Греческая свадьба

9 августа, Нью-Йорк

Бородатый врач преклонных лет поднял глаза на Зои. – Итак, юная леди, в последние восемь месяцев я не обнаружил никаких, даже самых незначительных признаков рака, поэтому с уверенностью могу говорить о состоянии ремиссии. Мы уже обсуждали с тобой тему продолжительности жизни таких пациентов, как ты. Так что унывать не вижу ни малейшего повода. И, согласись, ни один человек в этом мире не может сказать, когда наступит его последний час. Это тайна для любого из нас. Так что прочь уныние, радуйся тому, что приносит новый день!

– Да, я знаю, – кивала она, слушая доктора, приводившего все новые и новые статистические данные о средней продолжительности жизни людей, которые перенесли эту тяжелую болезнь. Обо всем этом она уже много всего прочитала, поэтому слушала вполуха. Слова о том, что надо жить настоящим и радоваться каждому дню как подарку, стали девизом клиники.

Плановый осмотр Зои прошел хорошо, анализы оказались в норме, но она боялась, что пережитое когда-нибудь еще заставит понервничать. И теперь перед каждым очередным визитом к врачу она будет опасаться, что рак вернется.

Врач дал ей прочитать книгу о том, как вести себя больным в состоянии ремиссии. Депрессия и страх, что болезнь вновь даст о себе знать, мучили многих, именно с этим им предстояло бороться. Зои ощущала все так остро, что, пожалуй, могла и сама написать несколько полезных и познавательных глав для такой книги.

Однако сегодня она немного расслабилась благодаря хорошим анализам. А если сказать точнее, то она была в восторге и никак не могла поверить своему счастью. Ведь совсем недавно, какой-то год назад ей сказали, что шансов на выздоровление нет, а теперь…

– Таким образом, – осторожно произнесла она, пристально глядя на врача, – согласно тому, что вы сейчас сказали, получается, я здорова?

Тот улыбнулся и развел руками.

– Хочешь верь, хочешь нет.

Сегодня она верила, что недуг побежден, но завтра все может измениться.

– Я рад, что впервые за столь продолжительный период времени ты можешь вздохнуть с облегчением. Пожалуй, ты стала значительно сильнее и психологически, и физически. Мы полагаем, что сегодня, Зои, ты можешь покинуть центр.

Именно такие слова она мечтала услышать. У нее очень много планов, и нельзя терять попусту ни минуты.

– Надеюсь, теперь ты сможешь жить нормальной жизнью.

Нормальной жизнью? Будет ли ее жизнь таковой, ведь болезнь может вернуться в любую минуту.

– Как мне отблагодарить вас за все, что вы для меня сделали?

– Обещай усиленно работать над собой, чтобы поскорее прийти в норму. У тебя добрая душа, своим оптимизмом ты поддержала многих в этой клинике. Твои новые друзья будут по тебе скучать.

На глаза Зои навернулись слезы.

– И я буду очень сильно по ним скучать.

Теперь, когда нескончаемая череда медицинских процедур и анализов позади, она может приступить к воплощению в жизнь своих планов.

– Откровенно говоря, я сомневаюсь, – подмигнул доктор.

– Сумма моего счета, должно быть, астрономическая. Если мне хватит жизни, я выплачу все до последнего цента.

– Тебе не стоит беспокоиться. Об этом уже позаботился благотворительный фонд Гианнополиса.

Получается, за выздоровление ей надо благодарить семью Гианнополис. Что ж, настанет день, когда она непременно это сделает.

– В центре работают настоящие ангелы, я не заслужила такой заботы, – искренне призналась Зои.

Оказавшись в клинике, она изучила информацию, предоставляемую каждому попадающему сюда пациенту. Во время первого посещения часовни при центре, названной в честь маленькой церквушки Айи-Апостоли в Греции, она обратила внимание на мемориальные доски.

– Эта клиника существует также благодаря деятельности фонда в Нью-Йорке, – напомнил доктор. – Она была основана для греков-эмигрантов, больных лимфомой, у которых нет семьи и средств на лечение. Слава богу, в этом мире существуют благородные и щедрые люди. Тебе есть куда идти? Где ты собираешься жить?

