Кёр-оглы

Вот, похожая на паву,К нам идет Телли-ханум.Жизнь отдам я ей по праву,К нам идет Телли-ханум.С нею быть мечту лелею,Как бы ни был я угрюм,Увидав ее – светлею.К нам идет Телли-ханум.Демирчи-оглы, ты горяОтврати скорей приход.Знай, завянет роза вскоре,Если соловей умрет.

Печаль Демирчи-оглы глубоко запала в душу Кёр-оглы.

– Демирчи-оглы, – твердо произнес он, – мир переверну, а умереть тебе не дам!

Потом во гневе повелел Джафар-паше:

– Ступай к виселице! Я вздерну тебя собственноручно!

Сев на Гырата, он погнал Джафар-пашу впереди коня. Четырежды прогнав пашу вокруг холма, он сказал ему:

– Ты хотел повесить на этом холме моего удальца, а ну-ка, побегай перед смертью вокруг виселицы.

Паша бегал, а Кёр-оглы, прижав к груди саз, пел:

Я отомщу тебе, паша,За боль души моей.Твоя закатится душаЗа боль души моей!Паша, джигита моего, —В своем ли ты уме, —Хотел повесить для чегоНа этом вот холме?Ты удальца, в цепях держа,Пытал немало дней.Я отомщу тебе, паша,За боль души моей!Как ты посмел разгневать льва, —Мне ханов бить и впредь!В петле, дурная голова,Придется повисеть!Я Кёр-оглы, могуч, как жизнь,А ты мешок дерьма,За все обиды покружисьПред смертью вкруг холма».

Когда Кёр-оглы подвел Джафар-пашу к виселице, чтобы повесить его, Телли-ханум кинулась к победителю и, бросив ему под ноги платок, стала просить:

– Кёр-оглы, будь милостив, подари мне жизнь брата моего!

Кёр-оглы отпустил Джафар-пашу, однако сказал ему:

– На этот раз прощаю тебя ради Телли-ханум, но не попадайся больше. Попадешься – повешу!

Затем Кёр-оглы подал команду удальцам садиться на коней. Дели-Гасан приволок паланкин Джафар-паши. Телли-ханум и Демирчи-оглы разместились в этом паланкине, и все пустились в путь. Долго ли скакали, нет ли, но вдруг Кёр-оглы сказал Дели-Гасану:

– Надо глянуть, как там Демирчи-оглы.

Подъехали они и видят, Телли-ханум сидит в углу паланкина, а голова Демирчи-оглы покоится у нее на коленях.

– Телли-ханум, как себя чувствует Демирчи-оглы? – спросил Кёр-оглы.

В ответ раздался голос самого Демирчи-оглы:

– Кёр-оглы, не беспокойся, я уже раздумал умирать. Телли-ханум свидетельница, я не струсил перед врагом.

И, опершись на колено Телли-ханум, он запел:

Войска построились в ряды,Сомкнув вокруг меня кольцо.Не испугался я беды,И белым не было лицо.Один лишь страх – за друга страхСтянул мне на сердце аркан.Я сорок недругов во прахПоверг, опустошив колчан.Спасенье другу дароватьМолил аллаха, бой верша,И шкуру всю мою содратьХотел для чучела паша.

А войско Кёр-оглы продолжало двигаться без передышки, пока не достигло Ченлибеля.

Навстречу ему вышла Нигяр-ханум. Она приветствовала удальцов и Кёр-оглы.

– Добро пожаловать! – приветливо улыбнулась она Телли-ханум. Но, увидев раны Демирчи-оглы, не удержалась и заплакала. Кёр-оглы подошел к ней и, чтобы ее утешить, запел:

Ты не плачь, не плачь, моя Нигяр,Исцелится Демирчи-оглы.На душу не сыпь печали жар,Исцелится Демирчи-оглы.Ченлибель прекраснее, чем рай,Лекарей я кликну в отчий край.Вздохами ты грудь не надрывай:Исцелится Демирчи-оглы.Кёр-оглы далек печальных дум,И созреет радость, как изюм.На красавице Телли-ханумМы поженим Демирчи-оглы.

Сказывали, что у Кёр-оглы был друг, лекарь по имени Кимякер-дервиш. Пригласил Кёр-оглы его и поручил ему лечить Демирчи-оглы. Лекарства, снадобья, отвары и мази – сделали свое дело: Демирчи-оглы выздоровел. Нигяр-ханум постаралась и, пригласив гостей, устроила невиданный пир в честь свадьбы Телли-ханум и Демирчи-оглы.