Измена. Подари мне мечту
- -
- 100%
- +
– Вот уж действительно, – передразниваю, – на часах ещё не полдень, а ты уже при полном параде и не в постели.
– Попу качала в женском клубе.
Она слегка покачивает ягодицами, будто побуждает меня их потрогать. Краем глаза ловлю насмешливый взгляд Глеба.
Айя тоже оценивает моего друга, одаривая всё кафе милой улыбочкой. Её даже кольцо на пальце Глеба не смущает; напротив, улыбка становится ещё шире. Это что такое? Попытка вызвать ревность? Какие дешёвые приёмы.
– Познакомить? – спрашиваю со смешком.
– Можно тебя на пару слов? – цедит вопрос сквозь зубы, вместо ответа.
– Так ты садись, кофе с нами попей, – любезно предлагаю, прекрасно понимая, что она, скорее всего, откажется.
– Времени нет. Разговор будет недолгим.
– А в пятницу у тебя тоже времени не было приехать в ресторан? Я ждал вообще-то.
Мне по фигу, так уж, что она не приехала, говорю, чтобы получить нужную реакцию. И получаю. По лицу вижу, что Айя довольна. Думает, уколола меня, цену себе набила. Дурочка наивная, хотя с виду и не скажешь.
– Ждал, но тоже недолго. Нашёл компанию на вечер. Не пропадать же пятнице, правда?
Улыбка медленно сползает с её лица.
– Матвей, нам надо поговорить.
– Я позвоню тебе. Поговорим.
Мне совсем неинтересно, что она собирается мне сказать, и вставать, чтобы бежать за ней, как ручная собачонка, я тоже не собираюсь. Могла бы уж понять за время нашего знакомства, что дешёвые манипуляции со мной не пройдут.
Вероятно, до Айи доходит, вся унизительность сцены, потому что она шипит «ладно» и уходит.
– Нельзя так с девушками, – ругает Глеб.
– Ну давай, ещё пальцем мне погрози.
Друг реально наставляет на меня указательный палец, и мы смеёмся.
– Мот, тебе самому-то с ней комфортно? Или с такими, как она?
– А в чём проблема? Когда-то девушки, вроде Айи, и тебе нравились.
– Это несерьёзно.
– А я и не хочу серьёзно. И она это знала. Но вдруг всё поменялось в одночасье. По её мнению, я должен пересмотреть наши отношения. Отношения, – ещё раз произношу, выделяя слово голосом. – Будто между нами что-то больше, чем секс. Всем женщинам нужна определённость. И когда мужчина им нравится, они готовы притворяться, что отношения их не интересуют. А сами тем временем ведут подпольную работу по порабощению твоего личного пространства. Когда ничего не помогает или, когда они не получают нужной им реакции, в дело вступают манипуляции. Игнор, – загибаю пальцы, – надуманные обиды, даже слёзы, ревность и далее по списку.
Подливаю в чашку жасминового чая, который заказал после обязательной порции утреннего кофе.
– А ты живи с этим, – завершаю мысль. – И всё равно будешь для неё последним подонком, хотя с самого начала вы вроде как договорились, что без обязательств.
Здесь я вспоминаю Рузу и её утверждение, что ей не нужны отношения. Вчера ещё раз номер набрал, проверил до сих пор ли я в чёрном списке. Вдруг она вспомнила про моё обаяние и поняла, что погорячилась.
Но нет… звонок снова сбросился.
Странно, почему её поступок внезапно уколол меня? Да ещё и неприятно.
– Ладно, давай ближе к делам, – подтягиваю к себе буклеты Глеба. – Я отдам в маркетинг, может у них пожелания по наполнению будут.
В середине недели планы меняются, что в моей работе не редкость. Приходится самому лететь в Сеул. Сотрудник, ведущий контракт, заболел, программа его энергичной командировки, которую мы обсуждали ни одну неделю, под срывом. Поэтому самолично присоединяюсь к команде и отбываю в Корею. Хорошо, что между странами безвизовое соглашение и нет надобности тратить время на сбор дурацких бумажек.
На работе я думаю только о работе. И, вернувшись через неделю, хватанув десять часов сна, лечу в офис, где по горячим следам провожу совещания и распределяю задачи. Рабочий день затягивается, плавно перетекая в рабочий вечер. В очень поздний рабочий вечер, надо сказать.
Но и он заканчивается. А вот мысли… нет.
До дома меня довозит водитель, поэтому, когда захожу в холл и иду к лифтам, голова забита работой. Совещания в ночи до добра не доводят. Не первый раз я загружаю мозг делами, не давая ему отдохнуть, и включается своеобразный автопилот.
