Точка. Книга 2
- -
- 100%
- +
Он. Мне. Улыбнулся. Только что.
Боже, хочу еще.
Обрываю себя и отворачиваюсь. Отвечаю спустя, кажется, огромное количество времени:
– Я не жалею. Правда.
– О чем же тогда вздыхаешь?
– Я думаю об остальных, где они и…
– Не думай, – перебивает он. – Не забивай голову бесполезными мыслями. От тебя все равно ничего не зависит.
– Но там ведь мои друзья, – протестую я.
– В данный момент тебя должна заботить только одна жизнь. Твоя.
Качаю головой.
– А как же Нейт? Ни за что не поверю, что ты не волнуешься за брата.
– Нейт уже взрослый, и он в состоянии сам позаботиться о себе, – уверенно заявляет Килиан.
Хочется поспорить, но я сдерживаю себя, прилагая невероятные усилия, чтобы молчать.
– Ложись на диван, – говорит Килиан, – я посплю на матрасе.
– Хорошо, – быстро соглашаюсь я и забираюсь на диван, кладу рядом с собой набор звездочек и закрываю глаза.
***
Тяжело вздыхаю и распахиваю веки. Поднимаю руку, смотрю на часы и в свете луны пытаюсь рассмотреть сколько сейчас времени. Час восемнадцать.
Килиан давно уже спит, а я не могу. Глаза слипаются от усталости, но сон не идет ко мне. Прислушиваюсь к размеренному дыханию Килиана, стараюсь подстроиться под него, вдруг это поможет заснуть. Пытаюсь пару минут, не меньше.
Тихое равномерное жужжание раздается так внезапно, что я снова резко распахиваю глаза и напряженно вслушиваюсь в тишину. Звук повторяется, и я привстаю на локте, чтобы выглянуть за спинку дивана.
Воздух застревает на вдохе, а сердце заводится с полоборота, подскакивая к горлу. Прямо за окном завис дрон, оружие которого направлено на меня. Прячусь за спинку дивана за мгновение до того, как раздается громоподобный выстрел.
Пуля с легкостью пробивает препятствие в виде дивана и входит в плоть. Спину обжигает огнем от разливающейся боли. Не могу пошевелиться. Я не чувствую ног, зато боль становится только сильнее.
Слезы брызжут из глаз. Не выдерживаю. Больше не могу. Кричу.
Килиан резко поднимается и хватается за пистолет в тот момент, когда в комнату врывается толпа психов. Килиан стреляет и одновременно с этим что-то кричит мне, но его голос за моими воплями кажется таким далеким.
Глаза закатываются. Чувствую, что кровь стремительно покидает мое тело и пропитывает одежду и диван. А вместе с ней от меня ускользает и сознание.
– Лав? – далекий голос Килиана. – Лав?!
Открываю глаза, задыхаясь от затрудненного дыхания. Килиан стащил меня с дивана и прижимает к себе. Я наполовину лежу на нем.
– Спокойно, – говорит он мне прямо в ухо. – Тебе ничего не грозит. Ты со мной.
Быстро осматриваю комнату. Темно и тихо. Тут никого нет. Тяжело дышу, прижимаюсь к груди Килиана и с силой цепляюсь за его футболку.
– Сон, – всхлипываю я.
– Всего лишь сон, – успокаивающим тоном, какой я у него никогда не слышала, подтверждает Килиан.
Он продолжает прижимать меня к себе и гладит по волосам. А я всхлипываю, стараясь привести мысли в порядок. Картинки из сна до сих пор мелькают перед глазами. Все было настолько реальным, что я на самом деле думала, что умираю.
– Лав, – негромко говорит Килиан, – дыши вместе со мной.
Его рука оказывается на моем животе прямо под грудью, как тогда, когда он учил меня стрелять. Закрываю глаза и сосредотачиваюсь на дыхании мужчины, подстраивая под него собственное. Получается. Постепенно засыпаю.
