О чем молчат твои киты

Обществознания.

* * *

Мать тоже смотрела на других людей и невольно сравнивала себя с ними. И сравнение всегда было не в лучшую сторону.

Чего только не думал я, лежа в этой мрачной палате с крашеными стенами. Пытался переосмыслить всю свою жизнь, извлечь какой-то урок. Вот только не понял, что не так. Не разобрался тогда, не понимаю и сейчас. Я же не Эйнштейн все-таки и не Перельман.

Через два месяца меня выписали, но я еще долго проходил реабилитацию.

Я носил корсет.

Я ходил на ЛФК.

Я ходил на массаж.

И на физиопроцедуры.

Я чувствовал себя калекой.

С острова Инишмаан или с какого-либо другого острова.

Я не мог нормально двигаться. Денег не было. Пришлось переехать к матери, есть ее бесконечные плюшки и пироги. Я не вылезал из депрессий, не знал, чем себя занять. Все больше и чаще вспоминал Несс.

Возможно, да и не возможно, а именно поэтому я и подсел на…

* * *

Онлайн-покер.

Как и с наркотиками, азартные игры срабатывают безотказно. Достаточно одного участия, одной победы – и ты уже на крючке.

Я наткнулся случайно на этот долбаный сайт, будь он трижды неладен. От нечего делать зарегистрировался и решил поучаствовать в игре. Ради этого, собственно, и регистрируются. Естественно, выиграл. Ну, естественно. Это даже не обсуждается.

Новичкам везет.

Так ли везет? Или кто-то способствует такому везению?

Вторую игру также выиграл. Более того, и третья партия с четвертой остались за мной.

Ну, и началась эйфория. Все ровно так, как с наркотиками. Ширнулся, тебе хорошо, мир больше не бесит, не давит, все в радужных цветах, серые обои становятся яркими, тело обретает легкость, короче говоря, не жизнь, а бесконечный полет за бабочками. И, главное, кажется, что это никогда не кончится. Что вот он – рай, и он будет вечным.

Вечным. Мечтай дальше.

Шестую партию я проиграл. За ней и седьмую. И последующие три.

И это чертовски неприятно.

Как будто тебе обрубают крылья.

Как будто ловят и сажают в клетку.

Как будто выбивают почву из-под ног.

И перекрывают клапан с кислородом.

Ты задыхаешься.

Ты реально задыхаешься от злости и беспомощности.

Трешь виски, потому что сердце колотится так, словно его сбросили с трехкилометровой лестницы, и оно падает, падает, падает, ударяясь о ступеньки. И каждый удар с невероятной силой отражается в твоих висках. Кажется просто, что они сейчас разорвутся, и что-то мерзкое и противное, как слизняк или медуза, выскочит из этих, только что появившихся, отверстий.

Тебе ничего не интересно. Только хочется скорее вернуться в тот рай, где тебе так хорошо, где ты победитель.

И тут снова победа.

Улыбка возвращается.

Пульс нормализуется.

Дышится легко и в полную грудь.

Тело расслабляется после сильного напряжения, и становится так легко, так приятно, чуть ли не оргазм наступает.

Но ровно до того момента, как снова перестает идти карта. И вроде уверен в своих силах, и делаешь то же, что и раньше. Но у тебя две пары, а у кого-то стрит или флеш.

И ты снова раздавлен. Пригвожден к позорному столбу и думаешь только о том, как отыграться.

Один шанс, всего один шанс. Кажется, что этого вполне хватит.

Не хватит. Ты обязательно проиграешься в пух и прах и ни о чем другом уже просто не сможешь думать, ведь ты на игле. Ведь ты не можешь без этого персонального рая.

Умение остановиться – вот что важно в такой ситуации. Но ты уже на крючке, а следовательно, слаб и будешь пойман и безжалостно выпотрошен.

Не знаю, кто придумал казино, но он явно неплохо на этом заработал.

Я не смог остановиться. И проиграл вроде немного – около шести тысяч. Но это немного, когда в месяц зарабатываешь тридцать тысяч, а когда не зарабатываешь совсем, то солидно. И даже очень. А тут еще ублюдочный корсет, сцепивший, как кандалы. Хотя, конечно, ничего ублюдочного в нем не было. Никто не виноват, что я попал в аварию и в последующую ситуацию. Правда, с покером – это, как ни крути, мой косяк. Только мой.