Вот в таком автоматическом режиме я практически натыкаюсь на женскую фигуру возле лифта.
– Ауч! – вскрикивает девушка.
– Простите.
Задел её рукой, пока нажимал кнопку. Кажется, чувствительно ударил по локтю.
– Я уже вызвала, если вы… – пауза, – ты… заметил.
Взгляд фокусируется на лице. Ба… так это ж Руза!
Стоит и улыбается, немного в шоке. Я то не в шоке, в этом мире мало что может меня в него повергнуть, но определённо удивлён.
– Привет, Матвей.
– Надо же… помнишь, как меня зовут.
– Склерозами не страдаю.
– Ну после того, как ты пихнула мой номер в бан, всякого можно было ожидать.
– Обиделся? Прости… так реально лучше.
Делаю прискорбное выражение лица, и Руза смеётся над моим без сомнения комичным видом.
– Кому лучше-то?
Вскидывает глаза к потолку и жмёт плечами неопределённо, предпочитая съехать с темы.
Приезжает лифт, и мы заходим внутрь.
– Что ты здесь делаешь? – спрашивает Руза.
– Я? Я здесь живу.
Только сейчас осознаю, что на моём лице нарисовалась широкая улыбка, а работа улетела из головы в неизвестном направлении по щелчку пальцев.
– Интересное совпадение.
Я жму кнопку последнего этажа, а Руза двумя ниже. Я мог бы много чего ей рассказать про совпадения. В моей жизни их порядком было: и приятных, и не очень.
– Только не говори, что и ты тут живёшь? Я в соседях не особо ориентируюсь, но тебя бы точно запомнил.
– Нет, я… пришла в гости.
– А ко мне заглянуть не хочешь?
Рузанна искренне смеётся и бросает чуть хрипло:
– А ты не сдаёшься!
– Никогда, – подтверждаю.
Её глаза сверкают. Сегодня она выглядит иначе. Взгляд слегка шальной. Светлая чёлка упала на глаза. Светлая? Точно… она изменилась, перекрасилась. Со спины бы я теперь, может, её и не узнал. Покусывает губы, покрытые яркой вишнёвой помадой. Золотые кольца в ушах колышутся, когда она чуть поводит головой на моё «ну так как?»
– Прости. У меня другие планы.
– После гостей своих загляни. Я номер квартиры скажу.
Снова смеётся.
– Утром, что ли, заглядывать? Нет…
– Так ты сюда с ночёвкой?
– Возможно, – касается уголком плоской сумочки, которую держит в руках, моего плеча.
На этом моменте двери распахиваются, и Руза выходит.
Никто из нас не прощается.
Мои пальцы, живущие самостоятельной жизнью, жмут холд на приборной панели. Так что дверца не заезжает обратно, и я наблюдаю, как Руза идёт по коридору к тёмной массивной двери квартиры.
Это отличный дом бизнес-класса. Тут по две, максимум три квартиры на этажах. Тихо, пристойно, мраморные холлы, лестницы с авторскими кованными периллами.
Рука Рузы поднимается, она как будто мешкает, но всё же коротко жмёт на звонок и довольно быстро заходит внутрь.
Мужская фигура за порогом кладёт лапищу ей на талию и наклоняется, чтобы…
Чтобы что?
В этот момент дверь закрывается, но у меня совершенно нет никаких сомнений, что сейчас будет происходить в этой квартире.
Выдыхаю… чуть раздражённо.
Мне, значит, отказала, а к кому-то пришла? Быстрый анализ ощущений показывает, что самолюбие определённо задето. Чем я её не устраиваю?
Створка лифта отмораживается и заезжает на место, через несколько секунд я на своём этаже. Тут единственная квартира – моя.
В голове крутится: Руза, Руза, Руза.
Пытаюсь отмахнуться от её имени, но нет, оно настойчиво вибрирует в барабанных перепонках.
– Забудь, – цежу сквозь зубы. – И не навязывайся.
Внутренний голос пытается уверить, что это те самые женские дешевые манипуляции, но нет… Не знала же она заранее, что я тут живу? Была в таком же приятном, как мне казалось, шоке, когда столкнулись.
Приятном…
Недостаточно, видать, приятном, раз снова отказала.
Морщусь, вздыхаю и отпираю квартиру.
– Забей, – приказываю себе. – Не твоя история. Забей, Мот.