Когда открываю глаза в следующий раз, в комнате уже светло. Лежу на матрасе, моя голова покоится на груди Килиана, а ладонь на твердом от долгих тренировок животе. Замираю и поднимаю голову. Одна рука Килиана находится под его затылком, а вторая прижимает меня к крепкому телу. Его глаза внимательно всматриваются в мое лицо, и я тяжело вздыхаю. Радует только одно, больше мне ничего не снилось, что вообще-то редкость.
– Давно у тебя кошмары? – спрашивает Килиан, и я отвожу взгляд.
– Всегда, – отвечаю коротко, сажусь, потираю лицо ладонями и меняю тему. – Нам не пора?
Чувствую, что Килиан безотрывно смотрит на меня, но с разговорами больше не лезет. За что я ему крайне признательна.
Он садится и тянется рукой за рюкзаком, достает оттуда еду.
– Продолжим путь после завтрака, – сообщает он отрешенно.
Киваю и беру свою порцию.
После еды быстро собираемся и покидаем временное прибежище.
По городу передвигаемся точно так же, как и вчера. Несколько раз прячемся от военных, которые передвигаются по улицам на машинах. И еще больше раз скрываемся от дронов.
До когда-то престижного района города с шикарными особняками добираемся уже во второй половине дня. Килиан сказал, что когда они осматривали этот район семь лет назад, то обнаружили под несколькими домами бункеры, которые, вероятно, были построены на случай апокалипсиса. Жаль, что они не помогли хозяевам его пережить. Один из бункеров оказался гораздо больше остальных, плюсом ко всему шла система генераторов, дающих электричество, и доступ к глубокой скважине, являющейся практически неиссякаемым источником воды. Они облюбовали его на случай, если придется скрываться от военных, проблема лишь в том, что количество мест там ограничено.
Проходим мимо сгоревшего дома, от него остался только обугленный остов. Килиан сворачивает к дому, который расположился сразу за ним. Двери распахнуты настежь, почти все стекла выбиты, створка на одном из окон еле держится за нижнюю петлю и со скрипом покачивается на ветру. Идеальное прикрытие. Вряд ли можно подумать, что кто-нибудь в здравом уме будет искать здесь убежища.
Килиан оглядывается по сторонам, не заметив ничего подозрительного, быстро взбегает по ступенькам высокого крыльца, дожидается меня у входной двери и жестом велит заходить вперед. Мельком осматриваю погром, учиненный в доме давным-давно. Килиан довольно уверенно идет дальше, можно подумать, будто он часто тут бывает. Следую за ним, останавливаюсь возле двери в подвал, на которую он мне указывает, и жду, когда Килиан пошарит по ящикам на кухне, достанет небольшой фонарик, вставит в него батарейки, включит его и начнет спускаться по шаткой металлической лестнице.
Тихо прикрываю за собой дверь и тоже иду вниз.
Килиан дожидается меня и светит фонариком в дальний угол подвала, хмурю брови, потому что ничего там не вижу. Подходим поближе, и только тут я замечаю крохотную цифровую панель.
– Здесь кто-то есть, – уверенно говорит Килиан, набирая код, а я озираюсь по сторонам.
В подвале точно никого.
– С чего ты решил? – тихим от волнения голосом спрашиваю я.
– Вон тот ящик, – он указывает на большую коробку, – обычно стоит рядом с люком, но раз сейчас его тут нет, значит его кто-то сдвинул.
Какой люк? Я ничего не… глаза удивленно расширяются, когда в сторону отъезжает большой круглый пласт стены, за которым находится длинный коридор, слабо освещенный холодным светом.
– Как вы узнали пароль? – спрашиваю я, заходя внутрь и наблюдая, как кусок стены встает на место, будто там только что не было прохода.
– Хозяин дома был не очень умным, – пожимает плечом Килиан, шагая вперед, – мы нашли пароль в одной из его записных книжек наверху.
