- -
- 100%
- +
Из глубокого транса сэнсэя вывел негромкий но дерзкий стук в дверь. Не дожидаясь приглашения войти, гость сам отпер дверь и зашел.
Сэнсэй медленно открыл глаза, поднял их на вошедшего. Сквозь полутьму коридора было видно, что в проеме, облокотившись о косяк, стоит мужчина слегка восточного вида, лет тридцати в спортивном костюме и дешевых китайских тапочках на босу ногу. Он с ленивым любопытством осмотрел пространство зала, кивнув, произнес с легким акцентом:
– Неплохо. Мне нравится. Мы забираем это место под свои нужды. Собирай вещи и освобождай помещение.
– Кто ты и зачем пришел? – отрешенным голосом спросил сэнсэй.
– Ты разве плохо слышишь? – удивился человек, приближаясь твердой походкой к сидящему в центре зала на татами хозяину помещения. Тот встал одним рывком, без помощи рук. Края кимоно лишь едва всколыхнулись от этого порывистого движения.
– Я бы на твоем месте не стал грубить человеку с тридцатилетним опытом преподавания самой смертоносной боевой системы, – предостерег сэнсэй.
– Я тебе не грубил, но как начну, дам знать, – многообещающе отвечал в тон ему посетитель. Скрестив руки на груди, он медленно обошел сэнсэя и приблизился к висевшему на стене в виде декора красивому японскому мечу.
– А вот эту хрень придется снять.
Сэнсэй с грустью вздохнул. Много еще ходит по Руси сумасшедших, дерзких, думающих, что если человек не выглядит атлетом, то и драться толком не умеет. Многие еще считали своим прямым долгом дать посильнее тому, кто слабее. Сколько таких молодых, дерзких, полных уверенности в себе уже заявлялись к нему в клуб. Сколько из них громогласно заявляли, что их учение – настоящее и он им в подметки не годится… И сколько потом этих молодых выносили прочь с отбитыми ребрами, сломанными носами и челюстями угрюмые дружки. Видимо, для нынешнего посетителя горький опыт предшественников прошел мимо.
Сэнсэй атаковал первым. Пусть посетитель и стоял лицом к стене с мечом, доверчиво повернувшись к нему спиной. Знал, поди, на что идет. Атаковал хозяин в классическом стиле, сразу по трем уровням.
Позже, очнувшись на полу, сэнсэй осознал, что посетитель только и ждал от него этой атаки. И опередил его на сотые доли секунды, мгновенно взорвавшись одним коротким, мощным ударом. Не понять даже, чем он бил. Сэнсэя отбросило к стенке, он сполз по ней расплющенным блином и завалился на бок, на время потеряв способность ощущать окружающий мир.
– Заметьте, – сказал посетитель неизвестно кому, ибо лежавший на полу сэнсэй слышать его уже явно не мог, – Не я первый начал.
Это был Визирь.
Визирь осмотрел напоследок помещение, и направился к выходу, строго наказав приходящему в себя хозяину как можно быстрее покинуть здание и отправляться прочь из города на все четыре стороны.
Посчитав, что с хозяином спортзала уже договорился, посетитель отправился искать себе жилье на первое время. Через два дня ему должны были доставить необходимое для тренировок снаряжение.
***
Он вернулся в спортзал ровно через сутки.
Вырвав с корнем запертую дверь, Визирь заглянул внутрь, и лицо его сразу стало скучным и грустным. Внутри успели побывать мародеры, стражи закона, клятводатели Гиппократа и любители героина. И возникало стойкое ощущение, что каждый из гостей спортзала просто жаждал оставить как можно больше следов.
Белое, свеженькое, с лоском под японский стиль помещение превратилось в заплеванный, затурканный сарай с черным от обилия грязных следов полом и разрисованными стенами. Разумеется, катана со стенки, как, впрочем, и другие элементы декора, испарились.
– Чтоб ваши дети телевизора боялись, – мрачно пожелал Визирь неизвестным мародерам. Их работа даже привела его в некоторый антиэстетический восторг, настолько быстро и непосредственно от души порезвились тут местные свиноиды, будто каждый день соревновались на скорость в разорении храмов боевого искусства.
