Не покидай меня

Глава 1

– Если ты встретишь там достойного мужчину, не теряйся, – суетилась Наоми, лучшая подруга Сары, – тебе выпал фантастический шанс вырваться из нашей тоскливой жизни. Возьми от своего путешествия все, что можно, и даже больше. – Зная, что Сара разделяет ее мысли, Наоми продолжала:

– Пару лет назад там, куда ты летишь, было много настоящих мужчин. Они, знаешь ли, не любят цивилизации и предпочитают экзотическую жизнь – океаны, джунгли, горы. Они как редкие монеты. Если хочешь сблизиться с ними, нужно быть покорной, а нам кротость дается с трудом. Верно? – Наоми усмехнулась.

Сорок восемь часов спустя, когда аэробус несся над пустынями и горами, Сара думала о сказанном Наоми; в самом деле, большинство людей живут в более чем скромном достатке и от этого чувствуют себя несчастными. А порой, напротив, жизнь складывается более чем благополучно, но бремя обязанностей мешает осуществить свои заветные мечты.

Жизнь Наоми и Сары протекала где-то между двумя этими крайностями. Не в состоянии что-либо изменить, они брали от нее все, что удавалось. Но вот Саре представилась возможность окунуться в иную действительность.

И теперь, свободная, она летела в незнакомые края, которые с каждой минутой манили ее все сильнее.

Целых две недели она будет предоставлена себе, свободна от всех своих обязанностей… свободна, чтобы быть самой собой.

Женщина, сидевшая рядом с ней в самолете, спала. Из их разговора за ужином Сара узнала, что ее соседка – стюардесса и полеты в разные концы света для нее дело обычное. Сара же нигде раньше не бывала и сейчас была настолько возбуждена, что ни на секунду не могла сомкнуть глаз.

Вскоре после завтрака они приземлились в Дакаре, о котором Сара раньше и не слыхивала. Стюардесса работала на Арабской авиалинии и жила в Дакаре. Она с нетерпением ждала момента, когда сможет наконец расслабиться у себя в доме и принять холодный душ. Саре же предстояло еще пять часов полета, и ближайшие полтора часа в зале ожидания не сулили ей ничего приятного.

Попрощавшись с экипажем самолета и поблагодарив его, Сара вышла на жаркое солнце.

Еще вчера, в Англии, было сыро и холодно, чувствовалось приближение зимы. Здесь же, в нефтяной столице Персидского залива, даже в этот ранний утренний час было так тепло, как в разгар европейского лета.

Весь ее багаж состоял из маленького рюкзачка. Дождавшись, пока он выедет из таможенного рентгена, Сара закинула его за плечо и пошла искать туалетную комнату. Ей хотелось простоять под душем целую вечность, но это было невозможно: у душевых толпились люди. Она взглянула на свое отражение в зеркале. Поменяв цвет волос и прическу, надев вещи, которые посоветовала и дала ей Наоми, Сара еще не привыкла к своему новому облику, так же, впрочем, как и к туристическим ботинкам.

Она не снимала их целый месяц, но они по-прежнему казались тяжелыми и неудобными. И вообще, что могло быть нелепей такого сочетания: туристические ботинки на толстой подошве и подвернутые до лодыжек яркие брюки в клеточку?

Впрочем, Наоми заверила Сару, что там, куда она летит, такая экипировка вполне привычна и никого не удивит.

Поверх брюк на Саре была длинная хлопковая рубашка. Под ней – футболка, принадлежащая Наоми, с изображением и названием горного хребта, на который та поднималась со своим другом после окончания школы.

Сара сняла рубашку и футболку и осталась в одном спортивном бюстгальтере, надеясь, что если даже какая-нибудь арабская женщина войдет в душевую, то не оскорбится при виде ее.

Прохладный душ немного взбодрил ее, и через пятнадцать минут, одетая в светло-голубую майку и чувствуя себя на удивление бодрой, несмотря на бессонную ночь, она вернулась в зал. Несколько важно выглядевших арабов в традиционных белоснежных одеяниях прогуливались неподалеку, но большинство людей были одеты по западной моде – кто в деловых костюмах, а кто в потертых джинсах.

Сара проверила на табло свой рейс и осмотрелась в поисках свободного места. Не успела она сесть, как на нее устремилось множество любопытных мужских взглядов. Только один человек не поднял на нее глаз. Мужчина, сидевший напротив, был погружен в чтение книги.

