Алёна, дар забытой крови

Прислушиваясь к разговорам мужчин, сделала вывод: они никакого отношения к звонившей мне женщине не имеют. И мои домыслы, и высказывание о ней их напугали не меньше, чем меня моё бесправное состояние.

Голова начала раскалывалась не только от мыслей, но и от обилия информации, стресса. Кровь пульсировала в висках. Я готова была рухнуть в обморок, но Тошенька, мой любимый пёс, снова меня успокоил, облизав запястья. При этом, мне показалось, что по рукам пробежались искорки. Я даже глаза закрыла на несколько секунд, а когда их распахнула, видение пропало. Мысленно поблагодарила питомца, отбросив панические мысли.

Я вновь могла рассуждать и анализировать. «Помни, Алёнушка, безвыходных ситуаций не бывает», – будто наяву зазвучали в моей голове слова папы. Внутренне собравшись, решила: вначале нужно сбросить оковы подчинения.

И тут же приступила к задуманному. Стала изо всех сил пытаться заставить тело слушаться. Конечно, я не забывала прислушиваться к разговорам нелюдей, вдруг скажут что-то важное, что мне поможет.

Усилия не прошли даром. Постепенно я смогла пошевелить пальцами рук, а затем и кистью. Складывалось ощущение, будто я скидываю с себя ледяную корку, откалывая её по кусочку. Конечно, всё это я старалась делать не заметно.

Когда речь пошла о той, которая мне звонила, я даже перестала шевелиться и прислушалась.

– Ты уверен, что Вивьен не появится там раньше нас? – спросил Рил.

То, что звонившую мне женщину звали Вив или Вивьен, я поняла из их прежних разговоров, так же, как, собственно, и их имена. Того, у которого была тату, звали Рил, второго – Алай. Услышав первый раз, как они называли друг друга, мысленно бросила ещё один камешек в пользу того, что они «иные»

– Она бы не успела. Здесь порталы не действуют, – ответил ему Алай.

– Эта тварь и без порталов везде успевает, – усмехнулся татуированный. – Ты лучше поднажми, на расцвете мы должны быть на месте.

– Не переживай, раньше будем. После того, как она…, – тут он кивнул головой в мою сторону, – … откроет его. Мы уйдём и её заберём, чтобы ведьма не смогла пройти следом.

– А она нам зачем? Ты забыл, что ей все мозги выжег?

Мой похититель, хмыкнув, с пакостной улыбкой выдал:

– Девка она смазливая, продадим. В доме утех мозги не нужны, главное – ноги раздвигать, – и они оба в голос захохотали.

Просмеявшись, Рил повернулся, окинул меня заинтересованным взглядом. От такого пристального внимания у меня внутри всё похолодело. Я боялась, что он увидит, как подрагивают мои руки. Или меня выдаст взгляд. От страха я замерла, даже дышать перестала. Когда он отвернулся, обращаясь к напарнику, я постаралась незаметно выдохнуть.

– Алай, а то, что она такая… – тут он покрутил неопределенно пальцами в воздухе около головы, – не повлияет на открытие портала?

Водитель посмотрел на меня через зеркало заднего вида. Я вновь замерла, состроив придурковатое выражение на лице. По-видимому, перестаралась, так как во взгляде мужчины читалась растерянность.

Алай задумчиво рассматривал меня, а потом неуверенно выдал:

– Надеюсь, нет.

– Ал, ты придурок!!! – заорал сидевший рядом татуированный. – Если она не откроет… нам не жить! Вив за этот кулон башку оторвет!

– Рил, успокойся, всё будет хорошо. Портал откроется, и мы уйдем. Ты же понимаешь: если мы не принесем ЕМУ, – тут он поднял палец вверх, – этот чёртов кулон, нас и так убьют. И вообще, у меня не было времени на её уговоры. Действовать надо было быстро. Я же тебе говорил, Вив уже в курсе, что нашёлся ключ, и связывалась с девчонкой. Эта дура… – тут он вновь качнул головой в мою сторону – сама себя выдала этим объявлением.

