Помощник эльф. Часть четвертая

Темные силы боролись во мне, понукая совершить что-то из рук вон плохое. Злость, боль, отчаяние только добавляли в этот жуткий надрыв больше красок, утаскивая меня больше и глубже. Голова раскалывалась, а все тело трусило от переизбытка магии Темного Бога.

За все надо платить. Я знала это, когда обращалась к силам. Так что просто пришло время.

Единственное что, платить ведь можно по-разному… И я не хотела вмешивать в это моего Ниэля, потому что он был не виноват. А значит, остаются только две вещи — Темный Храм или самоистязание.

Прикусила губу, глядя на свое отражение в зеркале. Никто не должен платить за мои ошибки. Никто и никогда.

Прикрыла глаза, формируя из собственной магии жгут и…

Больно… хорошо… Я делаю это для тебя, Темный Бог. Бери мои силы, насладись моей болью!..

— Стой! — Ниэль ворвался в мою комнату словно ураган. — Стой! — выдохнул он, обхватывая меня руками. — Не надо, Арьера. Я все вспомнил! — выдохнул он, прижимаясь ко мне животом и не давая продолжить.

Мою спину пересекали лишь три багровые полосы, истекающие кровью, но я знала, чувствовала — Темному этого мало.

— Зачем ты пришел? — выдохнула, ощущая, как все внутри меня борется за продолжение. Темные силы понукают меня продолжать, и мне сложно сдерживаться.

— Ты использовала темные силы сегодня, я вспомнил все, что ты говорила мне о Темном Храме когда-то. И я понял, что ты собираешься сделать, когда твоя магия закрылась от меня.

Удивленно подняла брови, глядя на Ниэля через зеркальную поверхность.

— Не надо, Арьера. У тебя ведь есть я, зачем ты истязаешь себя? — голубые озера глаз моего любимого смотрели с непониманием.

— У меня нет выбора. Либо идти с Темный Храм, либо так, — выдохнула, прикрывая глаза и впитывая его любовь ко мне, словно объятый жаждой путник пустыни воду. — Ты вспомнил все?

— Все! Когда ты обратилась к силам Темного для поиска брата, я почувствовал, и картинки словно бы замелькали перед глазами. Теперь я помню все, но все равно не понимаю, зачем ты мучаешь себя! — Мой помощник развернул меня в своих руках и заглянул в глаза, словно действительно не понимал.

Я грустно улыбнулась, кладя руку ему на лицо, пачкая его в земле. Ногти были обломаны, и под них забилась грязь… хороша императрица.

— Ты невинен, Ниэль. Ты попал в рабство так рано, ни за что, прошел через многое… От тебя исходит такой теплый и яркий свет, что я буквально не знаю куда себя девать. Раньше я не понимала, что это, а сейчас… Ты избранник Светлой Богини, Ниэль, а не Темного Бога. Ты не должен платить за мои ошибки. Это моя дань Темному, который избрал меня.

— Нет, Арьера! — Ниэль взял мое лицо в свои руки. — Ты не понимаешь! Мы не просто избранники своих богов, мы — одно целое. А ты сейчас разделяешь нас на две половины, утверждая, что твои долги — лишь твои.

Я искривила губы в печальной улыбке. Ведь так и есть. Мои долги — они лишь мои.

— Между нами связь, мы сообщающиеся сосуды — помнишь?

Кивнула, не понимая, куда он ведет.

— Это значит, что твои долги — такие же мои. И я совсем не против оплатить их вместе с тобой.

— Ниэль, — покачала головой, — этот долг слишком больно платить. Темный очень помог мне, и я…

— Ты думаешь, я не понимаю? — Любимый перебил меня.

Сейчас в нем горел такой яркий огонь, что я даже залюбовалась, поражаясь, когда из забитого жизнью мужчины он стал таким — сильным, уверенным, даже властным… Из него получится великолепный император. Немного подучиться, отработать этикет, манеры, каплю лоска… И он станет лучшим, кого можно представить на троне Империи. Справедливый, добрый, дотошный, уверенный в своих действиях…

— Арьера, я сделал свой выбор, когда связал себя с тобой связью! Я осознанно согласился на все, лишь бы быть с тобой! Посмотри!

Он сунул мне под нос татуировку нашей связи.