Ускоряем шаг, когда слышим впереди возбужденные голоса. Коридор внезапно обрывается круглым проемом без дверей, и мы останавливаемся на пороге большой комнаты, заполненной мебелью серо-стального цвета.
Люди, находящиеся в помещении, замолкают и удивленно смотрят на нас.
– Слава богу, вы живы, – говорит Ларс, оглядывая нас цепким взглядом. – Где остальные?
Смотрю на присутствующих. Здесь всего человек пятнадцать, двое из них дети лет восьми и десяти. Из знакомых, помимо Ларса, вижу Мелани, Робина и Винса, а также Эмерсона, Зака и Кейлин. С облегчением выдыхаю. Они живы.
– Мы добрались первыми? – вместо ответа спрашивает Килиан.
– Да, – за Ларса отвечает Мелани, глядя нам за спины, будто надеется, что оттуда вдруг появится Нейт.
Нейта и Джейдена здесь нет. Где же они? Надеюсь, с ними все в порядке.
Ловлю на себе взгляд Винса, но свой перевожу на Эмерсона, который слабо улыбается мне. Дарю ему ответную улыбку, но она быстро пропадает. Где же остальные? В другом укрытии?
– Где остальные? – обращаюсь к Ларсу.
Он поджимает губы, но отвечает твердо:
– Это все.
Что?
– Не понимаю, – шепчу я, потому что не могу поверить в то, что он говорит.
– Больше никого нет, – мрачно поясняет Ларс.
– Нет… – голос срывается, слезы подступают к глазам, и я повторяю. – Нет. Где Остин? – растерянно смотрю на Эмерсона, он встречает мой взгляд, в ответном я вижу безграничную печаль.
Нет!
– Он помогал доктору Хиту с ранеными, – отвечает парень, – когда в медицинском отсеке рухнула крыша. Их больше нет.
Нет!
Перевожу внимание на Мелани.
– Энди?
– Он мертв, – стараясь сохранять хладнокровие, что не особо ей удается, отвечает она.
– Нет, – не знаю в какой раз шепчу я, прикрыв глаза, из которых капают первые слезы.
– Я сама видела, как его застрелили, – сообщает женщина.
Поднимаю руки и злым движением стираю мокрые дорожки с щек.
– А Райли и Кайла?
Даже представить себе не могу, чтобы военные стреляли в столь крохотное создание.
– Они сдались и добровольно ушли с представителями ARO, – объявляет Мелани.
Тихо выдыхаю, по крайней мере они живы. Я могу понять поступок Райли. Она совсем недавно едва не потеряла дочь. Ничего удивительного в том, что она хочет сохранить жизнь девочки, я не вижу.
– А другие? – не сдаюсь я.
Не могу поверить, что от трех с лишним сотен человек осталось всего пятнадцать.
– Большинство погибло, остальных забрали военные, – устало говорит Ларс.
Беспомощно смотрю на стоящего рядом Килиана. По крепко стиснутым зубам и ходящим желвакам, могу судить, что он зол. Просто в ярости от сложившейся ситуации. Я же едва сдерживаюсь, чтобы не зарыдать. Мне срочно нужно уединение. Сотни людей погибли в одночасье из-за прихотей военных и ARO. Ненависть вперемешку с яростью грозится захватить мое сознание.
– Нейт, – говорит вдруг Мелани, и я резко оборачиваюсь, заметив на пороге Нейта и Джейдена.
Нейт взъерошивает волосы, оглядывает присутствующих и чертыхается, ему, в отличие от меня, лишние пояснения ни к чему.
Джейден осматривает присутствующих пустым взглядом, не обращая внимания на меня.
– Где Дейзи? – спрашивает Кейлин, глядя на него.
В мое сердце вонзают невидимый нож и прокручивают его сотню раз, едва сдерживаюсь, чтобы не прижать руку к груди. Новые слезы готовы пролиться, когда Робин спрашивает, обращаясь к Килиану:
– Что с вами произошло?
