- -
- 100%
- +
– Фантастика, – пробормотала я, не удержавшись.
– Да, – согласился старший церемониймейстер. – Он на всех производит такое впечатление. И неважно, видите вы его в первый раз или в тысячный.
На зеленом холме расположился дворец из белого камня. Его центральная часть возвышалась над левым и правым крылом с угловыми башнями и полукругом выдавалась вперед. Синий купол крыши, поддерживаемый бесчисленным числом белых колонн, казалось, парил в воздухе. Из его центра вырастали несколько ветвей, которые поддерживали второй синий купол, значительно меньше первого.
Наличники прямоугольных окон были выполнены из серого камня в виде ползущего по стенам плюща. Парадный вход украшали статуи грифонов, дерущихся с драконами, а между ними на фасаде висел щит с изображенным на нем гербом: серебряный единорог на золотом фоне.
Мы поднялись по широкой мраморной лестнице. Наверху, у парадной двери, стояло четверо вооруженных солдат – по два с каждой стороны, и два лакея. Они-то и распахнули перед нами дверь.
Я оказалась внутри золоченого парадного зала, украшенного позолоченными же карнизами, лепниной с изображением зверей и ползущих по стенам листьев, мраморными резными чашами напольных ваз. С голубого потолка на меня смотрели золотые фениксы. Кроме лепнины, стены украшали фрески цветов и райских птиц.
Лорд Болтон стал подниматься по широкой лестнице на второй этаж, а я поспешила за ним, чтобы не потеряться.
Разглядывая золоченые канделябры и такие же массивные рамы картин, вазы, расписанные позолотой, в которых стояли розы – благо не золотые, – я лихорадочно вспоминала, что же произошло.
Я помнила, как увидела Лину и Павла в ресторане, и мы поругались. Потом был жуткий звонок от Миры и парализующий страх, вытеснивший все, даже злость на Лину. Далее мы запрыгнули в машину, помчались по ночным улицам, ворвались в тёмный и, кажется, пустой дом.
Я помнила, как закричала: «Мира, солнышко! Доченька, отзовись!»
«Нет, нет! – думала я, стараясь справиться с удушающими слезами. – Я уже потеряла мужа, я не могу потерять и дочь! Почему?! За что мне это?! Мира…»
«Мама», – услышала я голос Лины со второго этажа.
Я помчалась, неприлично перепрыгивая через две ступеньки, за что в свое время ругала обеих дочерей.
Вот комната Миры. На ватных ногах я зашла туда, боясь увидеть…
«Господи, господи! Умоляю! Пусть Мира будет живой! Умоляю!»
А потом я увидела ее. В стене, там, где раньше висели дочкины рисунки, оказалась синяя деревянная дверь. Откуда она здесь взялась? Растерянная Лина смотрела то на неё, то на меня.
Дверь была приоткрыта, и оттуда струился свет. Лина взялась за резную, кажется, медную ручку и потянула ее на себя. Я зажмурилась от слишком яркого освещения, а дальше очутилась в конюшне.
– Где мои дочки? – вновь спросила саму себя, чувствуя, как руки похолодели.
– Извините? – встрепенулся лорд Болтон.
– Я просто переживаю за дочерей.
Старший церемониймейстер понятливо кивнул. Он кашлянул, затем хлопнул в ладоши. Мгновенно откуда-то из соседнего коридора прибежал паж в синей курточке и коротком плаще.
– Авдий, будь добр, – сказал лорд, – попроси целителя заглянуть к Главной фрейлине.
Авдий поклонился и убежал.
Наконец мы оказались около белой двери, в которую лорд Болтон незамедлительно постучал. Открыла молоденькая девушка, пожалуй, младше Лины, в лиловом пышном платье, лиф которого был отделан широким кружевным воротником. Она чуть заметно присела, слегка наклонив вперед голову с уложенными в высокую прическу волосами, и впустила нас в приемную.
– Леди Кира у себя? – поинтересовался лорд Болтон.
– Одну минуту, милорд, я сейчас уточню, – ответила девушка и ушла в соседнее помещение.
Через несколько минут вернулась. А вместе с ней вышла женщина лет пятидесяти с белыми волосами, к которым была приколота соломенная шляпка. Куполообразное платье цвета фуксии, отделанное цветами и белыми лентами, делало эту женщину похожей на юбилейные торт с украшениями из мастики.