— Мы — одно целое. Я ведь знал, что тебе требуется боль, когда соглашался на это. Знал, что Темный Бог тебе ближе Светлой. Я все это знал тогда и согласился. Неужели ты думаешь, что отступлю сейчас, когда тебе требуется моя помощь?

Я отвела взгляд. Может в чем-то он прав.

— Арьера, пожалуйста…

Он буквально умолял. И я понимала, что он прав. Но в то же время… Закрыла глаза, решаясь.

— Хорошо, — выдохнула. — Но все будет чуть иначе, — посмотрела в глаза своей любви. — Темный бог ведь принимает не только болью, Ниэль.

— Я готов на все, что ты захочешь со мной сделать. — Помощник улыбнулся, сцеловывая мои слезинки, невольно выступившие от принятого решения. Я искренне не хотела этого. — Я весь твой, Арьера.

Он сделал шаг назад, продолжая улыбаться мне.

Но мне было не до улыбок. Стерла слезы со щек. Темный Бог уже требует свой платы, я это чувствую, а потому…

— Раздевайся. Медленно, — попросила, делая шаг назад, чтобы видеть моего эльфика лучше.

Само собой я безумно его хотела, но сейчас тот момент, когда надо собрать свои эмоции в кулак и все сделать верно, чтобы сегодня успеть еще и поехать. Хотя план с тряской каретой придется скорректировать и перейти сразу в лес. Но… увидим. По состоянию Ниэля в конце нашей игры будет понятно.

Я любовалась, настраивая себя на то, что я ведь тоже участник событий и мое темное удовлетворение также уйдет как плата Богу. Так что плавно старалась отрешиться от всех мрачных и болезненных эмоций. Забыть про смерть родного брата, забыть боль разочарования в самой себе, что даже не заметила подмены. Забыть про жажду мщения и темное желание убить всех виновных.

Прикрыла глаза, успокаивая себя. Вдох, выдох…

Когда я в следующий раз открыла глаза, то была практически спокойна, а Ниэль уже был без рубашки, глядя на меня слегка взволнованно, словно боялся рецидива истерики. Но я не собиралась больше поддаваться эмоциям. Я собиралась дать плату Темному Богу.

Коснулась оголенной кожи, ощущая, как внутри любимого вспыхнуло мрачное удовлетворение от моего жеста.

— Хватит. — На помощнике остались лишь темные брюки. От обуви и носков он уже успел избавиться. — На кровать.

Любимый исполнял приказы, наверное, даже быстрее, чем я успевала подумать, зачем мне это. Хотя, конечно, я знала зачем. У нас нет сейчас времени на долгое восстановление, а оставлять Ниэля во дворце, в то время как я поеду в Светлый Лес, не очень-то хотелось. Я чувствовала, что это неправильно.

Прикрыла глаза, с мрачной решимостью любуясь переливами сухих мышц Ниэля когда он укладывался посередине кровати, едва заметно нервничая от того, что не знал своего будущего. Но эта нервозность ему даже шла, делая его эмоции еще острее, а следовательно — вкуснее для Темного.

— Руки разведи в стороны, — приказала чуть резковато, сама скривившись от своего голоса, но сейчас не до церемоний и лишней нежности.

— Вот так? — Голос любимого охрип. Я ощущала, что он одновременно волнуется и боится того, что будет дальше, и жаждет этого.

Изящные запястья широко раскинулись в разные стороны, но я хотела чуть иного… Не стала ничего отвечать, молча подходя к шкафу, где хранила всякие мелочи для игр. Все же раньше у меня были любовники и во дворце — я никогда не была ханжой, это последние годы выдались… непростыми.

Выбрала жесткие фиксирующие браслеты, помня о том, что как бы я ни хотела ласки и нежности — это не тот случай. Я должна думать не только о собственных желаниях, но и отдать долг Богу. Он помог мне, пусть поиск и не увенчался успехом, но все же… Я не могу игнорировать этого. К тому же сами по себе они не доставят боли, только если моя сегодняшняя жертва будет дергаться.

Мрачно улыбнулась, предвкушая, как заставлю его вырываться из моих объятий. Да. Сегодня предстоит тяжелый день, но это лучшее, что я смогла придумать, одновременно не желая слишком жестить и стремясь удовлетворить жажду божества.

