Не смотри в окно

Глава 1

Каждое утро Марта начинала с овсянки и обещаний. Овсянка – чтобы похудеть. Обещания – чтобы не сорваться ночью и не вмазать весь торт «Пражский», стоящий в холодильнике «на случай гостей, которых никогда не бывает».

Марта была переводчиком. Удалёнка, фриланс, ноутбук, тряпочка для экрана и бесконечный запас англо-русских иллюзий. Клиенты скидывали ей медицинские статьи, каталоги кофемашин, рефераты о глобализации – и всё это нужно было «до завтра и чтобы без ошибок».

Она почти не выходила из квартиры. Да и незачем. Всё, что нужно, доставляли на дом, включая внутренние кризисы и чувство вины.

Но в тот вторник, ровно в 02:14, Марта проснулась от внутреннего голоса. Он был строгий, как бухгалтер с ожогом на лбу:

– Встань. Пойди. Возьми торт. Только кусочек. Маленький. С ложки.

– Я ж пообещала… – попыталась отбиться она, натягивая на голову одеяло.

– Одна ложка! Чтобы не мучиться. Чтобы отпустило. Ну же!

Она встала. Как сомнамбула. Открыла холодильник. Достала торт. Отрезала крошечный кусочек. Потом второй. Потом шесть. Потом насыпала себе чай и села на подоконник. В пижаме с принтом «Без сахара, без глютена, без радости».

За окном была ночь. Молчаливая, февральская, с редкими окнами, где ещё горел свет. И вдруг – на пятом этаже дома напротив, в квартире, где обычно жила тихая дама лет сорока, вспыхнул свет. И в проёме окна появилась фигура. Женская. Долговязая. Очень чёткая. И… она смотрела прямо на Марту.

Марта залила себе кипятком в нос и поперхнулась тортом. Когда подняла взгляд – света уже не было. Темнота. Обычная. Скучная.

«Наверное, показалось», – подумала она. Потом: «Переела сахара. Глюки». Потом: «Надо спать».

А наутро оказалось, что та самая женщина – умерла. Прыгнула с балкона. Записка, полиция, скорая, чёрный пакет, жильцы с кружками кофе в халатах.

– Ну, видно, не выдержала, – сказала соседка тётя Галя. – Одинокая была. Весь день дома сидела. Страшное дело.

Марта кивала, но внутри что-то чесалось. Потому что она точно знала: в 02:14 эта женщина смотрела на неё. А значит, ещё жила.

И если жила – то почему умерла в 02:30?

Или… умерла ли?

Марта не была любительницей криминальных драм. Её любимым жанром была «еда под плед с самоанализом». Но сейчас что-то сдвинулось. Как будто её, такую неповоротливую и рациональную, что-то дернуло за воротник: «Разберись». Или хотя бы не отмахивайся.

Сначала она попробовала рационально объяснить произошедшее. Может, женщина умерла позже, чем все думают? Может, смотрела не на неё, а просто – в окно? А может, это была вовсе не она?

Но всё разбивалось об одно – лицо. Это было лицо той самой женщины. С длинным, острым подбородком. С гладко зачёсанными волосами. С глазами, в которых было слишком много… просьбы?

К ночи Марта полезла в чат жильцов их дома. Тот самый, где всегда обсуждали мусоропровод, плохую уборщицу и «собаку из шестнадцатой, которая ссыт под дверь».

Но там уже вовсю шло обсуждение происшествия:

Мария Е.: «Господи, я ж только вчера её видела. Покупала цветы, такая спокойная…»

Инна П.: «Она заказала доставку в 22:50. Зачем, если собиралась… ну вы поняли?»

Олег А.: «А мне вообще странно. Камера у подъезда в это время ничего не зафиксировала. Ни выхода, ни входа. Как так?»

Галина М.: «Вы все паникуете. У людей бывают душевные кризисы. А вы ищете заговор».

Марта читала, и с каждой строкой в ней крепло странное ощущение: если кто-то и сошёл с ума, то не обязательно она. Или не только она.