– Лорд Болтон, какими судьбами? – проговорила леди Кира. – Вы умеете выбирать время правильно. Еще немного – и я бы ушла на прогулку с избранницами…
– Я привел вам невесту, – перебил лорд Болтон фрейлину и стрельнул глазами в мою сторону.
– Невесту? – изумилась леди. – Что это значит?
«Хороший вопрос, – подумала, стоя в сторонке и рассматривая диванчики и кресла, обтянутые тканью цвета слоновой кости. – Я бы тоже хотела знать на него ответ!»
– Невеста – значит, невеста, – не совсем вежливо ответил лорд. – Со знаком невесты!
Леди Кира подошла ко мне.
– Милая, будьте любезны, покажите ваше запястье.
Я протянула женщине правую руку.
– Изумительно, – протянула она, рассматривая моего единорога. – И правда, знак. Что ж, дорогая, я распоряжусь, чтобы вам выделили покои и личную фрейлину. Вы откуда?
Я замялась.
– Леди Кира, извините. Вышло какое-то недоразумение. Я не невеста! Если уж на то пошло – я вдова и ищу своих дочерей.
Леди стрельнула глазами в сторону лорда. Тот лишь пожал плечами.
– Милая, вам, наверное, приснился сон! – предположила Главная фрейлина.
– Да не снился мне никакой сон!
– Не нервничайте! – остановила меня леди Кира. – Как вас зовут?
Женщина подошла и взяла мои руки в свои.
– Светлана, можно Лана, – ответила я.
– Лана, милая, у вас не может быть дочерей.
– Что?!
– Я имею в виду – сейчас, – поспешно сказала леди. – Когда-нибудь они непременно будут! Просто, понимаете, такой знак, – она провела пальцем по единорогу на моем запястье, – появляется только у невинных девушек. Милая, это, наверное, побочное действие магии. Наверное, когда притягивало, вы увидели сон. Знаете, сны бывают такими реалистичными! Мне давеча снилось, что я летаю. Незабываемое ощущение! Я когда проснулась, искренне верила, что это было взаправду!..
Улыбаясь, леди Кира все ближе и ближе подводила меня к зеркалу, посмотрев в которое, я едва не упала в обморок: из отражения на меня смотрела Лина в платье, расшитом золотистыми пайетками.
– Мама, – пробормотала я и попросила хриплым голосом: – Дайте, пожалуйста, воды.
– Дорогая, вы так побледнели! Лорд Болтон, будьте добры…
– Я уже попросил Авдия. Целитель должен прийти с минуты на минуту.
Так. Все-таки кое-что я узнала: Лина ни с кем не спала. И это хорошо. А вот то, что я не знаю, где мои дочери – плохо. Или?.. А что, если та жизнь действительно всего лишь сон? И не было Гриши, замужества, дочерей?
Бред, бред! Этого не может быть! Или – может?
Глава 4
Лина
Брюнет провел рукой по волосам, а затем хлопнул в ладоши и сказал:
– Сэм, будь добр, принеси кофе. Мне и моим гостьям. Хотя, думаю, что девочке лучше шоколад.
После этих простых незатейливых слов резная дверца платяного шкафа, стоявшего у входной двери, открылась, и оттуда вышел скелет.
– А-а! – заорала Мира и быстрее звука убежала в соседнюю комнату, откуда мы не так давно вышли.
А я, будучи простой современной девушкой, воспитанной на фильмах о зомби-апокалипсисе и знающей, что мертвякам надо рубить головы, закричала: «Хи-й-я!!!» и всадила позаимствованный ножик в шейные позвонки скелета, чья голова тут же отсоединилась от туловища, пролетела как волейбольный мяч после хорошего пасса через всю комнату, упала на пол и покатилась в сторону окна.
– То есть вы еще и нож у меня украли? – заметил чернявый, проследив за полетом черепа.
– Если бы я знала, что у вас тут скелеты в шкафах прячутся, я бы топор взяла! – попыталась оправдаться. – Что это вообще такое…
– Это мой слуга, – пояснил брюнет. – Сэм. Я его лично делал…
Он встал с кровати, поднял голову, подошел к скелету и приладил череп на место. На мгновение сверкнула зеленоватая молния. И слуга вновь стал как новенький.
– Извини, старина. Надеюсь, больше такого не повторится. Не повторится? – это мужчина уже у меня спрашивал.
– Не повторится, – подтвердила я.
А сама стояла и думала: «Скелет? Делал сам? Теперь починил… а что там малая рассказывала про тех, кто ворвался в наш дом?»
– Мира! – позвала я сестру.