Ничей больше.

В итоге я, как последний наркоман, просадил все деньги, какие были в доме, а после спихнул в ломбард и ящик. Они не гордые, приехали сами. Вручили мне тысячную купюру и увезли. А он стоил минимум десятку. Но мне было все равно. Лишь бы пополнить баланс, лишь бы вернуться в игру.

Я пробовал бесплатные приложения. В сети их невероятное множество. Но это как безалкогольное пиво: вкус вроде есть, а кайфа – нет. Да и у меня в голове засела всепоглощающая мысль, что я во что бы то ни стало должен, а главное – способен отыграться.

Мать не смогла смириться с утратой телевизора. Если деньги, хоть и после долгого ворчания, она мне простила, то расставание с ящиком прошло для нее слишком болезненно.

Блудный сын ненадолго вернулся в отчий дом и был с позором и скандалом выставлен обратно. Без денег, в корсете, с нехилой такой зависимостью от азартных игр.

Валера приютил у себя. За что ему спасибо. Маме тоже спасибо. Ее решение отрезвило меня немного. У Валеры я порывался сыграть хотя бы одну партию.

Я порывался продать и его телевизор.

Я готов был продать почку.

Или выброситься в окно.

Но у меня уже был перелом.

И квартира находилась на втором этаже.

Да и почку так просто не продать.

Валера отключил интернет, отобрал телефон. Ух, как меня ломало. Реально едва не лез на стены. Я даже подумать не мог, что в такое вляпаюсь. А потом как-то мозги встали на место, и я понял, что ничего глупее и придумать невозможно.

Ну что это за занятие? Как вообще можно играть на деньги? Горбатишься ради каждой копейки, а потом за час можешь слить результат целого месяца работы. Проще сразу спустить в унитаз. А лучше послать в благотворительные фонды. Но в фонд жалко, а проиграть – не жалко.

И опять я много думал. И о том, что деньги – зло, и том, что нужно что-то менять, и снова о Несс.

Перемены я начал с того, что…

* * *

Уволился с работы.

Ну, то есть как уволился. Я и так уже по сути не работал, скорее, помогал. Разрабатывал с Ингой сценарии. Не мог же я совсем сесть на шею Валеры.

Но как только сняли корсет, я взял в долг у него десятку, снял квартиру на окраине и устроился билетером в «Киномакс». Читал, смотрел кино, продавал билеты. Нагрузка позволяла. Вечерами пропускал пару бутылочек и снова читал.

Или разглядывал обои.

Бело-голубые рельефные обои. Не очень свежие.

Водил по ним рукой, изучал рельеф.

Водил рукой по дивану.

Водил рукой по батарее.

Водил рукой по подоконнику.

В комнате, кроме дивана и шкафа с книгами, ничего не было.

Мне нравился этот минимализм. И отсутствие интернета.

Книги были по большей части советские. Островский, Фадеев, Маяковский, Хармс, Есенин, Симонов, Зощенко. И немного классики.

Собрание сочинений Пушкина.

Собрание сочинений Гоголя.

Собрание сочинений Толстого.

С Толстым у меня не складывалось. Пушкина читать – попсово. Поэтому вдарился в изучение Гоголя и немного Маяковского.

Гоголь мрачный, но очень смешной. Вот он умел прописывать характеры. Сочные, яркие. Несколько предложений, и уже живо себе представляешь, что это за Собакевич такой или Коробочка. Плюшкин так и вовсе.

Ненавистный Плюшкин, которого я неплохо, кстати, играл. Вернее, репетировал.

А Толстой вечно нравоучительствовал. Да и слог у него пожестче. Может, такой и должна быть литература, но Гарри Поттер мне намного ближе.

И потом, он якобы открывает всем глаза, но ведь люди все разные, все личности, индивидуальности. И что хорошо и правильно одному, то совершенно не подходит другому. А про «не убий», «не укради» и «будь хорошим человеком» давно сказано в Библии. Хотя кому-то и помогает, вроде как за советом к мудрецу или психоаналитику обращается. Тебя что-то беспокоит, что-то случилось, а там уже написано, и вроде понятно, что к чему. Только в книгах – все равно выдумка, не бывает на сто процентов, как в реальности. А тут жизнь. Поэтому лучше все же к психоаналитику, они и деньги за это получают.