– Это да. Удачно девчонка его дала. Начни она продавать переход чуть позже, и всё было бы бессмысленно. Энергии для открытия не хватило бы, – успокоил его друг.

Дальше они стали обсуждать, сколько выручат за мою продажу, куда потратят эти деньги. Чем больше я их слушала, тем страшнее мне становилось. Эмоции опять завладели мной. Сейчас я была готова выпрыгнуть даже на ходу, хоть и понимала: тело меня слушается лишь наполовину. Да и это было неважно – такой поступок на скорости около 150 км/ч – 100% смерть. Не скрою: меня пугала роль постельной игрушки в борделе. Внутренняя дрожь нарастала с каждой секундой.

Тошка, почувствовав происходящее со мной, заскулил и, дотянувшись до лица, начал его облизывать. Я не любила, когда он так делал. Инстинктивно постаралась отодвинуть пёселя, но тут же, опомнившись, замерла. Как оказалось, вовремя. Алай, оглянулся и прикрикнул на него, пообещав выкинуть из машины, если не перестанет. Мой умный Тошечка тут же замолчал и притих. Да и я немного успокоилась. Конечно, не поняла, из-за чего: то ли от переживания за любимца, то ли от его облизушек, это было сейчас неважно, главное – результат.

Мысли, хоть и с пробуксовкой, вновь заработали. Окинув взглядом заднее сидение авто, заметила мужскую сумку-планшет, и меня осенило. Вот то, что мне нужно. Идеальный план побега тут же сложился в моей голове. У сумки длинный широкий ремень. Им, можно придушить водителя, конечно, не до смерти, а так, чтобы потерял сознание, и сбежать. От радости или ещё от чего в груди стал разрастаться пожар, от которого по всему телу прошла такая горячая волна, что остатки оков пали. Мне даже показалось что я услышала звон бьющегося стекла. В испуге глаза округлились, и я замерла, ожидая, что вот сейчас нелюди оглянутся на звук, всё поймут, и мой план провалится, но обошлось.

Притянув сумку подумала: «Вот было бы хорошо, если бы в ней оказались деньги». Мне было стыдно воровать, но иного выхода я не видела, после того как я сбегу, мне как-то нужно вернуться в город. В бескорыстность я не верила, тем более ночью, зимой на трассе. «Я не заставляла их силой увозить меня. Ещё и какие-то там «чары подчинения» наводить. Значит, с них компенсация на обратный путь», – продолжала я рассуждать, успокаивая свою совесть.

Быстрым движением отстегнула ремень, а сумку спрятала под куртку. Бугаи так увлеклись делёжкой «шкуры неубитого медведя», точнее, денег, вырученных с моей продажи, что ничего не замечали. Мимолётно взгляда на себя в зеркало заднего вида хватило, чтобы забеспокоиться. Мои глаза сияли, взгляд был осмысленным, сосредоточенным. Изменить этого я была не в силах. Немного поразмыслив, опустила веки в надежде, что так похитители решат, будто я заснула. Из-под полуопущенных ресниц продолжила наблюдать за происходящим. Мне нужно было подгадать момент, чтобы накинуть ремешок сумки на горло водителя, а после выскочить из машины и прятаться в лесу до расцвета.

В мой план вновь вмешался Тошка. Когда я уже была готова накинуть петлю на Алая, пёс громко залаял. В испуге выронила удавку себе под ноги. Похититель и татуированный вздрогнули. Машина вильнула на полном ходу и чуть не вылетела с дороги.

– Заткнись, гаденыш, выкину!!! – проревел Ал, с трудом удержав автомобиль.

Собакин тут же замолчал, забившись мне подмышку.