– Да, мне помогает отец Дебакис из греческой церкви Святой Троицы. Я знаю его с детства. Он поддерживал меня все это время. И Айрис Темис тоже. Она – член попечительского совета при церкви, при ее помощи мне выделили место в приюте для бездомных до тех пор, пока не найду работу и жилье. Мне нужно только позвонить ей.

– Великолепно. Но только не забудь, что через шесть недель надо пройти очередное обследование. Можешь прийти к нам или в любую другую клинику, как тебе удобно. Необходимо будет сдать кровь и пройти проверку на отсутствие раковых клеток. И не стесняйся, звони мне в любое время, Зои.

О том, что ей предстоит вернуться сюда через шесть недель, сейчас даже думать не хочется. Она обняла доктора.

– Спасибо вам большое за то, что вернули меня к жизни. Вы не представляете, как я вам благодарна.

Выйдя из кабинета, она прошла по коридорам в отделение реабилитации, в свою палату на втором этаже. Зои недавно потеряла родных, и пациенты отделения стали ее семьей за прошедшие двенадцать месяцев. Год назад она даже малейшей надежды не питала, что выйдет отсюда живой.

Сначала довольно часто звонил ее друг Чад, но технологическая компания, в которой он работал, перевела его в Бостон, и отношения молодых людей прекратились. Зои его не осуждала, но в душе ее осталась глубокая рана. Если человек, который клялся в вечной любви, смог так быстро ее забыть, как можно ожидать от мужчины верности и подлинного понимания?

Не считая старых знакомых, бывших некогда ее соседями, которые звонили Зои достаточно часто, самыми близкими друзьями стали пациенты клиники, американцы греческого происхождения, которые любили делиться историями своей жизни. В результате отношения здесь завязались столь крепкие, что Зои было искренне жаль расставаться с этими чудесными людьми.

Оказавшись в палате, Зои первым делом позвонила Айрис. Договорилась встретиться через полчаса у входа в клинику, вздохнула и отложила телефон. Настанет день, когда Айрис и святой отец получат в раю свои золотые венцы.

Сейчас, когда болезнь отступила, Зои мечтала помочь тем, кто оказался в таком же положении, как она когда-то. Колледж может подождать, она искренне мечтала работать в фонде Гианнополиса. Решать этот вопрос надо с Александрой Каллистос, директором центра, но Зои боялась обращаться к этой даме. Была ли она такой равнодушной ко всем, или ей не было дела только до проблем Зои, неизвестно. Они каждый день встречались в коридорах центра, но мисс Каллистос даже не удостаивала Зои взглядом. Возможно, проблема состояла в том, что она занимала место, которое могло быть отдано другому, но терапевт настаивал повременить с выпиской, потому что человеку, потерявшему родителей, требуется больше времени на восстановление. И Зои была очень благодарна всем за понимание.

Мисс Каллистос отвечала за все, что происходило в здании центра и на его территории. Ей подчинялись врачи, медсестры, санитары, лаборанты, рентгенологи, техники, работники кухни, уборщики и волонтеры. Она безупречно исполняла свои обязанности, но, по мнению Зои, ей не хватало тактичности, душевного тепла и внимания к людям.

Александра была эффектной и яркой женщиной. Кареглазая брюнетка с волосами до плеч, лет тридцати с небольшим, не замужем. Она модно и со вкусом одевалась и следила за фигурой. Но все впечатление портила присущая ей манера держаться со всеми излишне холодно. Возможно, Зои не права, но мысль о том, что ей предстоит обратиться к Александре Каллистос, повергала ее в панику. Может, обратиться за помощью к отцу Дебакису, подумала она, ведь ему сподручнее договорится, чтобы Зои дали здесь работу?

10 августа, Афины, Греция

Васос Гианнополис уже заканчивал аудиторскую проверку «Гианнополис комплекс» в Афинах, которым владел вместе с младшим братом Акисом, когда раздался звонок от его личной секретарши. Он нехотя оторвался от отчета из магазинов в Александруполисе.

– Да, Кириа Спирос.

– Мисс Каллистос из Нью-Йорка. Хочет поговорить с вами или вашим братом. Вы ответите или мне передать, чтобы она позвонила позже? Я знаю, вы не любите, когда вас отрывают от работы.