В школе я особо не читал классику. Вот и наверстывал упущенное.

«Мертвые души».

«Вечера на хуторе близ Диканьки».

«Шинель».

«Тарас Бульба».

«Записки сумасшедшего».

Да уж. Никуда без этих душ и сумасшедших. Извечные темы.

Мне казалось, что я тоже не просто так листаю страницу за страницей, что обязательно что-то пойму, познаю великие тайны, новые смыслы, побываю в новых мирах, рожденных фантазией гениальных писателей. Ничего. Просто или интересно, или не очень интересно, или очень неинтересно. Из неинтересного оказался Пришвин и местами Маяковский.

Но чего-то большего о себе или о мире я не узнал.

А вот новая работа меня не напрягала, как и спина. Коллектив попался достойный. Вернее, ничего особенного. Стандартный такой молодой коллектив.

Светловолосые девочки.

Субтильные стильные мальчики.

И Дэн. С лысой наполовину стрижкой и татуировкой в виде филина на шее.

Как его взяли, никто не знал, но он вел себя вызывающе, грубил посетителям, посылал куда подальше и показывал средний палец администратору.

Хотя меня Дэн не раздражал так, как остальных.

Почти год я проработал в «Киномаксе».

Ни с кем не встречался.

Все так же вспоминал Несси.

Предпринял еще пару тщетных попыток отыскать ее.

Прочитал все книги, что были в квартире.

Купил зачем-то аквариум.

И пару новых книг. «Наивно. Супер». И «Одиночество в сети».

Разбил аквариум.

Выпил 222 бутылки «Балтики 7».

Затем Валера решил поменять сферу деятельности и перешел на квесты, которые к тому времени стали дико популярными. Он назвал контору «Фобос» и снова позвал к себе.

Наверное, это было не лучшее решение, но я…

* * *

Устроился оператором квеста:

– Здравствуйте, меня зовут Илья, и сегодня я буду следить за вашей игрой и помогать, или не всегда помогать вам в прохождении нашего квеста. Раньше принимали наркотики?

– Что, простите?

– Шучу. В квестах принимали участие?

– В квестах – да.

– Отлично, тогда не будем тянуть кота за яйца и сразу приступим. Квест не сложный, но в принципе интересный. Загадок не так много, но зато подвигаетесь хоть. А то бывает, что две комнаты всего, в чем прикол, не понимаю. Ну что, проходим?

– А легенда?

– Ах да, легенда. Думал, вам неинтересно. Просто она несильно вам в загадках поможет, так, для атмосферы.

– Что?

– Да шучу, шучу. Просто вы уже пятые за сегодня. Девяносто пятые за месяц, двести какие-то всего, неважно. Итак, легенда. В далеком 1967 году в штате Мичиган произошло необычайное событие. При трагических обстоятельствах пропал двенадцатилетний Майкл Митчелл. Что-то на «М» все. Городок был маленький, и естественно, все были просто на ушах. Кто-то говорил, что как раз накануне видел яркие вспышки света на небе и утверждал, что мальчика похитили инопланетяне, кто-то вспомнил древнюю легенду про оборотней, возможно, он был съеден одним из ним. Кто-то считал, что он просто сбежал в лес и потерялся или утонул в реке. Детектив Харрис напал на след и почти разгадал эту тайну, однако сам пропал таинственным образом. Остались лишь несколько записей в блокноте, которые помогут вам разыскать детектива Харриса, а вместе с ним, возможно, и малыша Майкла. У вас есть ровно час на поиски, пока не приехала полиция и не начала свое расследование. Так себе легенда, конечно, но это не ко мне, не я же придумывал.

– А кто?

– Джоан Роулинг.

– Серьезно?

– Нет, конечно. Шучу. Готовы?

– Да. А у нас есть подсказки?

– Есть.

– Сколько?

– А вам сколько надо?

– Ну, три.

– Тогда есть две.

– Почему?

– Да там все просто. Да, и еще. Там у нас парнишка будет бегать, буянить, беспокоить вас. Вы его не бойтесь, он безобидный, хоть и немного того.

– В смысле?

– Ну, того… Актер же. Скажите ему, что, глядя на него, Станиславский бы удавился. Посмеетесь хоть.

