Обними Меня Крепко

Михаил, как заворожённый, с восхищением смотрел на неё, на её пухлые губки, курносый носик, белоснежную кожу лица, мраморный лоб, чёрные брови дугой, которые не знали рейсфедера и нежную шею. Софья на него не смотрела, чувствуя неловкость от воспоминания, как он целовал её у реки и как ей это нравилось. Но почувствовав его взгляд, она с укором взглянула на него и покраснела.

– Что так смотришь? – невольно вырвалось у неё.

– Любуюсь твоей красотой, нельзя? – ответил он, нарочито внимательней глядя на неё.

Софья поднялась со стула, тут вошла и Нина с чайником в руках. Чайник, ложки, вилки и бокалы девушки привезли с собой, остальная посуда была в общежитии. Может временные жильцы привозили с собой и оставляли, а может руководство института постаралось приобрести для общежития всю необходимую кухонную утварь, вплоть до небольших казанов, правда, больше похожих на кастрюли.

– Софья, вытащи к чаю конфеты и печенья. Жаль, варенье не привезли, мама сказала, зимой привезёт, если поступим, – непринуждённо говорила Нина, ставя чайник на стол.

– Миша уже уходит, а я не хочу сладкое, от него полнеют, – ответила Софья, вновь присаживаясь на стул.

Что-то в присутствии Миши не давало ей покоя, но что… она и сама не знала. Внушая себе чувства к Максиму, она отгоняла от себя мысли, что Миша любит её, а он ей вроде только нравится. Да, Миша ей нравился, но Софья говорила себе, что любит не его.

– Мне и правда пора, темнеет уже, ещё домой добираться, я пойду, – ответил Михаил, встав из-за стола.

– Так ты же и не поел! А как же чай? – спросила Нина.

– Может ты его ещё и спать оставишь? – вновь вырвалось у Софьи.

– Почему нет? Одна койка свободная, а коменданту вроде всё равно, кто приходит и кто уходит, – улыбаясь, ответила Нина.

Софья оторопело посмотрела на неё, не найдя слов, чтобы ответить. Нина засмеялась.

– Да шучу я, шучу! – воскликнула Нина, глядя на Софью и Михаила.

– А ты и обрадовался, да? Иди давай! Тебя твой автобус ждёт! – подталкивая парня в плечо, сказала Софья, кивая ему на дверь.

Проводив Михаила за дверь, девушки до поздней ночи занимались, готовясь к экзамену. Весь следующий день они никуда не выходили, снова занимаясь, таким образом и Нина подтягивалась, а Софья дотошно объясняла ей данный предмет. В обед они поели жареную картошку, заправив её сливочным маслом, вечером просто доели то, что осталось с обеда.

Утром, от волнения и есть не хотелось, но Нина всё же схватила два печенья.

– Я когда волнуюсь и злюсь, всегда есть хочу, – виновато улыбнувшись, сказала она.

– А я наоборот, ничего есть не могу. Пошли, нужно пораньше зайти в аудиторию, – уходя по коридору, ответила Софья.

Так же были сданы и остальные экзамены, которые сдавались каждые два дня. В эти дни Михаил не приходил, не появился и Максим, парни словно договорились. А утром одиннадцатого августа, Софья поднялась пораньше, умылась и пройдя на кухню, поставила на плиту чайник, зная, что Нина без завтрака не может.

– Нина, поднимайся! Опоздаем, – теребя подругу за плечо, тихо сказала Софья.

Обе девушки очень волновались и у каждой в душе теплилась надежда, что именно она должна была поступить. Ни о чём другом думать не получалось и они побежали в институт, закрыв дверь на ключ. В комнату к ним никого не подселили, как сказал комендант, третья койка уже занята девушкой, перешедшей на второй курс, которая сейчас уехала домой, на каникулы. На этаже конечно были девушки, абитуриентки, они тоже спешили в институт, чтобы узнать результаты экзаменов. В другие дни каждая из них была занята своим делом и на знакомства с друг другом, тем более на разговоры, времени не было.

Когда Софья и Нина пришли к институту, возле стенда с объявлениями толпились абитуриенты, пройти сквозь толпу было нереально сложно.

– Чёрт! Сколько народу! Что же делать? – с нетерпением воскликнула Софья.

– Теперь придётся ждать, чтобы узнать ответ, – с сожалением высказалась Нина.

В такие моменты терпение покидает, Софья нервничала, ей хотелось поскорее узнать, поступили они или нет. Отчаявшись, она отвернулась от толпы, топнув недовольно ногой.