– Нет-нет, вы все правильно сделали, – сказал Васос и подумал: «К чему это ей понадобилось звонить сегодня?» – Я поговорю с ней, соедините.

– Вторая линия. Он взял трубку:

– Александра? Это Васос.

– Прошу простить за беспокойство, Васос, я надеялась перехватить вас до того, как вы прилетите сюда. Спасибо, что ответили на мой звонок.

– Это нисколько меня не затруднит.

– Всем известно, что вы с братом несколько лет назад открыли в Нью-Йорке клинику для больных лимфомой, и мне уже четвертый раз поступает предложение от крупного федерального канала сделать программу о вашей компании. Теперь они отправили к нам группу, чтобы записать интервью и отснять большой сюжет. Более того, они настойчиво просят о встрече с вами и Акисом, хотят задать вопросы лично. Я обещала им узнать ваше мнение на этот счет. Помню, вы уже несколько раз отказывали, но раз вы завтра будете здесь, может, дадите согласие на интервью?

– Скажите им, что нам это неинтересно.

– Я все поняла. Когда вас ждать?

– Самое позднее к двум часам. Спасибо, что позвонили. До встречи. – Он еще не успел положить трубку, как в кабинет вошел Акис. – Привет, брат. Рад, что ты благополучно вернулся. Только что звонила Александра: один канал в Нью-Йорке хочет снять о нас программу.

– Опять? – Акис покачал головой. – Когда же им надоест?

– Никогда. Ты же знаешь эту публику. Я дал распоряжение отказать.

– Отлично. Когда вылетаешь в Нью-Йорк?

– Сейчас буду собираться. Рано утром у меня встреча с оптовиками с Восточного побережья, потом поеду в центр и просмотрю бухгалтерские документы.

– А я пока закончу с отчетами по северному региону. Раина мне поможет. Она просто гений в бухгалтерии, можешь ни о чем не беспокоиться.

– Она по утрам все так же плохо себя чувствует?

– Уже и не вспоминает об этом.

– Приятно слышать.

– Хочу задать тебе один вопрос, пока ты не уехал. – Акис хитро посмотрел на брата. – Как вы провели вчерашний вечер с Марис?

– Да знаешь, так себе.

– Похоже, ты не очень с ней счастлив. А мы все так надеялись, что она станет той самой женщиной, которая положит конец твоей холостяцкой жизни.

– Боюсь, что нет. Она красивая и человек интересный, но не та единственная женщина, с которой мне хотелось бы связать жизнь. – Он похлопал брата по плечу. – Увидимся через пару дней.

Васос встречался с Марис не так давно, но уже понял, что отношения пора заканчивать. Ему не хотелось понапрасну ее обнадеживать, и все же слова брата задели за живое. Пока тот не был женат, собственное семейное положение Васоса не беспокоило, но сейчас, когда Акис женился, в сердце появилась пустота, которую он никогда не ощущал раньше. К тому же брат готовился стать отцом и последнее время выглядел счастливым, как никогда.

12 августа, Нью-Йорк

– Здравствуйте, Васос!

– Как дела, Александра? Женщина встала ему навстречу:

– Рада вас видеть.

– Я сначала прошелся по клинике и заглянул в отделение реабилитации. Все в полном порядке. Поздравляю, вам удается отлично управляться с этим сложным хозяйством.

– Спасибо. Я понимаю, у вас мало времени, сразу займетесь отчетами или сначала заказать вам ланч?

– Я уже поел. Вы можете пообедать, а я пока просмотрю документы. Если появятся вопросы, мы позже все обсудим.

– Хорошо. Да, прежде чем я уйду, хочу рассказать об одной девушке, она обратилась вчера с просьбой дать ей место. Я сказала, что у нее нет необходимого образования и навыков для работы в клинике и ей лучше попробовать свои силы в другом месте. Однако в конце дня мне позвонил отец Дебакис из церкви Святой Троицы в Астории и заверил, что Зои Захос лучше многих подходит для этой работы. Он просил о встрече с моим руководством, поскольку намерен решить вопрос в пользу девушки. Я записала телефон на случай, если вы захотите с ним переговорить.

– Я этим займусь. Спасибо за информацию.

– Тогда я вернусь через час.

