Ставка – любовь

Глава 2

На мгновение Каллан почувствовал озноб: ему вдруг показалось, что не все родственники Ангуса похожи друг на друга. Девушка все испортила.

– Вы правы. Вы не знали Ангуса, и у вас нет никакого права судить его.

Он прошел мимо нее по коридору и открыл дверь, чувствуя, как шумит кровь в ушах.

– Это ваша комната.

Лори вошла внутрь, едва не коснувшись головой его груди, их разделял один маленький шаг, но это было не важно. Он старался не обращать внимания на то, насколько она привлекательна, какие формы угадываются под туникой, как она откидывает назад свои каштановые кудри. Единственно, что было важно, – ему не понравились ее слова про Ангуса, человека, которого он любил.

Но Лори Дженкинс этого было недостаточно, и она вновь скрестила руки на груди.

– Одну минуту, Каллан. У меня есть право судить его, потому что я – член его семьи.

Девушка прошла в комнату, и слова остались висеть в воздухе, осязаемые и горькие. Каллан чувствовал, как больно они ударили. Ведь он не имел с Ангусом кровного родства. Он все еще не мог смириться с мыслью, что у Ангуса было шестеро детей, о которых тот никогда не упоминал, и все еще надеялся, что это неправда, и кто-то ущипнет его, и он очнется от этого кошмара.

Все это казалось такой нелепостью! Откуда могли взяться дети, о которых Ангус никогда не упоминал? Ведь он к тому же всю жизнь был холостяком. Среди всех, кого знал Каллан, старик был самым великодушным. Но они были знакомы только последние двадцать пять лет – кто знает, может, в юности он был совсем другим? От этих мыслей Каллан не мог заснуть несколько последних ночей, а теперь, после встречи с этими людьми, горькие размышления беспокоили его еще сильнее. Один из этих охотников за деньгами унаследует замок Анник, историческое место, наполненное древностями и воспоминаниями, до которых никому из них нет дела.

Почему Ангус не позволил ему купить замок, ведь он знал, как сильно Каллан к нему привязан?

Семья. Он и не думал, что это так разъярит его. Чужая девушка указала ему его место и была права – она являлась членом семьи. В отличие от него.

Каллан поставил сумку на кровать.

– Ужин в семь.

Он не стал дожидаться ответа – чем быстрее он избавится от мисс Дженкинс, тем лучше.

Лори медленно выдохнула, освобождаясь от напряжения в груди и пытаясь осознать произошедшее. Что с ней не так? Почему она сорвалась на единственном человеке, который мог рассказать ей что-нибудь о дедушке?

Интуиция подсказывала ей, что не стоило делать Каллана Макгрегора своим врагом, он наверняка мог рассказать все, что она хотела узнать, и даже гораздо больше.

Лори опустилась на кровать, думая о том, сколько людей во все времена стояло у этих панорамных окон в огромной спальне и смотрело на море. Солнце быстро уходило за горизонт, отчего море темнело и казалось холодным и даже злым – как Каллан Макгрегор. Лори волновала история этого места, она наверняка была абсолютно невероятной, и как бы ей хотелось иметь достаточно времени, чтобы узнать ее!

Девушка погладила покрывало, провела рукой по ковру, занавескам, по всем мягким покрытиям в комнате. Когда-то все это было новым и модным, но те времена прошли, и теперь вещи казались не столько потрепанными, сколько… уставшими, даже немножко устаревшими. И явно нуждавшимися в том, чтобы о них позаботились. Сложно представить, как это делается в таком огромном замке.

Ангусу было девяносто семь лет, когда он умер, и вряд ли он часто осматривал свое владение. Тем более на это наверняка требуется очень много денег.

Лори поерзала на кровати. У нее кровь стыла в жилах от услышанных на лестнице обрывков разговоров. Родственники занимались сплошными подсчетами, решая, сколько что стоит и где это продать, и она не могла понять, как люди могут быть такими холодными и циничными.

Она подошла к сумке и вытащила одежду. Лори приехала на несколько дней и поэтому обошлась небольшим багажом – одно вечернее платье, чистое нижнее белье, еще одна пара капри, несколько футболок и рубашка. Что еще могло понадобиться? Ее внимание привлек лежавший на камине конверт, на котором каллиграфическим почерком было написано «Мисс Мэри Лори Дженкинс». Открыв его, Лори нашла внутри пригласительную карточку с инструкциями к игре «Загадочное убийство» – где составлять отчет, кто будет за это ответствен, а также список правил для участников.