Наши взгляды, мой – полный боли, и Килиана – холодно-невозмутимый, пересекаются. Килиан отвечает на вопрос Робина, не глядя на него:
– Об этом потом. Идем, Лав.
Он разворачивается, на пару секунд тормозит возле брата, с силой сжимает плечо Нейта, кивает ему и выходит обратно в коридор. Опустив голову, плетусь за ним. Слезы капают на бетонный пол, оставляя после себя мокрые кляксы.
Спешу убраться от толпы, чтобы без свидетелей оплакать тех, кого больше нет с нами.
Глава 3
Прошло почти две недели с тех пор, как мы оказались в бункере. За все это время я ни разу не покидала защищенного убежища, да и, честно говоря, мне этого не особо хотелось. В течение двух суток после нашего появления, пришли остальные из тех, кто ехал в нашем грузовике в ту злополучную ночь. Еще троих мы так и не дождались. Таким образом в бункере сейчас проживает тридцать один человек.
Из трехсот шестнадцати жителей муравейника.
Самого муравейника больше нет, как и той части города, под которой он располагался. Четыре дня назад военные свернули свою поисковую операцию и уехали, напоследок устроив взрыв, от которого земля дрожала даже здесь.
Большую часть времени я провожу в комнате, которую выбрал для нас Килиан. Почему для нас? Да потому, что сам он занял смежную со мной спальню, в которую можно попасть только через мою.
Около трех часов в день мы посвящаем тренировкам. Отрабатываем приемы по самообороне прямо здесь, в этой комнате, остальное время мой наставник пропадает где-то на поверхности. Приходит только к ночи.
Я мало выхожу, потому что не хочу никого видеть и тем более с кем-то разговаривать. Исключение составляет только Нейт, который сам приходит сюда за братом, но каждый раз уделяет разговору со мной не меньше десяти минут. Правда из меня сейчас плохой собеседник.
Я мало ем, потому что у меня совершенно пропал аппетит. Ужасно сплю из-за того, что кошмары усилились. Мама мне больше не снится, хотя я многое бы отдала за то, чтобы те сны вернулись. Вместо нее я вижу Дейзи, психов, дроны и военных. И каждый из них пытается меня убить. И у них это получается. Если бы не Килиан, который приходит каждую ночь, чтобы меня разбудить и успокоить после очередного кошмара, я бы вообще не смогла спать. Он будит меня, прижимает к себе и помогает восстановить дыхание и сердцебиение. Я каждый раз засыпаю в его объятиях, но просыпаюсь одна. Не знаю, когда Килиан уходит, а спросить не решаюсь. Мы вообще не разговариваем на эту тему, и я благодарна, что он не поднимает ее.
Заставляю себя подняться с постели и покидаю комнату. Уже вечер и надо бы перекусить, иначе Килиан снова будет выговаривать мне за то, что у меня нет сил победить даже ребенка, не то что более сильного противника.
Захожу на кухню и на секунду замираю на пороге, увидев Эмерсона, Зака и Джейдена. Парни о чем-то разговаривают, и я подумываю о том, чтобы сбежать, хотя точно знаю – Джейден услышал мои шаги.
Эмерсон поднимает голову и приветливо приподнимает уголки губ. Мне становится стыдно, я все это время игнорировала его и старалась избегать разговоров.
В любом случае бежать уже поздно. Прохожу внутрь, открываю большой ящик, в котором хранятся бутылки с водой, беру одну и поворачиваюсь к парням, прервавшим разговор с моим появлением.
Наши с Джейденом взгляды на секунду пересекаются, а потом он отворачивается и направляется к выходу. Получаю болезненный укол прямо в сердце. Мне больно оттого, что в тот злосчастный день я потеряла сразу двоих друзей. Но Джейден по крайней мере жив, и я могу с ним поговорить.