– Не спешите. – Активное участие отца Дебакиса в судьбе неизвестной девушки неожиданно заинтересовало Васоса. – Александра, мы с братом очень благодарны вам за работу и ценим ваше умение руководить.

Она пробормотала слова благодарности и вышла. Васос тут же попросил соединить его с отцом Дебакисом. Опустившись в кресло, вскоре услышал в трубке мужской голос.

– Для меня большая честь говорить с вами, господин Гианнополис. Приятно, что мисс Каллистос не забыла передать вам мою просьбу. Поскольку вы человек занятой, сразу перейду к делу.

Васос улыбнулся. Ему понравилась уверенная манера собеседника.

– Молодая женщина двадцати четырех лет, американка греческого происхождения по имени Зои Захос хотела бы получить место в вашей клинике здесь, в Квинсе. Я взял на себя смелость просить за нее.

– Но подобные вопросы в компетенции мисс Каллистос.

– Я говорил с ней о Зои, но она категорически против ее кандидатуры, объясняет свое решение отсутствием у девушки образования. Я решительно не согласен с мисс Каллистос в этом вопросе и хотел бы ходатайствовать перед вами о ее назначении.

Десять месяцев назад братья вынуждены были прилететь в Нью-Йорк, чтобы найти директора центра на смену прежнего, уволившегося по состоянию здоровья. Место было отдано Александре, лучшей из кандидатов, кроме того, у нее имелся значительный опыт в управлении медицинским учреждением.

Через пять месяцев Акис прибыл в Нью-Йорк для проверки работы и остался доволен новым руководителем. Возможно, Александра права, отказав этой девушке.

– Очевидно, для вас это чрезвычайно важно? – спросил он собеседника.

– Признаюсь, очень важно. Зои совершенно особенная девушка. Тон святого отца еще больше удивил Васоса.

– Не могли бы вы лично провести собеседование? – последовала неожиданная просьба.

– К сожалению, в компании так не принято, – сказал Васос.

– Да, понимаю, – вздохнул святой отец.

Разочарование в его голосе не могло оставить равнодушным молодого человека, которого с детства учили почитать церковь.

– Могу я поинтересоваться, почему вы так хлопочете за эту девушку?

– Понимаете, дело не терпит отлагательства.

Васос потер лоб. В подобной ситуации отказать отцу Дебакису просто невозможно.

– Расскажите мне о ней поподробнее.

– Полагаю, будет лучше, если вы все узнаете от нее.

Васос был заинтригован.

– Когда она сможет явиться в кабинет мисс Каллистос?

– Через два часа.

– Хорошо, буду ждать.

– Благослови вас Господь, сын мой.

Священник отключился так быстро, что Васос с недоумением повертел в руках трубку и только потом положил ее на аппарат.

Последующие полтора часа он не отрываясь изучал бухгалтерские документы, затем переговорил с Александрой, похвалил ее за порядок и выслушал некоторые предложения по организации работы в клинике.

Они уже почти закончили, когда послышался осторожный стук в дверь. Васос повернулся к Александре:

– Должно быть, это Зои Захос. Дайте нам полчаса, пожалуйста.

– Конечно, – после некоторого колебания ответила мисс Каллистос.

Поистине, эта женщина владела завидным самообладанием, раз не позволила себе узнать подробности. Она встала и открыла дверь.

– Проходи, Зои.

Зои? Значит, они знакомы?

– Господин Гианнополис? Здравствуйте. Я Зои Захос. Поверить не могу, что отцу Дебакису удалось уговорить вас встретиться со мной. – В одно мгновение ее милое лицо озарила улыбка. – Не представляете, как я благодарна вам за то, что согласились уделить мне внимание.

На глазах ее заблестели слезы. Она протянула ему руку для приветствия и посмотрела с таким неподдельным чувством благодарности, что оно проникло в скрытые глубины его сердца, о которых он ранее и не подозревал.

– Прошу вас, присаживайтесь, – обратился он к девушке.

Зои грациозно опустилась на стул. На ней были блузка с рисунком и юбка цвета хаки, достаточно короткая, чтобы разглядеть совершенной формы ноги. Он на глаз попытался определить ее рост, приблизительно пять фунтов и шесть или семь дюймов.

– Вам, должно быть, сказали, что я хотела бы работать в центре.