Со свойственным людям любопытством Сара пыталась разглядеть название книги. Ей понравился этот мужчина тем, что он единственный не таращил на нее глаза.

В его пользу говорило не только это обстоятельство. Он был высок и широкоплеч, одет в рубашку цвета хаки и того же цвета брюки с множеством карманов. С собой у него был лишь пластиковый пакет из аэропорта Хитроу, – наверное, основной багаж он получит, прибыв на место, подумала она.

По его развитой мускулатуре Сара решила, что он, скорее всего, альпинист и направляется покорять Гималаи. В Непал обычно приезжали из других стран альпинисты или туристы. У мужчины были темные волосы, щеки и подбородок гладко выбриты. Все в нем выглядело элегантно, от начищенных до блеска ботинок до кончиков ногтей на сильной загорелой руке, сжимавшей книгу.

В этот момент он оторвался от книги и поймал изучающий взгляд Сары.

Та инстинктивно попыталась отвести взгляд, но не смогла. Какая-то странная сила в его серых глазах не дала ей этого сделать. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Затем легкая улыбка коснулась его губ.

«Если ты встретишь там симпатичного парня…» – голос Наоми эхом отозвался в ее голове.

А почему бы и нет, подумала она и подарила ему свою самую дружелюбную улыбку, а затем оделила ею всех, кто сидел рядом с ним.

Люди ответили ей встречными улыбками или кивками и как-то сразу разговорились. Все, за исключением мужчины с книгой. Он продолжал читать.

Когда объявили рейс на Катманду, Нил Кеннеди спокойно перевернул страницу. Долгая практика путешествий научила его не спешить к секциям таможенного контроля, поскольку первые два-три автобуса, шедшие к самолету, обычно бывали переполнены, а последний оставался наполовину пустым. В нем он смог бы познакомиться с привлекательной женщиной, сидевшей напротив.

Но когда он закрыл книгу и поднял глаза, то был удивлен, обнаружив, что она уже ушла. Ее одежда, манера держаться, а главное, туристические ботинки – все говорило о том, что это не первое ее путешествие. Нил заметил эту женщину еще в Лондоне. Она стояла впереди него на таможенном досмотре. Он проводил ее взглядом и отметил про себя, что со спины она выглядит довольно соблазнительно. Стройная, но не худая, все формы пропорциональны, прекрасная осанка. Интересно бы увидеть ее лицо…

Он совершенно забыл о привлекательной незнакомке, пока не поднял глаза и не поймал на себе ее заинтересованный взгляд. Женщину в клетчатых брюках нельзя было назвать красивой. Но у нее умные карие глаза и неотразимая, теплая улыбка. Он вспомнил, как отец говорил, что нужно искать именно умных, благородных девушек.

Ему тогда было шестнадцать, и он пропускал советы мимо ушей. Что родители понимают в жизни подростков?

К двадцати годам он понял, что его родители здравомыслящие и мудрые люди. Они очень любили друг друга, и их брак длился долго. Но между поколением родителей и поколением Нила, его братьев и сестер произошел разрыв. Жизненные ценности изменились. Многие, включая и его самого, полагали, что институт брака вырождается. Неудачная женитьба его брата Криса казалась более типичной, нежели брак родителей. На опыте брата Нил решил, что он выберет для себя другую дорогу.

У него было пять племянников и племянниц и много крестников. Зачем ему свои дети, да, собственно, и жена?

Все необходимое он делал сам, и притом гораздо лучше, чем многие нынешние неумехи домохозяйки. Воспитывая своих сыновей, его мать с детства внушала им, как и дочерям, что каждый человек должен сам уметь постирать свои вещи и приготовить несколько простых блюд.

Единственное место, где Нилу нужна была женщина, – это постель. Уже в двадцать лет он никогда не оставался один и, хотя рано понял, что отношения, предполагающие душевное взаимопонимание и физическую гармонию, предпочтительнее, чем случайные связи на одну ночь, все же в удовольствиях себе не отказывал – ведь в жизни нужно любить только себя; Если, когда он прибудет в Катманду, эта симпатичная женщина даст понять, что она доступна, неужели он, полноценный мужчина, предпочтет провести ночь один?

Сара попросила место около иллюминатора в хвостовой части самолета. Наоми сказала, что так она сможет увидеть панораму Гималаев при приближении к Катманду.