Глава 8
Встреча с Матвеем в лифте немного выбивает почву из-под ног. Настрой, с которым пришла сюда, рушится. Я ведь даже план не продумала до конца. Отчаянность – моё второе имя. Хорошо, что не отчаяние.
Всем позвоночником чувствую пристальный взгляд, пока иду от лифта к двери квартиры. Один бог знает, чего мне стоит не обернуться. Я ведь боюсь увидеть в глазах Матвея что-то, что может не понравится, что может сломить решительность.
А ещё мне хочется, чтобы он окликнул меня. Опять же один бог знает зачем? Что я буду делать, если он так сделает?
Но он не делает.
И я жму на звонок.
И жду буквально пару секунд.
Прежде чем дверь открывается и Ярослав широким жестом приглашает меня в квартиру.
– Рузанна, я уж думал, ты не придёшь?
Партнёр моего мужа кладёт свою лапищу мне на талию и наклоняется чмокнуть в щёку. Его губы легко касаются кожи, почти мимолётно, но в крайне опасной близости от губ.
Ярославу чуть за тридцать, он высокий брюнет с подтянутой спортивной фигурой и карими глазами. Иногда они мне кажутся чёрными, вот прямо как сейчас. Его волосы пострижены коротко, но, когда отрастают, немного вьются, что придаёт его облику что-то цыганское.
А ещё он брат Ани.
А Аня беременна от Ромы.
Господи, всё похоже на дешевый мексиканский сериал.
– Задержалась немного, – пожимаю плечами.
– На полтора часа?
Чуть отодвигаюсь и гляжу на Ярика с удивлением.
– С какими девушками ты общаешься? Они что, не опаздывают? Или приходят на полтора часа раньше? Так торопятся в твои страстные объятья?
– Бывает и такое, – с некоторым самодовольством подтверждает.
Давлю порыв закатить глаза. Павлин хренов. В нём всегда это было. Чувство, что он лучший. Хотя, может, это и правильно. Лишняя уверенность – залог успела в личной жизни и в бизнесе. Если б я так долго не пряталась в свою защитную раковину, глядишь, пораньше заметила измены Ромы, а не тогда, когда меня, как собачонку, ткнули носом в её же собственное дерьмо.
Угу. С которым она прожила бок о бок не один год!
– Но у нас с тобой не свидание, – напоминаю, – а деловой разговор.
Медленно отстраняюсь, потому что Ярик до сих пор держит меня за талию. Только вот ладонью ненавязчиво скольжу по его предплечью, прежде чем отпустить.
Взгляд Ярослава темнеет.
Женские штучки и все дела. Ещё за годы жизни с Ромой я отвыкла от флирта. Сначала незачем было, потом не хотелось.
Разворачиваюсь и без приглашения прохожу вглубь квартиры. Я уже была здесь пару раз. С мужем. Дом отменный, это и без слов понятно, окнами на парк и Малую Невку. Место тихое и респектабельное.
Удивительно, может, мы и раньше с Матвеем могли столкнуться, раз он здесь живёт? Какой тесный этот мир. Какой маленький город.
Опускаюсь на диван, провожу ладонями по шее, перекидывая распущенные волосы через плечо.
– Ближе к делу? – обращаюсь с улыбкой.
Ярик завис на полпути до меня, будто мои движения ввели его в некое подобие транса. Наконец, он отвисает и спрашивает, чего буду пить и не голодна ли я.
– Воды. Для кофе поздновато.
– Или рановато, – усмехается Ярослав.
Мне шутка не заходит, но я тоже растягиваю губы в улыбке за компанию. Это он на утренний эспрессо намекает? Даже если и решусь остаться, то точно не с ночёвкой.
Пока Ярик наливает мне стакан воды, я оцениваю собственные желания. То, что он попытается подкатить, сразу поняла, ещё по короткому телефонному разговору. И его плоская шуточка на тему: ну Анька и дала, может и нам с тобой, а? – вызвала лишь кислую гримасу, которую он, к его же счастью, не увидел.
– Что ты хотела обсудить?
Ярослав садится в кресло напротив, но на спинку не откидывается, наоборот, всем корпусом подаётся в мою сторону.
– Покупку бизнеса.
– В смысле?
– Хотела предложить выкупить твою долю.
На лице Ярослава эмоции не меняются, лишь морщинка на лбу изгибается дугой, будто бы он крайне озадачен моим предложением.
– Деньги у меня есть.