В нормальной ситуации что-то подобное заставило бы все внутри ее трепетать в предвкушении, но когда на кону такая внушительная ставка, сложно думать о чем-то еще, ведь от того, кто победит, зависела судьба этого замка, и ответственность лежала на плечах тяжелым грузом.

Лори работала юристом, и у нее всегда были люди в подчинении и те, с кем можно разделить ответственность, иначе она бы просто не выдержала. Внезапно ей захотелось взять сумку и сбежать от всего, не стоило приезжать сюда. Она вновь взглянула на приглашение. Что значит фраза «костюмы прилагаются»? Внутри был еще один маленький конверт с описанием ее героини, где рассказывалось, кто она и что должна делать.

«1920 г. Люси Кларк. 27 лет. Наследница огромного состояния. Интересуется фармацевтикой. Состоит в отношениях с Бартоломео Грантом, но также тайно встречается с Филиппом Деверо».

Грустно признавать, что твой персонаж ведет более насыщенную любовную жизнь, чем ты сама. Могло быть хуже – например, ее бы сделали убийцей. Хотя еще не вечер, все может измениться. И что значит, что она «интересуется фармацевтикой»? Она что, отравит кого-то? Это могло быть забавно в обычных обстоятельствах, но не сейчас, особенно после того, как она увидела замок Анник.

Девушка взглянула на часы, у нее еще оставалось время перед ужином, чтобы привести себя в порядок.

Может, позже она заставит себя извиниться перед Калланом.

Может быть. А может быть, и нет.

Каллану пришлось взять себя в руки и успокоиться, когда взволнованная экономка Марион сообщила ему, что одна из духовок перестала работать и ужин не будет готов вовремя. Он за пять минут заменил сгоревшие пробки, и теперь ужин для двенадцати чужаков, разбредшихся по всему замку, должен поспеть к сроку. А Каллан прятался от них в своем с детства любимом убежище – дальнем левом углу лабиринта в саду, из которого он мог найти выход с закрытыми глазами.

Это была единственная часть сада с аккуратно подстриженными кустами, содержавшаяся в порядке, тогда как все остальное с недавних пор находилось в запустении – Берт, старый садовник, больше не справлялся со своими обязанностями, и, по правде говоря, ему требовались хотя бы четыре помощника. Двадцать лет назад садом занималось шесть человек, если не больше, но постепенно все они нашли другое место работы, и сад пришел в запустение. А Берт теперь уже не был готов допустить кого-то к «своему» саду, и в результате только лабиринт, главный сад и аллея с розами были в хорошем состоянии, что же касается остального…

Каллан был рад обрести здесь тишину: слишком резко его островок спокойствия превратился в шумный отель, где все говорили в полный голос, постоянно задавая вопросы. Какое-то время он прятался в библиотеке, но даже там его беспокоили родственники, приходившие туда в поисках ценных изданий.

Будь его воля, он бы запер некоторые комнаты, чтобы сохранить их от пытливых глаз. Один из родственников даже проник в его комнату, отчего Каллан пришел в такую ярость, что чуть не выкинул его оттуда.

Услышав звук смеха и цокот каблучков и углядев красный отсвет, Каллан сделал шаг вперед и врезался в Лори, повернувшую за угол.

– Ох, простите, – запыхавшись, проговорила девушка, ее глаза распахнулись еще шире от восторга. – Разве это не великолепно?

Как бы ему ни хотелось этого признавать, энтузиазм был явно искренним.

– Как давно здесь построили лабиринт? Я и не знала, что подобное может существовать, это просто потрясающе.

Он прищурил глаза, не в состоянии сосредоточиться на вопросе: его вниманием завладело обшитое стеклярусом красное платье в стиле двадцатых годов, которое лишь подчеркивало достоинства ее фигуры. Перо на голове Лори покосилось, и он автоматически потянулся поправить его.

– Что вы на себя надели?

Черт. Стоило ему коснуться ее, и между ними опять проскочила искра.

– Это? – Она вновь раскрыла глаза и закружилась, при этом на стенах от платья мерцали красные огоньки. – Вы же не думаете, что я привезла его с собой, правда? Я взяла это платье в костюмерной. А вы еще не переоделись? – Она протянула облаченную в черную шелковую перчатку руку. – Я Люси Кларк. Наследница состояния и озорная девушка, кружащая голову двоим мужчинам.

В другом месте и в другое время он бы откликнулся на возникшее между ними притяжение.

Игра «Загадочное убийство» была последним, о чем он сейчас думал. Каллан даже не открыл конверт над камином в своей комнате и не имел представления, где в замке находится костюмерная. Он запустил пальцы в карман пиджака и вытащил смятый конверт.