Но ребенок наотрез отказывался выходить из своего укрытия.
Я проследовала за ней. По пути взгляд упал на арсенал, хранившийся на полках.
«Если я без проблем взяла нож, значит, оружие не охраняется, – рассудила я. – Вернее, его хозяин БЫЛ абсолютно уверен в том, что его никто не возьмет. Сейчас он не так в этом уверен. А значит, уже сегодня предпримет попытки защитить «хранилище». Логично? Логично! А значит, надо успеть воспользоваться обстоятельствами…»
И я сунула в карман пиджака, накинутого поверх платья, еще один ножик, какую-то звездочку с острыми лучами и колючий шарик. И сразу стало немного спокойнее.
А еще я приметила книгу в черном кожаном переплете, на которой золотыми буквами было написано: «Карты наших земель». Я схватила фолиант и открыла его наугад.
«Миттинор», – было написано в верхнем правом углу, а под ним: «Срединное королевство. Одно из самых густонаселенных государств. Количество городов – 343, деревень – 1257. Самые крупные города: Райнок, Пируан, Вардос».
То, что надо!
Осталось найти Миру.
Бледная мордашка, грызущая белую косичку, обнаружилась за тяжелой черной занавеской.
– Лина, давай пока не будем говорить, что мы из другого мира! – прошептала девочка.
– Я тоже об этом подумала, – согласилась с мелкой. – Вот только какую правдоподобную легенду нам сочинить?
Мира пожала плечиками.
– А кто учится в школе для одаренных? Вот и подумай на досуге!
И я показала ей книгу.
– Как думаешь, какой город нам лучше выбрать?
– Тот, где больше всего людей, – ответила сестра.
– Почему?
– Чем крупнее город, тем меньше там люди знают друг друга. А в горной деревеньке – все друг другу родственники, – ответила Мира. – Так учитель по «Окружающему миру» говорил.
– Умно, – согласилась я. – Как тебе Райнок?
– А если мы уже в этом городе? – предположила мелкая.
Вот умеет она озадачивать!
– Тогда Вардос, – ответила я. – Ладно, пойдем, все и так слишком подозрительно.
– Лина, я не пойду туда! Этот скелет ворвался в наш дом!
Я вспомнила Сэма, а потом его брата-близнеца из школьного кабинета биологии.
– Мира, мне здесь тоже не нравится, – призналась я, – но давай смотреть правде в глаза – все скелеты на одно лицо. Чернявый не внушает мне опасений…
– Это потому, что он тебе понравился!
Я чуть не задохнулась от возмущения. Что себе позволяет этот ребенок?
– Так, мелкая, – отчеканила, наклоняясь к сестре, – мой план таков: мы идем в комнату, разговариваем с чернявым и пытаемся узнать у него максимум информации обо всем вокруг. Затем, усыпив его бдительность, мы выходим из комнаты и… и… – Я судорожно пыталась понять, как же поступить дальше, как найти маму, как вернуться домой, но пока в голову ничего не лезло. – И дальше разберемся, – закончила я фразу. – У тебя есть свой план?
Мира покачала головой.
– Тогда, пожалуйста, оставайся милой и послушной девочкой. Кстати, тебе с минуты на минуту должны принести шоколад…
– Я бы сказал, что Сэм запаздывает, – раздался голос за моей спиной. – Знаете, отсечение головы никому никогда не шло на пользу.
Я вздрогнула и встала, поворачиваясь к брюнету. Интересно, давно ли он вошел в кабинет?
– Повторю вопрос, на который никак не могу получить ответ: как вы оказались в моей комнате? – спросил чернявый, останавливаясь около зеркала. Он уже натянул на себя белую рубашку, жилет из коричневой кожи, а полотняные брюки для сна сменил на черные.
Я запаниковала. Что придумать? Что сказать?
– Это я виновата, – подала голос Мира. – Мы с мамой были дома, а я рисовала. А потом что-то произошло. Появилась дверь. Я открыла ее, мама пошла за мной. И мы оказались здесь.
– Что-то – это что? – спросил брюнет.
– Я не знаю, – шепнула Мира, прижимаясь ко мне.
И я автоматически её обняла и погладила по голове.
– Раньше такого не было?
– Нет, – ответила я.
– Нет, – подтвердила Мира.
– Как тебя зовут? – мягко поинтересовался брюнет.
– Мира.
– Очень приятно. А меня магистр Рэм. Мира, а когда открылась дверь, о чем ты думала? Может, у тебя что-то было в руках?
