Нащупывая свет

Литературный редактор и корректор Ольга Нуждова

Редактор и консультант Светлана Малафеева

Редактор и консультант Ольга Николаева

Редактор и консультант Сергей Жаров

Редактор и консультант Дмитрий Талалаев

Иллюстратор Катя Семенова

Фотограф Кирилл Егоров

Сценарист Анна Григореьва

© Юлиана Эрзерумцева, 2026

© Катя Семенова, иллюстрации, 2026

© Кирилл Егоров, фотографии, 2026

ISBN 978-5-0069-6012-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

История рождения рукописи: от сценария короткой формы до полнометражного фильма

Идея этой истории родилась летом 2022 года у Юлианы Эрзерумцевой – кинорежиссера и драматурга, окончившей ВГИК. Самое забавное, что история родилась буквально с нескольких фраз, которые настолько глубоко запали, что пустили корни. Все началось с предложения «поснимать где-нибудь в обшарпанной локации с фактурными стенами и облупившейся краской». «Краска» – это было ключевым словом, с которого родилась идея снять художницу и усложнить все жизненные обстоятельства. На момент написания сценария Юлиана понятия не имела, существуют ли слепые художники вообще и насколько все это реально, но идея несла вперед и диктовала свои правила. Также потом случилось во многом и с другими сценами, которые сначала придумывались, а потом сверялись с реальностью. Спойлер: слепые художники реально существуют. Некоторые были слепы от рождения, а некоторые потеряли зрение при жизни.

На тот момент Юлиана уже успела снять несколько ярких художественных работ в сотрудничестве с кинооператором – Кириллом Егоровым. Кинокоманда также неожиданно для себя успела получить 15 наград на различных международных фестивалях, включая «Лучший короткометражный дебют» в Лондоне на Europe Film Festival, 2021; «Лучшая операторская работа», La Corne Paris Film Festival 2021; «Лучший музыкальный клип», Europe Film Festival, 2021; «Финалист» Российского фестиваля Moscow Sun Film Festival, 2021; «Полуфиналист» МосФильм Фест, 2021 и других. Эти успехи стали фундаментом для создания собственной компании видеопроизводства полного цикла – Cine Line Production, основателями которой являются Юлиана Эрзерумцева и Кирилл Егоров.

Сайт: cineline.club

Но вернемся к нашей истории. Сначала это был сценарий для музыкального клипа про слепую художницу с двумя сценами. Однако, очень быстро стало понятно, что три минуты – это слишком мало для такого объёма и тогда замысел перерос в короткий метр на 30—40 минут. И застыл на несколько месяцев, ожидая своей участи. К счастью, судьба сама направила нужного человека, который загорелся идеей и вынес её на новый уровень.

Зимой 2023 года Юлиана познакомилась со сценаристом Анной Григорьевой.

«Мы обсуждали разные проекты, и я поделилась с ней своим сценарием. Анна вдохновилась и всего за несколько месяцев написала полный метр под рабочим названием „Художница“. Анна стала тем самым вдохновителем и автором, подарившим проекту новую жизнь. Мы оформили его в презентацию и начали готовить для продюсеров.»

Путь к финальной версии был долгим. Мы много раз переписывали сюжетные линии. Огромное влияние на историю оказал Кирилл Егоров. Его крутые идеи сопровождали проект вплоть до финальной редактуры рукописи в 2025 году. А Елена Баринова, – близкий по духу творческий человек – добавила в сюжет те смешные моменты, которые, вы, дорогие читатели точно оцените. Взгляд со стороны близкого человека порой оказывается самым верным и идеально дополняющим сверхсерьезных драматургов.

К 2024 году сценарий изменился на 50%, а в 2025-м, когда мы вошли в шортлист, обойдя более 100 других проектов и готовились к питчингу TeamWriting Insight 2025, – и вовсе на 80%. Кроме того, над проектом работал редактор – Светлана Малафеева, преподаватель кафедры драматургии кино во ВГИКе, доцент кафедры драматургии кино, кандидат исторических наук.