Я дрожала не от крика похитителя и не от беспокойства за питомца, а от осознания, чего только что избежала. Мы могли разбиться так же, как мама с Антоном. Если бы не Тошечка, я с этой петлёй не просто бы выдала себя, ещё и убила бы. Да и вряд ли у меня получилось бы придушить такого бугая. Да и второй не бездействовал бы. На что я вообще надеялась?

Руки мелко задрожали. И я, незаметно для похитителей погладив питомца и мысленно благодарив его, спрятала руки в рукавах куртки. Одновременно с этим запнула ремешок сумки под водительское сидение.

Какое-то время у меня не было ни одной мысли. Но когда мы начали подъезжать к съезду в деревню, я придумала новый план побега, решив выпрыгнуть из машины при повороте на гравийку. Скорость у авто в этот момент будет низкая. Да и тот участок леса я знала очень хорошо. Часто бегала напрямки от трассы к дому бабули. По прямой, через лес, не больше двух километров. А вот по дороге в объезд – около тридцати. А раз так, пока они едут, я успею добежать до деревни и обратиться за помощью. Успокоившись, села ждать нужный момент.

К повороту подъезжали, когда занимался рассвет. Второй вариант побега провалился с треском. Всё из-за того, что по обе стороны от наезженной колеи были высоченные сугробы. В этом году зима была снежная. Бегать, проваливаясь по колено или даже по пояс в снегу, не получится – тут же поймают.

Теперь я выстраивала новый план. Точнее размышляла, как спрятаться в доме. «Можно выскочить из машины, когда мы подъедим, – рассуждала я про себя. – Забежать в дом и закрыться. Но и здесь были две несостыковки. Первое: я не смогу очень быстро открыть дверь дома. Второе: такие амбалы, как они, на раз вынесут её, даже если с первым я справлюсь». Опять начала накатывать паника. Все планы спасения, выстраиваемые мной, рушились.

Пока мы ехали снег, идти перестал. Теперь он сверкал и переливался в лучах восходящего солнца. Пейзаж за окном был волшебным. Деревья, укрытые белыми пушистыми шапками, склонили ветви под тяжестью снега. Кусты, прикрытые снежным покрывалом, напоминали большие, белоснежные искрящиеся шары. Кругом царило такое безмолвие, что невольно казалось: мы заехали в сказку «Царства снежной королевы», – подумала я, увлекшись созерцанием прекрасной картины и получив, порцию подбадривающего облизывания от Тошки, успокоилась.

Мысли плавно перешли к порталу в другой мир или планету, о котором говорили похитители. Все это было из области фантастики или фэнтези. Я была уверена: в доме такого нет. Мы часто там бывали, пока была жива бабушка и папа, и ничего подобного я не видела. В детстве я весь дом облазила от подпола до чердака. Знала каждый закуток. И никогда не видела, никакого портала. Значит, эти уроды ошиблись. А может они вообще потенциальные пациенты психиатрической лечебницы.

«Вот зайдут в дом, убедятся, что никаких порталов нет, расслабятся, не ожидая нападения. В этот момент я возьму какую-нибудь дубину или полено – в доме такое наверняка есть – и оглушу их. Потом побегу к соседям, и они мне помогут», – рассуждала я, зачарованная видами за окном. Обрадовавшись столь замечательной идее, окончательно расслабилась. Закрыв глаза, провалилась в короткий сон.

Мне снилась бабушка Клава. Я, малышка, сидела у неё на коленках. «Она гладила меня по голове и рассказывала сказку: «В последний день уходящего года», – говорила она, – «хозяйка нашего дома, обладающая даром, может открыть волшебную дверь из этого мира, в мир полный магии и волшебства…»

– Бабуля, а ты можешь её открыть? – спрашивала я с восхищением и любопытством, глядя на неё.

– Могу. И ты сможешь, когда вырастешь.

– А мама?

– Она нет.

– Почему? – удивилась я по-детски наивно. – Она, что не волшебница?

– Не волшебница, – рассмеялась бабуля и вновь погладила меня по голове.