Я внимательно следила за мелкой. Интуиция подсказывала, что лучше промолчать.
– Восковой мелок, – ответила сестра и достала из кармана своего домашнего платья обыкновенный мелок.
Магистр Рэм взял его и покрутил в руках.
– Хм, – хмыкнул чернявый. – Хорошо, Мира. Посиди, пожалуйста, здесь. У меня очень удобное мягкое кресло. Ты любишь читать?
Сестра кивнула, а магистр достал с полки красную книгу и протянул ее Мире.
– Можешь полистать, пока я поговорю с твоей мамой.
Я запаниковала. У меня не было ни малейшего желания оставаться с магистром Рэмом наедине, тем более разговаривать с ним, тем более без Миры. Как это ни прискорбно, но сестра у меня действительно умная! Не то что я, блондинка…
Мира послушно села в кресло и открыла книгу. Черная же, с картами, осталась за шторой.
– Извините, мама, а ваше имя я могу узнать? – спросил магистр, когда мы устроились на диване в спальне.
– Лина, – ответила, поглядывая на дверь в комнату, где сейчас сидела мелкая.
– Не переживайте, с ней там ничего не случится.
Я кивнула. С ней там нет, а со мной здесь?
В этот момент открылась входная дверь, и вошел Сэм с подносом, на котором стояли три дымящиеся чашки. Скелет поставил поднос на прикроватный столик.
– Благодарю, можешь отдохнуть.
И Сэм вернулся в шкаф.
– Какой у вас замечательный слуга, – пробормотала я, наблюдая за его передвижениями.
А посмотреть было на что: шел Сэм не на прямых ногах, а на полусогнутых, отчего его походка казалась пружинящей. В местах, где у живых людей должны находиться хрящи, виднелся зеленоватый дымок. И когда скелет двигался, от дымка отлетали искорки – создавалось впечатление, будто со слуги брюнета ссыплется песочек.
– Итак, Лина. Откуда вы? – прервал мои размышления магистр.
– А-а… Одну минуту, я шоколад доченьке отнесу. Пока он горячий, а то когда остынет, в такую гадость превращается.
И я с чашкой выскочила в кабинет.
«Райнок или Вардос? Райнок или Вардос?» – думала про себя, пока несла шоколад Мире.
– Мы из Пируана, – выдала, вернувшись к брюнету.
– Красивый город, – кивнул магистр. – Говорят. Жалко, что я там никогда не был.
«Какое счастье!» – облегченно выдохнула я.
– Сколько лет вашей дочери?
– Восемь, – ответила. Кажется. Или семь? Или девять? Нет, у нас разница в одиннадцать лет. Значит, все верно – восемь.
– Раньше вы замечали за своей дочерью странности? Это же ваша родная дочь?
«Ну почти», – подумала, кивнув.
– Понимаете, Мира всегда была талантливым ребенком. Поэтому я не удивлена, что у нее обнаружился еще один дар.
– И дар этот очень необычный, – сказал магистр Рэм.
«Кто бы сомневался», – усмехнулась про себя.
– Людей с таким даром можно по пальцам пересчитать. Вернее, можно было. Сейчас Ходящих между мирами не осталось. По крайней мере, на службе у короля.
– Ходящих между – чего? – не поверила я своим ушам.
– Это те, кто обладает способностью открывать Двери между мирами и проводить через них других людей.
– Что? – информация упорно не желала укладываться в моей голове.
Я взяла с подноса уже холодный кофе и сделала глоток. Остывшая гадость мигом взбодрила меня, но, к сожалению, никаких дельных мыслей в мозгу не родилось. Я правильно услышала – миры? То есть их много? И между ними можно ходить?
– Дар вашей дочери проявился слишком рано. Обычно это происходит годам к четырнадцати-семнадцати. Поэтому я и спросил, не было ли артефактов в ее руках.
У Миры был ключ, но у меня не имелось ни малейшего желания открывать тайну сестры постороннему человеку. Еще непонятно, кто он, этот магистр, и можно ли ему доверять? Можно ли вообще кому-нибудь здесь доверять? Я ведь не знаю: остались преследователи в нашем родном мире или тоже смогли пройти через дверь и бродят неподалеку?
– Поймите правильно, – тем временем продолжал Рэм, – она может открыть проход даже во сне, думая, что это всего лишь фантазия, но вернется ли ваша дочь обратно…
– Стоп! – остановила я магистра, пытаясь переварить свалившуюся на меня селевым потоком информацию, и сделала еще один глоток кофе. Гадость. – Что вы предлагаете?