Мы дошли до съемок тизер-трейлера1. Съемки длились две смены и прошли в Москве и Подмосковье. В итоге получилось драматически насыщенное видео, передающее ключевую сцену, которая, кстати, была написана одной из первых в далеком 2022 году. Тогда она называлась «Включите свет».

И только осенью 2025 года было принято решение дать этой истории жизнь в литературном формате. Здесь нас не сдерживают никакие кинобюджеты, а продолжительность истории и полёт фантазии могут быть бесконечными.

Активная работа над рукописью велась с середины ноября 2025 года по середину февраля 2026 года. Параллельно создавались мистические и космические иллюстрации, автором которых выступила Екатерина Семенова (заметьте, тоже художница Катя). Кстати, Екатерина также дала очень ценную обратную связь, которую мы воплотили в сюжете. А насколько ее иллюстрации полны жизни и той самой мистики… вы увидите сами. Они создавались реальными красками и с огромным вниманием к каждой детали. Так что вас ждёт очень много метафор как в сюжете истории, так и в иллюстрациях. Немаловажный факт, что основное направление Екатерины Семеновой – именно метафорические картины и карты.

Полностью всё вместе – с литературной редактурой, вычиткой и финальными штрихами – было завершено в первых числах марта 2026 года. Как профессионально заметила литературный редактор Ольга Нуждова, самой атмосферной частью книги получился, конечно же, Алтай. И это не спроста, ведь очень многое, что там изложено, взято из реальных обрядов и историй и только 5% являются художественным украшением. В частности, на многие сцены повлияли рассказы из поездок по местам силы Дмитрия Талалаева – энергоинформационного коуча и клинического психолога. Кроме того, очень ценный вклад внесла Ольга Николаева – шаманка и автор книги «Мой неповторимый путь. Откровения шамана». В ней Ольга описывает подробно, как переболела шаманской болезнью и нашла свое предназначение в этом новом мире.

И конечно, не обошлось без консультаций с врачом по части диагноза, реальных прогнозов и плана лечения. В этом помог врач-оториноларинголог и аспирант кафедры аллергологии-иммунологии – Сергей Жаров. Если вы осилили последнее предложение, то самое сложное уже позади и дальше вас ждет увлекательная история, полная драмы, мистических знаков и откровений. Мы старались сделать ее очень теплой и душевной, а оформить все это максимально легко и лаконично помогла редактор Ольга Нуждова. Без нее текст не был бы настолько гладким и легким. Именно Ольга добавила те самые крупицы магии и воздушности, которые оператор кинокамеры вместе с художниками по свету и декорациям создают в кино. Очень надеемся, что это путешествие в мир снов навстречу к себе вам запомнится!

Больше информации про каждого участника проекта и их вклад можно посмотреть на сайте Нащупываясвет.рф

Глава 1. Неподвижность

Настоящее время.

20 апреля 2026 года.

Солнечный свет струится сквозь приоткрытые ажурные шторы. Он заливает центральную часть комнаты, оставляя в полутени кровать, картины на полу без рамок и двухметровый резной деревянный шкаф. Особенно красиво на свету танцуют пылинки.

Двадцатичетырехлетняя Катя неподвижно, подтянув острые коленки к груди и обхватив их руками, сидит на стареньком бордовом стуле. На ее лице солнце рисует затейливые узоры.

Кажется, что Катя даже не дышит, губы ее плотно сжаты. Волнистые русые волосы рассыпаны по спине, изящные плечи оголены. Несколько прядей падают на глаза, затеняя их. Но Катя не убирает волосы, а сосредоточенно смотрит прямо перед собой. Если сейчас заглянуть в ее большие голубые глаза, можно в них провалиться: они затягивают, как воронка, и манят в неведомое.

Рядом с Катей деревянный мольберт с недописанным пейзажем – в наброске угадываются горы, укутанные розовой закатной дымкой, и бирюзовые пятна озер, в которых отражается небо. Следы краски на мольберте, помарки от карандашей и неубранная стружка после их заточки – все говорит об активной работе с картиной. Даже табуретка с красками стоит так близко, будто Катя только что писала и решила сделать перерыв. И только пыльный слой на всех художественных принадлежностях в комнате, засохшая палитра с потрескавшейся гуашью и отсутствие запаха краски намекают, что прошло немало времени с того момента, когда молодая художница в последний раз прикасалась к своим инструментам.