— Подай руку, — попросила, подходя ближе и показывая моему эльфику первый браслет. — Будешь вырываться — останутся следы, так что постарайся осторожнее, — предупредила, отчего у моего помощника взгляд стал лишь еще опасливее, но решимость никуда не делась.

Я защелкнула первый браслет, глядя, как любимый слегка вздрогнул от хищного звука. Приковывать пока не стала. Для этого еще будет время. А пока… пусть думает, зачем мне это.

Прошла с другой стороны кровати, ничуть не стесняясь своего внешнего вида — истерзанное алое платье, багровые полосы, что до сих пор причиняли мне боль на спине, руки в земле… Наверняка макияж размазан после недавних слез, а прическа сбилась окончательно, но это не главное. Я еще успею привести себя в порядок. А швеи также успеют починить платье, пока я буду отдавать долги. Но это все чуть позже.

Второй браслет издал такой же гулкий металлический лязг, защелкиваясь. Осталось еще два — для ног.

Молча прошла к изножью кровати, резким жестом заставляя моего любимого развести ноги максимально широко, защелкивая и на них «украшения».

— Может, мне стоит снять брюки? — неуверенно уточнил мой помощник, но у меня были на них другие планы.

Сейчас он чувствует хоть какую-то защищенность пока они на месте. Еще рано лишать его этой призрачной преграды.

— Не стоит, — мягко отказала. — Пока рано.

Щелчок последнего браслета и…

Вот теперь, когда все четыре браслета вместе, замыкая контур, Ниэль изумленно распахивает глаза, ощущая, как магическая волна проходится по всему его телу.

— Что это? — шепчет он, начиная слегка нервничать.

Он мне доверяет, я это чувствую, но все же… я ведь еще никогда не играла с ним всерьез. Всегда это были лишь поверхностные ощущения. А теперь…

— Они усиливают мою магию, — улыбнулась, погладив ладонью мягкую бархатную кожу его ребер. — Сегодня мне это понадобится.

Ниэль задумчиво кивнул, видимо вспомнив первую порку, когда я усилила его ощущения, на самом деле едва прикасаясь к коже плетью. Он думает, что его ждет порка? Наивно.

Глава 2. Полнота эмоций

Я не понимал, что делает Арьера, но полностью доверял ей, так что старался расслабиться и отдаться процессу полностью.

Память, неожиданно вернувшаяся ко мне в момент, когда любимая обратилась за помощью к Темному, кислотой разъедала душу. Как я мог забыть ее? Как я…

Прикрыл глаза, ощущая себя в ловушке, когда последний браслет оказался жестко зафиксированным. Сейчас я был рад, что на мне остались брюки. Эти браслеты и столь тугая растяжка нервировали, хотя я сам не понимал почему. Воздействий пока не ощущалось, но, может быть, Арьера действовала своей магией осторожно.

В любом случае слегка нервно наблюдал за действиями любимой. Расслабиться не получалось, сам не знаю почему.

Императрица коварно улыбнулась, любуясь мною еще пару минут, а затем вновь пошла к тому же шкафу, из которого добыла эти браслеты. Я даже не знал, что у нее в комнате есть какие-то игрушки. Она не слишком пользовалась ими в предыдущие разы.

Арьера вернулась быстро, кидая на кровать сразу несколько предметов. Я бедром ощущал холод металла.

— Ниэль, помни о том, что я ощущаю и контролирую твои эмоции, — слегка печально улыбнулась девушка. — Если будет слишком страшно — я смогу успокоить, но постарайся справляться с этим сам.

— Я не боюсь. Просто…

Прикрыл глаза, не зная, как выразить то, что я еще никогда не был в подобной этой ситуации. Да, нас учили, но одно дело знать в теории, а другое — на практике. Пусть я больше не бесправный раб, но, как оказалось, так даже тяжелее терять возможность движения. Хотя, возможно, я бы был не против такого, когда над нами не висит оплата Темному Богу, а все твои кошмары могут стать реальностью в одно мгновение.

Тем не менее я все равно не мог позволить платить Арьере, а значит… Стоит расслабиться и «получать удовольствие», как бы сложно мне это ни далось.

— Я готов ко всему, Арьера. Не стоит меня жалеть, — сказал, полный решимости выдержать все, что понадобиться, но точно не ожидал, что после моих слов в руках у любимой появится уже почти позабытая вещица.