Ее искренность и очарование привели его в замешательство.

– Да, святой отец упомянул об этом. Девушка всплеснула руками:

– Когда он говорил с мисс Каллистос, она ответила, что у меня нет необходимых для этой работы навыков.

– Но отец Дебакис уверен, что вы справитесь. Расскажите о себе. Почему вы хотите работать именно в этом центре?

– Вам не сообщили, почему мне хочется работать именно здесь?

– Нет. Наш священник человек немногословный. – Что лишь повышает ценность его слов, – с улыбкой заметила Зои.

Ее улыбка лишь подтвердила его догадки о том, что она в хороших отношениях с отцом Дебакисом. И тот, безусловно, умел кратко, но четко обозначить свою точку зрения и настоять на ней. Как ловко ему удалось заставить Васоса согласиться на собеседование, а ведь это из ряда вон выходящее событие.

– Начните с самого начала. Девушка кивнула:

– Двенадцать месяцев я была пациенткой клиники, у меня диагностировали неходжкинскую лимфому. Девять месяцев назад мне удалось вылечиться.

Она была пациенткой клиники?

Васос отлично понимал, что это значит, и нахмурился. Получается, год назад, когда Александра заняла место директора, Зои Захос уже находилась в клинике. Мог ли между этими женщинами возникнуть конфликт? Они наверняка не раз сталкивались в коридорах. Впрочем, возможно, существует и другое объяснение причины для отказа Александры.

– Я была так счастлива услышать, что здорова.

На ее лице появилось выражение безграничного счастья, которое Васос не смог бы описать словами.

– Очень рад за вас, – глухо произнес он.

– Спасибо. – Она подняла на него лучистые зеленые глаза. – И все это благодаря вашей семье. Ваш фонд подарил мне жизнь! – Ее голос задрожал.

Васос нервно кашлянул:

– Очень приятно слышать это от вас.

– К сожалению, я не могу отблагодарить вас как-то иначе, поэтому хочу до конца жизни помогать пациентам в вашей клинике. Я хорошо готовлю, могла бы работать на кухне или в прачечной или помогать тем, кто поправляется. Я согласна на любое место и обещаю трудиться честно, со всей душой. Беда в том, что, по словам мисс Каллистос, я не могу получить разрешение на собеседование без медицинского образования и опыта работы в области здравоохранения. Она предложила мне стать монахиней, так, по ее словам, я могу найти применение своим силам, если хочу помогать людям.

Александра предложила этой девушке стать монахиней?

– Я полагаю, она пошутила, – тут же поспешила уточнить Зои. – Мы с отцом Дебакисом очень смеялись. Я вряд ли смогла бы стать монахиней.

Неожиданно для себя самого Васос разозлился. Не на Александру, а на себя и Акиса. Они приняли ее на работу, решив, что она, несмотря на молодой возраст, лучше остальных кандидатов. Он отлично знал, что на деле человек может быть совсем не таким, каким кажется по документам и анкетам. Зои была пациенткой клиники, и Александра могла бы проявить больше понимания.

– Как бы то ни было, у вас прекрасный заступник. Откуда вы знаете отца Дебакиса?

– У моих родителей была таверна в районе Астория, рядом с церковью Святой Троицы. Отец Дебакис служил там еще в ту пору, когда я была ребенком, и со вниманием относился к нашей семье. Если бы не он, неизвестно, была бы я сейчас жива.

– Почему вы так говорите?

Лицо Зои в одну секунду помрачнело, даже голос изменился.

– Год назад я пошла с друзьями в кино. Домой мы возвратились сразу, как закончился фильм. Было поздно, родители должны были спать. Мы подошли и остолбенели. Все вокруг выглядело словно после бомбежки. Потом мне сказали, что произошел взрыв. Я побежала в пожарную службу, начальник объяснил, что кто-то заложил бомбу в прачечной рядом с таверной родителей. Я иногда там подрабатывала. Огонь перекинулся на кухню и дом. Родители погибли, владельцы прачечной тоже. А мы много лет жили по соседству.

– Бог мой, – только и смог сказать Васос. В это было страшно поверить.