Я съездила в фирму и прошерстила все документы, которые скрипя сердцем, мне предоставил Роман. Несколько лет назад фирме понадобилась свежая кровь и свежие финансовые вливания. Тогда-то Рома и нашёл партнёра, продав ему двадцать процентов, позже ещё пять. Таким образом у Ярослава четверть, а у Ромы три четверти. У Ромы, не у меня… И мне нужна эта четверть, чтобы сохранить фирму за собой.
Раз уж муж подсуетился с генеральной доверенностью за подписью нотариуса, некоего Лазаревича, которую я так кстати обнаружила дома в документах. Пока не поняла всех масштабов катастрофы, но вот чувствую, что Рома с этой доверенностью дел наворотил. В первую очередь продав мою часть себе родному. Я даже не знала, что так можно было.
– Рузанна, – Ярик отставляет свой стакан с водой на столик и с каким-то сожалением смотрит на меня. – Я не могу продать тебе долю.
– Почему?
– У меня её нет.
– Как нет? Ты её уже продал? Кому?
Если так, это усложняет дело. Понять бы только насколько.
– Я думала, вы с Ромой до сих пор партнёры.
– Это не так, – почему-то медленно говорит он и вздыхает. – Роман ничего тебе не говорил?
Жму плечами и рассеянно мотаю головой, не понимая, что конкретно Рома должен был мне сказать.
– Ничего.
Долгим вздохом Ярослав ставит точку в ожидании ответа.
– Я не могу продать тебе свою долю, потому что у меня не просто доля. А весь бизнес. Вся фирма моя. Рома продал мне её год назад, а сам остался в качестве нанятого директора. Компания ему не принадлежит. Она моя, – повторяет он, будто я дитя малое и не поняла с первого раза. – Удивительно, что он тебе ни о чём не рассказал.
– Да уж. Удивительно, – повторяю, хотя мне ни черта не удивительно.
Пока пытаюсь переварить услышанное и подавить голос отчаяния, начинающий звучать в голове, Ярослав всё говорит и говорит. И мне очень хочется попросить его заткнуться, так как мешает думать. Должен же быть какой-то выход из ситуации. Ясное дело, обратно Ярослав бизнес мне не отдаст. Если б речь шла о малых долях, мы бы договорились, но не тогда, когда он полноправный владелец отцовской фирмы.
Острая иголка неприятно царапает сердце, когда понимаю, что дело всей папиной жизни в руках абсолютно чужого для нашей семьи человека. Я ведь сразу сказала Роме, что отец бы не одобрил привлечение инвесторов на условиях вхождения в бизнес, но муж пел, что это нормально, что всё под контролем, что нам нужна свежая кровь.
Вот тебе и контроль, вот тебе и свежая кровь! Сейчас бы с удовольствием пустила кровь самому Роману. Да чтоб он ей истёк до последней капли!
В чувства меня приводит рука Ярослава на моём плече.
Шарахаюсь, вжимаясь в спинку дивана. Когда это Ярик успел пересесть? Он, замечая, что мне некомфортно, отстраняется.
– Рузанна, мне очень жаль, что Рома скрыл это от тебя. Но я, правда, думал, всё с твоего одобрения.
– Сколько ты ему заплатил?
Когда Ярослав озвучивает сумму, лишь горестно вздыхаю, думая, что и тут мой муж продешевил. Сумма обратного выкупа, при условии, что Ярик на это пойдёт, будет куда выше.
– Так вы что, разводитесь? – Ярослав кончиком пальца касается круглого колечка серёжки в моём ухе.
С подозрением кошусь на Ярика. Вопрос меня слегка выбешивает, как и его действия.
– А ты как думаешь? После того, как он заделал ребёнка твоей сестре и семью вторую на стороне заимел, буду делать вид, что мне оно привиделось? Потом Аня настроена решительно. Глядишь, горло мне перегрызёт, если Ромочку не отпущу. Совет им да любовь, скоро вы с Романом породнитесь. Ну это в случае, если в схватке между Аней и матерью Вадички, победит Аня.
Ярослав аж присвистывает от моих фразочек.
– Не породнимся. Анька, конечно, зря всё это затеяла, но я ей не позволю.
– Почему?
Он откидывается на спинку дивана и лениво усмехается, проводя ладонью по коротким волосам.
– Потому что половину фирмы я перепишу на сестру, ты же знаешь, что в наше время нереально весь бизнес юридически замыкать на себе. Случись что, отберут. А так, если Роман с нами породнится, глядишь, снова долю свою обратно получится. Может, ради этого всё и затевалось, а? Что думаешь?
– Ты у меня спрашиваешь? У Ромки иди уточняй.