Прикусил губу, стараясь не нервничать и приподнимая голову, чтобы ощутить, как на шею надевается удавка ошейника. Сглотнул, чувствуя, что кожаная полоска довольно ощутимо сдавливает горло, почти душа меня.

— Спокойно. — Тихий голос любимой заставил воздержаться от вопросов. — Ты можешь в нем спокойно дышать.

Тем временем, поборов панику, я действительно понял, что дышу нормально, если не начинаю пытаться вдохнуть как можно глубже. Вот тогда да — он не давал сделать вздох полной грудью, вызывая еще больше желания сильнее вздохнуть, отчего начинался новый виток паники.

Из-под моей головы убрали подушку, делая кровать ровной. Лежать так было не слишком удобно, да и видно только потолок, так как при малейшем напряжении или повороте шеи дышать становилось трудно, но в целом действительно ничего критичного, если прекратить дергаться.

Подозреваю, что говорить я также не смогу. Точнее смогу, но воздуха будет не хватать.

Что же задумала любимая? Я думал, она воспользуется плетью или кнутом, но, видимо, она не шутила, когда говорила про другой вариант.

— Сегодня вечером мы выдвигаемся к светлым, — спокойно сообщила Арьера, сидя рядом и пережидая, пока мое сердцебиение успокоится. — Так что ты мне нужен вменяемым и без увечий. Мне жаль, что придется сделать с тобой то, что я сделаю, но это лучшее, что я смогла придумать на данный момент.

Мне хотелось успокоить ее, дать понять, что все хорошо, но я не рискнул говорить, лишь улыбнувшись любимой.

— Вполне возможно, что после такой игры ты больше их не захочешь, — я пойму.

Боль, что сидела в Арьере разрывала меня на куски, но сейчас не время для выяснения эмоций. Я готов заплатить ее цену Темному Богу, какой бы она ни была. Все остальное не имеет значения.

— Вот так… успокаивайся…

Руки любимой были ласковы, она улыбалась, но в глубине глаз все равно сидела эта дикая боль, которая появилась, когда она поняла, что потеряла своего брата. И я не мог ее разочаровывать, заставляя себя дышать ровнее, будучи распятым на кровати.

— Хорошо. Ты умница, Ниэль. Усложним еще.

К моим губам поднесли новый предмет. Кляп! Ненавижу!

Должно быть, в моих эмоциях так ярко полыхнуло неприятием, что пальцы Арьеры на мгновение дернулись, в глазах отразилось сомнение, но я ведь не дурак, осознавал, что сейчас Темный должен питаться моими эмоциями, а значит, чем больше негатива — тем лучше.

Подался вперед, задерживая дыхание и стараясь не обращать внимания на ошейник, сам забирая из ее рук это гадское устройство, блокирующее дыхание ртом полностью. Сжал зубы на специальном выступе, ощущая себя отвратительно и беспомощно.

Ловкие пальцы тут же зафиксировали на мне эту пакость.

Вдох… выдох… я восстанавливал дыхание и отчаянно пытался убедить себя в том, что мне достаточно воздуха. Достаточно!

— Хорошо. — Арьера сдвинулась ниже, забирая наконец то, что так раздражало металлом у бедра. — Контролируй дыхание, — предупредила она и без прелюдии, довольно резко разрезала часть штанины на моей ноге. Я даже испугаться не успел, ощущая, как тонкая дорогая ткань буквально рассыпается на части прямо на мне.

Дыхание мгновенно сбилось, вновь рождая панику, я попытался было уйти от опасного прикосновения, но добился только того, что браслеты сильнее впились в беззащитную кожу. Быстро взял себя в руки, тут же прекращая дергаться.

— Хороший мальчик, — проворковала Арьера, внимательно наблюдая за мной.

Я видел клубление темноты в ее взгляде в этот момент. Темный Бог питался моим страхом и паникой. Может быть, и хорошо, что мы до этого так не играли и я не привык к подобным ощущениям. Иначе обоим было бы слишком сложно дать Богу то, что он так требовал.

Новое движение, и в этот раз помимо второй разрезанной штанины на кровать наверняка упали еще и несколько капель моей крови. Боль была быстрой и острой, но, судя по мерной пульсации в ноге, ничего по-настоящему серьезного.