– А как её открыть? – спросила у бабушки в предвкушении чуда.

Ответа не услышала. Машину подбросило на кочки, и я проснулась.

«Какой странный сон», – подумала, мысленно улыбнувшись, вспомнив бабушку и её и сказки. Погрузившись в воспоминания, не заметила, как мы подъехали к воротам дома. Он стоял вдалеке от деревни, у самой окраины леса.

– Выходи, – услышала я приказ, когда машина остановилась и Алай распахнул дверь автомобиля.

Сопротивляться не стала. Опустив глаза, притворилась покорной. Вышла из машины и не успев сделать и пары шагов, уткнувшись в спину замершего мужчины. Украдкой взглянула из-за него. В моём доме светились окна, а из трубы шёл дым. Дом… был… обитаем…

Неужели кто-то самовольно заселился в него – подумала и даже обрадовалась. – Теперь мне помогут избавиться от этих нелюдей. Рил тоже увидел, что в доме кто-то есть и выругался:

– Какого черта! Кто в доме?! – заорал он, поворачиваясь ко мне.

Но я и сама была удивлена не меньше его. Даже забыла опустить глаза смотря на всё растерянно. В голову начали закрадываться разные мысли, одна страшней другой, вытесняя первую радость.

А вдруг захватчики бандиты похлещи этих. Тогда меня точно убьют не эти, так те. Мужчины по-своему расценили мой взгляд:

– Кого ты спрашиваешь, она всё равно ничего не понимает. Сами разберемся, – хмыкнул Алай и подтолкнув меня к воротам, приказав: – Открывай!

Только тут я осознала, они даже не поняли, что я полностью избавилась от гипнотического воздействия. «Неужели растерянность и страх помогли сделать мне именно тот взгляд, какой был до этого?»

Мысленно молясь всем богам, повернула дверное кольцо и потянула калитку на себя. Она открылась. Окинув взглядом двор, отметила, что собаки нет, и без страха шагнула внутрь. Беспрепятственно пройдя, направилась к дому.

– Стоять! – услышала приказ за спиной и оглянулась.

Мои похитители, шагнув следом за мной, завязли в какой-то прозрачной субстанции, как мухи в варенье. И чем больше они дёргались, тем плотнее становился кокон вокруг них. Я в изумлении открыла рот.

– Прикажи защите пропустить нас!!! – зашипел Алай.

Как только он заговорил, сдерживающая их субстанция помутнела, будто кто грязной воды туда плеснул. Я в страхе попятилась и тут услышала незнакомый мужской голос:

– Не стоит, хозяюшка, этого делать, – предостерёг он меня.

От неожиданности я подпрыгнула на месте. Оглянувшись, увидела на крыльце невысокого коренастого мужичка с окладистой бородой.

Не успела ответить, как из-за его спины вышла пышнотелая низенькая женщина, бальзаковского возраста. Увидев меня, она всплеснула руками:

– Ох, молодая хозяюшка приехала, – переведя взгляд на Тошку улыбнулась. – И фамильяра привезла. Ой, какой же он миленький.

Я недоуменно посмотрела на пёселя, которого по-прежнему держала подмышкой, затем перевела растерянный взгляд на женщину.

Подбежав, она подхватила мне под локоток и повила в дом, беспрестанно тараторя:

– Алёнушка, ты не переживай, Аксиний сам разберется с оборотнями, а я тебя пока чаем с пирожками напою. Они у меня вкусные, с разными начинками: земляничные, черничные есть и вишнёвые. Сама ягоды собирала, варенье варила. А чай у меня… с лесными травами, душистыми, м-м-м… Фамильяру мяска наложу… Ой, заждались мы тебя, а ты всё не едешь и не едешь… Уже скоро пора и дверь открыть… а тебя всё нет.

Она тараторила и тараторила, а я ошарашенная её болтовнёй, не сопротивляясь, шла в дом. Отчего-то в этот момент мне показалось всё происходящее правильным. Ещё, очень захотелось сообщить мужчине о планах похитителей.

