Бывшие. Я загадала папу

Наконец, качаю головой, стараясь сохранить уверенность в голосе:

– Нет, спасибо. Неудобно тебя беспокоить. Мы найдём другой способ.

– Какой?

– Какой-нибудь.

– Точнее. Какой? – требует Марат.

Я не знаю. И в голову ничего не приходит. Мои глаза судорожно мечутся от Дарины к Марату и обратно. Затем я вздыхаю.

– Нет, Марат, лучше отвези в ресторан. Я буду искать ключи. Либо высади нас, я такси вызову и… сама разберусь.

Марат смотрит на меня с пониманием:

– Юля, правда, не переживай. Это не проблема. Это всего лишь помощь от старого друга.

Да уж… друг… оказался вдруг…

Особенно в свете того, что он мне про Коробова поведал.

Обида, словно серная кислота, до сих пор разъедает душу.

Я вздыхаю, не готовая сдаваться:

– Но у нас нет никаких вещей. Дарине нужно переодеться. Мне нужно переодеться. И… и я не хочу тебя стеснять.

Марат улыбается:

– У меня найдётся всё необходимое. А Дарина может спать в моей футболке. Ей будет удобно. И ты возьми другую. У меня футболок завались, я с вами с удовольствием поделюсь.

У Марата как всегда всё просто. Неужели он не понимает, что я не могу!?

Я продолжаю искать причины:

– А утром тебе на работу. Я не хочу, чтобы ты из-за нас опаздывал.

Он пожимает плечами:

– У меня гибкий график. Я сам себе хозяин. И потом, безопасность важнее. Снегопад усиливается, ехать сейчас опасно. А на часы ты смотрела? Туда-сюда, а там и утро настало. Ребёнку спать в кровати надо. И тебе тоже. А не в машине трястись.

Я колеблюсь, чувствуя его заботу, но всё же решаюсь высказать всё, что на душе:

– Марат, да не могу я… Из-за прошлого. Ты не друг мне. Понимаешь? У тебя своя жизнь. У меня своя. Мы давно никто друг другу!

И тот факт, что у нас общая дочь, ничего не меняет.

Марат вздыхает, смотрит на меня серьёзно:

– Так я и не спорю, Юля. Конечно, у меня есть своя жизнь.

Вот и отлично.

– Это всего на одну ночь, переночуете, завтра домой отвезу. То есть сначала в ресторан, ключи поищешь, потом домой.

Он говорит прямо и просто, без улыбок, без намёков. Наверное, именно поэтому я сдаюсь. А ещё понимаю, что Марат тысячу раз прав. Ну нет смысла метаться между работой и домом.

К тому же там, наверняка, закрыто, – возникает мысль в голове. – А ночная охрана может и не пустить.

Или я ключи не найду. Так тоже может случиться.

– Хорошо, – соглашаюсь я, – но только на одну ночь.

Марат облегчённо кивает и трогается с места.

***

Я просыпаюсь от громкого разговора, не рядом с собой, а где-то за стеной. Будто кто-то ругается.

Яркий свет дезориентирует. Поворачиваю голову и вижу большое окно чуть ли не до самого пола, через которое видно, как сыплет снег.

Несколько секунд не могу понять, где нахожусь, но потом вспоминаю – мы у Марата. И голос его.

Дивов!

События вчерашнего дня накатывают, будто снежный ком.

Господи… ну я и попала…

– Попробуй! – долетает до меня его резкий ответ.

Других голосов не слышу, поэтому могу предположить, что он разговаривает по телефону. И разговор определённо сложный, раз происходит на повышенных тонах.

Смотрю на Дарину, она всё ещё мирно спит. Утомилась, моя малышка. Аккуратно, стараясь её не разбудить, встаю и осматриваюсь. На мне футболка Дивова. А через подлокотник кресла перекинуты мои брюки. Я их быстро надеваю, попутно рассматривая комнату. Вчера была слишком утомлена, чтобы оценить.

Обстановка вокруг кажется уютной: на стене висит картина, какая-то абстракция, есть телевизор и книжные полки, заполненные деловым и профессиональным чтивом.

Обычная холостяцкая берлога. Небольшая, но уютная.

Когда выхожу в гостиную, сразу натыкаюсь на раздражённого Марата. Он ходит взад-вперёд с телефоном в руке. Замечает меня, извиняется взглядом и жестом показывает, что скоро закончит.