– А он не опасный?

– Нет, вы, главное, его не трогайте. Предметы все можете трогать, а его не надо. Ах да, и еще. Нельзя пользоваться фонариками и мобильными телефонами.

– А куда их?

– Можете мне отдать. Ну, или, если не можете, то не ходите. Некоторые реально не могут расстаться со своими гаджетами. Да шучу, вот у нас есть сейф, кладите сюда. Ключ у вас останется. Ну, вот и все. Удачной игры, а я буду на вас посматривать с монитора. Если захотите получить подсказку, поднимете руку. Но интереснее все-таки самим до всего догадаться.

* * *

Как-то так я и работал. Нет, конечно, не сразу. Не в первый день. Поначалу я старательно выполнял свою роль, был вежливый, как джентльмен, или даже как британская королева. Но очень быстро мне это надоело. Реально эти легенды – какое-то убожество. Да и посетители порой так тупили, что можно было только за голову хвататься. И Славик этот. Актер погорелого театра. Тоже наш кулек закончил. В универ его не взяли, но он не может жить без театра. Вот и пришел к Валере. Вот и устраивал из двадцатисекундного появления целое шоу. Старался напугать посетителей до потери сознания в образе привидения. Но дело-то было не в его игре, а в том, что он тихо и внезапно появлялся в белой простыне и начинал мычать в самое ухо. Я бы тоже обделался. А он был доволен. Сергей Безруков в юности.

Затем, чтобы развеселиться, я начал побухивать. Не сильно, так, для удовольствия. Не больше Валеры, кстати. Только он делал это после работы, а я – во время. Нехорошо, конечно, но правда становилось веселее, и злость пропадала. Не то чтобы я прям злился-злился, но, думаю, всех напрягает однообразие, а работа оператора квестов невероятно однообразна по сравнению с работой аниматора, хотя и не так унизительна.

Затем я…

Фоткал команды.

Раздавал им обратно мобильники.

Собирал деньги.

Спрашивал про ощущения, пожелания.

Приглашал их приходить на новые квесты.

И оставлять отзывы в соцсетях.

Потом я выкладывал фотку в группу с подписями:

«Веселая команда «Борщ» выбралась из комнаты за 48 минут».

Или:

«Задорная команда «Лысый у руля» справилась с заданием за 44 минуты».

Или:

«Есть рекорд! Проявив чудеса организованности и смекалки, команда «Дети Йети» выполнила все задания без единой подсказки и прошла квест за 31 одну минуту. Поздравляем!»

Если команда не успевала за час, я давал им три дополнительных минуты.

И долго потом потешался над их неудачей.

Честно сказать, мне нравилось наблюдать за беспомощностью людей. Они такие вроде бы напористые, уверенные в себе. Но их несложно поставить в тупик, озадачить, обвести вокруг пальца, лишить уверенности. А растерянный взгляд многого стоит. И не потому, что ты в этот момент чувствуешь себя сильнее и выше. Ты ведь тоже не вершитель судеб. Хотя бывают и такие, но, к счастью, мало. Просто подсознательно к такому всевластию и стремится человек. Но ему полезно показать, что он уязвимый, как и все на нашей планете. И растерянный взгляд делает его человечнее.

Теперь вот и я в полной мере осознаю свою уязвимость. Недаром в этом слове корень язв. Язва. Только язва – ерунда по сравнению с раком.

Мне не нравилось, что это единственное наказание в квестах. Почувствовать себя неудачником. Хотя, безусловно, немаленькое, но хочется чего-то большего, существенного. Не знаю, временную татушку «Не справились с квестом» или публичного унижения. Покукарекать там, или спеть «белые розы», или хотя бы часок посидеть в темном сыром подвале. Иначе получается какое-то кидалово. Ты в любом случае выбираешься из комнаты, либо сам, либо тебя из нее выводят.