На самом деле прошло не меньше шести месяцев.

Катя уже давно не живет здесь – в квартире у бабушки, но, несмотря на это, очень строго запрещает что-либо менять в своей бывшей комнате. Поэтому когда бы Катя ни пришла в гости, она всегда застает все на своих местах, в точности как когда-то оставила. Разрешено было только вылить воду для краски из стаканчика, а в дальнейшем поливать цветы на подоконнике, которые и так всегда были под контролем бабушки, протирать пыль на больших поверхностях и проветривать комнату. Все. Этим зона доступа и ограничивается. По мнению Кати, она и так достаточно щедра: всегда можно запереть дверь на замок, предотвращая любое проникновение в свое личное пространство.

Бабушке Кати – Наталье Игоревне Самойловой – уже шестьдесят девять. И она, в силу своего мягкого характера и семейных обстоятельств, безропотно слушается внучку. Конечно же, между ними было всякое, какое-то время бабушке даже удавалось продвигать свои инициативы. Но с шестнадцати лет Катя начала яростно отстаивать личные границы, ограждаясь от любой опеки. Бабушке пришлось смириться и отступить. Она в полной мере убедилась, что для внучки соблюдение принципов свободы и неприкосновенности важнее всего. Иначе все может закончиться тотальным разрывом отношений, а ей очень не хочется оказаться на месте Катиной мамы, с которой Катя не общается вот уже восемь лет.

Катя же, хотя это не всегда заметно, сильно дорожит своей любимой и доброй бабулей. Но, как и многие молодые люди и девушки, совершенно не умеет этого показывать, не до конца осознавая ценность тепла и заботы родного человека.

Вот и сегодня Катя сидит, полностью погрузившись в себя, и ее мысли далеки от переживаний мамы, бабушки, Славы – ее парня или кого-либо еще. Сейчас она вспоминает, как трепетно прижималась к ней маленькая черная собачка, после того как она спасла ее, буквально вырвав из рук малолетних недоумков…

…Девять лет назад, когда Кате было пятнадцать, она шла в своих новых бордовых ботинках – гриндерсах с металлическими вставками на носках. Да, они были тяжеловатыми, но суперудобными и нереально крутыми. Имба, одним словом. И тут ее внимание привлекли четверо парней ростом, наверное, с нее или выше. Кто-то из них снимал на телефон происходящее на земле, кто-то смеялся и топал ногами, но Катя издали не могла понять, что там происходит.

Она остановилась, вытащила из ушей наушники и… услышала визг. Катя мгновенно запрыгнула на каменную полусферу, которой отделяют проезжую зону во дворах, и то, что она увидела, потрясло ее до ужаса. Маленькая собачка носилась с большой пластиковой бутылкой на голове, в которой эти уроды вырезали отверстие и просунули туда собачью морду. Они били по этой бутылке и топали вокруг, в то время как перепуганная задыхающаяся собачка металась из стороны в сторону. Сейчас трудно уже сказать, сильно ли они дубасили по бутылке или не очень, но Катя помнит, что кто-то даже стал что-то бросать – то ли камни, то ли зажигалку. Словом, четверо идиотов измывались над беззащитным существом, создавая тому угрозу жизни.

Катя оглянулась по сторонам, но другие прохожие только один-два раза повернули головы и не стали утруждать себя разборками с агрессивными малолетками. Катя подумала, что она в меньшинстве и не умеет драться. Хотя нет, как-то ее сосед по парте показал один прием. Но что такое неотработанный прием у худощавой девушки в сравнении с четырьмя парнями, габариты которых превосходят?

Очередной душераздирающий визг собаки мгновенно прервал Катины рассуждения, и она, не имея никакого плана, бросилась на мучителей со спины. Единственное, что ей пришло в голову в этот критический момент, когда нужно было откуда-то взять невероятное мужество, – это фраза из книги: «Разбей зеркало, пока оно не показало твой страх». И теперь эти слова сыграли чуть ли не решающую роль.

