Сердце в группе риска

Одногруппник, кстати, кажется, понял, что гроза, точнее грозная темная туча, надвигается по его душу. Напрягся, сказал что-то Ваньке, своему закадычному другу, и отошел в сторону, выжидая. Ох, Юрчик, знал бы ты, что туча постепенно превращается в катастрофу.

– Пономарев, – постаралась говорить спокойно, – чего ты так взвился? Я понимаю, что в последнее время мы с тобой часто сталкиваемся. И я для тебя как заноза в одном месте, но… Юрка-то в чем виноват? Или ты ревнуешь?

Последнее сказала, каюсь, не подумав. Но кто же знал, что задену парня за живое.

– Что ты, – медленно проговорил он, останавливаясь. Я же так и застыла, удерживая его руками за рукав. – Просто хочу донести до него одну истину.

– Какую?

– Чтобы он тебя от себя далеко не отпускал. Иначе ты точно до конца года не доживешь.

Вот уж… успокоил. Как-то же я до второго курса дотянула. Чудо, с моей-то везучестью, но…

– Сама с ним поговорю.

Отпустила несчастный рукав. Приподняла руки, показывая Пономареву раскрытые ладони. Ох, Сашка, чего ж ты такой упрямый-то. Пошел бы со своей Леркой разбираться. Иначе от нее я быстрее новую порцию проблем получу.

– В чем дело? – Львов, судя по всему, не выдержал и подошел узнать, чего это мы тут стоим и на его косо поглядываем. – Пономарев, ты чего?

Черт… они знакомы что ли? Все, тушите свет. Сейчас Юрка скажет, что он мне ни капельки не парень и тогда… Саша меня самолично придушит. Вот копчиком чувствую, быть беде.

– А-а-а… – потянул мой конвоир, кажется, вспоминая моего одногруппника. – Лев… Точно.

– Ага, вчера в клубе сталкивались, – хмыкнул Львов, протягивая Пономареву руку. Тот пожал протянутую ладонь.

– Так даже лучше, – Александр оставался напряженным. – Ты чего за девчонкой своей не следишь, Лев?

– Че… – открыл было рот Юрка, но я не позволила ему этого сделать.

Подскочила к Львову, ухватила теперь уже его за руку и елейно проговорила:

– Юр, не слушай ты его. Просто Пономарев сейчас мне очень сильно помог. Вот и в порыве благородства решил проводить до аудитории. Я говорила ему, что ты не придешь от этого в восторг, но…

– Э… Че? – по-прежнему не понимал Львов.

– И сегодня в семь у моих собираемся, ты не забыл?

– А…

– Пойдем, а то опоздаем на лекцию, – это говорила, уже направляясь в сторону аудитории. Юрка, не понимая еще до конца, что это только что сейчас было, безропотно последовал за мной. – Еще раз спасибо, Саш! – сказала, смотря на замершего посередине коридора Пономарева через плечо. Лютый у него взгляд был. Лютый…

– Ничего объяснить не хочешь, – придя, наконец, в себя, поинтересовался тихо Юра.

– Во время перерыва все расскажу, честно, – пообещала.

В аудиторию мы с Львовым зашли вместе. Я крепко держала его за руку. А Лев продолжал хмуриться. Но отстраняться не собирался. Значит, я могла рассчитывать если не на его помощь, то хотя бы на дельный совет.

Ну, вот что мне делать с Пономаревым, а?

Судя по периодическому «беспокойству» моего смартфона, Лев оказался очень нетерпеливым парнем. В том смысле, что спокойно досидеть до перерыва ему было невмоготу. Забросал вопросами, на которые я, понятное дело, пока отвечать не собиралась. Егор Филиппович и так косо посматривал. Не хватало мне внимания еще одного преподавателя. Хватит и Виктора Алексеевича. Не настолько же у нас любвеобильный ВУЗ, правда?

А вот когда в аудитории послышалась противная трель, Львов не стал медлить. Встал из-за свой парты, подошел ко мне и, схватив за руку, потащил на выход. Будь я менее прыткой, точно бы стукнулась ногами о столешницу своей парты. Лида с опаской на меня покосилась. Порывалась сопроводить, дабы проконтролировать сохранность подруги, но я лишь рукой махнула. Если Кислицына узнает, что теперь у меня есть «парень», точно буду подвергнута еще одному допросу с пристрастиями. Она и так видела, как меня Сашка до аудитории доводил. А потом я в нее же в сопровождении Юрки зашла.