Подойдя к своему ряду, она обнаружила, что невысокая пухлая женщина в национальной непальской одежде заняла ее место. Решив, что объясниться с ней будет трудно, Сара уселась на соседнее, среднее в ряду место, забросив свой рюкзак в шкафчик.

Некоторое время спустя, среди последних, в самолет вошел мужчина с книгой и направился по проходу. Опустившись в кресло рядом с Сарой, он повернулся к ней и произнес:

– Привет!

– Привет! – Неожиданно для себя Сара обрадовалась тому, что непальская женщина заняла ее место возле иллюминатора.

Ее сосед перегнулся через нее и что-то сказал женщине, сидевшей у окна. Та заулыбалась и стала ему отвечать.

– Вы говорите по-непальски? – спросила Сара.

– Да, но я не очень хорошо знаю этот язык. Могу только кое-как объясниться. – Он поудобней устроился в кресле. – Если уж нам выпало провести всю дорогу вместе, то почему бы не познакомиться? Я – Нил Кеннеди.

– Сара Андерсон.

– Путешествуете? Она кивнула.

– А вы?

Подняв брови, он уставился на эмблему, нарисованную на ее футболке. Три снежных пика, над ними – название хребта, а под ними вышито имя Наоми и дата, когда она была там.

– На этот раз меня пригласили на Эверестский марафон.

Саре не захотелось объяснять ему, что майка принадлежит не ей. Из книг о туризме она знала, что люди, преодолевающие сложные маршруты с тяжелыми рюкзаками за спиной, с пренебрежением относятся к тем туристам, которые решаются подняться на вершину только с носильщиками.

Зачем разочаровывать его в самом начале их знакомства?

– Вы бегун? Хотя они, по-моему, обычно ниже ростом и более худощавые.

– Ну, бегуны бывают разные, – ответил он. – Но я не бегун. Я собираюсь только освещать марафон. Я журналист. А вы кем работаете?

– Я занимаюсь компьютерами. – Сара решила не вдаваться в подробности. – Вы работаете по найму?

В его грустных глазах промелькнула улыбка. – Вы, очевидно, не читали «Джорнал». У меня там своя колонка, и еще я кое-что делаю на телевидении и радио.

Сара лишь просматривала, не читая, одну из скандально известных бульварных газет. А новости узнавала из службы новостей в Интернете. Но знала, что «Джорнал» – одно из самых уважаемых и независимых английских изданий, предназначенное в основном для деловых людей. Скорее всего, Нил – ас в своей профессии, хотя и не выглядит так, как, по ее представлениям, должен выглядеть настоящий журналист.

– Я обязательно посмотрю вашу статью, когда вернусь домой, – улыбнулась она ему в ответ.

Ее улыбка заставила Нила призадуматься, сколько мужчин целовали эти красивые губы и целовал ли их кто-нибудь на прощание в Хитроу вчера вечером. То, что она сейчас одна, еще ничего не объясняет. Его родители тоже иногда путешествовали поодиночке.

Он успел заметить, что на руке у нее несколько серебряных колец, но безымянный палец остался неокольцованным. Нил избегал связей с чужими женами и подружками. Вокруг более чем достаточно возможностей заводить романы, не затрагивая при этом чьего-либо достоинства.

Он знал, что его решение избегать серьезных отношений сильно огорчало родителей, которые хотели внуков. Но не намеревался терять голову и теперь был достаточно далек от той опасной черты, когда инстинкт продолжения рода берет верх.

Сидя рядом с Сарой Андерсон и представляя себе изгибы ее тела, он чувствовал, что возбуждается. От нее не пахло тяжелыми, приторными духами, которые некоторые женщины считают соблазнительными. Единственный аромат, который он мог уловить, – это запах чистых светлых волос. На самом деле она была брюнеткой – ее выдавали большие карие глаза. Кожа нежного кремового цвета, совсем незагорелая. Ему больше нравились длинные волосы, у нее же волосы были короткие, как у мальчишки, будто специально подстриженные для путешествия. В ушах блестели серебряные сережки.

Самолет побежал по взлетной полосе. Когда Сара повернулась к окну, Нил подумал: интересно, как она будет реагировать, если он нагнется и поцелует ее в шею около очаровательной маленькой родинки? Хотя, конечно же, он не собирался этого делать.