Засунув руки в карман, Визирь взглядом оценил степень разрушения и повернулся на выход. Там, прямо за дверью, остановился, изучая окружающую местность. Двор спортзал делил с тремя девятиэтажками еще советской постройки. Затоптанные газоны с разбитым асфальтом, неубранным мусором и кривыми бордюрами кое-как скрашивали убогонькие весенние цветочки в уложенных рядами автомобильных шинах, превращенных в клумбы сметливыми бабуськами, что привыкли греться на солнышке, заняв все близлежащие лавочки.
А еще во дворе была компания скучающей молодежи возле покореженных останков "Запорожца". Пятеро охалуев призывного возраста с прикидом полувымершей субкультуры «гопники» курили дешевые сигареты (даже некурящий Визирь по запаху догадался, что такая дрянь в магазинах дороже сорока рублей не стоит) и нарочито грубыми голосами вели беседу на вечную тему – кто вчера сколько выпил и что с этого получилось.
– Эй, гопота! – негромко, но вполне внятно окрикнул их Визирь.
Пацаны дернулись от неожиданности. Когда дошло, что окликнули именно их, обернулись, сразу притихнув. Им показалось странным такое панибратство со стороны незнакомого фраера.
Визуально ознакомившись с фигурой окрикнувшего – между прочим, волевой и решительной, как у истинного большевика, гопота поняла, что перед ними явно не фрай, а либо авторитет, либо… а кто еще?
– Ну? – раздался голос самого уважаемого из группы.
Визирь поманил их к себе.
– Ты оттуда скажи, че надо, в ломы вставать.
Визирь четко проговорил.
– Живо сюда, пока и вправду не подошел.
Это была угроза. Ничем не прикрытая, угроза знающего себе цену человека, который не считается ни с ментами, ни с законами. Долго уговаривать искателей приключений не пришлось. Они соскочили с "Запорожца" и устремились к Визирю послушной стаей, почуяв в нем своего, только намного выше по статусу. А значит, имеющего право приказывать.
Визирь, дождавшись, когда они приблизятся, указал на вход в спортзал.
– Спортзал тщательно вымыть, вычистить так, чтобы сверкал. У вас в распоряжении полчаса. Советую поторопиться.
Гопники рассеяно переглянулись. Что-то новое. Обычно авторитеты, типа Вади Краснобрюха или Иртыша предлагали либо побухать вместе, либо постоять на разборке для толпы. За определенную мзду, разумеется. А этот новоявленный автор предлагает им просто побатрачить, как последняя уборщица.
– Мы че тебе, прачки что ли? – поинтересовался один из братвы, весьма холодным тоном.
– Мы че, рабы, бесплатно работать? – вторил ему другой, гордо поднимая голову.
– Фу, – только и сказал третий, уже поворачиваясь обратно к покинутой машине. Четвертый молча посмотрел на Визиря прищуренным глазом, под которым сочным полумесяцем красовался синяк.
Словно не услышав возражений, Визирь добавил к своей речи:
– Делать все быстро и аккуратно. В случае отказа я вас всех убиваю.
– Как? – недопонял первый из гопоты.
– Быстро и умело, – без тени улыбки, на полном серьезе проговорил Визирь. Неожиданно быстро он оказался прямо перед пареньком. Указательный палец странного человека ткнулся прямо между глаз спросившего.
– Ты умрешь первым. Ударю пальцем в лоб, мозги и вытекут.
– Похоже, мы нарвались на отморозка, – пояснил ситуацию своим четвертый, с подбитым глазом.
– Да, красиво попали – согласился первый, не сводя взгляда с указательного пальца Визиря.
– Че, он не шутит? – не дошло еще до третьего.
– Ладно, поца, пошли что ли, – подал голос первый, обреченно направляясь в спортзал.
– Ты че? Мыть пол? Да ни в жисть, – попробовал его остановить его третий. Но второй поддержал первого.
– А че такого? Он же не хер сосать заставляет. Или хочешь, чтобы замочил?
Вопрос был риторическим, поскольку такой вариант пацанов не устраивал абсолютно.
– А может отмуцкаем отморозь?
– Ты на его руки посмотри, он ведь и вправду одним пальцем тебе башку продавит, – с видом эксперта сказал первый, уже исчезая в проеме двери, гостеприимно раскрытой для него Визирем. Пацаны согласились с первым в том смысле, что лучше не рисковать. Они дружно нырнули в коридор спортзала, вскоре оттуда послышался грохот ведер, голоса, веселый мат работающих людей. Зачмокали о пол тряпки.