– Мире надо учиться. Нельзя все оставлять на самотек. И возраста ждать нельзя. В Академии же она будет под присмотром…
Я едва не подавилась.
– Извините. Вы сказали – в Академии? Какой Академии?
– Королевской, – невозмутимо ответил магистр Рэм.
Вот мне сразу не понравились документы в кабинете, оружие на полках и приставка «магистр» к простому незатейливому имени Рэм. Как чувствовала, что с ними что-то не так. Теперь все встало на свои места. Академия.
– Может, начать с детского сада? – робко предложила я.
Брови Рэма живописно приподнялись.
– Хорошо, со школы? Зачем же сразу в Академию? Это не этично – лишать ребенка детства. Она должна играть, гулять, общаться с друзьями…
«И выбраться отсюда», – мысленно закончила фразу.
– Лина, мне жаль, но в школах Ходящих не обучают.
Я понятливо кивнула и продолжила поглощать холодный кофе, втайне надеясь на чудо: вдруг как в стене вновь появится дверь, оттуда выйдет мама и избавит меня от необходимости думать о судьбе сестры.
Но мама не появлялась, а подумать было о чем. Как для Миры лучше и безопаснее? Как лучше для нас? Может, стоит повременить с учебой до тех пор, пока не отыщется Светлана Владимировна? Кстати, как ее искать? А если она совсем не найдется? Мне даже немного поплохело от одной мысли об этом.
И еще один глоток. Гадость, гадость… когда же закончится эта гадость?!
А если Мира уже сегодня ночью отправится в другой мир и останется там одна без поддержки? Стоп! Раз моя сестра Ходящая, значит, мы можем прямо сегодня вернуться домой? Правильно?! А вдруг ее там ждут? Прямо в комнате? У-у… Если что-то случится со мной, я не уверена, что родные прольют хотя бы одну слезинку. Но если что-то произойдет с Мирой, мама меня точно убьет, а потом и папа на том свете.
Так где же ей будет безопаснее: в Академии или за ее пределами?
– Мне кажется, стоит спросить Миру… – неуверенно сказала я.
– Конечно, – согласился Рэм. – Но когда вы будете слушать ее, учитывайте, что в общежитии Академии особый фон, который гасит магию студентов. В пределах зданий Академии Мира не сможет никуда уйти.
– Что ж, это весомый аргумент, – заметила, ставя чашку на стол.
Вот только маленькому ребенку в студенческом общежитии не место, о чем я и сообщила Рэму.
– Я уверен, что в сложившихся обстоятельствах вам пойдут на уступки и позволят проживать вместе с дочерью, – развеял мои опасения магистр.
– Что ж… Мира! – позвала сестру.
Мелкая спокойно выслушала меня и Рэма и без тени сомнения сказала:
– Конечно, я согласна!
– Тогда пройдемте в деканат, – предложил Рэм.
Счастливая Мира послушно побежала за магистром, а вот меня охватил легкий приступ паники.
Рэм
«Странное начало дня», – подумал я, разглядывая свалившихся на мою голову гостей.
Ко мне вообще редко в комнату заглядывают. Все-таки заведующий Отделением подготовки королевских боевых магов – не самая популярная личность в Академии. А если и заглядывают, то обычно со словами: «Рэм, немедленно поднимай свой зад и срочно лети…».
А тут сразу двое.
И ладно девочка – тихая, смирная, как мышка, с редким ценным даром Ходящего. Но ее мама… Это, это… да от моих студентов шума и вреда меньше! У меня после общения с ней первый раз в жизни голова разболелась. Бросила в меня ремень. Одним ударом лишила Сэма головы. Его, кстати говоря, никто не смог сломать на защите проекта.
Не женщина, а… А ведь кто-то на таких женится. Уф-ф.
Уж лучше остаться холостяком, чем терпеть подобный ураган.
Стихия «мама Лина» утихомирилась, только когда я повел их в деканат. И то подозреваю, что временно. Глядя на то, как присмиревшая женщина озирается по сторонам, ненароком подумал: «ураган» осматривает владения, чтобы потом носиться по этим коридорам и этажам, сшибая все на своем пути.
Ну да ладно. Сейчас передам девочку магистру Вольфу и спокойно вернусь к своим делам.
В деканате Мире предложили пройти обычный тест на определение способностей, который сдают все студенты в день подачи документов. Девочку попросили дотронуться до белых кристаллов определителя. Стоявшая до этого в сторонке мама Лина встрепенулась, со скоростью смерча пронеслась по кабинету и зачем-то попросила использовать ее в качестве какого-то «подопытного кролика».
