабинете у директора. И тут его взорвало. Безобидная чашка кофе пала жертвой обстоятельств. От нее остались лишь осколки. В них читалась и карьера Максима в финансовой сфере.
Глава пятая
Раннее утро пятницы. Этой ночь Максим почти не сомкнул глаз. От сумбура, которому, казалось, не было конца и края, отвлекла пришедшая в одиннадцать часов вечера Кристина. Открытая бутылка дорогого вина, что покоилась в винном шкафу полгода, определила течение событий. Лихорадка джунглей, что отстраняла Максима от проблем, продолжалась без малого три с половиной часа. Главное, что, благодаря шумоизоляции, соседи ничего не слышали.
Сообщать об увольнении из банка Максим не собирался, так как был полон уверенности в том, что он выкрутится. Однако, нелицеприятная беседа с Переверзевым останется в памяти надолго. Вся эта ситуация мало укладывалась в голове и не приносила никаких выводов и умозаключений. То и дело всплывали фрагменты из текстов документов, что он читал и подписывал. Сделать бы копии этих документов!
– Нет там, твою мать, моей вины! – Время от времени всплывало в его голове. – Там все было прозрачно, никаких «левых» транзакций эта схема не предусматривала. Даже если бы они «гнали» некую сумму через оффшор, никто бы ничего не понял. Причем здесь оффшор? Что еще за схема? Ты что несешь? Что за бред? Тебя подставили, Макс. Просто подставили. Это без вопросов. И ты знаешь, кто это сделал, – толстозадый и неуклюжий Набоков с «подачи» Переверзева. Вашу мать!! Эта тварь отвечала за транзакцию денежных средств и часть денег «увел» именно он. Сволочь!! Он-то «бабки» и «увел»! Козел, тварь, урод!! Все, сегодня приду в банк и подвешу его за те, что у него есть! – Затем, спустя пару минут, пыл угас, и в душе наступило смирение. – А что толку? Ну, набьешь ты ему морду, и дальше что? Будто он прекратит это делать. Еще кого-нибудь подставит и все. Ни фига ты этим не изменишь и работу свою не вернешь. Тем более заявление на увольнение ты написал своей рукой, так что лист этой книги прочитан. Надо идти дальше, дружище! Хотя, блин, осадок-то есть…
От раздумий о потерянной работе его отвлекла проснувшаяся Кристина. Слегка приоткрыв глаза, она улеглась поудобнее и стала легонько гладить Максима по волосам. Он повернулся к ней.
– Доброе утро, Максик! – Прошептала она. – Как спалось?
– Да, ничего, – слегка сморщившись, пожал он плечами, – чушь какая-то снилась.
– Что за чушь?
– Не знаю, – пожал он плечами. – Я уже забыл. Мне частенько всякая белиберда снится.
– Ой, Максик, – цокнула Кристина, – я же тебе говорила, «завязывай» смотреть ужастики на ночь.
– Да я, вроде, ничего такого не смотрел, – вновь пожал он плечами.
– Врушка, – сказала Кристина, легонько подергав его за нос.
– Почему это я врушка?? – Засмеялся Максим.
– Да потому что врушка, – опять Кристина подергала Максима за нос, – я же знаю, что ты без фильмов ужасов как курильщик без сигарет.
– Ну, а сейчас-то я их не смотрю.
– Да-да. – Покивала она головой. – Так я тебе и поверила, болтушка моя!
Снова подергав Максима за нос, Кристина улеглась ему на грудь. Успокоившись окончательно, он вспомнил про дорогое золотое колье, которое ему доставили из Белоруссии в восемь часов вечера.
– Кристь, а у меня для тебя кое-что есть.
Кристина была заинтригована. Она давно привыкла к тому, что Максим постоянно ей что-то дарит. И постоянство это не нарушается. Вот в, прошлом месяце он устроил ей день шопинга, который ему запомнился навсегда. Ведь столько пакетов с одеждой он еще не видел. Только в правой руке у Кристины их было семь. Максим тогда как раз закрыл важную сделку, одобрив кредит одной компании, собиравшейся строить новую производственную линию. Вот и отметил он сие событие со своей спутницей. Но на этот раз он припас для нее кое-что новенькое.