Визирь стоял у входа, опершись о косяк. Он с наслаждением вдыхал свежий уличный воздух. То ли солнце, отразившись от стекла на "Запорожце", ударило в глаза особым образом, то ли что-то иное случилось. Но мир внезапно подернулся белым туманом и стал похож на плохой фотоснимок.
Это было раньше – разбитые стены домов, захламленные мусором войны улицы и очаговые пожары – то тут, то там, чадящие длинными тонкими веревками дымов. Спокойно, как свечки в православном храме, горели искореженные танками машины.
Сами танки тоже стояли рядом, мертво глядя пробитыми башнями в сторону Дворца правительства. В пространстве между мусором, на самом этом уродливом мусоре войны лежали трупы. Хотя… Нет, сейчас трупов почти не было. Было человеческое мясо. Подгоревшее, раздавленное и вмятое в расплавленный асфальт.
Над всем этим умершим городом, будто над огромной братской могилой, царила тишина. Тишина, колеблемая лишь треском пламени и скрипом шевелящихся на ветру обугленных культей деревьев.
Визирь шатался от усталости, а усталость его рождалась от увиденного. После такого и жить не хотелось, не то что куда-то идти. Но он собрал волю в кулак и упрямо шагал по разбитой улице. Прочь из мертвого города.
Визирь дернул головой, думая, что в глаза попала пыль. И очнулся от видений.
– Нет, – уверил он округу тихим голосом. – Здесь это не повторится!
Глава 5. Основная задача
Герди вел автомобиль всю ночь, но ближе к утру его начало клонить ко сну. Он спросил Володьку, умеет ли тот водить. Володька водить не умел, но с радостью предложил сесть за руль и быстро во всем разобраться. Его давно не устраивало слишком медленное движение агрегата. Аня Ци постоянно порывался предложить выйти на режим парения и двинуть к месту назначения по Лучу со скоростью света.
Герди, выслушав поток непонятных терминов, твердо решил ни за что не расставаться с местом водителя. Иначе случайный спутник в попытке взлета вмажет авто в какой-нибудь столб на обочине. Или завалит машину с оврага, силясь выполнить мертвую петлю.
Тедди в разговоре не участвовал. Он расплылся по всему пространству задних сидений и только тихонько ойкал на кочках, прижимая пухлую руку к разбитой голове.
Когда впереди мелькнула вывеска мотеля, Герди едва не завопил от счастья. Ему бы до кровати и отключиться.
На ресепшене дежурила молоденькая девушка с копной рыжих волос.
– Здравствуйте! Желаете заказать номер?
– Три одноместных, если есть. – попросил Герди. Спать в одном номере с жирным Тедди или неадекватным Володькой он не собирался. – Сколько это будет стоить?
– Платить? – сразу возмутился Володька. – Мне, такой заиньке, платить?
– У тебя что, нет денег? – попробовал угадать Герди. Стоимость одного номера в мотеле, он посмотрел, была копеечной. Ему средств, взятых на дорогу, хватило бы с комфортом провести здесь полгода.
– У меня есть пулемет и взрывные камни! – гордо ответил представитель племени аграи куп пеле. – Зачем мне деньги?
– Я заплачу за тебя, – вздохнул в итоге Герди.
– С этого и надо было начинать. Девушка?
Девушка начала заполнять карточки посетителей, но замечталась, постепенно уходя в сон. От внезапного обращения вздрогнула, поднимая глаза на Володьку. Тот вытерся рукавом, отчего лишь добавил на грязное лицо свежую темную полосу. Улыбнулся.
– Девушка, а можно с видом на реку? Есть у вас тут река?
– Конечно, сейчас подберу. Река есть, с окна открывается прекрасный вид на её берег. У нас вообще сейчас почти все номера свободны, можно найти с любым видом. Есть с лесом, есть с рощей. Или на автостоянку.
– А чего так?
– Да не знаю, чего-то мало людей в этом году. Обычно в мае из города большой наплыв отдыхающих. Сейчас вроде и едут люди, но все мимо.
Володька сочувствующе поцокал языком, взял карточку с электронным ключом и поспешил к своему номеру. Сразу же помылся, постирался прямо в туалетной раковине. Повесил одежду на открытые пластиковые окна, запустив в номер сибирскую майскую свежесть. Комары еще не проснулись, а морозы уже отступили. Прекрасное время. Ночную тишину нарушал лишь далекий гул проезжающих по главной трассе машин, да недалекий собачий лай.