– Упс!

– Давайте, Каллан, почувствуйте азарт.

Девушка потянулась, чтобы взять конверт, но тут же отдернула руку и прошептала:

– Лучше мне не знать, а то вдруг это вы – тайный убийца.

Каллан вытащил карточку из конверта. Он сошел с ума, согласившись стать участником этого действа, хотя, по правде говоря, и согласием это можно было назвать лишь с большой натяжкой – по словам Франка, Ангус рассчитывал, что Каллан поможет гостям почувствовать себя комфортно в замке и провести игру. У него была возможность отказаться, но он был слишком предан Ангусу. Слишком.

Отказавшись, он бы не узнал, кто станет наследником и что новый хозяин решит делать с замком. Титул владельца старинного замка, безусловно, привлекателен, но когда выяснятся все сложности и финансовые проблемы, родственники наверняка убегут отсюда, сверкая пятками. А что, если сделать им выгодное предложение? Он был готов заплатить внушительную сумму. И если Ангус отказывался, может, один из его детей согласится продать замок? Чувствуя, как головная боль постепенно проходит, Каллан остановил взгляд на Лори. Девушка молода, работает в Лондоне юристом и вряд ли захочет связать свою жизнь с замком. Впервые за эти дни он подумал: может, ему стоит вести себя более дружелюбно?

Вспомнив, что так и не ознакомился с инструкциями к игре «Загадочное убийство», Каллан посмотрел в свою карточку:

– Похоже, я Бартоломео Грант, 33 года, биржевой трейдер.

На лице девушки появилась озорная улыбка, и она слегка покраснела.

– Хм, Бартоломео Грант. Знаете что? Похоже, вы один из моих возлюбленных. – Она слегка взмахнула рукой. – Надеюсь, вы справитесь со своей ролью, Каллан.

От ветра перо покачивалось, а стеклярус отбрасывал красные пятна на стены. Лори не стала надевать парик, который бы соответствовал стилю того времени, и просто оставила распущенными длинные кудри. Лори смотрела на него своими карими глазами сквозь длинные темные ресницы, и он вновь автоматически перевел взгляд на ее левую руку – под черными перчатками ничего не было видно, никаких колец с бриллиантами. Но ведь такая успешная женщина, как Лори, не может не иметь спутника жизни? Девушка вновь наклонилась, отчего вырез на ее платье стал еще более откровенным.

Каллан моргнул. Что он делает? О чем он вообще думает? У него столько забот, и последнее, что ему нужно, – отвлекаться на девушку, которую он больше никогда не увидит.

– Как думаете, Каллан, вы справитесь со своей ролью? Или для вас это слишком? Вы вообще знаете, как играть роль милого парня?

Эти слова привели его в чувство. В другом мире Лори Дженкинс могла быть очаровательной, но он не из тех, кто теряет голову из-за милой улыбки и взмаха ресниц.

– Может, я просто предпочитаю осторожнее выбирать партнеров по игре.

– Что ж, очень жаль. Вы единственный здесь, кто, кажется, может поддерживать нормальный разговор. Я с трудом могу вставить слово в непрерывный поток слов американцев, канадцы слишком заняты, отыскивая в Интернете информацию о старине, а, – она показала вверх, – двое, которые, кажется, являются моими дядей и тетей из другой части Англии, последний час беспробудно спят на софе в гостиной.

Трудно было сдержать улыбку. Каллан уже понял, что ей хотелось встретиться со своей семьей, но что-то явно шло не по плану. Он взял ее за руки и провел к скамейке у входа в лабиринт, усадив рядом с собой.

– Как вы думаете, что должно произойти в эти выходные?

Лори оглянулась вокруг и глубоко вздохнула, позади них во всем своем великолепии стоял замок, а вокруг раскинулись впечатляющие сады. Однако первым делом взгляд падал на великолепный лабиринт. И это она еще не знала, что за деревьями находится пруд с лебедями. Девушка пожала плечами:

– Я думала, у меня будет возможность встретиться с семьей. Нас осталось только двое, я и мама, которая сейчас живет в Португалии. Ей так и не удалось оправиться после смерти папы. – Девушка покачала головой и опустила глаза, и Каллан едва подавил желание сочувственно пожать ее руку. Она пошевелила пальцами и машинально поднесла руку к шее, где висел золотой медальон.

Может, они и мало знакомы, но боль на лице Лори была настоящей: она явно обожала отца. Девушка подняла голову, повернулась и стала смотреть на замок.