– Ну, что стоим? Не поступили? – услышала она насмешливый голос Михаила и тут же обернулась.

– А ты что тут делаешь? Да ещё так рано… – искренне удивившись, спросила Софья, резко обернувшись на его голос.

– Ну как же… мы из одной деревни, волновался за вас, конечно, – ответил Михаил.

– Но тут толпа, когда ещё они разойдутся, придётся нам ждать, – сказала Нина.

– Радуйся, Нина! Ты поступила! – радостно сказал Михаил, схватив девушку в охапку и закружив её.

От неожиданности, Нина застыла в его объятиях, не осознавая, что он говорит, потом вдруг поняв, завизжала и крепко обняла парня за шею.

Тут застыла Софья, оторопело глядя на них и не понимая, откуда Михаил может это знать.

– А я… как же я? Я не поступила, что ли? – произнесла она и из её ясных глаз закапали слёзы.

Михаил и Нина, остановившись, смотрели на неё и улыбнулись, правда Нина ещё не знала полного результата. Михаил, опустив её на землю, подхватил Софью и её закружил, как Нину.

– Поступила, конечно! Девчонки! Любимые мои! Как же я за вас рад! Поздравляю! Сегодня вся деревня будет знать, что вы обе студентки медицинского института! Ура! – почти кричал Михаил.

Софья поверить не могла, что все тревоги и усилия позади, на эмоциях, она радостно обняла Михаила за шею, но визжать постеснялась.

– Спасибо тебе! Как же я рада! Нина! Мы с тобой студентки! – восклицала Софья, откинув голову назад, от чего её волосы развевались по сторонам.

– Вечером приглашаю вас в ресторан, нужно отметить это дело, вот только отработаю четыре рейса в деревню и приеду за вами. Никуда не уходите, ждите меня в общежитии в своей комнате. А сейчас я должен ехать, у меня график, – опустив Софью на землю, сказал Михаил.

– Только чур, каждый платит за себя, – заявила Софья, глядя и на Михаила, и на Нину.

– Но я мужчина и приглашаю вас в ресторан, Софья. И потом, вы это заслужили, поступив в институт, да ещё в медицинский! Пока! До вечера! – сказал Михаил и помахав рукой, быстро пошёл по тротуару к остановке.

Ни Софья, ни Нина, ни даже Михаил не заметили, что за ними внимательно наблюдают со стороны парка. Там, за деревом, стоял Максим и со злостью смотрел на Михаила и Нину.

– Значит поступили… что ж, неожиданно, жаль и Нинка поступила, по мне было бы лучше, если бы Софья осталась одна в городе, а этот мужлан часто в рейсы уходит. Он ещё поплатится за всё, – зло нахмурясь, говорил Максим.

Когда Михаил скрылся за поворотом, девушки обнялись и радостно запрыгали.

– Поверить не могу! Ну, что ты поступишь, я почти не сомневалась, но чтобы и я! Это ты меня подготовила, Софья, сама бы я не справилась. Ну какой из меня врач? – смеясь, сказала Нина.

– Я так есть хочу, просто ужас! И не болтай ерунды, подруга, ты старалась и твои старания увенчались успехом. Представляю, как будут радоваться дома, а наши учителя? А одноклассники? Хотела бы я видеть их лица, когда им сообщат об этом. Кстати, многие же приехали в город, поступать в институт, но в медицинский из наших только мы, – говорила Софья, уходя с Ниной в сторону общежития.

– Наверное, мы встретимся с ними, ну с теми, кто поступил, молодёжь часто гуляет по городу. Может в столовой пообедаем? Всё-таки мы это заслужили. Когда обед сварится, ждать ещё… пошли, – сказала Нина, которая всегда любила вкусно поесть.

– Ладно, пошли в столовую. Мне там домашние котлеты нравятся, с гречкой и пюре, – ответила Софья, свернув в сторону столовой, которая находилась между институтом и общежитием.

Михаил, первым рейсом приехав в свою деревню, высадил оставшихся пассажиров и оставив автобус на автостанции, побежал к дому Софьи, да и к Нине хотел заглянуть. Но по дороге вспомнил, что верно их никого нет дома, скорее всего, все были на работе. Но когда уже хотел развернуться и идти на ферму, у калитки дома Софьи Михаил издалека увидел машину Егора.

– Ну хоть дяде Егору скажу, пусть порадуется, – подумал Михаил, подходя к открытой калитке.

Время было обеденное, Наталья оставляла для мужа на плите обед, на столе хлеб и в такое время, свежие помидоры и огурцы. Она их не нарезала, Егор любил есть, с хрустом откусывая от целого огурца.