Пока не передумала, заставляю себя окликнуть его:
– Джейден, подожди, – голос слегка дрожит и звучит жалко, но когда-нибудь мне все равно пришлось бы это сделать.
К моему удивлению, парень останавливается, но не оборачивается. Вижу, как напрягаются его плечи, и понимаю, что не знаю, что сказать. Попросить прощения? Вряд ли это подействует.
Не смотрю ни на Эмерсона, ни на Зака, обращаюсь прямиком к спине Джейдена, нервно сжимая в руках бутылку.
– Джейден, – голос срывается, и я прокашливаюсь, – я не знаю, что мне сделать, чтобы ты…
Парень оборачивается так резко, что я замолкаю от того, что читаю в его глазах. Они полны ненависти.
– Что сделать? – голос Джейдена звенит от ярости, и с каждым словом его тон становится чуть громче. – Ты ничего не можешь сделать! Верни мне ее, Лав! – в горле образуется вязкий ком, который я не могу сглотнуть, из-за навернувшихся слез, но это ничуть не трогает парня. – Ты не можешь! Не можешь ничего!
– Если бы я могла занять ее место, – шепчу я едва слышно, первые слезы срываются с ресниц, – я бы умерла за нее. Я бы заняла ее место.
Джейден зло трясет головой, он прекрасно слышал каждое слово.
– Но ты и этого не можешь, – горько произносит он.
Губы дрожат, и я поджимаю их, чтобы подавить всхлип.
– Джейден, – пробую еще раз, но он не хочет ничего слушать.
– Лучше бы ты умерла в тот день, – бросает он и снова отворачивается. Зажимаю ладонью рот, сдерживая рыдания, слезы полностью перекрывают обзор, все расплывается, и я не вижу Джейдена, но слышу злые слова, обращенные ко мне: – Ты все-таки можешь сделать кое-что. Никогда больше не подходи ко мне и не говори со мной.
Слышу его удаляющиеся шаги и до боли прикусываю губу. Ставлю бутылку на стол, не глядя на Эмерсона и Зака, быстро выхожу из кухни и бегу в свою комнату. Сажусь на кровать, опираясь спиной о стену, подтягиваю ноги к груди, хватаю подушку, кладу ее на колени и утыкаюсь в нее лицом. Не сдерживаю рыданий. Джейден никогда меня не простит. И я тоже не смогу простить.
Не знаю сколько я предаюсь страданиям, но в конце концов истерика утихает, ее сменяет апатия. Сижу без движения и сверлю безразличным взглядом стену напротив.
Тихий стук в дверь привлекает мое внимание, поворачиваю голову в ту сторону и говорю хрипло:
– Входите.
Дверь приоткрывается, и я вижу Эмерсона. Он заходит в комнату, проходит к кровати и протягивает мне бутылку воды. На автомате принимаю ее, продолжая смотреть на парня.
– Не возражаешь, если я присяду? – спрашивает он.
Хлопаю по матрасу рядом с собой, и пока Эмерсон садится, открываю воду и пью небольшими глотками.
– Как ты? – Эмерсон задает именно тот вопрос, на который я не хочу отвечать больше всего.
Качаю головой.
– Никак, – говорю я, а затем добавляю, – никогда еще не было так ужасно.
– Что произошло? – осторожно интересуется парень, и я удивленно смотрю на него.
– Ты не знаешь?
– Нет, – Эмерсон тоже откидывается назад, опираясь о стену. – Джейден ничего не говорит про это. А задавать вопросы не дает, сразу обрывает все попытки. То есть, мы знаем, что Дейзи больше нет, но как это произошло…
Он не договаривает, и я киваю, а потом еще раз.
– На нас напали психи, – говорю после небольшой паузы и встречаюсь с внимательным взглядом Эмерсона. – Дейзи укусили, и она обратилась за считанные секунды.
Парень с сочувствием смотрит на меня, находит мою руку и сжимает ладонь. Отвечаю ему благодарным пожатием.
– Почему же Джейден винит во всем тебя?