– Да ладно, – томным голосом сказала она. – Зайчонок, ты полон загадок! – Тут Кристина почувствовала, как у нее скрутило живот и, одев футболку Максима, побежала в туалет. – Ой, я сейчас!
Пока она пребывала на белом камне, Максим пару раз потянулся, почувствовав хруст позвонков в районе шеи. Затем, открыв рот, он принялся верещать, как резаный порося. Он был похож не то на канарейку, которую душат, не то на скрипку Страдивари, которую взял в руки человек, никогда на ней не игравший. Кристина, услышав это, немного напугалась. Так он обычно… зевал.
– Макс, это что было?? – Недоуменно спросила его Кристина, застопорившись у кровати с вытаращенными глазами.
– Ничего, – пожал тот плечами, – просто зевнул.
– Фу ты!! – Захохотала она. – Я думала, тебя режут! Соседи бы тебя слышали!
Хохот зацепил обоих, и продолжалось это пару минут.
– Максик, я на кухню схожу, – сказала она из прохода, – кушать хочу.
Максим лишь кивнул головой ушедшей в сторону гостиной своей пассии. Та шла тихо как кошка.
Дернув ногами под одеялом, Максим ринулся к стоящему напротив кровати комоду. Присев на корточки, он немного выдвинул средний ящик. Там лежала завернутая в черный целлофановый мешочек небольшая коробочка, в которой, как он предполагал, лежало дорогое колье. Правда, та была кого-то странного цвета – не то фукси, не то терракотового, не то вишня… испорченная. И значок на ней тоже обыденным не казался. Напоминал он большую латинскую букву «эф», заключенную в круг. Максим сразу подумал, что это символика какой-нибудь секты. Буква и круг были выпуклыми, золотого цвета. Разглядев коробочку со всех сторон, он усомнился, что в ней находится то колье, которое он заказал. Предположений о содержимом не было совсем, поэтому стремительно зарождавшиеся в голове мысли рисовали жуткие картинки того, что в этой странной коробке вообще лежат чьи-то останки. От этого по спине даже побежали мурашки, и холодно стало в груди…
– Макс, а где сыр!? – Отвлекла его от изучения коробки крикнувшая из кухни оголодавшая Кристина.
– Посмотри над ящиками с овощами, внизу, – ответил Максим и залез на кровать.
Тут же в голове стал возникать вопрос о том, что вообще следует избавиться от неизвестной упаковки. Однако, ситуацию усложняло то, что он сообщил своей подруге о сюрпризе, из-за чего давать задний ход было слишком поздно.
– Максик, я не вижу! – Снова окликнула она его, шурша какими-то мешками. По звуку он понял, что та зачем-то залезла в ящик с помидорами. Видимо, не расслышала…
– Кристь, внизу над ящиками, круглый такой, – подсказал он ей, повернув голову в сторону двери.
Каково было удивление Максима, когда он увидел в этой коробке не дорогущее колье с бриллиантами, а… шар размером с персик. Подвешен он был на какую-то старую тесьму, сильно посеревшую от времени. Тесьма эта была завязана на очень крепкий узел, который, судя по всему, просто так не развязать. Шар окольцован сплошной цепью. Как он подумал, та сделана из золота. Как ее только так сделали!
– А, все, нашла! – Послышался из кухни радостный голос Кристины.
Максим взял его в руки и принялся разглядывать. Привстав с корточек, он дотянулся до выключателя одного из светильников над весящим на стене телевизором. Огромный шар был перламутрового цвета, а цепь, что его опоясывала, действительно была золотая. Взгляд зацепился за его переливы, и он почувствовал, как его словно начало затягивать в омут.
– Я заказывал не это! Черт! – бурлило у Максима в голове. – Ну, я устрою этому, твою мать, ювелиру!
Теперь была новая проблема. Приблизительно оценив стоимость сего изделия, Максим понял, что сто с лишним тысяч этот шар явно не стоит. Дороговизну придавала лишь золотая цепь, что отдавала блеском от настраивающего на романтический лад комнатного освещения. И что теперь Кристине сказать о сюрпризе – загадка.