В комнате имелся телевизор на стене, небольшое зеркало на двери, односпальная кровать и столик с креслицем. Обстановка спартанская, но скоротать ночку можно. Аня из рода Ци стоял перед окном, вдыхая свежий воздух.
Зеркало за его спиной покрылось легкой испариной, сквозь которую проступило смутное отражение женщины.
– Аня, – позвала она тихо. Парень кивнул, не оборачиваясь на голос. Женщина продолжила. – Как успехи в исследовании? Я вижу по сенсорам, что ты применил судьболомный камень.
– Это случайно.
Женщина засмеялась.
– Странно слышать это слово в контексте действий судьболомного камня. Так что же произошло?
– Я попробовал спровоцировать конфликт с пограничниками Большой связи. Они не поддались на провокацию и не вызвали патруль ррамов.
– Прекрасно, очень прекрасно, – вздохнула женщина, отраженная в запотевшем зеркале. – Выходит, ловушка?
– Или они нарочно стараются заманить тебя для решения собственных проблем. Поскольку прямо попросить стесняются. У местных в недалеком городке действительно имеются некоторые трудности. Камень среагировал на них. Я отправлюсь туда и попробую выяснить, что случилось. Если дело касается нашей задачи, хорошо. Если нет, просто помогу, я великодушно добрый. Попробовать отработать эту версию стоит.
– Настоящий ученый не имеет права презирать любую из версий. – одобрительно сказала женщина. – Замечаешь ли иные странности?
Володька пожал плечами.
– Пока в этом мире самой главной странностью являюсь я. Вопросов множество. Вот эта плата за ночлег – в одном месте она нужна, в другом нет. Хотя смотрится удивительно: платить за то, что имеют честь принимать меня в качестве гостя? Никогда не пойму сию дикость устоев. Еще просят не носить кресекан на людях, не вызывать на смертельный поединок в случае оскорбления моего достоинства. Чудно.
– Это не странности, вторгающиеся в обычный уклад. Это странности твоего восприятия.
– Откуда мне знать, что здесь норма уклада? Нормально ли ездить по тверди и не включать режим парения на своем транспорте? Или вот собаки…
– Собаки? – повторила женщина в зеркале с интересом.
Володька смотрел на реку. Из окна второго этажа открывался отличный вид на ее широкую гладь, переливающуюся лунными бликами, бегущую нескончаемым потоком за редкими порослями тальника.
– Нормально ли, что вон та светящаяся зеленым пучеглазая зверюга, выскочив из реки, схватила пьющего воду здоровенного пса? Откусила от него переднюю часть, как лепешку, и была такова. Что я наблюдаю – традиционную сцену из местной жизни или нечто необычное? Трудно сказать.
– Трудно сказать, – согласилась женщина в зеркале. – Но кому как не тебе быть ближе к местным тонкостям. Вбирай их в себя.
– Что я еще должен знать о задании, если окажусь в автономном режиме и связи не будет?
– Ты умный и тебе не требуется задание. Ты сам его себе поставишь. Моя мысль такова: если действительно мы засекли кресекан Баа Ци, надо выяснить, каким образом он оказался здесь. Он не может быть на нашей стороне, ты знаешь. Я столько лет билась над задачей выхода в Изнанку Вселенной. Но если кто-то меня опередил в изысканиях, это достойно восхищения.
– Но что бы ты хотела от меня в первую очередь в этом деле?
– Добудь мне кресекан Баа Ци. – сказала женщина из запотевшего зеркала. – Это основная задача.
Испарина на стекле стала пропадать. Сеанс связи завершился.
Глава 6. Визирь принимает гостей
Машина остановилась во дворе старых советских домов. Из нее вышли Герди и Володька. Тедди остался за рулем.
Как понял Володька, чех, ехал с Герди за компанию, просто повидать дивную Сибирь. Однако после переделки с огнетушителем внезапно затосковал по дому и решил вернуться, как только довезет путешественников до пункта назначения.
– Здесь? – спросил Володька, с интересом осматриваясь. От вида двора он пришел в неописуемый восторг. – Какое забавное место! Компактное расселение, аскетичный двор, суровые люди. Круто! Выглядит, как казармы баллотов.
Герди наскоро распрощался с чехом, тот, не глядя на Володьку, развернул авто и уехал.
Немец восторгов компаньона не разделял и смотрел на местные трущобы со смешанными чувствами. Вытащил смартфон, включил карту, сверился с адресом, затем вновь углубился в дебри цифровой навигации.
