Героический Эпос о Юрае Гарине и Тите Германове

– Чего ты ждешь, смерти? У тебя больше дел в жизни не осталось? – выдавил он.

Последним он запомнил заполыхавший огонь в груди и внутри терминала ожидания Анкаа. Затем последовал титанический рывок и полный мрак.

Его глаза уставились на светящиеся линии от мелькающих звезд и причудливые чернильно-фиолетовые силуэты туманностей за бархатно-черными перекрытиями и черными стеклами купола. «Я жив?» – он медленно свел большие пальцы рук – первый проверочный тест на жизнь.

– Ты чудом остался с нами – видимо, миссию свою ты еще не выполнил! – отозвался в медкапсуле неунывающий голос капитана, – многим не повезло. Но мы вырвались. Путь на Малую Медведицу.

– Знаешь, что меня злит все это время? А меня никогда ничего не злило…

– Внимательно слушаю, – хохотал в микрофон Тит.

– … твой вечный смех, вечная радость не к месту… ты можешь хоть в чем-то сохранять серьезность?!

– Меня предупредили, что ты скрытный, молчаливый зануда… так что я в курсе!

Он опять погрузился в сон.

– Подъем, если сможешь! – На него смотрели добрые серые глаза капитана. – Мы в системе звезды Полярной, тут до нас рукой подать! После сигнала о незаконном нападении на нас на Анкаа первой откликнулась Полярная и предложила помощь. Но без тебя не обойдемся – нужен ты!

В груди щемило.

– Показатели почти в норме, – вещал бортовой врач, – кожный покров затянулся, но ребрам, левому легкому и сердцу предстоит длительное восстановление. Мы бы рекомендовали вам пару недель на Венере.

На выходе из шаттла их приветствовали 9 белых медведей – самых настоящих, больших, лапастых. «Как с нашего Севера…или чуть покрупнее…мишки…»

– Мы рады гостям на нашей звезде Калвера…

– Калвера? Мы шли к Полярной, я не мог ошибиться в расчетах…

– Вероятно, вы взяли чуть выше и правее на входе в созвездие. К нам часто залетают лихачи! – медведи по-доброму рассмеялись свой шутке и похлопали Тита по космостюму. Капитан в растерянности обернулся к своим.

– Но координаты…

– А что у вас по картографии было в институте? – опять послышалось медвежье гоготание.

– Отлично, – буркнул Тит.

– Шутки в сторону. Ты парень – молодец, но эти координаты мы даем всем странникам. Проходите проверку- летите дальше. У нас здесь рубеж миров – горячее место! – Все вокруг выглядело ледяной пустошью…

– В чем ваш вопрос?

По дороге в ледяной ангар он рассказал медведям Калверы всю историю их приключений с начала, уточнив, что самое важное – микросхема – хранится только у него в голове и на носителе.

– Сейчас посмотрим, – рыкнул крупный медведь в белой бандане. Другие белые калверцы уселись вкруг, пока трое из них ходили за металлическими блестящими коробами, подернутыми инеем.

– Со времени отгорания Анкаа в созвездии Феникса участились случаи замораживания планет, все происходит по одной схеме. Так, из своей корысти зауракцы погубили уже две планеты своей системы, чтобы занять их орбиты. Планеты со всеми жителями были заморожены и превратились в пыль, ведь они не соглашались по доброй воле уступить свое орбитальное место Заураку. Вот и поплатились жизнью…

– Мы никак не могли на них собрать улики, – вступил другой медведь. – Свидетелей они не оставляют. Вы единственные вырвавшиеся.

Пока землянам обрисовывали ситуацию, калверцы раскладывали на снежном полу запаянные в защитный корпус снежинки, причудливые, искристые, в чертах и резах.

– Экземпляры с пораженных, уже погибших планет. Зараза…дайте глянуть на вашу…

Медведь взял у Тита носитель и на лапе развернул галограмму, когтем тыча то в одну часть изображения, то в другую, покрутил, укрупнил и задумчиво передал коллегам.

– Вы проделали длинный путь…если еще задержитесь на пару дней, от вас не убудет…вас проводят в наш ледяной городок для гостей, а вечером можно полюбоваться северным сиянием – самым красивым на несколько сот световых лет в округе.

Привычный для землянина холод, белые медлительные гиганты и какая-то убаюкивающе-размеренная атмосфера действовала на него целительно. Казалось, и груди стало легче, и с души ушел ад, порожденный Заураком. Впервые за долгое время он уснул по-детски сладко, окруженный преломляющимися изумрудными отражениями северного сияния сквозь ледяную крышу иглу.

Вперед его поманила тонкая рука Атталеи; даже облаченная в космостюм, она не потеряла своей грации и изящества. Глаза милой девушки горели так ярко, а сердце в груди забилось так часто, что он проснулся. Проснулся в полной решимости действовать – разузнать про нее и проделать какой бы то ни было путь к ней, к его счастью.

Через три дня землян пригласили в приемный ледяной ангар. Совет 9 медведей был в сборе.

– Будет верным, по нашему общему мнению, если мы схитрим с микросхемой Заурака, как они пытались схитрить с вами. Мы вырезали микросхему, идеальную снежинку с вирусной программой, которая, по нашим расчетам, должна подавить вредоносное действие программы Заурака на вашу Землю.

Рассевшись в круг, медведи по очереди передавали друг другу слово, с расстановкой, скрестив лапы на животе. Всем своим видом они источали вселенское спокойствие и веру в свою правоту.

– Вот вам в качестве эксперимента 79 образцов, которые вы включите в цепь пораженных снежинок. Работу они начнут мгновенно. Ваш мир будет отформатирован заново. Вы начнете жизнь заново!

– Мы ждем от вас известий!

– Вселенский Совет направил на Заурак карательную комиссию, иначе это зло не остановить. Так что предоставьте ваши накопленные материалы для обвинения и правосудия, плюс данные с Сатурна.

– А теперь вам к Полярной Звезде и до Солнца, – медведь в синей бандане набрал в лапу пригоршню снега и дунул его на землян.

Забытое спокойное счастье и умиротворение вернулись к нему – он почти излечился.

Прямо на космодром к шаттлу пришла повозка из двух медведей, груженая белым коробом, внушительных размеров.

– Передадите посылочку нашим родственникам с Северного полюса? Там рыбка, тюленятина, все свежее, местное. А то давно от них вестей не было…

На мгновение могло показаться, что медведи довольно улыбнулись…но разве могут медведи улыбаться…

Он поднял голову к небу, где черной точкой висела грозная «Гарпия», проделавшая такой нелегкий путь, спасшая их жизни и занесшая к спасителям. «Жизнь – удивительное стечение обстоятельств…» Он благодарил судьбу за это испытание и, прежде всего, за знакомство с первоклассным парнем – Титом Германовым.

– Ну что, Юрай Гарин, по коням! – Тит хлопнул его по плечу, они обнялись здесь, в самом центре мира! – Кажется, нас ждет прекрасное будущее!

– Поехали! – Сам не ожидая от себя воодушевления, подхватил Юрай.

Понимание, что Земля спасена, и ему дарило живительные силы.

Хоть на душе стало легче, рана иногда еще беспокоила, и в полете он время от времени дремал в кабине капитана рядом с Титом.

– Мы летим?

– Летим.

– Ты сидишь?

– Сижу.