Свет четырёх влюблённых звёзд, или Приключения доктора в Запределье. Часть первая

«Точно ничего не прочитал? – прищурилась белка. – Дай проверю! – Она быстро пробежалась по ментальной дорожке, вынула из памяти Сергея блок нераспечатанной информации, мельком заглянула в его мысли, проверила волевой импульс, отследила телепатические сигналы. – Ну ты силач! Исполин просто! Взял и сам поставил ментальный блок! Ты видела, Клавдия?»

«Видела!» – белая собака с удовольствием отмечала всё более возрастающий энергетический потенциал Сергея.

«А тебе, значит, можно было ко мне в голову заходить?» – хитро улыбнулся доктор.

«Я аккуратно! – встопорщила усы белка. – И знаю, как надо! Кстати, теперь и тебе должно быть понятно, как правильно создавать… что угодно с помощью мысли. Не только забор и холодильник. Съедобное что-нибудь давай сотворим!»

«Не знаю пока… – озадаченно протянул Сергей. – Дай подумать… По твоему, получается, если я вдруг захотел есть… К примеру, захотел пирогов с картошкой – надо представить их во всех подробностях? Представил – кушай на здоровье?»

«Точно! – подхватила белка. – Захотел пить – заглянул в кувшин. Вспомнил цвет, вкус и прохладу напитка – нате вам, пожалуйста!»

«Вы, прежде чем к созданию еды переходить, исправьте огрехи с техникой, – осадила их Клавдия. – Посмотри на свои творения, Человек-Сергей, всё должно быть рационально. Если это плита или холодильник, ты должен четко знать, для какой цели их создаешь. Посчитай, сколько промежуточных звеньев у тебя. Зачем они? Стоило ли на их создание драгоценный дар тратить?»

«А может быть, ему так привычнее? Или для услады глаз старался! Или вдруг иной раз что-то руками сотворить захочется. Не всё же мыслями ворочать!» – пошутила белка.

«Ага, еще и посуду лишний раз помыть, и пыль стряхнуть, и плиту до блеска отполировать», – поддержала ее собака.

Они явно ерничали, подсмеивались над таким недалеким еще человеком.

«Что вы на меня взъелись? – ответил Сергей. – Я же всю эту красоту во сне создавал, ненамеренно. И вообще, откуда я знал, что продукты тоже силой мысли можно сотворить? Кто мне об этом рассказывал?»

«Сам бы давно догадался».

«Хорошо! Раз тут все, кроме меня, такие умные, я догадаюсь! – вспылил он. – Сам!»

«Ну-ну, дерзай! С удовольствием окунемся в поток твоих мыслей».

«Значит, так, – начал Сергей. – Изначально мне надо задать итоговые параметры. Именно итоговые. Я четко должен видеть конечный результат».

«Откуда узнал?» – раскрыла рот белка.

«Я должен сразу знать, какой сорт хлеба нужно получить, – продолжил свои размышления Сергей, пристально глядя в глаза Клавдии. – И, уже возвращаясь к исходной точке, мне необходимо четко отследить ингредиенты: какой сорт муки – высший, первый, второй… Где выращено зерно, какая курица снесла яйцо, откуда взять воду и соль…. В общем, всю технологию производства надо будет воссоздать…»

Собака и белка снисходительно улыбались.

«Или, – хитро взглянул на них человек, – я пойду другим путем. К примеру, скажу: "Хочу хлеба, который я ел в гостях у своих друзей в воскресенье десятого ноября такого-то года". И тогда ментальная подсистема сама воссоздаст и консистенцию, и сорт, и вкус. И даже ту же самую свежесть от момента выпечки. Сознание само всё сделает – и вычислит параметры, и предметы из воображаемого в действительное перенесет».

«Ничего себе, новичок! – озадаченно почесала нос белка. Однако миг спустя загорелась новой идеей: – Таким же образом и задвоение, и воссоздание объекта вытворить можно!»

«Что это – воссоздание?»

«Берешь, значит, крошку хлеба и воссоздаешь ее изначальное положение в целой буханке, – тут же отозвалась Рыжуля. – То есть заново получаешь новую булку! А задвоение – это когда из одного яблока получаешь два, а хочешь – пять или целую корзину! То же самое и с предметами! К примеру, ты запросто можешь сказать: "Хочу, чтобы здесь стояло кресло. Точно такое же, как у меня дома. В котором я очень люблю читать книги"».