– Не знаю, что папа сделал бы с этим. – На ее глазах показались слезы. – Он так хотел узнать больше о своем отце, а его мама ничего не рассказывала о нем. Все это его просто потрясло бы, а одна мысль о том, что у него есть братья и сестры, проживающие в разных уголках земного шара… – Она вздохнула и покачала головой. – Это бы просто свело его с ума.

Каллан в нетерпении поерзал, и внезапно его прежнее поведение показалось грубым.

Теперь он лучше понимал ее слова, ведь даже ему казалось странным, что Ангус никогда не говорил о детях. Как должны были родственники относиться к подобному равнодушию? Знать, что Ангус упомянул о них в завещании, но никогда никому не рассказывал об их существовании?

Каллан был так сосредоточен на себе, что практически не думал о других. Он поджал губы.

– Я не знал, что у Ангуса были дети, он никогда не упоминал этого, что совсем на него не похоже. У Ангуса Маклина, которого я знал, было самое большое сердце в мире.

– Как вы с ним познакомились? Вы кажетесь слишком молодым, чтобы иметь друзей его возраста. – Лори нахмурилась, словно пытаясь понять, что здесь делал Каллан.

Ее вопрос можно было предвидеть, и теперь он осторожно подбирал слова.

– Ангус помог мне, когда я был маленьким, и мы действительно стали приятелями. Он был одним из моих лучших друзей.

– И вы жили здесь, в замке? – В ее голове явно роилось множество вопросов.

– Не совсем. В основном я живу в Эдинбурге, но здесь у меня всегда была комната, а в последние годы ему требовалось чуть больше ухода.

Ей явно хотелось спросить о чем-то еще, но Лори прикусила язык и предпочла сосредоточить внимание на лабиринте.

– Вы много знаете об этом владении?

Каллан почувствовал раздражение, каждый вопрос от родственников за последние двенадцать часов так или иначе крутился вокруг денег, и было очень сложно не показать, как ему это надоело.

– Я знаю каждое поле, каждое дерево, каждую изгородь и каждый ручей. Я много времени проводил здесь в детстве.

Погруженная в свои размышления, Лори не заметила его напряженности.

– Счастливчик, – с тоской в голосе проговорила девушка, вздохнув и посмотрев на замок. – В детстве жить в таком замке было моей мечтой. Я могу только догадываться, что это такое – играть в лабиринте каждый день, сбегать вниз по этим сказочным ступеням. – Она озорно улыбнулась. – Признайтесь, вы когда-нибудь съезжали по перилам?

Каллан почувствовал желание закрыться, он не был уверен, что хочет делиться личными воспоминаниями о жизни с Ангусом Маклином. Ему также не хотелось, чтобы эти люди оставались здесь, он бы предпочел, чтобы они все ушли. Каллан скомкал бумажку.

Лори озадачивала его, она не упоминала о деньгах, говорила только о людях и семье, но, может, она просто была умнее остальных? И что главное – она была настойчива.

– Или Ангус запрещал вам это?

Эти слова заставили Каллана перенестись на мгновение в детство: он вспомнил купание в пруду с лебедями, попытку построить плот, качели, которые он в результате сделал и повесил на дереве. Ангус был не из тех, кто запрещал ему что-либо. Он поднял голову и увидел, что Лори пристально смотрит на него своими большими карими глазами.

– Только если заставал меня за этим.

Атмосфера, располагающая к обоюдной откровенности, разрушилась так же внезапно, как и возникла.

– Нам не пора? – Лори встала, и ее платье вновь заиграло на свету. – Я почти забыла об игре.

Разве возможно, чтобы она забыла об этом? Ведь игра – ключ к тому, чтобы заполучить замок.

Каллан провел ее к открытым дверям в гостиную. Лори вздохнула, повернулась и положила руку ему на грудь.

– Каллан, вы могли бы показать завтра земли замка Анник? Я здесь всего на выходные и хочу надолго запастись впечатлениями.

Больше всего ему хотелось ответить «нет»: он совсем не намеревался притворяться вежливым проводником и показывать всем присутствующим замок, который все это время был его домом.

Но, казалось, Лори отличается ото всех остальных родственников. Ее интерес к истории замка был более очевидным. Ее рука все еще лежала на его груди, практически прожигая дыру в тонком хлопке рубашки.

– Я думала и о том, можете ли вы показать мне фотографии Ангуса? Чтобы я увидела, каким он был. – Она отвела глаза. – Мне хочется знать, не был ли похож на него мой отец… Или я.