Вздыхаю и потираю глаза свободной ладонью.
– Я застрелила ее, когда она бросилась на Джейдена.
Эмерсон выглядит потрясенным. Но осуждения в его глазах я не вижу. Опускаю голову и смотрю на бутылку с водой.
– У тебя не было выбора, – говорит Эмерсон.
– Не было, – подтверждаю я бесцветным тоном.
– Ты спасла Джейдена, – продолжает парень.
– Знаю, – киваю я.
– Он поймет, – добавляет он.
– Нет, – склоняю голову еще ниже, борясь с вновь подступающими слезами. – Он сказал – лучше бы я умерла.
– Он расстроен, даже раздавлен. Всю свою жизнь он любил Дейзи, а теперь ее нет. Джейден будет отталкивать любого, кто…
– Перестань, – тихо прошу я. – Прости, но я не хочу об этом говорить.
– Ладно, – тут же соглашается Эмерсон и добавляет, – ты всегда можешь поговорить со мной.
Чуть сильнее сжимаю ладонь парня и поднимаю голову, встречая теплое выражение на его лице.
– Спасибо, – тихо говорю я и пытаюсь улыбнуться.
Улыбка выходит неловкой, я сейчас не в том настроении, чтобы притворяться, что все нормально.
Эмерсон отводит взгляд и набирает полную грудь воздуха, словно решаясь что-то сказать. Затем снова смотрит мне в глаза.
– Лав, я давно хотел поговорить с тобой кое о чем, но ты все время была занята тренировками с Килианом, а потом и вовсе уехала. После возвращения я решил дать тебе время, чтобы оплакать Дейзи, Остина, Энди, да и всех остальных.
Хмурю брови, не понимая, к чему он ведет.
– Что случилось? – спрашиваю я, поворачиваясь к нему полубоком.
Парень снова вздыхает, нерешительно глядя на меня, я начинаю волноваться, потому что Эмерсон и нерешительность – абсолютно несовместимые понятия.
– Ты мне нравишься, – признается он на выдохе, заставляя меня удивленно распахнуть глаза. Не может этого быть. Неужели Дейзи ничего не придумала, когда твердила мне об этом? Эмерсон продолжает уже более решительно. – Я понял это после того случая с Винсом. Я готов был убить его за то, что он посмел обидеть тебя. А сейчас с ним все в порядке, слух полностью восстановился. Он как будто избежал наказания. В общем, плевать на него. Мне нравится проводить с тобой время, и я хочу, чтобы этого времени стало больше. Если ты не против?
Медленно моргаю. Такого я вообще не ожидала. Он хочет, чтобы я стала его девушкой что ли? Еще месяц назад я, может быть, согласилась бы, но…
Не теперь. Когда я каждую ночь сплю в объятиях другого мужчины. Когда все мои мысли занимает именно он, а не кто-то другой. Даже сейчас передо мной сидит парень и признается в своих чувствах, а я думаю о Килиане. Да, мы с ним не пара. И вряд ли когда-нибудь станем ею. Вряд ли Килиан видит во мне ту, с кем хотел бы чего-то большего. Я постоянно плачу, проявляю слабость, на которую он то и дело указывает. Мне недостает стержня, чтобы соответствовать ему.
– Лав? – из мыслей о моем наставнике меня вырывает голос Эмерсона. – Если тебе нужно время подумать, я готов его дать.
Смотрю на Эмерсона снизу вверх и в нерешительности прикусываю губу. Как подобрать слова, чтобы сказать ему правду? У нас ничего не выйдет. Я знаю это, даже без попыток завести отношения.
Эмерсон переводит взгляд с моих глаз на губы, и я замираю без движения. Парень поднимает руку и, едва касаясь, проводит пальцами по моей щеке, склоняя голову.
Нет!
Паника сковала тело. Он же не собирается?..
Собирается.
Нет, нет, нет!