«Тогда и книги появятся, – повернулась к ней Клавдия. – Ты на вторичном предмете много внимания сосредоточила. Подсистема не только кресло, но и всё, о чем в этот момент подумалось, воспроизведет. – Она вдруг вскинулась, озаренная неожиданной догадкой. – Да он мои тайные мысли прочитал! – волчица оторопело потрясла лобастой головой. – Кто тебя научил?»

«Сама и учила».

«Когда?»

«Сейчас! Ты мне так помочь хотела, что я твои закрытые мысли запросто отзеркалил».

«Или вспомнил наши уроки из прошлых твоих визитов в Запределье, – пристально взглянула на него собака. – А в чем разница между ворованной информацией и чтением закрытых мыслей?»

«Так мысли от чтения не исчезают. А украденную информацию запросто заблокировать или перепрограммировать можно», – на автомате ответил Сергей.

«Нет, ты точно всё вспомнил!» – покачала головой Клавдия.

«А как же насчет ментальной защиты от несанкционированного проникновения к закрытым мыслям, дражайшая моя подруга? – елейно пропела в общем сознании белка. – Или ты о ней вспоминаешь только тогда, когда других уму-разуму научить пытаешься?»

«Пешком пойдешь! – оскалилась на нее Клавдия. Потом, вновь повернувшись к Сергею, ткнула носом в сторону закрытой двери: – Там твоя спальня».

«Как узнала?»

«Я тебя тоже отзеркалила».

«Идем! Хочу посмотреть на его гнездышко!» – нетерпеливо заерзала Рыжуля.

«А вы не сильно обнаглели, красотки? Это же мое личное пространство! Кто-то сегодня, рассуждая про вторжение в него, шерсть на груди рвал!»

«Забудь! – коротко бросила белка. – Пошли уже, показывай!»

Они бесцеремонно ввалились в просторную комнату со светло-серыми стенами, с широким окном на южную сторону. Большая гардеробная скрывалась за выгодно оттеняющими цвет обоев раздвижными панелями от пола до потолка. Часть пространства ближе к двери занимала удобная двуспальная кровать с высоким мягким изголовьем, застланная постельным бельем синего цвета, чуть прикрытая небрежно наброшенным светлым покрывалом. Ближе к окну за стеклянной перегородкой располагался небольшой кабинет с широким столом и удобным кожаным креслом. При желании от спального пространства можно было отгородиться, задернув плотные лавандовые шторы.

«Кто-то любит комфорт и удобство? – белка прыгнула на кровать. Она выигрышно смотрелась на пышной подушке: рыжая на синем полотне. – Клавдия, ты глянь! Да это – египетский лен!»

«Да, я всегда очень серьезно к таким вещам отношусь. Мне важнее не красота, а качество», – немного скованно проговорил Сергей.

«Да не стесняйся ты! Качество и красота – два равных понятия», – белка с интересом разглядывала хрустальные подвески на прикроватном светильнике.

«Хорошее у тебя воображение, Человек-Сергей. Сочетание цветов в интерьере подобрано идеально. Уважаю такую четкую работу сознания. – Собака упруго прошлась по пушистому ковру. И повернулась к расположенной слева от входа двери с горизонтальными вставками из матового стекла. – А там у тебя что?»

«Показывай уже!» – в предвкушении нового-интересного потерла лапки белка.

Стоило им шагнуть за порог, как зажглись точечные светильники.

«Ого, кафель, хром и зеркала!»

«А тут, смотрите-ка, вода журчит!» – нажав кнопку слива, белка с интересом уставилась в унитаз.

«Простите мне мою нескромность, – хозяина слегка покоробило от бесцеремонности гостей. – В туалет же я силой мысли не схожу. Уж сантехника-то в любом случае необходима».

«Ну, это ты сам так решил», – ответила собака и направилась к выходу.

«Что ты имеешь в виду? – Сергей озадаченно смотрел ей вслед. – В Запределье физиология человека по-другому работать должна, что ли?»

«Да шучу я, расслабься», – улыбнулась от двери Клавдия. Белка прыснула в кулачок, с разбега вспрыгнула собаке на спину. Обе, оживленно перекидываясь мыслями, удалились.

Сергей прошелся по дому, оглядывая обновленный интерьер. Неужели это всё создано его мыслями, его сознанием?

Примечания