Видела, что девушка прямо-таки горит желанием припереть меня к стенке. Но пока мне удалось успокоить ее парой коротких фраз. Со мной и так часто случаются казусы. Одним больше, одним меньше – уже роли не играло.

– Ну, рассказывай, сказочница, – проговорил Львов, подходя к одному из окон с противоположной стороны от аудиторий. – Что ты там Пономареву наплела?

– Ничего такого, – грустно посмотрела на свою конечность, которую сегодня уже успели как следует потрепать. – Отпусти, не убегу.

В отличие от Сашки, Юрка не стал упрямиться и выпустил мою руку. И на этом спасибо, как говорится.

– Ну? – поторопил с ответом.

– Мы с Пономаревым в последнее время часто сталкиваемся, – передернула плечами, вспоминая все «встречи». Бедный парень. На его месте я бы уже обходила такую бедовую девицу десятой дорогой. – Вот и сегодня утром… У меня сумку пытались украсть. Он догнал воришку и… Потом вдруг пожелал сопроводить до аудитории. Во избежание. Сам понимаешь, такой конвой мне ни к чему. Поэтому и попыталась припугнуть его несуществующим парнем. Но Саша на этом не успокоился и стал допытываться, кто у меня в парнях ходит. Вот я и… Мы же с тобой… – Посмотрела на хмурого Львова и с трудом заставила себя закончить мысль: – Вроде как друзья.

– Не сказал бы, – одногруппник покачал головой.

– Приятели? – спросила с надеждой.

– Не совсем.

– Почти приятели, – сдалась я.

– Уже ближе, – смилостивился Юрий.

– Прости меня, Львов, – вздохнула грустно. Все у меня не как у нормальных людей. – Ты, если хочешь, можешь пойти и рассказать Пономареву, что я все придумала.

– А зачем? – вот этот вопрос, признаться, удивил. – Пусть думает. Мне до этого дела нет. Только ты особо на мне не висни, окей?

– А разве у тебя…

– Пока свободен, так что без разницы, – отмахнулся от меня парень. – Что же я, козел какой, подставлять девушку, попавшую в непростую ситуацию.

– Да, ситуация… очень непростая, – согласилась.

Мы так и стояли у окна, время от времени поглядывая на проходящих мимо студентов. В перерыв тут было особенно многолюдно. Особенно, если он длинный, и голодным студиозусам нужно было как-то добраться до столовой, отстоять там очередь и не опоздать на следующую лекцию. Иногда на сам обед оставалось всего ничего, потому что в столовой собиралась огромная очередь.

– В общем, пользуйся моей добротой, – Юрка подмигнул. – Пока мне вся эта игра нравится.

– А потом? Если разонравится?

– Потом, посмотрим, – пожал плечами одногруппник. – Если мой интерес перескочит на другую, я тебе об этом сообщу.

– Что значит, перескочит на другую? – напряглась я.

– То и значит, – меня щелкнули по носу. И, не говоря больше ни слова, направились к аудитории.

Я, в отличие от Львова, и шага не смогла сделать. На что Юра только что намекал? Что я ему нравлюсь? Но… Черт, нужно же было так вляпаться. Да и… он раньше всегда был отстраненный какой-то, даже холодный. Общались мы с ним, правда, нормально. Но дальше темы про учебу разговор у нас никогда не заходил. А тут на тебе, Климова, получи и распишись. Мало мне было странного поведения Пономарева, еще и Львов… И ведь хороший парень, а больше, чем просто приятеля, я его не воспринимаю. Или это я себя уже просто-напросто накручиваю, а на самом деле все гораздо проще? Интерес Льва ко мне вызван азартом. Как же, звезда универа нянчится с его девушкой. Мнимой девушкой, если быть точной.

Единственное, что смущало, это то, что я успела узнать Юрку достаточно хорошо, чтобы быть уверенной в том, что на какую-либо подлость он не пойдет. Он ведь хороший парень, отличник, на гитаре играет, мяч по футбольному полю гоняет. Даже не курит. А вот что в клубе вчера забыл, вопрос. За все время я ни разу не видела его даже с бутылкой пива. Зато Ванька, его верный друг, частенько приходил немного навеселе. Это я к тому, что непонятно, чего это Львов забыл в клубе. Или кого…

– Климова, пошли, – позвал меня Юра, останавливаясь на пороге аудитории. – Чего застыла? Продолжишь мучаться ненужными сейчас размышлениями, рискуешь попасть под ноги особо шустрого студента.

