Следователь по делам, которых нет

Глава 6 Первая кровь

Я очнулся в постели.

Своей постели. В своей спальне. В поместье Безродовых.

Надо мной склонился Фёдор Савельевич с кружкой травяного чая.

— Вы живы, — сказал он. — Это хорошо.

— Что с девушками?

— Внизу. Пьют чай. Едят печенье. Плачут. Всё как положено.

Я попытался сесть — и не смог. Тело было ватным, голова чугунной, а на шее — две свежие ранки.

— Леди Мор, — сказал я. — Она...

— Взяла своё, — кивнул управляющий. — Но не до конца. Сказала, что вернётся сегодня ночью за продолжением.

— За продолжением?

— Ну да. Вы же подписали контракт. Кровь в обмен на помощь. По её словам, одной ночи мало. Нужно три.

— Три ночи?!

— Я вам говорил: не связывайтесь с вампиршами. Тем более с теми, у кого есть юридическое образование.

Я закрыл глаза. Система мигнула зелёным:

[[ Восстановление магии: 30% ]]

[[ Эффект «Кровь вампира» активен. Временное усиление: ночное зрение, ускоренная регенерация. Побочный эффект: тяга к сырому мясу. ]]

— К сырому мясу? — переспросил я.

— Да, — подтвердил Фёдор Савельевич. — Вы вчера ночью, когда вас принесли, пытались съесть подушку. И ковёр. И мою шляпу.

— Ужас.

— Это было забавно. Леди Мор сказала, что пройдёт через пару дней.

Я сел, наконец. Голова кружилась, но не сильно. На шее ранки запеклись.

— Где Паша?

— Внизу. Играет с девушками в дурака. Выигрывает. У него, кажется, сто лиц в колоде вместо карт.

— Это... странно.

— В нашем положении, Арсений Константинович, странно — это нормально.

Я спустился вниз. Девушки сидели в гостиной — те самые шесть, спасённые из Алого реестра. Они всё ещё были бледными, но уже улыбались. Пила чай с печеньем и слушали, как Паша рассказывает анекдоты голосом покойного профессора философии.

Та, с номерком «7», первой заметила меня.

— Вы живы! — сказала она и бросилась обнимать.

— Я живой, — подтвердил я, похлопав её по спине. — Как вас зовут?

— Анна. Анна Барятинская.

Я отстранился.

— Барятинская? Как камергер?

— Он мой дядя, — тихо сказала девушка. — Он и привёл меня сюда. Сказал, что я должна отработать долг рода.

— Какой долг?

— Моего отца. Он проиграл в карты. Дядя сказал, что Алый реестр простит долг, если я... если я стану донором.

Я посмотрел на остальных девушек.

— У всех такая история?

Они закивали. Кто-то — с долгами, кто-то — с подставными обвинениями, кто-то — просто потому, что была «лишней дочерью».

— Алый реестр собирает биоматериал, — сказала Анна. — Кровь, слёзы, волосы, ногти. Но главное — девственность. Почему-то она у них на особом счету.

[[ Информация получена: Алый реестр использует биоматериал для ритуалов. Девственность — катализатор. ]]

[[ Дело 7 продвигается. ]]

— Вы останетесь здесь, — сказал я девушкам. — Фёдор Савельевич вас спрячет. Никто не узнает, что вы здесь.

— А дядя? — спросила Анна. — Он придёт за мной.

— Пусть приходит. Я ему не отдам.

Девушка посмотрела на меня так, как будто я пообещал ей невозможное. Может быть, так и было.

Дверь открылась. Вошёл Паша, держа в руках поднос с запиской.

— Вам письмо, Арсений Константинович. Леди Мор прислала.

Я развернул бумагу. Почерк аккуратный, каллиграфический:

«Арсений. Сегодня ночью — наш второй раз. Приготовьтесь. Оно будет больно. И сладко. Как первая кровь. P.S. Я нашла убийцу. Это не человек. Это то, что было человеком. Оно живёт в документах. В каждой подписи. В каждой бумаге. Не трогайте ничего, что пахнет старыми чернилами. P.P.S. Паша передаст вам амулет. Наденьте его перед сном. Он не спасёт вас от меня, но спасёт от другого. Леди Мор».

Я поднял глаза. Паша протягивал маленькую кожаную сумку на шнурке. Внутри что-то звенело.

— Амулет, — сказал мальчик. — От нежити. Леди Мор говорит, что сегодня она не одна придёт.

— Кто ещё?

— Тот, у кого нет лица.

В гостиной повисла тишина. Девушки перестали пить чай. Фёдор Савельевич перекрестился. Паша улыбнулся своей вежливой, чужой улыбкой.