Замер, ощущая, как в этот раз нож не стремится убраться с моей кожи, лишь подбираясь к тому, к чему бы не следовало.

Вновь задохнулся, бесславно барахтаясь, ощущая, как последние остатки моих брюк сползают на кровать. Никак не мог сдержать панику, чувствуя яркие касания металла к члену. И словно в насмешку почему-то возбуждался от слишком обильных эмоций.

Страх, резкая и ослепительная боль, затрудненность дыхания — все смешалось. От ужаса казалось, словно меня в самом деле режут на части. Лезвие бродило по моему телу, магия не отзывалась, блокированная ошейником, все внутри переворачивалось от непривычных чувств, но…

Я доверял Арьере. Доверял с самой большой буквы, так что, как бы сейчас ни было трудно, взял себя в руки и заставил успокоиться, начиная плавно дышать. Она не может же в самом деле желать меня разрезать или убить. А значит, со мной играют лишь внутренние страхи.

Любимая тут же оказалась в поле зрения, прижимая своим лбом к моему. Она вся дрожала. Ее руки ласково гладили там, где еще недавно саднило от боли. Сердцебиение приходило в норму, а дыхание восстанавливалось. Мне по-прежнему сильно хотелось вдохнуть поглубже, но я не стал этого делать.

— Умница. — Тугая удавка ошейника резко исчезла, как и кляп. Я смог отдышаться нормально. — Ты умница, Ниэль, но этого пока недостаточно. Ты слишком доверяешь мне, чтобы бояться всерьез, даже несмотря на то, что я усиливала твои эмоции.

Сглотнул слюну, чувствуя себя почему-то виноватым.

— Прости, — прохрипел. В горле сушило.

— Ты не должен страдать от вины, Ниэль. Это прекрасно! — На мгновение грусть в глазах любимой сменилась любовью, но все тут же вновь исчезло. — Просто нам придется продолжить, вот и все. — Она нежно улыбнулась, отчего на душе мгновенно стало теплее. Ласковый поцелуй в губы и вовсе заставлял лед на сердце растаять. — Полежи так, пока я приму душ. И да… Думаю, немного интриги не повредит.

Я улыбнулся ей в ответ, совсем не возражая против повязки на глаза.

— Я люблю тебя, Ниэль. Помни об этом…

Глава 3. Вершина падения

Я ощущала голод темной магии во мне и ничего не могла с этим поделать. Этот голод бурлил и кипел в крови, мешая связно мыслить и словно бы перехватывая контроль над моим телом, в то время как я боролась с этим из последних сил, понимая, что нам с Ниэлем нужен перерыв.

Меня даже слегка удручало, что Ниэль не боялся по-настоящему, как бы я ни пыталась выбить его из колеи и заставить испытать яркие негативные эмоции. Темный Бог это чувствовал, требуя от меня платы за свою помощь все сильнее с каждой минутой. Мне нужна была пауза, чтобы обдумать ситуацию и решить, каким способом заставить Ниэля испытать целый спектр негативных эмоций, но при этом не повредить нашу с ним связь ненужным наказанием, которое любимый совсем не заслужил, уже не говоря о том, что сегодня мы должны выехать в Светлый лес во что бы то ни стало.

Смыла с себя всю грязь, мысленно перебирая варианты, но ни один не был достаточно гуманным, чтобы применять его к Ниэлю. Но ведь придется… Прикусила губу, наконец остановив свой выбор на одном воздействии, и даже нашла в нем положительные моменты. Пусть это займет чуть больше времени, чем мне бы понадобилось с обычной поркой, но это позволит Ниэлю точно испытать все грани эмоций. От восхитительных до самых негативных. Хочет он того или нет. А я еще усилю все с помощью своей магии.

Быстро вымыв голову и тело, выключила воду и, завернувшись в пушистое белое полотенце, вернулась в комнату.

Ниэль, лежавший по центру моей кровати, был великолепен. Восхитительно свежая молочно-белая кожа мягко светилась в свете солнца. Волосы густой волной рассыпались по подушке. Гибкое поджарое тело, распятое на кровати, натянуто словно струна. Сладкие эмоции ожидания…

Он повернул голову с завязанными глазами на мои шаги и слабо улыбнулся. Милый мой…

Насухо вытеревшись, кинула полотенце себе под ноги, забираясь на кровать. Мне хотелось ласкать его, а не пороть или делать что-то другое. Так хотелось увидеть, что он счастлив. Что он свободен и может быть со мной таким, какой он есть. Ну почему нельзя просто жить? Почему что-то, да случается?