Вы посмотрите, какой шутник…

Нужно было указать Пономареву на другого парня. Да вон, хотя бы, на Гошку Покропчика. Этот весельчак легко бы поддержал меня в моей «игре». Потом бы, правда, не упустил возможности подколоть меня. Несмотря на то, что молодой человек любил шутки, отыгрывался он потом на весельчаке по полной программе. Мне же сейчас и так хватало… чтобы еще и от Георгия словить.

Если я надеялась, что на этом наш с Юркой разговор закончен, то глубоко ошибалась. Оказалось, что парень довольно мстительный. И как только наступил очередной перерыв, снова стал наседать на меня со своими вопросами. Точнее намеками, что уж если мы с ним к моим родителям собирались, то уж надо соответствовать. Только вот мои мама с папой не в курсе, что к ним собрались гости… Второй наш разговор происходил при свидетелях. В смысле, одной свидетельницы. Которая, поняв, что я от нее пыталась скрыть, насупилась и, сложив руки на груди, смотрела в мою сторону хмуро, если не сказать – убийственно. Юра еще… не мог поговорить об этом наедине. Ну, точнее, без лишних ушей. Так нет же, подошел к нам с Лидой, когда мы шли к лестнице, чтобы подняться на один этаж, положил руку на мои плечи и, кажется, полностью вживаясь в роль моего молодого человека, произнес:

– Ну что, крошка, когда зависаем у твоих?

Мысленно застонав с досады и прибив говорливого одногруппника, попыталась отшутиться. Дескать, мои уезжают в холодные края, изучать пингвинов… Если бы мне кто еще поверил.

– Это когда это вы успели перевести свои «отношения» на новый уровень, – притворно спокойно поинтересовалась Лида, продолжая убивать меня взглядом.

– Лид, ты же видела, как меня тащил по коридору Пономарев, – мученически проговорила.

Подруга кивнула, подтверждая. Чего уж там… вся группа видела, как «мило» мы беседовали с Сашкой. И уж тем более ни от кого не укрылось, что к нам потом еще и Лев подошел.

– Да он тебя съесть был готов, – не выдержав, прокомментировала наше странное явление народу Лида. – Причем, это не было связано с его пустым желудком. Голодал он по другой причине.

Я когда-нибудь перестану смущаться? Навряд ли… Сейчас, после слов подруги, сразу поняла, о чем она. Покраснела, выдавая себя тем самым с головой.

– А он тебе нравится, да? – поинтересовался Юрка, пытливо смотря на меня сверху вниз. Его рука на моих плечах потяжелела. А пальцы сжались. Еще немного и вцепится в меня мертвой хваткой.

– Нет, – солгала. Чего скрывать, такие, как Пономарев, нравятся почти всем. Красивый, состоятельный, наглый, с обворожительной улыбкой и завораживающим голосом.

Так… о чем это я?

– Мне-то можешь не рассказывать, – хмыкнул Юра. – По глазам твоим вижу, что нравится. Чего тогда не скажешь? Зачем весь этот цирк.

– А зачем ему такая, как я? – в свою очередь спросила. По всему выходило, что юлить перед Львовым бесполезно. Быстро расколет и поймет, что у меня в голове на самом деле. Зачем тогда врать? Разозлится еще и откажется помогать.

– А что в тебе не так?

– Ты его новую девушку видел?

Мы наконец-то добрались до аудитории, где у нас должна была проходить следующая лекция. Остановились неподалеку. Так, чтобы любопытные одногруппники и не думали подслушивать. Руку Юра так и не убрал. Удерживал меня, прижимая к своему боку. А я не собиралась вырываться. С парнем было спокойно. Что редкость, учитывая, что вокруг меня крутится тысяча и одна проблема.

– Видел, – Юра кивнул. – Симпатичная. Но насквозь фальшивая.

– Ты о чем? – а это поинтересовалась Лидка.

– О том, что она, бесспорно, красивая, но сука еще та, – не стал выбирать выражения парень. – Такую обычно используют только для утоления определенных потребностей организма. Но любят других.

– Каких? – спросили это с Лидой одновременно.