И, может, пора выяснить, что на самом деле случилось в квартире напротив. До того, как улики сотрутся, торт закончится, а совесть снова скажет: «Сиди тихо. Не лезь».

Марта подняла глаза на окно. Пятый этаж. Там снова был свет. И тень. Чья-то. Но… женщина ведь умерла, да?

Правда?

Глава 2

Марта с утра вела себя почти как нормальный человек. Даже не посмотрела на торт. Даже выпила воду с лимоном и сделала пять приседаний, на четвёртом из которых начала хрипеть, а на пятом – чуть не упала.

Но внутри бурлило.

Она принялась пересматривать новости. Вбила в поиске «самоубийство женщина пятиэтажка район такой-то». Выдало только пост в местной группе: «Ужас! У нас трагедия!» и пятьдесят восемь комментариев в стиле «а где был участковый». Ни фамилии, ни точного времени. Только: «прыгнула ночью».

Ночью – это когда? До двух? После двух? Почему никто не пишет точнее? Это же… важно.

К обеду она решилась: оделась, вышла из дома и пошла… к мусорке. Не потому что мусор – а потому что оттуда видно тот самый подъезд, где жила женщина. Пятый этаж. Окно теперь было мёртвое – чёрное, занавешенное, как будто всё уже закончилось.

– Здрасьте, – услышала она за спиной.

Она вздрогнула. Обернулась. Пожилая женщина в шапке с помпоном и с двумя авоськами.

– Вы к Лилии? – спросила бабушка. – К ней уже полиция приходила. Вроде всё понятно. Жалко… хорошая была.

– Лилия? – переспросила Марта. – Её так звали?

– Ну да. Лилия Николаевна. Учительницей когда-то работала. Потом на удалёнку перешла, говорила, что тексты какие-то пишет. Тихая. С мужем развелась давно. Жила одна. Но вроде с кем-то переписывалась всё последнее время. Я пару раз в лифте слышала, как она вслух смеялась. Значит, кто-то был…

– А вы… случайно не знаете, когда всё случилось? В смысле… точное время?

Бабушка задумалась:

– Ой… ночью. Я спала. Но собака у меня заскулила где-то в третьем часу. Я ещё подумала, может, соседи стучат. А потом уже – скорая, сирены, суета.

– Третий час… это около двух тридцати?

– Ну да. Где-то так. Я не сразу глянула. Но то, что не в начале ночи – точно. Уже ближе к утру.

Марта поблагодарила. Вернулась домой. Села. Открыла блокнот. Нарисовала окно. Потом – стрелку. Потом написала: 02:14 – видела. 02:30 – «официально» умерла.

И всё больше убеждалась: между этими двумя метками что-то произошло. Что-то, о чём никто не говорил. И чего никто не видел. Кроме неё.

И если уж она однажды может съесть торт целиком за ночь, то может и раскрыть преступление. Вдруг калории нейтрализуются.

Она открыла ноутбук и написала в чате жильцов:

Марта Н.: «Извините за странный вопрос, но… кто-нибудь видел, что происходило в окне Лилии примерно в 2:00–2:30?»

Пять минут – тишина.

Десять – два сердечка под сообщением.

Пятнадцать – новое сообщение:

Аноним: «Если хотите узнать, почему она умерла – не задавайте таких вопросов здесь. Некоторые вещи лучше оставить в покое.»

Марта уставилась на экран.

Вот это уже было совсем не про овсянку.

Марта не сразу поняла, что именно её напугало. Формулировка? Или то, что сообщение исчезло через десять секунд. Просто исчезло. Как будто его никогда не было. А сердечки остались. И тишина.

Она попыталась сделать скрин – слишком поздно. Даже история чата не сохранилась. Она пролистала вверх – пусто. В чате остались только жалобы на парковку и обсуждение скидок на отопление.

– Прекрасно, – пробормотала Марта. – Ещё и паранойя в комплекте к сахару.

Но что-то подсказывало: это было не просто. Кто-то следит. Кто-то уже знает, что она видела.