– Когда вы начнете свое путешествие?

– Не раньше среды. После такого долгого перелета отдохнуть парочку дней совсем не помешает. А когда начинается марафон?

– Через две недели, но участники обычно съезжаются заранее. Я всегда рад провести время в Катманду… даже если там многое изменилось с тех пор, когда мы с вами впервые ступили на землю Непала.

Надо же, он думает, что я тоже люблю Непал, с удовольствием подумала Сара. Как бы она хотела, чтобы так оно и было! Еще с десятилетнего возраста такие названия, как Самарканд, Джарджелинг, Катманду, звучали для нее волшебной музыкой.

Аэродром остался позади. Сара попросила джин с тоником, но оказалось, что на этом рейсе спиртное не предусмотрено.

– Тогда только тоник, пожалуйста.

Нил заказал себе то же, но попросил принести ему еще два пустых стакана. Когда стюардесса ушла, он достал свой пакет.

– Мой компьютер и моя выпивка, – объяснил он, показывая ей содержимое пакета: небольшой компьютер и полбутылки джина.

– Вы не боитесь, что ваш компьютер может сломаться, если возить его без чехла?

– Эти чехлы больше похожи на дамские сумочки. С ними любят красоваться бизнесмены. На них будто написано для воров: «Возьми меня!» Я заметил в аэропорту, что у вас с собой маленький рюкзачок, и мой вам совет: не носите в нем ничего ценного.

– Я и не ношу, – ответила Сара. Наоми дала ей маленькую сумочку, которая прикрепляется к поясу.

Нил налил в оба стакана джин и, поставив один на подлокотник ее кресла, добавил туда тоник. То же он проделал и со своим стаканом.

– Ом мани падме хум, – произнес он, подняв стакан.

Саре не требовался перевод этой фразы. Это была одна из буддистских мантр – «Драгоценный камень в сердце Лотоса». Она интересовалась буддизмом, так как верила, что смерть – это не конец, а всего лишь переход в другую форму жизни на пути к высшему совершенству.

От внимания Нила не ускользнуло выражение ее лица, когда он произнес эту фразу. Он подумал: уж не обиделась ли она на то, что он использовал мантру в качестве тоста? Или эти слова напомнили ей о том, что она не хотела вспоминать?

За ужином он попытался узнать что-нибудь о ее личной жизни, но Сара отвечала уклончиво, и Нил перевел разговор на книги.

Сара была на высоте. Она читала все книги, о которых он говорил, и даже те, о которых он и не слышал. Оказалось, что оба по несколько раз перечитывали «Потерянный горизонт» Джеймса Хилтона – о затерянном райском месте Шангри-Ла.

– Дедушка подарил мне эту книгу на мой двенадцатый день рождения, – сказал Нил. – А когда вы прочли ее впервые?

Улыбка коснулась ее губ.

– На Рождество, когда мне было пятнадцать. Я тогда тратила все свои карманные деньги в букинистическом магазине на покупку старинных книг. Мистер Кинг – старик, которому принадлежал магазин, – подарил мне ее, сказав, что я самая маленькая из его постоянных посетителей. -Улыбка на ее лице сменилась грустью. – Он умер той же зимой от бронхита, и магазин так больше и не открылся. Я очень скучала по нему.

Немного помолчав, она добавила:

– Когда мы обсуждали эту книгу, мистер Кинг уверял меня, что такое место, как Шангри-Ла, должно обязательно существовать… затерянная в горах долина, где люди живут очень долго и безмятежно. Какое-то время я действительно верила в это. Но если бы такое место существовало, его давно бы уже обнаружили.

– Мой дед говорил, что Шангри-Ла не существует, – промолвил Нил. – По крайней мере в том виде, в каком она описана в книге… но кое-где на плато Центральной Азии есть загадочные места. О них-то и думаешь как о Шангри-Ла. Каждый может найти себе такое место, но не каждый ищет.

– А сколько вашему деду?

– В будущем году будет девяносто, но до сих пор бодрый и активно пользуется Интернетом и электронной почтой, общаясь с другими стариками, которые еще не потеряли рассудок.

Сара рассмеялась.

– Молодец!

Нил заметил, что она ничего не рассказывает о своей семье. Многим достаточно лишь небольшой зацепки, чтобы выложить перед незнакомым человеком всю историю своей жизни.