Однако слова его заставляют задуматься: сама ли Анька на Романа запрыгнула или он первый в её сторону поглядывать начал. А потом взял и дело наследником закрепил, так, на всякий случай, чтобы не сбежала.
Нет, всё как-то слишком хитро получается.
– А чего ты на сестру вдруг переписываешь?
– Так на кого ещё? Жены у меня нет, как знаешь.
– Рано или поздно появится.
Он пожимает плечами и внезапно выдаёт:
– Выходи за меня.
Я практически давлюсь водой, глоток которой в эту секунду решила сделать. Подношу ладонь к губам, а стакан со стуком ставлю на столик сбоку.
– Феноменальное предложение, – произношу с сипотцой, – с чего это вдруг?
– Ты мне всегда нравилась.
– Приятно слышать.
Интересно, он реально меня за идиотку держит?
Это пока я была женой партнёра, он себя сдерживал, а сейчас можно и лапши на уши подкинуть?
– Нет, я серьёзно, – подвигается ближе.
– Нравилась, значит?
– Ладно, – тянет губы в усмешке и чуть ли не облизывается. – Я тебя хотел. Подлец, скажешь, да? Чужую жену возжелал? Руза, ты сама не осознаёшь, как действуешь на мужчин.
– Как?
У меня не проходящее ощущение, что я наблюдаю всю сцену будто со стороны. Последняя неделя прошла, как в тумане. Моя жизнь вовсе и не моя будто. Слишком резко привычный мир сошёл с накатанной орбиты.
– Я слов таких не знаю, чтобы описать.
Мои брови сами собой взлетают вверх.
– А что ж? Я так надеялась.
Ярослав, кажется, не догоняет, что я откровенно язвлю, настолько уверен в собственной неотразимости.
– К тому же ты очень привлекательная девушка, разумная, современная. И дети тебе не нужны, как и мне. Мы идеально подходим друг к другу.
С чего он считает, что они мне не нужны? Когда-то очень были нужны, да не судьба.
Почему же каждый встречный ездит по самому больному? Тема ужасающе нервная, теперь вот Ярославу захотелось поковырять ржавым гвоздём до конца не зажившую рану. Всё благодаря Анечке, сделавшей мою беду общественным достоянием. Все, кто был на дне рождении Ромы, в курсе моего бесплодия. Кто знает, как далеко разнеслась сия весть!
– Замуж, значит? – хмуро переспрашиваю. – Официально?
– Официально.
– Странно предложение.
Ярославу внезапно смешно, хотя из нас двоих посмеяться могу только я, да и то с сарказмом.
– Хочешь, чтобы всё было красиво? Я могу красиво.
– Да уж, суховато как-то вышло.
Изгибает губы в виноватой улыбке.
А из меня уже сыплются новые комментарии:
– Ты делаешь мне предложение, но мы с тобой не целовались, не спали. Кто ж так жену выбирает? Практически вслепую. Или ты мне нечто фиктивное предлагаешь?
– Нет!
– Рисковый ты, Ярик. Может, у нас с тобой в постели полная несовместимость!
– Так это… я думал, сегодня и проведём… – подмигивает бодро, – тест на совместимость.
Возразить не успеваю, как Ярослав с шумным вздохом набрасывается на мой рот. Губы плотно вжимаются в мои, а наглый язык беспардонно вклинивается между ними. Напор, который должен возбудить, но я лишь притихаю, пытаясь анализировать собственные ощущения.
Мне не неприятно. Мне никак.
Даже когда Ярик меняет тактику и начинает нежно покусывать нижнюю губу, чтобы затем провести по ней языком и закрутить глубокий поцелуй, мне всё ещё никак. Пускай губы у него мягкие и ласковые, и запах кожи вполне себе пряный, наполненный мускусными нотками, меня не заводит. Никаких иголочек в груди, никакого тянущего ощущения между ног, хотя он очень умелый и очень старается.
Невольно вспоминаю Матвея, и наш недолгий контакт. Там я и ответила, и почувствовала, что чувствует нормальная женщина, когда её касается привлекательный мужчина. Предвкушение, желание большего, мягкая дрожь.
Мысли о Матвее напрочь отрезвляют. Чётко понимаю, что наш диалог с Ярославом завернул куда-то не туда. Я уже считаю себя свободной от обязательств перед Ромой женщиной, поэтому если бы было настроение, почему бы и не наставить мужу на финалочку рога с его партнёром. Пардон, шефом. Только Ярослав явно не та песня, которая меня качает.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.