— Не бойтесь, — сказал он. — У меня есть лица на любой случай. В том числе на похороны.

— Чьи похороны? — спросил я.

— Пока не знаю. Но к утру узнаем.

Глава 7 Тот, у кого нет лица

Ночь наступила быстро.

Слишком быстро. Как будто кто-то нажал на пульте кнопку «пропустить день» и перемотал время до темноты.

Я сидел в кабинете Фёдора Савельевича и смотрел на амулет, который передал Паша. Маленькая кожаная сумка на шнурке. Внутри — что-то твёрдое, холодное. Я вытряхнул содержимое на ладонь.

Зуб.

Человеческий. Или не совсем. Слишком острый, слишком длинный, с черноватым налётом у корня.

[[ Получен предмет: Зуб низшего вампира (ранг II) ]]

[[ Свойства: отпугивает нежить в радиусе трёх метров. Внимание: привлекает высшую нежить. ]]

— Отлично, — сказал я. — Значит, леди Мор придёт в любом случае.

— Она уже здесь, — раздалось за спиной.

Я обернулся.

В дверях стояла леди Мор. В своём «ночном» лице — бледная, с чёрными волосами до пояса и алыми губами. Плащ распахнут, под ним — длинное платье из чёрного шёлка, разрезанное до бедра.

— Я стучала, — сказала она. — Ты не слышал.

— Я думал.

— Обо мне?

— О том, как тебя убить, если ты меня предашь.

Леди Мор улыбнулась. Клыки блеснули в свете свечей.

— Мило. Но сегодня я не за этим. Сегодня я привела гостя.

Она шагнула в сторону, и я увидел его.

Человек без лица.

Ростом под два метра, в чёрном сюртуке и белой рубашке. Руки в перчатках. Обычный, казалось бы, мужчина. Но вместо лица — гладкая кожа. Ни глаз, ни носа, ни рта. Только лёгкий намёк на черты — как у восковой куклы, которую не долепили.

Он стоял неподвижно. Не дышал. И пахло от него старыми чернилами и чем-то сладковатым — тем самым запахом из камина.

— Знакомься, — сказала леди Мор. — Это — Должник. Он работает на Алый реестр. И он пришёл за тобой.

— Зачем?

— Чтобы предложить сделку.

Человек без лица сделал шаг вперёд. Я отступил к столу, нащупал рукой нож для бумаг — единственное оружие в кабинете.

— Не надо, — сказала леди Мор. — Он не причинит тебе вреда. Пока.

Человек без лица поднял руку. На его ладони лежал лист бумаги — сложенный вчетверо, с сургучной печатью Алого реестра.

Он протянул его мне.

Я взял. Развернул.

«Договор 404. О переходе права собственности.

Арсений Константинович Безродов (далее — Должник) обязуется передать Алому реестру право на своё тело, душу и магический резерв в обмен на жизнь шести спасённых девушек.

Срок: немедленно.

Подпись: _____ (будет поставлена кровью Должника)».

Я поднял глаза.

— Это шутка?

Человек без лица покачал головой. Гладкая кожа на месте лица колыхнулась, как студень.

— Он не шутит, — сказала леди Мор. — Это официальный документ. Алый реестр имеет право требовать компенсацию за украденное имущество.

— Девушки — не имущество.

— По законам империи — да, имущество. Пока они не замужем и не имеют своего дохода, они принадлежат роду. А ты, как глава рода Безродовых, украл чужую собственность.

Я сжал бумагу.

— А если я откажусь подписывать?

Человек без лица сделал ещё один шаг. Я услышал, как скрипнули половицы под его весом. Или не под его — под весом чего-то, что скрывалось под сюртуком.

— Тогда он убьёт девушек, — сказала леди Мор. — Одну за одной. Прямо здесь. Прямо сейчас.

— А ты? Ты позволишь?

Вампирша отвела взгляд.

— У меня нет выбора. Я тоже его должник. Триста лет назад я подписала такой же договор. И до сих пор расплачиваюсь.

Я посмотрел на человека без лица. Он стоял неподвижно, как статуя. Но я чувствовал — он ждёт. И если я сейчас не подпишу, он начнёт действовать.

[[ Активирован навык «Чутьё на ложь» (ранг I) ]]

[[ Анализ: договор — подлинный. Юридическая сила — 100%. Но есть лазейка: пункт 14, раздел «Особые условия». ]]

Я снова развернул бумагу. Нашёл пункт 14. Мелким шрифтом, на полях:

«Договор теряет силу, если Должник докажет, что имущество (девушки) было украдено самим Алым реестром незаконно. Доказательства принимаются в виде заверенных копий документов за подписью главы Алого реестра.»

— Доказательства, — сказал я вслух. — У меня есть доказательства.