Сара же ни словом не обмолвилась о своих близких. Вероятно, неспроста.

После ланча непалка повернулась к Саре и тихо произнесла:

– Пипи.

Нетрудно было догадаться, что она имела в виду. Сара обратилась к Нилу:

– Кажется, моей соседке нужно пройти в туалет. Нил поднялся и вышел в проход, Сара последовала за ним. Пока непалка отсутствовала, они стояли в проходе, радуясь возможности хоть немного размяться.

– Интересно, знает ли она еще что-нибудь по-английски? – спросила Сара. – Впрочем, мои знания непальского не многим лучше… от силы слов десять.

– Сейчас многие туристы вообще не удосуживаются хоть что-нибудь выучить, – сухо ответил Нил. – Лично я стараюсь немного поднатореть в языке, на котором говорят там, куда я направляюсь впервые.

Возвышаясь над ней в узком проходе между рядами, он казался еще выше и шире в плечах, чем при первой их встрече в аэропорту. Про себя она отметила, что такое удачное сочетание физической силы и интеллекта встречается в мужчинах крайне редко.

Вскоре после того, как они снова заняли свои места, ребенок лет трех начал бегать по проходу, а затем громко плакать и, всхлипывая, звать своего папу.

Возможно, отец ребенка спал и даже не подозревал, что его отпрыск на грани истерики. Сара уже готова была прийти на помощь, но Нил опередил ее. Подняв ребенка на руки, он пошел по проходу, шепча ему что-то на ухо.

Глядя Нилу вслед, Сара подумала, что наверняка он давно женат и у него есть дети.

Возле кабины пилота Нил вернул малыша родителям.

– Вы действовали со знанием дела, – с легкой улыбкой встретила его Сара.

– У меня племянник того же возраста. – И Нил добавил:

– Детям нельзя разлучаться с родителями, такого рода расставания для маленького ребенка – настоящий стресс. Да, журналистика и семейная жизнь явно несовместимы.

– Пожалуй, – согласилась Сара и подумала, уж не предупреждение ли это. Если так, то не слишком ли он самоуверен?

Однако Нил, несомненно, был одним из тех мужчин, о которых ей говорила Наоми. Может, неудачный опыт заставил его сделать такие выводы?

Во время чая показывали фильм. Заметив, что ее соседка-непалка прильнула к окну, загородив его собой, Сара поняла, что они приближаются к Непалу. И огорчилась, что ничего не увидит. Впрочем, кто имеет больше права смотреть на прекрасные виды гор, чем возвращающийся домой непалец?

Нил дотронулся до руки непалки и заговорил с ней, после чего женщина откинулась назад, и им открылись снежные вершины Гималаев, сверкающие на полуденном солнце.

Наконец вид далеких хребтов сменился зелеными холмами долины Катманду. Сара почувствовала, что радость встречи с членами ее туристской группы будет омрачена расставанием с новым знакомым.

Нил подозревал, что Сара не спала всю дорогу, но все же спросил:

– Сегодня вы, наверное, сильно устали, но как смотрите на то, чтобы нам встретиться завтра вечером?

– Я не против, но могут возникнуть кое-какие трудности. А если я позвоню вам завтра утром?

– Буду рад. – Он написал на листке бумаги номер и протянул его Cape. – Постарайтесь позвонить до девяти. У меня завтра очень много дел.

– Договорились.

– Хорошо. Было очень приятно с вами познакомиться.

От улыбки, появившейся при этих словах на его лице, у Сары потеплело внутри. Неужели она настолько потеряла голову, чтобы желать продолжения знакомства? Каким бы хорошим ни был совет Наоми не теряться, Сара инстинктивно чувствовала, что на этот раз наставления подруги могут сыграть с ней злую шутку.

Когда они не торопясь спускались с трапа, Сара впервые почувствовала случайное прикосновение Нила.

Пришло время расставаться, и Нил взял ее тонкие пальцы в свою ладонь.

– До завтра. – Говоря это, он уже точно решил: ничто не сможет помешать им встретиться следующим вечером.

– До свидания, Нил. – Если у нее осталось хоть немного рассудительности, она позвонит ему завтра утром и скажет, что не сможет прийти.

Ей нужен мужчина на всю жизнь, и совсем не такой, как Нил Кеннеди.