– А вот таких, как вы, – не стал раздувать интригу Лев. – К вам просто так не подойдешь. Пусть Лерка и знает себе цену, но у нее основательно снесло крышу от Пономарева. Я видел их вчера в клубе. Если Санек был холоден и отстранен, то она, наоборот, висела на нем, будто обезьянка на лиане. Еще и перебрала изрядно. Пришлось помогать Пономареву ее до машины тащить. Упиралась, кричала. Даже укусить пыталась.

– Кого? – выдохнула, с трудом себе представляя, как эта блондинка, ангел во плоти, хочет укусить своего парня.

– Меня, – передернул плечами Юрка. – Не Пономарева же.

– Ничего себе, – Лида растянула губы в улыбке, изо всех сил пытаясь скрыть смех. – Щегол и пьяная. С чего бы это?

– А кто ж их знает, – Юра поморщился. – Я у нее не спрашивал. Помог сгрузить в тачку и вернулся в клуб.

Что-то меня эта Щегол начинала пугать. Мало того, что та еще стерва, так и к бутылке, оказывается, прикладывается. И не скажешь, что она может столько в себя влить. И Саша ее любит? Или нет? И, опять же, с чего меня это волнует? И образ Пономарева из головы не выходит. Чтоб ему там икалось, честное слово.

Слова Юры о том, что такие, как Саша, предпочитают любить таких мышек, как я, вызвали сомнения. Ерунда какая-то. В чем смысл, спать с одной, а думать тем временем о другой? Почему не попытаться добиться той, что на самом деле нравится? И тогда не мучить ни себя, ни ту, которой ты пользуешься. Ведь ничем другим это не назовешь. А если так подумать, что я знаю об отношениях? Вдруг Саша все-таки любит Леру? В любом случае, мне не должно было быть до этого дела. Но, тем не менее, я постоянно прокручивала слова Юры в голове.

В остальном день, слава богу, прошел спокойно. Ну, в смысле, больше неприятностей я на себя не накликала. Но и меньше их не стало. Несколько раз видела в коридоре хмурого Пономарева. Но к его ногам я вроде не падала, ремешок сумки не рвался и мои конечности при виде него не заплетались. Чую, это всего лишь передышка перед бурей.

Александр

Либо у меня слуховые галлюцинации, либо у нее на самом деле есть парень. Своим глазам я привык верить, поэтому, когда увидела Льва, сомнений в том, что сказанное девчонкой – правда, не осталось. Сложно передать словами, как меня выбесила вся эта ситуация. Хотелось взять Миру в охапку и оттащить от Юры. Черт! Какого… она в него вцепилась? И смотрит так… будто выжидает чего-то. Или решила поиграть на моих нервах? Так у нее это замечательно получалось до этого, куда еще больше-то!

Славка, идущий рядом, болтал без умолку. Я слушал его вполуха, никак не реагируя на подколки по поводу того, что вчера я снова стал свободным. Лерка совсем сошла с ума, если думала, что я буду терпеть все ее выходки. Да и… я на нее даже смотреть теперь не мог. И не хотел ее касаться. Как отрезало после того, когда на горизонте замаячила моя персональная катастрофа. И теперь все мысли крутились вокруг девушки с темными волосами, такими же темными глазами и манящими губами. Вот о последних я думал особенно часто. Последняя стадия безумия, не иначе. Когда это меня так накрывало при виде вроде бы обычной девчонки? Но тем не менее она сейчас являлась для меня всем, что занимало мои мысли. Даже учиться нормально не получалось. И тут…

Появилось желание поговорить с Львом начистоту. Обрисовать ситуацию и объяснить натурально, чем ему грозит интерес к Мирославе. Только вот и сам Юрка не из тех, кто будет трусливо бежать, поджав хвост. Его интерес к Мире я так же заметил. И да, это тоже бесило.

– Саш, – слева послышался хрипловатый голос.

Обернулся и увидел Щегол. Шла рядом, опустив глаза в пол и строила из себя разбитую горем влюбленную. Как же… с чего тогда, спрашивается, она вчера в клубе, перед моим приходом, обжималась с незнакомым парнем. Терлась о него так, будто кошка, почуявшая март, о диван. За неимением нормального кота и он сойдет.

– Мы вроде уже обо всем поговорили, – проговорил, смотря прямо перед собой.

Щегол схватила меня за рукав толстовки, дернула за него, заставляя тем самым остановиться. Слава не стал топтаться поблизости. Пошел дальше, правильно рассудив, что разговор у нас с Лерой обещает быть долгим и не очень приятным. А уши он греть никогда не любил. Особенно после того, как я ему по этим ушам надавал. И Вовчику тоже. Чтобы больше не открывали рот, намереваясь обсудить неуклюжесть Климовой. Не зря я вместе с Ванькой, старшим братом, в качалке время проводил. Да и кулаками помахать мы всегда любили. А вот Слава с Вовкой в этом плане были ленивы, все больше свободного времени проводя с тачками в гараже.