Человек без лица замер.

— Акт о списании девственниц, — продолжил я. — Я его уничтожил. Но у меня есть копия.

— Ложь, — прошептала леди Мор.

— Нет, — я достал из кармана сложенный лист. — Фёдор Савельевич сделал копию, пока я спал. Он у нас предусмотрительный.

Я протянул бумагу человеку без лица.

Он взял. Я не видел его глаз, но чувствовал — он читает. Его гладкая кожа пошла рябью.

— Подпись главы Алого реестра, — сказал я. — Он подписал этот акт лично. А это значит, что девушки были похищены официально. С ведома руководства. И вы не имеете права требовать их назад, потому что сами же их украли.

Тишина. Леди Мор смотрела на меня с уважением. Или со страхом. Или с тем и другим одновременно.

Человек без лица развернулся и вышел.

Без звука. Без шагов. Просто растворился в темноте коридора.

Леди Мор выдохнула — впервые за вечер.

— Ты идиот, — сказала она. — Он вернётся. С подкреплением.

— Знаю. Но сегодня мы выиграли.

— Сегодня — да. А завтра?

— Завтра я пойду к императору.

— К дракону? — леди Мор побледнела ещё сильнее — до состояния прозрачности. — Ты с ума сошёл.

— Возможно. Но у меня есть доказательства. Акт о списании девственниц, копии договоров, показания девушек. Император не сможет их игнорировать.

— Сможет. Он — дракон. Он жрёт тех, кто ему не нравится.

— Тогда я стану первым аудитором, которого съели за отчётность.

Леди Мор подошла ко мне. Вплотную. Её дыхание было холодным, но я чувствовал запах — не крови, а цветов. Жасмина.

— Ты странный, — сказала она. — Ты боишься меня, но не боишься императора.

— Тебя я знаю. Его — нет.

— Хочешь узнать?

Она провела пальцем по моей шее — по тем самым ранкам, которые оставила прошлой ночью.

[[ Внимание: леди Мор использует навык «Очарование» (ранг III). ]]

[[ Сопротивление: 15%. Шанс поддаться: высокий. ]]

— Не надо, — сказал я. — Не сегодня.

— Почему?

— Потому что сегодня я должен подготовиться к завтрашнему дню. А ты... ты должна защитить девушек, пока меня не будет.

Леди Мор отступила. Её лицо — ночное, чужое — на секунду стало человеческим. Уязвимым.

— Ты доверяешь мне? — спросила она.

— Нет. Но выбора у меня нет.

Она кивнула. Поправила плащ. Направилась к выходу.

На пороге обернулась.

— Арсений. Тот, у кого нет лица... он был человеком. Когда-то. Он подписал договор с Алым реестром и отдал им своё лицо. В обмен на бессмертие.

— И что?

— А то, что если ты подпишешь что-нибудь ещё — ты станешь таким же. Без лица. Без имени. Без будущего.

— Я не подпишу.

— Ты уже подписал. — Она кивнула на амулет. — Тот зуб — это часть тебя. Леди Мор отдала тебе частичку себя. А ты — ей свою кровь. Вы связаны. Навсегда.

— Это была сделка.

— Это был брак, — сказала леди Мор. — По законам Алого реестра. Ты — мой. А я — твоя. Пока смерть не разлучит нас. Или пока один из нас не умрёт по-настоящему.

Она вышла.

Я остался стоять в кабинете, с зажатым в руке амулетом — зубом низшего вампира, который теперь был частью меня.

[[ Статус обновлён: Состоите в кровном союзе с леди Мор. ]]

[[ Эффекты: +20% к сопротивлению магии, -10% к инициативе (вампирша всегда знает, где вы). ]]

[[ P.S. Поздравляем. Вы женились на вампирше. Свадьбы не будет, но налоги платить придётся. ]]

— Какие налоги? — спросил я.

Система не ответила.

Но где-то в доме Фёдор Савельевич заиграл на пианино. Похоронный марш.

Глава 8 Отчёт императору

Дорога в столицу заняла полдня.

Мы ехали в карете — я, Фёдор Савельевич и Паша. Управляющий правил лошадьми. Паша сидел напротив меня и играл в карты сам с собой. У него было тридцать две колоды по пятьдесят четыре карты в каждой, и он помнил положение каждой.

— Вам страшно? — спросил Паша, не поднимая глаз.

— Да, — честно ответил я. — Очень.

— Это правильно. Драконы чувствуют запах страха. Если вы не будете бояться, император решит, что вы что-то задумали.

— А если буду бояться?

— Решит, что вы слабый. И съест.

— Отличный выбор.