Первого Катя схватила за рюкзак и отшвырнула так, что повалила на землю. Он ударился об асфальт затылком. Второй, который агрессивно развернулся на Катю, получил ладонями по ушам с двух сторон и оглох от неожиданности на некоторое время. Кате удалось вывести его из строя и дезориентировать. Это был тот самый прием, который ей показал одноклассник. Третий хотел было к ней подойти, но тут помогли Катины гриндерсы, вернее металлические вставки. Катя попыталась отмахнуться от него ногой, но вместо промежности, куда целилась, попала в косточку на голени. Так она узнала, что это тоже одно их самых болючих мест, в котором соединяются нервные окончания. А четвертый с телефоном руке уже не решился ничего предпринимать и остался стоять с открытым ртом. Он даже не снимал происходящее, камера была направлена вниз. К этому моменту первый уже вскочил с земли, но выглядел растерянным, видя своих друзей в неприглядном виде.

И тут Катя властно и грозно крикнула:

– А ну пошли отсюда! Быстро!

Катины металлические нотки в голосе действительно произвели впечатление, даже на нее саму. Но один из парней не мог проиграть и жаждал второго раунда.

– А то что? – дерзко спросил он, делая два шага вперед и разминая руки для драки.

Тут Катя на доли секунд потерялась, к счастью, незаметно для остальных. Через мгновение она, не отступая ни на шаг, применила исключительно женское оружие.

– Я закричу: «На помощь!» Сюда точно сбегутся вон те, те и те, – заявила она, указывая на прохожих.

Тем временем у нее сильно начали трястись губы и руки. Даже больше, она тряслась всем телом, не столько от страха, сколько от адреналина. Ведь, признаться, она сама не была уверена, что кто-то откликнется на ее призыв о помощи. Может, все также пройдут мимо, отводя глаза, как только что прошли мимо собачки.

Но ее слова, поза и грозный взгляд произвели нужное впечатление. Если бы она проявила хоть секундную слабость или показала страх – все. Но парни ей поверили.

– Ладно, пойдем. Эта бешеная какая-то, – плюнул под ноги второй, потирая руками уши.

Остальные что-то пробубнили себе под нос, но послушались.

Когда мучители скрылись из виду, Катя бросилась к собачке. Та каким-то образом забилась под лавку и теперь не могла выбраться – мешала бутылка.

– Ты моя хорошая, иди ко мне, – нежно залепетала Катя, прижимая к себе найденыша. Дрожащими руками она стянула с его головы бутылку. Это оказался карликовый пинчер: черный, с тремя рыжеватыми пятнышками на груди и шее. Катя сидела на коленях, прямо на мокром от дождя асфальте, не чувствуя холода.

Пинчер часто-часто дышал, вывалив язык, и был похож на маленького медвежонка. У Кати на глазах выступили слезы. Как же ему помочь? Точно! У нее же осталось немного воды в бутылке. Она мигом полезла в сумку. Напоив песика, она отогрела и успокоила его у себя под курткой и уже хотела забрать с собой, но тут появилась хозяйка – девочка на роликах, чуть младше Кати. Оказалось, она ищет своего питомца: во время прогулки он отстал и потерялся. Девочка, чуть не плача, бросилась благодарить Катю – до этой площадки она объездила полрайона и совсем выбилась из сил.

Сейчас, сидя в своей комнате, Катя и сама внутренне ощущает себя в точности как тот дрожащий пинчер. Она никогда не забудет благодарных глазок и трясущихся лапок маленького, беззащитного существа. Он смотрел на свою спасительницу и не мог поверить, что все закончилось. Как же Кате хочется найти такого человека, к которому можно прижаться и забыться… Даже Слава не способен дать ей достаточного количества тепла.

Стук в дверь выдергивает Катю из мыслей, прозвучав подобно стенобитному тарану, – настолько ярко и объемно. Удивительно, но Катя даже не вздрагивает, прекрасно понимая, что это произошло бы рано или поздно. И все же упрямо продолжает цепляться за свои мысленные связи, словно за спасительные ниточки. Ей кажется, что она еще не все успела обдумать, прояснить для себя, а ее без спроса, совершенно бесцеремонно тащат в неприглядную, мутную реальность.