– Это где-то здесь. – твердо уверил Герди Володьку. – Вот только узнать бы, где именно?
– А чего сложного? – удивился вопросу Володька. – Нужно просто спросить представителя местного населения.
Во дворе на останках ржавого «Запорожца» сидели молодые пацаны, смоля дешевые сигареты. Вид у них был довольно пришибленный, говорили тихо, постоянно пугливо оглядываясь. Володька коротко свистнул, привлекая их внимание.
– Эй, парни! Разговор есть, подойдите пожалуйста!
– Да ну на хрен! – едва ли не хором сказали друг другу парни, соскочили с «Запорожца» и поспешили прочь скорым шагом. Герди с Володькой переглянулись, удивленные неадекватной реакцией аборигенов. Потом раздался еще один короткий свист, уже в их адрес.
У раскрытой двери угловой пристройки в виде спортзала стоял невысокий крепкий мужчина. Он поманил их к себе.
– Визирь! – заулыбался Герди, увлекая за собой Володьку.
– На пороге вытирайте ноги, – предупредил Визирь, обняв Герди и подав руку также бросившемуся было обниматься Володьке. – Даром, что ли, пацаны полы все утро драили. Вы самые ранние. Остальные еще не подъехали.
– Как раз будет время поговорить, прояснить обстановку, – сказал Володька, проходя внутрь спортзала. – И попить чаю! Обожаю чай!
– Мы раньше с тобой не встречались? – спросил его Визирь. И тут же вопросительно глянул на Герди, мол, кто это. Герди пожал плечами. Он сам не понял до конца, кто такой Володька, какого черта тот увязался за ним и в итоге оказался здесь.
– Возможно, ты знал моего отца, – предположил Володька, сбросив под ноги рюкзак и усаживаясь прямо на татами. – Но если ты не покидал Землю, шансов встретить меня в прошлом у тебя не имелось. Последние пять лет.
– Пять лет?
– По меркам этого мира мне всего пять лет, – терпеливо пояснил Володька. – Мама загнала меня на учебу в сферу с угасающим временем, и я там провел около восьмидесяти лет по тем меркам, а по внешним только пять. Выгляжу на весь двадцатник, а так даже не определюсь, кто я, ребенок или старик.
Визирь, направившийся было в служебную комнату, включить чай, замер на полушаге. Он повернулся еще раз и пристально посмотрел на гостя. Остановился на внимательных сиреневых глазах Володьки, с подозрением прищурился и сказал, догадавшись, кто перед ним:
– Аграи куп пеле, мать твою… достойную женщину я сильно уважаю… Только аграи куп пеле нам и не хватало.
– То есть, он не сумасшедший? – с большой долей удивления спросил Герди. Визирь с тоской посмотрел на немца и в его взгляде явно читалось «уж лучше бы он был сумасшедшим».
– А что ты так кривишься? – возмутился Володька. – Я пришел предложить свою экспертную помощь и заслуживаю, как минимум, благодарности.
– И я весьма благодарен. Но наш противник таков, что боевые умения аграи куп пеле здесь не помогут. – сказал Визирь, аккуратно подбирая слова, поскольку обижать аграи куп пеле себе дороже.
– У меня есть пулемет!
– Думаешь, у нас не хватает хороших стрелков? – спросил Визирь, наслышанный о невысоких способностях аграи куп пеле в пользовании обычным вооружением. Сама картина маслом – аграи куп пеле с пулеметом выглядела несмешным анекдотом. Как если бы к дулу танка привязали штык. – Прискорбно разочаровывать, но все места в команде заняты.
– Не стоит столь категорично, – мягко сказал Герди. – Возможно, он нам пригодится.
– Разумеется, – спокойно ответил ему Визирь. – Скажу более, лично я не продержался бы и минуты в реальном бою против среднего представителя аграи куп пеле. А уж этот юноша наверняка не среднего уровня, раз его к нам подослали.
Герди воззрился на хозяина спортзала с изумлением. Он не понаслышке знал, что из себя представляет Визирь, насколько тот силен. Визирь же однажды наблюдал в бою аграи куп пеле и совершенно им не льстил. Воинственное космическое племя славилось арсеналом серьезных убойных средств, что в их среде назывались умениями. К чему такому бойцу пулемет, если он может в один миг превратить армию обычных врагов в пепел с помощью Плазменной бури, сбить самолет Огнельдом или сжечь целый город Черной Грозой? Что говорить про Лучи, с помощью которых представители племени могли перемещаться из одной точки планеты в другую со скоростью света. Когда же умение ходить по Лучу соединялось с умением уходить в Ширь, достойный представитель аграи куп пеле получал способность перемещаться по всей Вселенной.