Глава 2

Сара разместилась на заднем сиденье мини-автобуса. Переключив свое внимание с гирлянды из ярких цветов, которую накинули ей на шею местные мальчишки в аэропорту, она наблюдала за гидом.

Гида звали Сенди. Сара, не имевшая привычки судить о людях с первого взгляда, почему-то почувствовала антипатию к этой мужеподобной женщине, которая стояла около шофера с микрофоном в руке.

Неужели она думает, что они хоть что-то смогут запомнить из сказанного ею, когда их всех клонит ко сну? – подумала Сара. Разумнее было бы раздать каждому по копии инструкций. Но Сенди явно очень нравился ее собственный голос и тот факт, что она здесь главная.

Присмотревшись к членам своей группы, Сара немного расстроилась. Она никак не могла отыскать хоть кого-нибудь, с кем бы ей захотелось пообщаться. Судя по тому, как все внимали рассказам Сенди, они, очевидно, были провинциалами.

Провести две недели в их компании вовсе не улыбалось. Интересно, которая из этих простушек будет моей соседкой по номеру? – подумала Сара.

Это выяснилось через полчаса, когда они подъехали к большому отелю и множество носильщиков стали разгружать их багаж.

По мере того как туристы один за другим выходили из автобуса, Сенди каждому называла номер его комнаты и имя соседа. Сару поселили с Беатрис, худой женщиной лет шестидесяти, улыбка которой больше походила на гримасу после приема горького лекарства.

Вид из окна номера немного улучшил настроение Сары. Над крышами города виднелись горы, окружавшие долину, среди которых выделялось несколько высоких пиков.

– Не могу поверить, что я наконец-то здесь, – восхищенно произнесла Сара, опершись о подоконник.

Беатрис не ответила, и Сара обернулась. Ее соседка уже начала распаковывать вещи.

– Я надеюсь, вы аккуратный человек, миссис Андерсон, – сказала старушка, подняв на мгновение глаза. – Или вы предпочитаете «мисс»? – В ее голосе слышались нотки сарказма.

С такой разве сдружишься? Сара изо всех сил попыталась быть как можно вежливее.

– Лучше просто Сара. Я оставлю вас разбирать чемоданы, а сама пойду вниз, выпью чего-нибудь. У нас ведь только один ключ на двоих, так что, когда вы закончите, пожалуйста, найдите меня. До скорого.

Была середина дня, до вечера еще далеко, и Сара решила немного посидеть в парке, который раскинулся рядом. Даже пятизвездочный отель разочаровал ее, поскольку это оказалась типичная европейская гостиница, без какого бы то ни было национального своеобразия.

Она вспомнила о записке Нила, которую вложила в блокнот, купленный накануне для того, чтобы писать очерки о своем путешествии. Еще час назад она решила, что их отношения с Нилом должны закончиться, но сейчас уже не была в этом настолько уверена. Если уж так случилось, что ни Сенди, ни Беатрис, ни остальные ее не радуют, может, ужин с Нилом будет ей в радость? На самом деле она с трудом сдерживалась, чтобы тотчас не кинуться к телефону.

На следующее утро в начале девятого, когда Беатрис завтракала, Сара позвонила Нилу.

– Доброе утро. Это Сара.

– Доброе утро. Как прошла ночь?

– Прекрасно, – солгала она. – А у вас?

– Я проснулся в четыре утра и взялся за книгу. Мне потребуется пара дней, чтобы привыкнуть к местному времени. Так мы увидимся сегодня?

– Это было бы здорово.

– Тогда я заеду за вами в полседьмого. Надеюсь, вы не будете против, если мы поужинаем в «Як и йети».

Из путеводителя Сара знала, что это один из шикарнейших отелей в Катманду.

– Но я не взяла с собой вечернего платья.

– Это не обязательно. Только местные богачи да путешественники с мировым именем любят наряжаться, альпинисты и опытные туристы – никогда. Так что все в порядке.

– Ну что ж, если вы в этом уверены, тогда до встречи. – Положив трубку, она почувствовала радостное возбуждение.

Сара сидела в холле, наблюдая, как люди входят и выходят из здания, когда в дверях появился Нил.

– Уже готова, – одобрительно сказал он. – Не люблю томиться в ожидании. Ну что, идем? Наш транспорт за воротами. Администрация отелей не любит, когда на территорию заезжают рикши. Ну, как вам в этом отеле?