Но людям все равно нравится. Людям вообще много чего нравится. Например, реслинг. Хотя почти все уже знают, что это шоу, а не бои, но смотрят с удовольствием, не возмущаются. Так и тут. Понятно, что Славик никакое не привидение, и вообще никто не пропадал, да и вы в доме на Ленина, а не в Мичигане, но условность легко допускается человеком. И вот уже смеются, шутят, ломают головы, сами вживаются в образы. Девушки не скрывают эмоций, визжат от страха и от радости. А то, что легенды фактически мало имеют отношения к заданиям, мало кого волнует. Люди терпят и даже радуются, когда их обманывают. Лишь бы не сидеть дома, лишь бы убежать от одинаковости и серости будней. Были и такие, которые не пропускают ни одного квеста, появившегося в городе. Такие как раз быстро и расправляются со всеми заданиями и быстро сваливают. С ними проще, им ничего рассказывать не надо, им, наоборот, не терпится зайти в комнату.

Интересно, а Несси ходила на квесты? Вряд ли, это же надо собрать компанию. Как минимум одного человека.

А еще есть идиоты. И немало. Объясняешь им, что дергать ничего не надо, трясти тоже, толкать, бить. Сломаете. Без толку. Шевелить мозгами – это не их. Размахивать кулаками – сколько угодно. Напрягать извилины? Нет, не слышали. Сломают что-нибудь, а Валера потом из зарплаты вычитает. Раз в неделю стандартно что-нибудь крякалось.

Мы так с Алисой и познакомились. Брат ее тупоголовый со всей силы за ручку дернул и вырвал с корнем.

– А че я-то? Еле тронул вообще. Это у вас на соплях все держится.

Хорошо, что только ручку. Один мозгач умудрился погнуть сейф. Лучше бы он теорему Ферма доказывал с таким упорством или волонтерам помогал в приютах для животных. Но сейф погнуть проще, конечно.

Не знаю, что повлияло больше, то, что я был навеселе, или маленькая родинка у нее над губой, или то, как она взяла меня за руку, когда слезно просила не убивать ее тупого братца. А может, и все вместе. Но я совсем не сомневался, когда набрал свой номер телефона на ее мобильном и записал «Илья (квест)», прежде чем вернуть его и отправить всю команду подальше с глаз долой.

* * *

Алиса.

На следующий день я позвонил, долго объяснял, кто я и как заполучил номер, но когда позвал прогуляться или посидеть где-нибудь, выпить кофе, она согласилась, не раздумывая ни секунды, словно знала, что я позвоню и приглашу на свидание.

Алиса не была красавицей. Нормальная. Точнее слова не подобрать. Но что мне понравилось – она и не пыталась казаться красивее. Она пришла в джинсах и блузке, в кедах, без макияжа. Только губы накрасила, да лаком побрызгала волосы, чтоб не растрепались. Потом я понял, что ей просто было лень заморачиваться и тратить столько времени на наведение марафета, но тогда я этого не знал. И плюс она не была такая напористая, как Альбина.

Мы ходили по набережной.

Мы мотались по центру.

Мы смотрели, как падают начинающие роллеры и скейтеры.

Мы слушали, как поют уличные музыканты.

Потом мы смотрели какую-то глупую и наивную мелодраму. И в финале, когда главные герои, наконец, преодолев все трудности и разочарования, поцеловались, мы, следуя их примеру, взялись за руки и впились друг в друга не менее страстно и продолжительно.

Помню ее липкие от бесцветной помады губы и жесткие от лака волосы. Она целовалась как-то агрессивно и прикусила мне язык. Не сильно, но все-таки. Больше такого не повторялось, но и я старался свести все поцелуи к минимуму.

Вот и что она там делает?

Вернулась к брату? Качку этому лысому.

Перебирает вещи?

Обсуждает с подругами, какой я козел?

Купила килограмм мороженого и ест?

Отправилась в клуб на вечеринку?

Меняет статус во ВКонтакте?

Строит глазки декану?

Бросила она меня. Бухаю я, видите ли.

Нет, мы частенько ссорились, даже на повышенных тонах. Даже били посуду. То есть она била. Я только в стены стучал кулаком. По нескольку дней не разговаривали, но всегда, всегда она первая же сдавалась. И всегда находился повод. То кран неожиданно начнет течь, то обои отклеятся, то нужно картошки купить, то новое платье, то сериал не с кем обсудить.

Алиса учится на последнем курсе юрфака. Сама бы не поступила, но они с братом сироты, им положены льготы. Поэтому сперва он отучился на экономиста, а теперь вот такой «замечательный» юрист получит диплом бакалавра. Как бы еще в аспирантуру не пошла. Хотя мне-то какое дело? Пусть идет куда хочет, хоть на все четыре стороны.

