- -
- 100%
- +
– Я бы солгал, если бы ответил, что немало не удивлён Вашей просьбой, Лев Моисеевич. Вы ведь не ждёте от меня проявления каких-то моих волшебных “чудодейственных” способностей, не так ли? Значит дело тут в нечто совсем-совсем другом?
Доктор Липкин согласно закивал головой.
– Для меня крайне важно Ваше мнение об объекте, об одном…субъекте. Вернее – о новом пациенте из соседней палаты.
– Опять об этом иностранце толкуем, товарищи?! – вспыхнул запальчивый ревнитель правды Егорша.
– Итак, Александр Сергеевич, я жду Вашего решения. Если Вы согласны, то я попрошу Вас проследовать незамедлительно в мой кабинет, и там спокойно обсудить проблему…
Профессор сделал пару шагов в сторону главврача, а затем внезапно остановился и заявил, что он готов к сотрудничеству только в том случае, если Егор Алексеевич также примет участие в совместной работе. Тон Профессора был непререкаем, равно, как и его решительный волевой взгляд, когда он произносил свою тираду.
– Если Вы полагаете, что это поможет добиться успеха, то…что же? Я…согласен! – произнёс доктор Липкин, и вся троица во главе с грузным и высоким человеком в белом халате направилась по больничному коридору в сторону кабинета главврача.
Зайдя в кабинет, и плотно прикрыв за собой двери, доктор первым делом предложил гостям выпить кофе. Он расположился за своим массивным столом и закурил заграничную сигарету из тёмной папиросной бумаги с золотым ободком. Егорша не постеснялся, и как равноправный участник процесса, тоже достал свою изящную трубку и раскурил ароматный табак. Молчание было недолгим.
– Итак, мои дорогие, я столкнулся с весьма загадочным случаем! Поведение моего “забывчивого” пациента-англосакса весьма подозрительно, уж вы поверьте мне на слово!
– Знамо дело, доктор! Шпион – он и есть шпион! “Тут – не помню, там – не ведаю!” Что, не так что ли говорю? Советские фильмы про диверсантов надо было смотреть! – Егорша внезапно замолчал, а потом спросил с трогательной надеждой в голосе. – А кушать он по-прежнему отказывается, Лев Моисеевич? И вот ещё…коли он шпион, засланный вглубь нашей страны, – так хоть словечко по-русски сказал, аль нет? Что же это они там, в Лондоне, какого-то “безъязыкого” к нам в тыл прислали? Да, неувязочка…
– Не торопитесь с Вашим вердиктом Егор Алексеевич! – сказал Профессор и строго посмотрел на коллегу. Затем он обратился к доктору. – Лев Моисеевич, а в чём конкретно Вам видится неординарность случая с этим…иностранцем?
– Его зовут Виктор, – сказал Лев Моисеевич, внимательно проглядывая какие-то страницы, которые он выложил перед собой на столе. – Да, друзья! Как это помогла нам выяснить наша старшая медсестра Мария, его действительно зовут Виктор. Сам больной отзывается на это имя, но говорит, что это его…новое имя. А прежнее… он забыл, забыл начисто! Он со страхом озирается, когда смотрит на дверь своей палаты, когда видит сестричек, когда разносят лекарства и всё такое прочее, так сказать. Учитывая все эти “сложности перевода”, мы рискнули провести эксперимент, друзья!
– Подселили к нему нашего разведчика, Моисеич? Вот это дело!
– Нет, Егор, мы установили подслушивающее устройство рядом с его кроватью, вмонтировав гаджет, простите, – микрофон, прямо в прикроватную тумбочку. Вся затея заключалась в том, что ночью, после приёма определённых медицинских препаратов, пациент сможет говорить с собой во сне или, хотя бы…
– … комментировать собственные сны, Лев Моисеевич? То, что возникало перед его внутренним мысленным взором в тот момент? Такова была цель этого эксперимента, как я понимаю? – с задумчивой важностью произнёс Профессор Сергеич.
– Именно так оно и есть, Александр Сергеевич! – оживился доктор Липкин и, держа в руке испещрённые текстом страницы, добавил. – Эксперимент длился трое суток. И вот, посмотрите, что в итоге из этого всего получилось!
– А чё тут смотреть-то, доктор? Тут надо всё тщательно изучить и обсудить, так сказать, с коллективом палаты! Сергеич, а ты как мыслишь?
– Наверное, Егор Алексеевич прав, и нам действительно необходимо время, чтобы разобраться с этими записями, доктор. Скажите, я отсюда плохо вижу, – записи выполнены на русском языке или…
– Ой, не чуди, Сергеич, в натуре! На японском и суахили они написаны, едр…матрён!? Конечно на русском, в переводе Её Величества Старшей медсестры Марии! Верно, Лев Моисеич?