– А где там мой медвежонок? – Спросила Кристина с набитым хлебом и сыром ртом, прислонившись к двери в спальню.
– А медвежонок тут, – поддержал Максим, спрятав неизвестное изделие обратно коробку.
Жестами тигрицы Кристина переместилась на кровать и уселась на немного скомканное одеяло. Тот сексуальный вид, который придавала Кристине его футболка, напрочь отбил желание убить курьера, что доставил ему этот сюрприз. Смотря на Кристинины ноги, он понимал, что единственное, что ему в данный момент хотелось, это близости со своей подругой.
– Максик, а что у тебя за сюрприз для меня? – Тихонько спросила она его, вернув с небес на землю. Максим задумался, но смотря на Кристину, в голову ничего, кроме страсти, не приходило.
– Какая ты у меня красивая, – отвлекал он ее, поглаживая по щеке. Он заправил ей волосы за ухо и попытался поцеловать. Едва он приблизился к ее губам, как она его одернула.
– Не, Максик, ну, правда! Я сгораю от нетерпения!
Стало понятно, что от разговора не уйти. Кристина все равно может узнать, или, что хуже, сама залезет в ящик и увидит этот шарик с цепочкой.
– Кристь, как на счет шопинга? – Задал он ей первый вопрос, который пришел в голову. И он ее несколько огорошил.
– Слушай, Максик, ты что, решил все платья мира скупить? – Улыбнулась она удивленно.
– Ну, а что? – Пожал он плечами, посматривая на ящик с пресловутым изделием. – Мы давно не ходили по магазинам, да и надеть тебе, наверняка, нечего.
Судя по выражению лица, Кристина явно заинтересовалась. Да и то платья, что Максим приобрел ей на Кипре год назад, уже не новое. Подруги ее в нем уже видели. Так что шопинг показался ей хорошей идеей.
– Ну, так что? Когда устроим сие путешествие?
– А давай завтра! – Вдруг дернулась она от радости, округлив глаза.
– Ну, хорошо, давай завтра, – поддержал Максим.
В эти минуты ему хотелось буквально расцеловать того, кто придумал дорогие магазины с одеждой. Можно придаться наслаждению с подругой. Так думал Максим, но он ошибся…
– Максик, – окликнула его Кристина, как только он стал целовать ее в шею, приближаясь к зоне декольте.
– Что? – Прошептал он в экстазе.
– Ты меня любишь? – Вдруг спросила она, обнимая его.
Такие разговоры назревают обычно в самый неподходящий момент, особенно для такого, как Максим, который выступал за свободные отношения. Близости хочется очень сильно, но ситуация такая, что щека может покраснеть от шлепка по ней.
– Кристь, ты прелесть, – шептал он, отвлекая ее. Вот только она уже не поддавалась.
– Макс, подожди.
Страсть вдруг исчезла, и Кристина отвела от себя Максима, уже собравшегося схватиться за ее грудь.
– Что с тобой?
Взгляд внезапно потух, как потухло и желание Максима. Лишь непонимание того, что с его подругой. Уголки рта опустились, глаза направились сначала в окно, потом сместились куда-то вниз. В комнате повисла тишина.
– Максим, так продолжаться больше не может, – на полном серьезе заявила она, – поэтому я хочу прямо спросить тебя. Ты любишь меня?
Вопрос действительно озадачивал. В глубине души он понимал, что придется решать. Вновь начав гладить ее по щеке, он сказал:
– Кристин, я…
…Максим не успел договорить, как вдруг почувствовал, что его горло начало сдавливаться. Не понимая, что происходит, он смотрел в полные серьезности глаза Кристины. Ненадолго у него возникла мысль, что она ему подсыпала что-то в вино. Глаза Максима стали стремительно краснеть.
– Максим, не надо давить на жалость! Не пройдет!
Королевские замашки Кристины не давали трезво оценить ситуацию.
– Не могу… ды… дышать!
Максим то и дело хватался за горло. Пошла кругом голова. Не понимая, что происходит и кто его душит, он начал терять сознание. Перед глазами все стало расплываться, и его начало штормить.
– Максим, хватит! – говорила Кристина, не веря ему. – Ты можешь мне прямо ответить или нет!?