Проходя мимо Аксиния шепнула:

– Вы с ними аккуратнее. Они какой-то кулон украли и хотят уйти в другой мир.

Теперь я уже не сомневалась, что в доме есть дверь в сказочный, полный волшебства мир, как рассказывала бабушка. Да и какие сомнения… Здесь и сейчас творилась магия. Ну, а как назвать ту субстанцию, в которой завязли эти двое?

– Разберёмся, хозяюшка. Ступай в дом, – ответил мне мужичок.

3 глава Портал

В доме было чисто, уютно, тепло и пахло пирожками. Переступив порог, я опустила пса на пол. Не успела закрыть дверь, как он выскочил на улицу.

– Тоша, ты куда?! – крикнула в след и уже хотела броситься за ним, но женщина меня остановила.

– По нужде он побежал. Вернётся.

«А ведь и правда, – подумала я. – Мне же не дали его выгулять. Бедненький, как долго он терпел», – мысленно, пожала его.

Когда стала снимать куртку, на пол упала мужская сумка, прихваченная мной из машины похитителей. Я бросила быстрый взгляд на женщину. Увидев, что она на меня не смотрит, подхватила вещицу с пола. Воровато затолкала её в рукав куртки и выдохнула. В этот момент я почувствовала себя настоящей воровкой. «Наверняка даже покраснела, – подумала я, – так как щёки запекло».

Пока я раздевалась, мыла руки, вернулся пёс. Матрёна – так назвалась женщина – усадила меня за стол. Налив ароматного чая, она поставила передо мной несколько мисок с пирогами.

– Эти с грибами, эти с картошкой, эти рыбные, а эти сладкие: с земляникой, черникой и вишней. Ты маленькая, вишнёвые очень уж любила, – с умилением в голосе добавила она.

Стесняться не стала. Я и правда проголодалась. Последний раз ела утром, потом было некогда, а на корпоративе в рот ничего не лезло.

– Ешь, хозяюшка, совсем в своем городе отощала, – приговаривала женщина, подкладывая мне пирожки, заметив с какой жадностью я на них накинулась.

Пирожки были очень вкусные. Как детстве, – подумала я и поймала себя на том, что глупо улыбаюсь. Если это сон, то пусть он не заканчивается. Ведь не может быть на самом деле такое, что дом, в котором никто ни жил, оказался обитаемым, да ещё и столь колоритной парочкой. Они меня помнят, знают мои предпочтения в еде, а я никак не могу их вспомнить. Но пусть так и будет. Рядом с ними мне хорошо, спокойно. Я даже подумала о том, что мне хочется остаться здесь.

Украдкой ущипнула себя за руку, захотелось убедиться в реальности происходящего. Почувствовав боль, я с облегчением выдохнула.

Тут же в памяти всплыло последнее посещение дома. Мы с мамой приехали за какой-то шкатулкой. Она якобы забыла её, и та ей срочно понадобилась. Обыскав весь дом, она так ничего и не нашла. Уже тогда в глаза мне бросилась одна странность: дом не казался заброшенным. На улице стояла поздняя осень, а в доме было тепло и чисто, прям как сейчас. Нигде не было ни пылинки, ни соринки. Складывалось впечатление, что хозяйка только что вышла. А ведь бабушка на тот момент уже была мертва почти семь лет. Да и мы с мамой не появлялись в доме несколько месяцев. Наверняка они уже тогда в нём жили, только мы с ними разминулись.

Для себя решив, что отец накануне своей смерти сдал его им, даже порадовалась этому. Наверное, они были какие-нибудь бабушкиными знакомыми, раз помнят меня маленькой. Тут же вспомнила, что ещё бабуля рассказывала: этот дом имеет какую-то особую историей. Чужаки не могут самовольно занять его. Случившееся с Алаем и Рилом подтверждали это.

Вспомнив похитителей, поморщилась.