– Не все, Саш, – пробормотала Лера, осмеливаясь все-таки поднять взгляд на меня. – Я понимаю, что виновата. Но я… Черт, не буду оправдываться, неся бред о том, что просто вас перепутала. Но ты в последнее время стал слишком холоден, и я…

– Решила перепихнуться на стороне, если говорить кратко, – подсказал девчонке.

– Ты все не так понял! – все-таки перешла на банальность моя теперь уже бывшая девушка. – Я просто не знала, что делать. Расстроилась… Климова еще эта… Такая ведь у нее фамилия? Постоянно вокруг тебя крутится, как сталкерша. Это вымотало меня.

– Это дало тебе повод лечь под другого, – пояснил. – И с того момента ты окончательно стала мне не интересна.

Произнеся это, отвернулся от нее и пошел дальше по коридору, не обращая внимания на косые взгляды и перешептывания. Они всегда сопровождали меня, когда я расставался с очередной девчонкой. Это расставание не стало исключением.

– Ты козел, Пономарев! – выкрикнула мне вслед Лера.

Вот и вся ее любовь. Заключенная всего в трех словах. И это не простое «Я тебя люблю», а довольно своеобразное, но правдивое «Ты козел, Пономарев!»

Конечно, козел… Чую выросли у меня уже рога. Небольшие, так как встречались мы недолго.

Я не был расстроен тем, что стал свободен от внимания Щегол. Теперь можно было полностью переключиться на завоевание Миры. И никакой Юра мне не помеха. Придется отступиться. Или разбираться с ним мы будем не на словах.

Мысль, что, возможно, Мирослава не захочет со мной быть, а к Львову у нее искренние чувства, занозой засела в сердце. Второй, стоит отметить, первой была сама Мира. Но я собирался ее добиваться несмотря ни на что. А там… Если попросит оставить ее в покое, навряд ли смогу легко ее отпустить. Придется переступать через себя.

Наверное, это все связано с тем, что я чувствовал себя охотником, который, пока не поймает свою добычу, не успокоится. Что, если весь интерес к этой девчонке пройдет сразу же, после первой близости? Вероятно…

Но почему-то мне не хотелось, чтобы это было на самом деле так.

Мирослава

– Слышала новость? – спросила Лида, когда мы уже шли к гардеробу за верхней одеждой.

– Нет, – покачала головой. – Ты о чем?

Подруга приблизила свое лицо к моему уху и заговорщицки проговорила:

– Пономарев со своей расстался. Мне Федька с третьего потока рассказал. А он шутить таким бы не стал.

Ну, в принципе, ожидаемо. Александр ни с одной из своих девчонок долго не встречался. Но Лерка побила все рекорды по скоротечности их отношений. Чем это она ему насолила? Или это все произошло после случая в клубе?

– Значит, в ближайшее время у Сашки появится новая пассия, – хмыкнула, смотря не на подругу, а себе под ноги. И с чего меня стало задевать такое поведение малознакомого парня? Пономарев… он же бабник, каких поискать. Впрочем, такие, как он, другими не бывают. Пользуются тем, что девчонки от них без ума. И не смотрят на то, что своим поведением, не делают себя привлекательными для второй половины девушек. Это я сейчас про себя и Лиду.

– Сомневаюсь, – Лидия пожала плечами, из-за чего сумка чуть было не сползла на пол. Подруга поправила ее нервно. И только после этого продолжила: – Почему-то мне кажется, что он начнет крутиться вокруг тебя.

– Или я вокруг него, – чуть глаз не задергался, честное слово. – С моей-то везучестью.

– Да ладно тебе, – отмахнулась от моих слов Лида. – Вдруг вас сама судьба сталкивает?

Судьба, как же. Злой рок не иначе.

Спустившись на первый этаж, мы подошли к гардеробу и отдали номерки хмурой женщине, что до этого читала журнал. Она явно была недовольна тем, что ее отвлекли от важного занятия.

– О, смотри, твой парень идет, – проговорила Лидок, смотря куда-то мне за спину.