Стук повторяется снова. Катя не реагирует, предугадывая дальнейшее развитие событий. Она отчаянно пытается успеть прийти к важным выводам мыслительной цепочки и охватить вниманием ключевые пункты. Если только она ухватится за ниточку, у нее будет возможность вернуться к выводам о случившейся с ней трагедии позже.

Тем временем бабушка тихонько нажимает на ручку и медленно открывает дверь. Увидев сидящую внучку, делает вывод, что войти все-таки можно.

У Кати проносится быстрая мысль, что ей не во всем удалось вымуштровать бабулю по части личного пространства. По крайней мере, именно такое поведение свидетельствует о неусвоенных уроках. Катя пытается отмахнуться от внешних раздражителей, чтобы как можно дольше побыть наедине с собой. Сейчас счет идет на секунды. Первое произнесенное слово все порушит, и это может случиться в любой момент. Поэтому она продолжает демонстративно сидеть без какого-либо движения и специально не дает понять, что все слышит.

Бабушка нерешительно заходит в комнату и движется по направлению к окну, перед которым сидит Катя, все еще надеющаяся, что той хватит мудрости ее не тревожить. Но такая вероятность ничтожно мала, к тому же она еще ни разу не была подтверждена на деле.

Есть люди, которые считывают состояние других буквально кожей. Подобно детектору внутреннего намерения, они могут понять, кто о чем думает. А если еще и посмотреть в глаза, то часто можно прочитать даже целую сводку новостей и сопроводительных комментариев, которые сквозят между строк. Хоть и не все люди «доступны для чтения», но очень и очень многие. Если же Кате не удавалось считать скрытые мотивы, она всегда могла прислушаться к ощущениям в теле. Так становилось понятнее, что излучает человек и хорошо ли ей самой от того, что она чувствует. Ведь даже самые искусные манипуляторы не в силах повлиять на то, что называется атмосферой вокруг них, вайбом или послевкусием.

При этом есть люди, которые напрочь лишены даже малейшей эмпатии и будут задавать сто пятьдесят миллионов вопросов и совершать столько же действий. Всего этого можно было бы избежать, если бы они только научились интерпретировать друг друга и «читать» людей как книгу. Именно такие люди-вопросы – Катина мама и бабушка, в то время как она сама – эмпат.

А ведь как было бы проще всем, если бы можно было выбирать родителей и близких подобно тому, как мы выбираем второй семейный круг – своих друзей и партнеров!.. Но Катя ловит себя на том, что отвлеклась от главной темы своих рассуждений. Они слишком личные и болезненные, чтобы их озвучивать. Даже мысленно.

Тем временем бабушка подходит все ближе, и Катя уже отчетливо слышит вопросы, которые та только начинает мысленно формулировать. Скрипит пол. Расстояние между ними, согласно Катиным детекторам, сокращается до метра, она непроизвольно сжимается внутри себя, боясь, что теперь бабушкин вопрос прозвучит слишком громко в ее идеальной тишине, и… вздрагивает от прикосновения к своему плечу.

«Вот это уже настоящий беспредел, – проносится у Кати в голове. – Это ж надо – со спины, да еще и без предупреждения!»

– Катюнь, может, выйдем на воздух? Хоть бы и на балкон, если вниз не хочешь. – Бабушка пытается расшевелить внучку. Она, конечно, понимает, что той сейчас не просто или, по крайней мере, думает, что понимает.

В любом случае Катя продолжает сидеть неподвижно, не оборачиваясь и не поддаваясь на приветливо завлекающее предложение. Ведь оно кардинально расходится с ее желаниями на текущий момент.

– Не хочу, – тихо отвечает, наконец.

– А может, надо проветрить?

– Кому надо? Тебе? – моментально парирует Катя низким, сухим тоном, вложив в него все свое отношение к бесцеремонному вторжению в личное пространство. Ну почему так сложно сделать, как просят? Тогда бы не пришлось отвечать в таком тоне.

Бабушка грустно опускает голову, чувствуя раздражение Кати и не в силах что-либо поменять. Она все еще порывается подойти к окну под предлогом проверить свои цветочки, чтобы «не стоять над душой», как часто выражается ее внучка, но неожиданно раздается звонок в дверь.