— Такой сладкий, — проворковала, проводя пальцами от стоп эльфа практически до паха, остановившись около самого сокровенного. Мне надо настроиться на то, что я задумала. Не отвлекаться. Сейчас не время для сентиментальной чуши. Кто-то подобрался слишком близко! — Такой покорный…

Темная сила внутри меня вновь зажигалась яркими искрами. Темный Бог хотел взять свое, и пусть будет не боль, но другое… Я знала, что ему понравится то, что я задумала. Он любит такое. Вкус разочарования почти так же сладок, как боль, если не слаще.

Крепко обхватила тугой член любовника пальцами, заставив помощника выгнуться под моими руками. С его губ сорвался тихий вздох удовольствия.

— Расслабься, чувствуй, — посоветовала и взялась за дело уже со всей возможной энергией…

Я целовала соски, заставляя их собираться в тугие горошины. Вылизывала ямку пупка, наслаждаясь дрожью моего эльфа. Облизывала всего эльфа, заставляя его стонать и выгибаться на месте. И под конец доводила его практически до пика, каждый раз не давая перешагнуть через край удовольствия, вместо этого просто отодвигаясь на время, чтобы спустя пару минут начать все с самого начала, каждый раз усиливая и усиливая воздействие моей магии, чтобы он отдавал более чистые эмоции раздражения, разочарования, злобы, неудовлетворенности… И гася в нем понимание и проблески смирения.

Один раз, два, три, четыре… Одиннадцатый — и Ниэль уже плачет, умоляя позволить ему, но я не могу дать ему нужного. Двадцать третий и он уже не в себе, совершенно не соображая, что происходит. Боль неудовлетворенности мешается с попытками догнать желанное. Снова и снова. И снова… На тридцать седьмом разе любимый все же отключился, а я ощутила, как Темный Бог полностью доволен тем, что я ему дала. Более того — он взял даже больше, чем нужно, так что я могу быть спокойна в полной мере.

Острая неудовлетворенность и боль — лучшее, что я могла дать божеству.

Выдохнула, ощущая, как меня отпускает темная магия, и буквально падая на кровать рядом с отключившимся помощником. Вдох, выдох… Руки тряслись, все тело трусило. Язык и губы горели, пальцы свело судорогой, ведь последние разы мне пришлось серьезно постараться, чтобы завести Ниэля на пик удовольствия.

Я словно провела сорок допросов подряд — так все болело. Никогда не думала, что отдать богу плату настолько сложно. Но никогда и не стояло передо мной задачи не навредить партнеру, чтобы уже через пару часов он был вновь способен внятно мыслить.

Немного полежала и все же встала со своего места, сначала сдирая с любимого все лишнее — браслеты, повязку на глаза. Затем поспешила омыть его влажным полотенцем, пытаясь не уронить полотенце в процессе — так дрожали руки от слабости. И только потом пошла выбирать себе наряд, не забыв прихватить красное платье, которое я все же планировала надеть в Светлый Лес.

У дверей комнаты нашелся один их моих безопасников, видимо решивший, что контроль лишним не будет. Я обрадовалась ему как родному — сейчас не было сил объяснять слугам, что я от них хочу. Мне нужен был результат.

— Платье отдать швеям, — кинула красную тряпку Рику, мельком отметив, что на посту не только он. Но именно он был ближе, а сил сейчас не было совсем. — Ниэля завернуть в покрывало и бережно перенести в карету. Собрать всех для поездки в Лес! — приказала.

Подчиненный открыл было рот, видимо собираясь что-то спросить, но у меня не было настроения с кем-то болтать сейчас.

— Выполнять! — рявкнула, мечтая, чтобы этот длинный день уже поскорее закончился.

Двинулась в сторону своего кабинета во дворце. Раз брата нет и давно уже не было, следует вступить в наследство и забрать причитающиеся ему дома и блага. И также ту самую ресторацию Лапендо, в которой я когда-то давно, уже словно бы в прошлой жизни, нашла моего эльфа.