– Кристин, я… не… могу… – задыхаясь, сипел он. Понимание того, что Максим не шутит, пришло вовремя. Включенного над телевизором светильника оказалось достаточно, чтобы увидеть, что у Максима начали синеть губы.
– Макс, ты чего??
Кристина перепугалась не на шутку. Максим продолжал задыхаться и уже стал чуть ли не цвета сливы, а глаза пунцовыми. С ее стороны на тумбочке лежал сотовый телефон. Она быстро набрала номер «скорой помощи» и дрожащим от испуга голосом сообщила адрес.
– Максимчик, дорогой, ты только держись! Не умирай!
Кристина прежде никогда своими глазами не видела, как умирают люди. Ей было очень страшно. Она много суетилась, теряя драгоценные минуты и гремя пузырьками и таблетками в аптечке в ящике комода. Какие-то странные лекарства от головы, от сердца.
– А это откуда? – Удивилась она, увидев в правом дальнем углу ящика коробочку с антидепрессантами.
И тут она вспомнила про ингалятор, лежащий в сумочке. Ее подруга Анна попросила купить его для своего сына, страдающего бронхиальной астмой. Пулей она дернулась к сумочке и вытрясла из нее содержимое. Ингалятор выпал из нее, как водится, последним после губной помады от Мэйбелин и распакованной пачки влажных салфеток.
Все признаки говорили о том, что у Максима начался приступ астмы. Неожиданно возник в памяти день их первой встречи, когда он хвастался своим спортивным прошлым. Якобы, он завоевывал первые места по гребле и биатлону.
– Держись, Максик! Вдыхай!
Вставив мундштук ему в рот, Кристина надавила на баллончик. Максиму стало лучше, но не сразу. Первый впрыск он не почувствовал, будто комар ужалил слона. Для верности она решила еще раз впрыснуть лекарство ему в рот. После этого Максим задышал полной грудью, вдохи и выдохи были очень глубокими.
– Блин!! – Отзывался он. Вдохнув еще пару раз, он стал кашлять, отчего синюшный цвет лица сменился на красный.
– Максик, ты как? – Испуганно спросила его бледная Кристина, сжав обеими руками баллончик.
– Что за черт!?? – Задал риторический вопрос Максим. Кристина смотрела на него с глубоким чувством сострадания. Отдышка продолжалась еще несколько минут. От нехватки воздуха стало дурно. Еще несколько минут все плыло перед глазами.
– Максик, я не знаю, – тихонько мотала она головой, – ты вдруг стал задыхаться, – и начала гладить его по лицу, – я так испугалась за тебя.
– Все хорошо, – тихо ответил он.
– Максимчик, у тебя что, астма!? – Взволнованно спросила Кристина.
– Да нет, – задумчиво ответил он, – у меня ее никогда не было.
– А что это тогда было?
– Понятия не имею.
Визит экипажа «скорой помощи» ощутимых результатов не принес. Врачи ничего внятного не сказали, только то, что приступ удушья мог быть ничем иным, как аллергической реакцией. Единственным виновником в этом случае становился аромат духов, которые Максим подарил Кристине. Ими она и подушилась перед визитом к нему. Оставалось лишь найти объяснение тому, почему аллергия никак не проявилась раньше, ведь Кристина пользуется ими уже давно.
– Макс, сходи к врачу, я умоляю!
– Зачем? Я здоров, все нормально! – Отказывался он.
– Блин, ты сейчас чуть не умер, Макс! Это ладно у меня был этот ингалятор! Сходи, я тебя умоляю!
Тут Максим внезапно перестал спорить, поняв, что стоит прислушаться к женской интуиции, которая, как известно, не ошибается. Он знал об этом не понаслышке. Трудно представить, сколько раз Кристина его выручала, когда они ехали в машине, и вдруг становилось не по себе, и она просила свернуть куда-нибудь. Максим, хоть скрипя зубами, но повиновался. И случалось так, что через пару сотен метров происходила авария. Да и у самого Максима была интуиция. Вот только доверять он ей не спешил! И как же не хотелось тратить время на посещение врачебных кабинетов!