Володька прилег на татами, закинув ногу на ногу и покачивая ею. Спросил Визиря:
– Так что, вам помогать или нет? И от чего вам помогать? Что у вас тут за проблема, с которой не справится аграи куп пеле? Счета за коммуналку пришли большие? Или у детей в детсаду сметану воруют?
– Ах, сколько сразу вопросов, – усмехнулся Визирь. – Давай условимся: сегодня будет тренировка. Вот и проверим тебя на обычные боевые умения. Я испытание специально разработал для боя с… для решения нашей проблемы. Если ты покажешь себя без своих штучек-дрючек, Лучей и умений, мы сядем и поговорим по душам. Я лично введу тебя в курс дела.
– Мне не нужно много слов, чтобы все понять, – уверил его аграи куп пеле.
– Не сомневаюсь, – с сомнением в голосе ответил Визирь. Он сходил за чаем, вернулся с подносом, уместившим три полные чашки, сахарницу и блюдце с конфетами. Все это примостил на татами рядом с Володькой. Пригласил присоединяться Герди. Пока гости устраивались поудобнее и угощались, хозяин сходил и за двумя увесистыми черными пакетами.
– Здесь экипировка и все необходимое на первое время, – пояснил Визирь. – Деньги, средства связи, тренировочное оружие, инструкции как на что надевать. Вы еще не определились с жильем? Отдыхайте тогда здесь. Вечером тренировка.
Глава 7. Тренировка начинается
– ТТ, как связь? Передай всем, начало через пятнадцать минут. Занять позиции на исходных точках.
– Мосты провешены. Техническое оснащение в исправном состоянии.
– Хорошо. Все готовы?
– Мираж. Готова.
– Гром, готов.
– Фея, готова.
– Визирь, готов.
– Шторм, готов.
– Агат готов.
– Герди, готов.
– Мечтатель готов.
Надвигающаяся майская ночь постепенно вступала в свои права, застилая мглою мир. С началом тьмы стартовала тренировка-игра Визиря.
Аня Ци стоял на крыше недавно построенного дома. Группа шестнадцатиэтажек – по здешним меркам, просто небоскребы, организовала целый обособленный квартал. Он находился прямо на пересечении двух главных улиц города – Ленина и Гагарина. В самом центре этих шести бетонно-кирпичных монстров на площади имени Мамонтова стоял памятник вождю мирового пролетариата. Владимир Ильич показывал на здание Сбербанка и чему-то хитровато улыбался.
Аня аккуратно сложил снятую одежду в спортивную сумку, надел плотный кожаный верх формы, затем брюки. Форма черного цвета превратила его в таинственного пришельца из Космоса или пилота звездного крейсера будущего. Стоило натянуть на голову темный шлем с непроницаемыми стеклами, чтобы превратиться в нечто футуристическое, инородное для этого забытого богом захолустья. Теперь очередь за оружием. Серебряная рукоять тренировочного шотгана одним взрывным движением оказалась в боевом положении. Аня проверил обойму, кивнул с удовлетворением, затем без подготовки упал на спину, покатился по бетону в сторону поребрика, стреляя в движении. Стенка вытяжной трубы гулко зазвенела, принимая на себя очередь святящихся зеленым цветом резиновых пуль. Поднявшись и попрыгав на месте, Аня вновь подошел к краю крыши и посмотрел вниз.
Мимо памятника нескончаемым потоком сновали трамваи и троллейбусы. Здесь, наверху, где на самой высокой точке города стоял боец аграи куп пеле, любуясь огнями машин, мир казался каким-то божественным капризом, игрушкой, созданной для одних развлечений.
Гарнитура известила стальным голосом Визиря:
– Игра началась! В бой!
Аня еще некоторое мгновение стоял на краю пропасти в шестнадцать этажей, а затем нырнул прямо в эту бездну.
***
Стянув с себя страховочный фал, Аня осторожно присел на краю крыши соседнего здания, куда его доставила сложная система тарзанок и тросов, так называемая «дорожка». Он стукнул по шлему – там, где была встроена гарнитура переговорного устройства. Система позволяла беседовать с каждым из игроков или со всеми вместе. Включив вслепую чей-то канал, Аня услышал только беседу двух девушек.