– Сгорело все. Семейные фотографии, ценности, вещи. Все. Я работала, хотела скопить деньги на колледж. Когда я увидела вместо родного дома руины, я упала в обморок, пришла в себя в больнице, и первым, кого увидела, был отец Дебакис. – Зои перевела дыхание. – Он сказал, что врач осмотрел меня и обнаружил опухоль на шее.

Васос заметил, как она задрожала. Захотелось обнять ее, успокоить. Такие чувства последний раз возникали в душе, когда он пытался успокоить Акиса в день смерти отца. Брат младше него всего на одиннадцать месяцев, но отец велел Васосу заботиться о нем.

– Знаете, не понимаю, как осталась жива. В ту ночь я мечтала умереть. Была уверена, что мне незачем жить. Святой отец и женщина из попечительского совета Айрис Темис не позволили мне сдаться. Они замечательные люди, только благодаря им я справилась с моим горем и болезнью. Рак стал для меня очередным страшным ударом.

Васос встал и прошелся по кабинету, не в силах усидеть на месте. А ведь отец Дебакис всего-то и сказал ему, что эта девушка особенная.

– До пожара и болезни я хотела окончить колледж, потом, возможно, получить право преподавать в средней школе. Мне бы пришлось ночью работать, а днем учиться, поэтому процесс обучения мог затянуться. – Зои грустно усмехнулась. – В двадцать четыре года я стала бы самым взрослым выпускником. Но смерть родителей и болезнь изменили мои планы.

– Неудивительно, – кивнул Васос.

Его отец умер от рака. Тогда мир, в котором они с братом выросли, изменился в одночасье. Дети обожали отца, а у того не было денег, чтобы обратиться к врачу. В тот день братья поклялись, что ни за что не допустят, чтобы в жизни им пришлось еще раз почувствовать себя такими беспомощными.

Зои скрестила ноги и продолжала рассказ:

– Еще в больнице врач объяснил, что у меня за болезнь. Моя студенческая страховка покрыла бы только часть расходов. У родителей имелось немного денег, но всего этого оказалось бы недостаточно. Страховки родителей хватило, чтобы погасить кредит на обучение, у меня осталось немного денег, чтобы прожить пару месяцев. Я была готова упасть в черную пропасть, когда пришел отец Дебакис и забрал меня в вашу клинику. Сказал, что центр как раз специально построен для американских греков, больных лимфомой, у которых нет денег на лечение. Потом привел в часовню, где показал мемориальную доску. – Она подняла глаза на Васоса, по пылающим щекам текли слезы. – Тогда я узнала, что семья Гианнополис настоящие самаритяне. Невозможно выразить, как я вам благодарна, – пылко добавила она. – Раз уж мне дарована жизнь, буду счастлива вернуть вам хоть толику того, что должна. Для меня большая честь работать на вашу семью в любом месте.

«Раз уж мне дарована жизнь».

Как это сказал отец Дебакис? Дело очень срочное?

Откровение Зои Захис ошеломило Васоса и тронуло до глубины души. Он с трудом перевел дыхание.

– У вас остались близкие? – спросил он.

– У меня был друг Чад, но ему предложили работу в Бостоне, и он уехал сразу после пожара. Я сама уговорила его. Мы оба должны были забыть о прошлом и идти дальше. Так что нет, у меня совсем никого нет.

Господь всемогущий! Что же это за мужчина, если смог бросить ее в самый тяжелый период жизни?

– Где вы сейчас живете? – поинтересовался он.

– В церковном приюте. Я думала, что смогу работать в клинике и подыскать жилье поблизости.

– У вас есть телефон?

– Да.

– А машина? Зои достала телефон:

– Я позвоню Айрис, она заберет меня. Васос достал телефон:

– Давайте обменяемся номерами. Я свяжусь с вами до конца дня.

Зои встала:

– Спасибо вам за то, что позволили встретиться и все объяснить. Какое бы решение вы ни приняли, я счастлива, что смогла встретиться с кем-то из семьи Гианнополис и поблагодарить лично. Благослови вас Бог.

«Нас двоих, – подумал Васос и добавил, вспомнив о Раине и ребенке: – Нет, не троих, четверых».

Когда Зои вышла, он вернулся к столу и сел в кресло, намереваясь позвонить Акису. Посмотрел на часы. В Афинах десять вечера. Должно быть, брат уже лег, но тот ответил после третьего гудка.