Его тело охватила дрожь, но вовсе не от прохладного вечернего ветерка, а от Лори и ее слов. Кажется, никто больше не спрашивал про фотографии Ангуса, но ведь они должны были спросить, правда? Если бы кто-то сказал Каллану, что у него есть родственник, в первую очередь ему бы захотелось посмотреть, как он выглядел.

Он кивнул:

– Здесь есть несколько семейных снимков, я покажу их вам завтра.

– Спасибо, Каллан, это будет очень мило. И тур по территории замка, ладно?

Сверля его карими глазами, девушка явно не собиралась отступать.

Он хотел отказаться, действительно хотел. Но как? В его ушах звучал голос Ангуса: «Покажи им все, заставь их влюбиться в это место так, как влюбились в него мы».

– Хорошо, встретимся после завтрака.

– Спасибо.

– Вам лучше идти. Я приду через несколько минут, только переоденусь. – Каллан повернулся и проследовал вдоль по коридору.

Ужин с двенадцатью потенциальными наследниками замка Анник.

Сложно было представить себе более напряженную ситуацию.

Глава 3

К тому времени, как Лори дошла до гостиной, большинство гостей уже заняло свои стулья, и, судя по всему, возможности выбрать себе место у нее не было – на столе были расставлены соответствующие карточки с именами героев.

Лори слегка вздохнула и заняла место своей героини между двумя возлюбленными мужчинами. Значит, Каллан опять будет рядом с ней.

По правую руку от нее сидел мужчина лет на двадцать старше ее, исполнявший роль Филиппа Деверо. В обычной жизни она бы никогда не обратила на него внимания, но Лори попыталась сдержать улыбку и вежливо протянула руку.

– Рада встретить вас. – Она кивком указала на карточку. – Я Люси Кларк, но на самом деле Лори из Лондона, мой отец был одним из детей Ангуса Маклина.

Ее компаньон улыбнулся.

– Значит, вы – моя племянница. Я Крейг Фултон. Из того, что мне удалось узнать, выходит, что я – младший из детей Маклина. – Он придвинулся ближе. – И я немного волнуюсь, впервые видя свою племянницу.

Лори почувствовала облегчение, это признание избавило их от возможной неловкости.

– Чем вы занимаетесь в Лондоне, Лори?

– Я юрист.

Он поднял бровь.

– Что ж, это удобно, когда имеешь дело с подобными махинациями. Это вообще законно?

– Законы в Англии и Шотландии могут различаться, и здесь я так же некомпетентна, как и вы.

Рядом с ними отодвинули стул, и Каллан в охотничьей куртке сел рядом.

Крейг продолжал настаивать, заставляя ее испытывать неудобство.

– Но вы же наверняка что-то знаете?

– Нет, это не моя область, я занимаюсь вопросами трудового права.

Дядя всплеснул руками.

– Какая в этом польза?

На этот раз он действительно вывел ее из себя. Каллан хотел вмешаться, но Лори предупреждающе придержала его за рукав.

– Почему бы вам не спросить моего последнего клиента? Я выиграла для него солидный куш в полмиллиона фунтов.

Крейг подавился вином и быстро отвернулся к другому соседу, а Каллан улыбнулся:

– Туше!

– Я сдержанный человек, – прошептала ему Лори в ухо, – и не люблю, когда кто-то ведет себя вызывающе.

Каллан поднял бокал.

– Я это запомню.

Ужин появился несколько мгновений спустя, сервировкой занимались взволнованная Марион и юная девушка, которая, казалось, от волнения потеряла дар речи. Блюда подавались с большим количеством белого вина и все, от пате из куриной печени до куриных грудок, начиненных потрохами, было великолепным.

После длинного путешествия алкоголь сразу ударил в голову Лори, и, выпив лишь два бокала вина, она остановилась.

Дверь в сад были открыта, но, к своему удивлению, Лори не мерзла, наслаждаясь свежим морским воздухом и чувствуя, как мысли постепенно проясняются. Конечно, выпей она больше, сознание бы затуманилось, но теперь впервые за долгие месяцы ее покинула постоянная, выматывающая головная боль. Было даже сложно сообразить, когда это произошло: боль стала ее постоянной спутницей, и она привыкла к ней. Ей явно нужно чаще выбираться из города. И пусть воздух словно искрил от напряжения, Каллан постоянно крутился рядом, а новоприобретенные родственники совершенно не нравились, но впервые за долгое время Лори наконец почувствовала себя спокойно. Ей даже захотелось взобраться по винтовой лестнице, открыть окно спальни, впуская морской воздух, и свернуться под покрывалами этой на первый взгляд удобной двуспальной кровати.