Когда женщина дотронулась до кристаллов, ничего не произошло – они остались белыми. Это означало, что в маме Лине не было ни грамма магической силы. Зато когда к артефакту прикоснулась Мира, он вспыхнул синим пламенем.
– Надо же, – пробормотал магистр Вольф. – Ходящая. Первый за двадцать лет. Определенно, Мира должна учиться. И я настаиваю, чтобы обучение началось завтра.
– А разве сейчас не каникулы? – послышался голос мамы Лины.
– Что вы, леди! – возмутился декан. – У нас Академия с древними традициями, а не какие-то современные учреждения! Обучение ведется круглый год, с небольшим перерывом на праздник Зимнего солнцестояния.
– А когда же студенты отдыхают? – изумилась женщина.
– Тяжело в учении – легко в бою, – подмигнул приосанившийся декан. – На работе потом отдохнут! Тебе, милая, конечно, никакой специальности сейчас не предлагаю. Для тебя важно под присмотром преподавателей научиться контролировать свой дар, чтобы ненароком никуда не убежать. Правда, общие предметы посещать придется. Извини, без этого никак.
– Я согласна, – кивала радостная Мира.
Дети. Я тоже в ее возрасте мечтал как можно быстрее пойти учиться в Академию.
А вот маме Лине, кажется, не все понравилось. Женщина хмурилась, поджимала губы и постукивала носком замшевой туфельки по краю ковра. А я только сейчас обратил внимание на ее необычный вид: обтягивающее серое платье до колен из атласа и накинутый на плечи то ли камзол, то ли куртка из тонкой ткани смотрелись крайне необычно.
– Магистр Рэм, – услышал я голос декана, – раз уж сама судьба распорядилась – назначаю вас куратором юного дарования. Разместите ее, пожалуйста, в общежитии и разработайте персональный план обучения.
– Что? – Этого мне еще не хватало! – Магистр Вольф, я привык командовать здоровенными парнями, а не присматривать за маленькими девочками!
– Магистр Рэм, остальные преподаватели сейчас на практиках вне Академии. Уж не сочтите за труд! Как только магистр Кларисса вернется из Пиковых гор, мы решим этот вопрос. А пока… Да, кстати, чуть не забыл! – И магистр Вольф стал поспешно перебирать бумаги, лежавшие на его столе из красного дерева. – Не то, не то, – слышалось тихое бормотание из-под густых седых усов. – А! Вот оно! Из самого королевского дворца по вашу честь.
Готов руку отдать на отсечение: ничего хорошего внутри розового конверта, пахнущего фиалками, быть не может! Я вскрыл печать королевской канцелярии и бегло пробежал взглядом по тексту.
– А я здесь причем?
– Как причем? – удивился декан. – Вы переверните лист.
Я сделал, как он велел. На обороте листа было написано: «Ответственным за выполнение поручения назначить заведующего Отделением боевых магов магистра Рэма».
– Да вы издеваетесь! – невольно вырвалось у меня.
– Приказ начальства, – развел руками магистр Вольф, весело ухмыльнувшись. – Выполняйте, магистр Рэм.
Я еле сдержался, чтобы не смять письмо и не выбросить его в урну.
Я все понимаю – у них там бал, Отбор, а еще дебют выпускниц Королевской школы леди. Но почему я своих курсантов, которым надо тренироваться, должен отправлять на какой-то бал, чтобы эти девицы не скучали?! Да еще тратить время на обучение парней танцам? Боевые маги и танцы… Кому вообще такое в голову могло прийти? Хотя я знаю, кому… Мамочка не теряет надежды, что она затащит-таки меня на один из этих балов, и я наконец-то найду свою судьбу. Ага, сейчас!
Не было печали, а тут целый мешок проблем. И где мне теперь учителя-то искать?
Глава 5
Лана
Леди Кира проводила меня в комнату, размеры которой были сопоставимы с площадью первого этажа родного дома. Выделенные апартаменты состояли из просторной гостиной, мраморной «комнаты для омовений», небольшого кабинета, спальни и балкона, с которого открывался вид на сад.
Интерьеры, выполненные в бардовых, золотых и кремовых тонах, впечатляли и вместе с тем подавляли. Даже будучи преподавателем по этикету, я чувствовала себя крайне неловко и скованно среди этой по-настоящему королевской роскоши.