– Так, но…не совсем, Егор Алексеевич! В тексте, разумеется, содержится перевод на русский язык ряда самых популярных терминов, которые произносил больной, но, в остальном, – это весьма сбивчивая запись с голоса. И тут, само собой, предстоит большая работа по расшифровке…с английского.
– Ну, удружили, медицина! Сергеич, мы что теперь, – в палате всем кагалом будем английский изучать, или как?!
Профессору совсем не импонировала такая запальчивая манера речи своего друга и коллеги Егора Алексеевича. Он решил закончить обсуждение данного вопроса, и попросил Льва Моисеевича сделать копии записей для себя и товарищей по излечению.
– Лев Моисеевич, нам потребуется неделя сроку или чуть больше. И вот ещё…
– Да, всё, что в моих силах, любезный Александр Сергеевич!
– Я прошу Вашего разрешения на то, чтобы к работе был привлечён…
– Кто? Ванюша?
– В первую очередь наш друг, Журналист Георгий. Ну, и Ваня…конечно же, тоже…
– Считаю вопрос решённым, но прошу всех вас отнестись с большой осторожностью к тому, чтобы записи не попали ни в чьи посторонние руки. Это дело – архисекретное, дорогой Александр Сергеевич.
– Будь спок, Моисеич! Сделаем всё в лучшем виде! – лихо заверил доктора Липкина “контрразведчик” Егорша, уже готовый к тому, чтобы мгновенно окунуться в опасный омут шпионских страстей.
– Мы всё понимаем, Лев Моисеевич, и я, со своей стороны, обещаю, что серьёзно переговорю с нашим творческим, так сказать, коллективом. Не беспокойтесь доктор.
Егор и Профессор поднялись с кожаного громоздкого старинного дивана и направились к выходу из кабинета. Профессор, при этом, так отсидел свою больную ногу на этом низком раритетном шедевре мебельного производства фабрики Гамсуна, что даже захромал.
В голове Сергеича уже начал вызревать грандиозный план дальнейших действий “А.М. Лиги” в стенах столичной психбольницы…
Необычное литературоведение
“Уинстон вскочил на ноги и встал по стойке «смирно» перед монитором, на экране которого уже появилось изображение моложавой, сухопарой, сильной женщины в спортивном костюме и гимнастических тапочках.
– Согнуть руки и потянуться! – прокричала она. – Следите за мной! Раз, два, три, четыре! Раз, два, три, четыре! Старайтесь, товарищи! Поактивней! Раз, два, три, четыре! Раз, два, три, четыре!..”
(Роман-антиутопия)*Рабочая группа по расследованию необычного случая с пациентом “В” в полном составе, включая Журналиста Георгия, принялась за реализацию, поставленной доктором Липкиным задачи, не теряя ни минуты драгоценного больничного времени.
С этой целью, Егор Алексеевич и Ваньша, попеременно сменяя друг друга, дежурили у стены соседней палаты 101, где содержался “английский шпион”. В качестве подслушивающего устройства “правдорезом” Егором Алексеевичем было предложено использовать гранёный стакан. Ваня-поэт настаивал на алюминиевой кружке или миске. Дежурство не прекращалось ни на миг, денно и нощно! На вторую ночь Егорша растормошил спящего богатырским сном Поэта.
– Вано! Давай, вставай по-шустрому! Клиент проснулся и чего-то там бурдосит! Держи микрофон! – прокричал-прошептал Егор Алексеевич и сунул в руки ещё не совсем проснувшегося Вани алюминиевую миску.
Ваня Бессонов неловко ухватил больничную посуду особой отчётности и прильнул ухом к миске, не забыв развернуть её полую внутренность к стене.
– Ну, сказывай скорее, чего он там бубнит?
Ваньша цыкнул на приятеля, и Егор Алексеевич, боясь потревожить спящего Профессора, замолчал. Даже без алюминиевого микрофона он слышал, как за стеной звучали незнакомые ему иностранные фразы.
– Алексеич! Дай мне карандаш и блокнот Профессора! Ну же, быстро! – не отрывая уха от гаджета, громким шёпотом приказал Поэт.
Затем он, подтянув одно колено к груди и разместив на нём увесистый блокнот, стал делать короткие записи. Голос за стеной понемногу затих, послышалось лязганье стальных кроватных пружин и…всё смолкло.