Обернувшись, заметила спешащего в нашу сторону Львова. Махнув нам рукой, он прошел мимо, останавливаясь рядом с гардеробщицей. Облокотился локтями о стойку, за которой она находилась, обворожительно улыбнулся и сказал:

– Уважаемая Зинаида Петровна, не будете ли вы так любезны отдать мне мою куртку.

– Что, Львов, снова куда-то номерок запихнул и найти не можешь? – проворчала она, делая вид, что журнал с изображенными в нем девушками модельной внешности, всяко интереснее, чем жаждущий ее внимания студент.

– Вот честное слово, найду и завтра верну, – покаялся Юрка, прикладывая вторую руку к груди. – А если надо будет, штраф заплачу.

– Конечно, заплатишь, – пока не сдавалась женщина. Посмотрела на парня поверх очков в прямоугольной оправе. Ну, хоть журнал ее интересовать пока перестал. – Куда же ты денешься. За студентами никаких долгов не должно быть.

– Ну, так что, Зинаида Петровна, смилостивитесь? – продолжал свою игру одногруппник. – Мне вот позарез куртка нужна. Иначе заработаю воспаление легких. Охота вам такой грех на душу брать?

– Знаешь, что, Львов, – проворчала его собеседница, – умеешь ты уговаривать. Сейчас принесу.

Она ушла, а Юрка, убедившись, что добился того, чего хотел, теперь обернулся к нам. Мы как раз стояли неподалеку и слышали их оживленный разговор.

– Куда собираетесь? – спросил, следя за нашими сборами, парень.

– По домам, – откликнулась Лида. – Ну, по крайней мере, я. А вот Мирка, не знаю. У тебя есть возможность пригласить ее куда-нибудь. Ты же ее парень.

Львов как-то уж слишком печально вздохнул, покачал головой. Словно и не рад тому факту, что теперь ходячая неприятность в моем лице считается его девушкой. Впрочем, я сама была не так чтобы в восторге от того, что приходилось играть роль, которая мне не по силам. Ну, какой из Юрки парень? В смысле, какой из него «мой» парень. Он прав, мы всего лишь почти приятели. И ничего больше. Да и не нужно это «ничего больше».

– А, ну да, – будто бы спохватился Юрка.

Зинаида Петровна принесла куртку, и парень, схватив ее, поспешно поблагодарил женщину. Отошел, вставая рядом с нами. Прошелся по мне задумчивым взглядом, как бы решая, а стоит ли со мной вообще куда-либо идти.

– Ну, ладно, можно и сходить, – смилостивился. – Если ты, конечно, не против. А если против, то до завтра.

Лидка пихнула меня локтем в бок, как бы намекая, чтобы не стояла столбом. Брала Юрку в руки… Точнее, не спать и идти гулять, если уж такое предложение поступило.

– А куда тут идти, – проговорила, поправляя ремешок сумки. Помня о случившемся утром, сжала на нем пальцы крепче. Чтобы если кто и попробует меня обокрасть, то уж сразу с рукой пусть выдирает. Иначе отпускать не собиралась.

– Да хоть в парк, – хмыкнул Юра.

Сунув руки в карманы джинсов, он игриво подвигал бровями. Дескать, выбор очевиден, не правда ли?

– И погода сегодня на удивление хорошая, – как бы между прочим произнесла подруга. – Ну, вы это… решайте, а я побежала. Мне еще над конспектами сидеть.

Подмигнув мне, она заторопилась к проходной. Я проводила ее недовольным взглядом. Вот тебе и подруга.

– Ну, пойдем в парк, – наконец, сдалась.

– Окей, – откликнулся одногруппник, кладя свою руку мне на плечи и так направляясь на выход из универа. Мне, само собой, пришлось следовать за ним.

И, конечно же, на горизонте сразу замаячил вечно чем-то недовольный Пономарев. Он вынырнул из коридора, и чуть было не столкнулся с нами. Я ойкнула от неожиданности. И машинально прижалась к Льву ближе. Тот не растерялся, сам приобнял крепче. Недовольный взгляд Сашки стал еще более… напряженным. Темным, колючим, злым. Судя по всему, день сегодня у парня был не очень удачным. Иначе, с чего он такой нервный?

– Лев, на пару слов, – сказал Пономарев, кивая в сторону выхода. – А Климова тут подождет.

– Я вам что, игрушка, чтобы оставлять меня там, где вам удобно, – проворчала, поежившись.

Львов убрал свою руку с моих плеч. Шагнул к Александру.