Весь день Марта пыталась отвлечься. Перевела инструкцию по настройке кофеварки, вымыла пол, приготовила гречку, пересчитала свои фисташки. Даже попыталась сделать зарядку по видео – но на пятой минуте её начало тошнить от бодрого голоса тренера.

К вечеру она не выдержала и снова подошла к окну. Соседний дом. Пятый этаж. Шторы так и были закрыты. Ни света, ни движения. Но что-то всё равно тянуло её взгляд туда.

На подоконнике всё ещё лежала её записная книжка с таймлайном. 02:14. 02:30. Тот взгляд.

– Может, мне надо поговорить с кем-то? – сказала она вслух. – Найти психолога. Или… участкового?

В этот момент её телефон завибрировал.

СМС. Номер скрыт. Текст:

«Вам лучше остановиться. Некоторые двери ведут туда, откуда не вернутся даже те, кто остался.»

Марта села.

Это уже было далеко за гранью её зоны комфорта. Даже дальше, чем ночью выходить за тортом босиком.

Она долго сидела, глядя в экран. Потом, внезапно для самой себя, встала. Надела пальто. Взяла шарф. И пошла. Не в полицию. Не в магазин. А в подъезд Лилии.

Потому что иногда лучший способ справиться со страхом – заглянуть ему в глазок. А если там никого – значит, можно хотя бы записать вес.

На стене у подъезда была панель домофона. Она наугад нажала 54 – тот самый пятый этаж. Гудок. Тишина. Ещё раз.

И вдруг… короткое щелканье. Дверь отомкнулась.

Марта сделала шаг внутрь. Дверь закрылась за ней с таким звуком, будто под ней поставили точку.

И в этом подъезде было слишком… тихо.

Глава 3

Подъезд пах старостью, сыростью и чьим-то очень горьким парфюмом, будто бабушка-ведьма только что прошлась по лестничной клетке с флакончиком «Смерть и ландыш». Лифт не работал. Лампочка мигала.

– Конечно, – пробормотала Марта. – Типичная сцена из хоррора. Осталось только, чтобы на пятом этаже отключился свет.

Она поднималась медленно, считая ступени. 1… 2… 3… Если что – всегда можно сказать, что пошла по объявлению «Продам миксер». Главное – говорить уверенно.

На пятом всё было тише, чем в морге. Окна заклеены бумагой, на полу валялась одинокая варежка. Пыль, запах краски, который никто давно не обновлял. И дверь. Та самая. С квартирой, где жила Лилия.

Марта подошла. Подняла руку. Постучала. Один раз. Второй. Третий.

Никакого ответа.

Она уже хотела повернуться, как вдруг дверь приоткрылась. Совсем чуть-чуть. Будто бы ветер качнул.

– Алло? – прошептала она. – Есть кто-нибудь?

Внутри – тишина. Ни шагов, ни шороха.

Марта прижалась к косяку, заглянула внутрь. Темно. Но дверь действительно была приоткрыта. И не на цепочке. Просто… оставлена. Как будто кто-то ушёл в спешке. Или специально ждал.

Она достала телефон. Фонарик. Сделала шаг внутрь.

Квартира оказалась такой же, как и подъезд – будто застывшей. На вешалке – пальто. На тумбочке – чашка с остатками чая. Газета от вчерашнего дня. Всё выглядело… неправдоподобно живым.

– Простите… – пробормотала Марта. – Я… просто хотела понять, вы ли звонили? Или писали…

Никакого ответа. Только холодильник тихо гудел.

Марта обошла гостиную. Всё на месте. Но на стене у окна – странная вещь. Коллаж. Фотографии, записки, распечатки сообщений. Почти как доска расследований в сериале. В центре – фото самой Лилии. Вокруг – какие-то имена. Стрелки. Вопросы. И – что особенно неприятно – распечатка скриншота из чата жильцов. Тот самый её вопрос про 02:00–02:30. Подчёркнут красным маркером.

Марта застыла. У неё внутри всё сжалось.

– Что, чёрт возьми, здесь происходит?.. – выдохнула она.

И в этот момент где-то в глубине квартиры щёлкнул выключатель. Свет зажёгся в ванной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.