– Ну, что, Ванюша, клюёт? Давай, показывай, чего ты там подсёк, какую-такую рыбину! – потирая руки от предвкушения новостей, тишайше спросил коллега по палате.
– Егор, не торопи! Давай дождёмся утра. Когда Журналист обещал нас навестить?
Егор Алексеевич почесал свой затылок, сделал в уме все необходимые подсчёты и гордо ответствовал: “Дак, это…завтра и явится, Вано!”
– Решено! Будем ждать Георгия. А теперь – спать!
Егорша недовольно посмотрел на Ванюшу и пробурчал, что-то вроде, – “раскомандовался тут!” Но перечить не стал, и палата вновь погрузилась в ночную тишину. Егор Алексеевич аккуратно подцепил рукой самодельный микрофон, приладил его к крашеной белой стене палаты и вновь заступил на ночную вахту…
* * *После утреннего обхода вся троица отважных разведчиков с нетерпением ожидала прихода Журналиста. Профессор и Ваня выглядели выспавшимися и бодрыми, а Егорша потирал руками глаза и часто зевал.
Наконец появился и Георгий-журналист. Он быстро поздоровался со всеми, и начал выкладывать на стол какие то записи. Затем он расположил листки с текстом справа, а слева разместил те бумаги, которые ему доверил изучать Александр Сергеевич, – первичные записи, сделанные рукой старшей медсестры Марии.
– Ну, коллеги, кажется, что-то начинает проясняться, её богу! – вытирая пот со лба, сказал Георгий.
– А ты крестись, коли тебе кажется! – попробовал шутить Егорша.
Но все посмотрели на него с нескрываемым творческим гневом. Егор Алексеевич умолк и приготовился слушать Журналиста.
– Итак, – начал своё выступление Георгий, – мы с вами имеем очень непростой кейс, то есть, я хотел сказать, случай. Пару дней назад я подключил к расследованию своего хорошего знакомого – программиста!
– Какое же Вы имели право, голубчик, посвящать, кого бы то ни было, в это дело?! Ведь мы поклялись Льву Моисеевичу, что ни при каких обстоятельствах…
Но Журналист, не обращая внимания на слова Профессора продолжил.
– Так вот…для начала, мы внимательно отнеслись к тем фразам, которые перевела ваша старшая, – замглавного…Мария. Многое выглядело странным и даже непонятным!
– А ты психов-то, – попробуй, разбери, опер ты наш! – подал голос Егорша.
– И у психов, и у всех остальных всегда есть определённая логика, а вот понять, что эта логика искажена – это и есть главная задача психиатрии, дорогой коллега! – верно заметил Александр Сергеевич и приготовился слушать докладчика далее.
– Ну, вы будете слушать или нет? – возмутился Георгий. – Так вот, друзья, мы проделали огромную работу. Мы постарались перевести фразы, написанные по-русски, – на язык оригинала! Дальше – больше! То же самое мы проделали с тем текстом, который Мария не смогла перевести, а лишь записала латиницей. Вы хорошо понимаете, о чём я говорю?! Вы осознаёте, какую необычную и трудоёмкую работу мы выполнили?!
– Да, не ори ты так, Эйнштейн! Коли вдарило тебя здоровущим яблоком промеж ушей, – так сиди и жуй! Поняли мы всё! Молодец, – так держать, допустим! – при этих словах Егорши никто не рассмеялся. Ваня весь поднапрягся, поджался на стуле и глядел на Георгия, как на какого-то гуру…
– Итак, все верно! Неправильно или ошибочно записанные английские фразы мы постарались восстановить по словарю Бронкса и даже… Мюллера. Расположили их в верном порядке, добавили перевод с русского и…
– …“сами охренели”! Так что ли?
– А ведь мы действительно, как ты верно заметил, Егорша, – “охренели”, но только чуточку позже…
– …когда вторые “сто семьдесят” скушали! – засмеялся довольный “критик”. Однако после этого извинился и сказал. – Жоржик, да не смотри ты на меня так! “Три”, как говорится, к носу! Это ведь я всё от нерьвов от проклятых! Сам, брат, волнуюсь так, что нет ни сил, ни терпения…
– Извинения приняты! Короче, далее ситуация развивалась в следующем ключе… Нам удалось за короткий срок создать свою специальную программу и пропустить все отредактированные тексты через компьютер. В итоге…
– Так, что в итоге, чёрт возьми?! Не томите, голубчик Журналист! – это уже не выдержал сам руководитель научной группы, Александр Сергеевич. Он ухватил огромными сухими руками старенькие очки с поломанными дужками, нацепил их на нос и внимательно посмотрел на докладчика своим очень “плюсовым” зрением.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.