Карета тряслась на ухабах. За окном проплывали поля, деревни, редкие трактиры. Империя Драконов выглядела уныло — серое небо, серая земля, серые люди в серой одежде.

— Почему всё такое серое? — спросил я.

— Это не мир серый, — ответил Паша. — Это у вас зрение меняется. Побочный эффект от крови вампира. Вы теперь видите мир в оттенках. Через пару недель пройдёт.

— А если не пройдёт?

— Значит, вы сами становитесь вампиром.

Я промолчал. Система на этот раз не выдала никаких предупреждений. Только иконка «Следователь» мигнула — мол, всё путём, не дёргайся.

Столица называлась Драконград.

Город оказался огромным — в десять раз больше провинциального захолустья, где находилось поместье Безродовых. Каменные дома в пять-шесть этажей, широкие мостовые, вывески лавок, толпы людей. И над всем этим — императорский дворец. Белокаменный, с золотыми куполами и башнями, уходящими в небо.

— Красиво, — сказал я.

— Только снаружи, — ответил Паша. — Внутри — та же бюрократия, что и везде. Просто стены дороже.

Карета остановилась у ворот. Нас встретила стража — солдаты в чёрных мундирах с серебряными драконами на груди. У каждого — алебарда и магический амулет на шее.

— Арсений Безродов? — спросил старший.

— Он самый.

— Император ждёт. Проходите. Один.

Фёдор Савельевич остался снаружи. Паша тоже — он достал свою колоду и начал раскладывать пасьянс на ступенях.

Меня провели во дворец.

Внутри оказалось ещё красивее. Мраморные полы, хрустальные люстры, фрески на потолках — драконы, рыцари, битвы, победы. Но я заметил, что все фрески чёрно-белые. Как будто мир здесь тоже потерял цвет.

— Сюда, — сказал провожатый, открывая дверь в конце коридора.

Я вошёл.

Тронный зал был пуст.

Ну, не совсем пуст. Вдоль стен стояли статуи — в натуральный рост, из чёрного мрамора. Изображали они императоров прошлого — суровых мужчин с коронами и мечами. Но трон в центре зала был свободен.

— Подождите, — сказал голос откуда-то сверху.

Я поднял голову.

На балконе, на высоте пятого этажа, стоял человек. Невысокий, коренастый, в простом сером костюме. Ни короны, ни мантии, ни скипетра. Обычный такой дядька лет пятидесяти, с усталыми глазами и небритой щекой.

— Я император, — сказал он. — Виталий Третий. Не бойся.

— Я не боюсь, — соврал я.

— Врёшь. Я чувствую запах страха. Но это нормально. Все боятся. Даже мои советники. Особенно мои советники.

Он спустился по лестнице — быстро, почти бегом. Подошёл ко мне вплотную. Посмотрел в глаза.

— Ты аудитор?

— Да, ваше величество.

— Любишь цифры?

— Больше, чем людей.

Император усмехнулся.

— Хороший ответ. Многие говорят, что любят людей. Врут. А ты признаёшься, что любишь цифры. За это я тебя не съем. Пока.

— Благодарю.

— Садись.

Он указал на стул у стены. Сам сел напротив — на обычный табурет, без всяких подушечек и бархата.

— Ты принёс мне отчёт?

— Да, ваше величество.

Я достал из внутреннего кармана папку. Толстую, с сургучными печатями. Фёдор Савельевич готовил её всю ночь — копии документов, выписки из реестров, показания девушек.

Император взял папку. Пролистал. Не читая — просто так, для вида.

— Я знаю, что там написано, — сказал он. — Про Алый реестр. Про камергера. Про девушек.

— Знали и ничего не делали?

— Делал. Я запретил им убивать. Они не слушаются. — Он закрыл папку. — Понимаешь, в чём проблема, Арсений? Я — дракон. Я могу сжечь дотла любого, кто мне не подчиняется. Но Алый реестр — это не люди. Это система. Систему не сожжёшь. Систему нужно менять изнутри.

— Для этого и нужны аудиторы.

— Вот именно. — Император встал. Прошёлся по залу. — Я даю тебе три дня. Ты найдёшь доказательства того, что Алый реестр занимается незаконным сбором биоматериала. И ты предоставишь мне список всех, кто причастен. Включая моего камергера.

— А если я не успею?

— Успеешь. Или не успеешь. В любом случае, это будет не моя проблема.

— Чья же?

Император обернулся. В его глазах я увидел на секунду не человека — зверя. Древнего, голодного, уставшего.

— Твоя, — сказал он. — Ты сам влез в это дело. Сам спас девушек. Сам подписал контракт с вампиршей. Теперь сам и расхлёбывай.

Он подошёл к трону, сел. Взял со столика колокольчик, позвонил.