Тупица.

Злыдня.

Кикимора.

Рыба пучеглазая.

Амеба одноклеточная.

* * *

И меня вновь захлестнула дикая ненависть. Ну, позвони же сама. Или возьми трубку. Возьми!

Нет и нет.

По нулям, как говорится.

С одной стороны, хорошо, что ушла. Это было неизбежно. Долго я сам не выдержал бы. Но с другой стороны – обидно. Всегда обидно. А тут еще в такой день, с таким известием. Я почувствовал себя самым несчастным и одиноким человеком на свете. Брошенным и забытым всеми.

Я представил, как тяжелая каменная плита медленно и неотвратимо опускается на меня сверху. Я кричу, я пытаюсь бежать, но тщетно. От нее не убежать, она упорно преследует меня и нависает, и придавливает все ниже и ниже. У меня заломило тело от боли и тоски. По-настоящему. Сильно. Зубодробительно.

Я смотрел в окно и ненавидел людей.

Я варил пельмени и ненавидел пельмени.

Я поливал алоэ и ненавидел алоэ.

Я просматривал почту и ненавидел интернет.

Я ненавидел все и всех.

Я валялся прямо на полу и рисовал на обоях. Звезды, кометы, космос, инопланетян. Интересно, у них есть какие-нибудь болезни? У них есть этот долбаный рак?

Уолтер Уайт, конечно, круто справился с этим, но он вымышленный персонаж, ничего такого не было. Хотя его мужество должно вдохновлять если уж не на великие подвиги, то хотя бы на смелую борьбу с проделками вселенной и мерзким недугом. Должно, но ни черта подобного.

Я растекся, как масло по сковородке, растаял, как мощный сугроб от первого же луча солнца, сломался и проржавел, как соседская «Лада-Гранта».

Раздался звонок.

Неужели?

Одумалась?

Соскучилась?

Пополнила баланс?

Звонил Валера.

А вот с ним у меня не было ни малейшего желания разговаривать. Уволил он меня. Да я сам уволился бы. Сколько можно было смотреть на этих недоумков? А на Славика? «Вот я сегодня дал, Козловский бы обзавидовался». А теперь звони, хоть обзвонись. Поставлю в черный список, и адьё.

Но не поставил. Перевел на бесшумный.

Он прислал смс: «Илюха, ты где? Что не отвечаешь? Обиделся?»

Обиделся

Я не ответил.

Нарисовал на обоях довольную рожу Валеры и с огромным наслаждением расчертил ее. Странно, зачем покупать обои с непонятными рисунками и текстурами? Люди должны сами рисовать то, что хочется, то, что нравится, то, что они чувствуют. И вообще мы практически ничего не создаем сами. Даже эти пельмени. Все, все, что хочешь, тебе приготовят, сделают, доставят, только плати деньги, которые также созданы чужими руками.

Плати, плати, плати – слоган сегодняшнего дня.

Тот, кто придумал деньги, верил, что облегчит всем жизнь, но он даже не догадывался, что их отсутствие сделает несчастным и жалким существование огромного количества людей. Что у многих станет единственной целью – заработать миллионы или хотя бы сотни тысяч рублей, долларов, евро и прочих валют.

Можно, конечно, и без обоев. Разрисовал стены, и вуаля. Умеешь – значит, живешь с красивыми стенами, не умеешь – сам виноват. Все по-честному. Некоторые так и делают. Но только некоторые.

Валера так не делает.

Еще и звонит как ни в чем не бывало. Небось, коньяк купил. Один-то он пить не может. Уши нужны, чтобы Валера поплакался, что бизнес мало приносит, что никак не может отыскать помещение для второго квеста, а у него еще кредитов на полмиллиона, и Инга никак не может забеременеть, а он уже второй год никуда не ездил отдыхать. Даже в Египет.

Валера, есть люди, у которых нет конечностей. Не думаю, что им легче. Но зачем его должен волновать кто-то еще? Да не только он такой. Я тоже раньше не очень-то о них задумывался. А теперь вот…

И я нарисовал колясочника в форме хаки, печально разглядывающего свои обрубленные конечности. А затем однорукую серфингистку. Для людей нет преграды, если они сами так решили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.