Вскидываю руку, упираясь ладонью в грудь парня и останавливая его в сантиметре от моих губ. Освобождаю руку из его ладони и слегка отодвигаюсь, тараторя при этом, чтобы не обидеть его:
– Прости, Эмерсон. Сейчас совсем неподходящий момент.
Я трусиха. Знаю, что лучше сразу сказать ему правду, но не могу себя заставить.
Едва заметное движение возле двери привлекает мое внимание, и я резко поворачиваю в ту сторону голову.
Килиан.
Стоит на пороге, сложив руки на груди, и сверлит убийственным взглядом затылок Эмерсона.
Как давно он тут?
Подскакиваю на ноги, Эмерсон оборачивается, а затем тоже поднимается, прикрывая меня собой.
– Тебя ищет Нейт, – с ледяным спокойствием сообщает Килиан.
– М-меня? – удается проблеять мне, потому что мной овладела странная робость. Выглядываю из-за плеча Эмерсона, встречаясь с голубыми глазами Килиана.
– Нет, – отрезает он.
Эмерсон оборачивается ко мне, многозначительно приподнимает брови.
– Продолжим этот разговор позже, – говорит он, разворачивается и направляется к выходу.
Килиан делает шаг вправо, выпуская парня из комнаты, закрывает за ним дверь и внимательно смотрит на меня.
Не решаюсь сесть обратно на кровать, да и вообще двинуться с места.
– Тренировка, – объявляет вдруг Килиан. – Сейчас.
– Но была же уже сегодня, – слабо протестую я.
– Хочешь обсудить мои решения? – спрашивает он, опасно склонив голову набок и окинув меня хищным взглядом.
Волна гигантских мурашек проносится по телу. Но я не боюсь. Больше нет. Возможно, со мной что-то не так, но мне… нравится, когда он так смотрит.
– На середину комнаты, – приказывает Килиан, выходит в указанное место и смотрит, как я на трясущихся ногах иду туда же.
Останавливаюсь в двух шагах от него и смотрю снизу вверх, ожидая указаний, которые Килиан обычно дает мне перед началом тренировки. Но ничего подобного он не делает. Просто бросается на меня, и я даже глазом моргнуть не успеваю, как уже лежу на полу, придавленная его телом. Воздух вышибает из легких, и я открываю рот, чтобы сделать хотя бы глоток кислорода.
– Не спи! – приказывает Килиан мне в ухо, и я наконец прихожу в чувство и начинаю сопротивляться.
Но ноги придавлены, а в руках недостаточно силы, чтобы бороться с ним. Злюсь на собственную слабость, что придает мне немного уверенности. Замахиваюсь, собираясь врезать ему по лицу, но Килиан тут же перехватывает мою руку и пришпиливает к полу над головой. Освобождаю одну ногу и пытаюсь пнуть его, но тоже терплю поражение.
Не знаю, как так получается, но Килиан вклинивается между моих ног, прижимаясь своим твердым животом к моему.
Меньше чем за минуту оказываюсь полностью обездвиженной и совершенно выбившейся из сил. Даже не сопротивляюсь, тяжело дышу, глядя в глаза Килиану, у которого даже дыхание не сбилось. Он смотрит на меня столь пронизывающе, и я с трудом решаюсь, чтобы спросить с опаской:
– Что мне делать?
– Ничего, – спокойно отвечает он.
Непонимающе хмурю брови.
– Но как-то же я должна выбраться?
– Из такого положения не выбраться, – сообщает он. – Если попалась, считай – все…
– Все? – повторяю я, кажется, только сейчас начиная осознавать, в какое на самом деле попала положение.
Килиан медленно склоняет голову к моей шее, замираю, не в силах пошевелиться, когда он сообщает грозным шепотом, от которого по коже проскакивают искры:
– Ты умерла.
Поворачиваю лицо, встречаясь с ним взглядом. Странное напряжение сковывает тело, и мне становится нестерпимо жарко. Ну нет, так не пойдет.