Теперь уже вздрагивает бабушка.

– Кто это там, интересно? – произносит она, торопливо выходя в коридор.

Катя медленно, чуть заметно выдыхает, стараясь справиться с взлетевшим за эту минуту напряжением. Раздается звук открытия входной двери.

– А, Наталья Игоревна, здравствуйте! – слышатся противные высокие нотки соседки. Она даже не догадывается о существовании разных голосовых резонаторов в человеческом теле, не говоря уже об их использовании.

– Доброе утро, Валентина Федоровна.

Катя с облегчением возвращается в свои мысли. Так, о чем она думала до прихода бабушки? Надо зацепиться, чтобы размотать цепочку. Ах да, картина напротив. Год назад, сидя на этом самом месте, Катя только начинала накладывать цвета. Забавно, что работа была запланирована в несвойственном Кате стиле – в подарок Славиным родителям. Теперь именно по этой причине она не может… Нет, нет, нет, она не хочет об этом думать! Слишком больно.

Мало кто знает, насколько это утро тяжелое для Кати. Ведь со стороны все всегда выглядит совсем не примечательным.

Глава 2. Отголоски прошлого

Воспоминание.

28 апреля 2025 года.

Год назад в этой комнате солнце заливало все пространство таким же насыщенным золотым светом. Вот что значит восточная сторона окон! Из-за этого Катя, работая над картиной, время от времени щурилась, хотя волосы, игриво собранные в небрежный хвост, защищали от прямых лучей, а тепло помогало войти в приятный творческий транс.

Она всегда любила утро у бабушки за солнце, которое радостно встречало и заряжало энергией. Особенно сейчас, когда Катя писала горный пейзаж в несвойственной себе манере и концентрация важна была как никогда. Обычно Катя подлетала к чистому холсту на крыльях вдохновения. Тогда, чтобы воплотить идею, не приходилось прилагать усилий. А вот приближать вдохновение, когда его нет, – это совсем не про Катю. Теперь уже нет – ей сполна хватило подобных истязаний в художественной школе, больше она не намерена себя мучить.

Вдохновляет лишь сильная мотивация. Она же рождает желанный импульс, запускающий творческий процесс. И все становится таким же легким, как езда на велосипеде в живописном парке. Сейчас такой мотивацией является предвкушение. Очень хочется порадовать родителей Славы и удивить его самого. Его семья давно стала Кате родной – настолько, что порой кажется, будто Слава ревнует родителей к собственной девушке. По крайней мере, он хотел бы услышать в свой адрес очень многое из того, что они адресуют ей.

Долгие философские разговоры и невероятное сходство Кати со Славиными родителями во вкусах – в музыке, литературе, быту – не перестают удивлять. А недавно они много говорили об Индии, Тибете, Николае Рерихе, карме, древних даосах и мексиканских чудесах, и Катя решила написать по мотивам этих разговоров картину. После множества эскизов, когда основной контур был готов, настал самый трепетный момент – первые мазки красками. От того, насколько ей понравятся оттенки, зависит судьба всей картины. Если начало удачное, Катя не успеет опомниться, как огромный пласт работы уже позади. Уже и солнце может сесть, а она и не вспомнит, ела ли что в течение дня. Бывает, она возвращается к реальности только из-за необходимости включить свет в комнате. Иногда она не может продолжать, если выплеск днем был слишком сильным. Тогда наступившая темнота служит стоп-краном. А бывает наоборот: если за день не удалось добиться желаемого, вечером открывается второе дыхание, Катя смотрит на свою работу с нового ракурса и четко понимает, что нужно сделать.

Смешав основные цвета масляных красок на новой палитре – подарке Славиных родителей, – Катя затаив дыхание сделала первые мазки. Она решила начать с правого нижнего угла: снизить градус ответственности и писать траву. Ей мечталось, чтобы трава переливалась необыкновенными цветами под стать всему пейзажу и впитала магический тон. Поэтому Катя подготовила разные вариации бирюзовых и изумрудных оттенков – дала волю творчеству.