- -
- 100%
- +
Отто провожает Анну глазами и некоторое время пристально смотрит на нее. Через некоторое время Отто подбегает к ней и начинает идти вместе с ней по улице, словно преследуя ее. Анна делает вид, что не замечает Отто и продолжает быстрым шагом идти по улице. Отто прибавляет шаг и со всех сторон обходит Анну, идя с ней вместе, игнорируя при этом ее нежелание даже смотреть на него. Анна идет спешным шагом по улице и не обращает ни на что внимания. Анна подходит к очереди из трех человек, стоящей к банкомату, расположенному на улице в торце ее дома. Отто встает рядом с Анной. Анна резко поворачивается лицом к Отто.
– Прошел прочь, – произносит Анна и резко «скрывается» где-то сквозь толпу прохожих.
Отто не слышал, что она ему сказала, однако, от на седьмом небе от счастья от того, что она обратила на него внимания и что это точно ОНА. Он смотрит ей вслед влюбленными глазами и ему кажется, что на улице не так уж серо и пасмурно, как обычно бывает осенью, у него появляется стойкое ощущение, будто на улице стало светлее, ветер стал сразу каким-то приятным, а сердце внутри разлило по кровеносным сосудам какой-то приятный «эликсир» нежности.
Отто посмотрел на циферблат своих электронных часов – умный гаджет предупредил его о внезапно резко участившемся пульсе.
Глава 4: Золотая клетка
В голубой воде бассейна, расположенного на крыше одного из пентхаусов современного новомодного дома, расслабленно лежит Анна в красивом ярком купальнике, расшитом целиком и полностью яркими сверкающими от лучей света рассветного солнца, проглядывающих сквозь стеклянную крышу. Анна лежит в воде с широко раскрытыми глазами, внимательно наблюдая за проплывающими над нею в небе осенними облаками, редкими птицами и «танцующими» в порывах ветра сухими листьями, которые то и дело поднимаются и кружат в причудливом танце в прохладе осеннего воздуха.
Анна проснулась сегодня раньше обычного и решила начать свой день с бодрящего занятия плаванием в своем собственном бассейне. Ну как своем – все, что окружает ее последние пять лет ее жизни – собственность ее ухажера, Николая.
У Анны в голове проплывают мысли: «Вроде бы лежу в бассейне пентхауса, ни в чем не нуждаюсь. А на душе так погано: мне уже за сорок, а у меня ни карьеры, ни детей, ни статуса. Куда бы я ни пришла – мужчины видят во мне лишь объект желаний, а женщины – скрытую угрозу. Никто из супруг друзей моего спутника не хочет со мной дружить – в целях безопасности, они держатся от меня подальше и распространяют обо мне весьма нелестные слухи, чтобы в головах их мужей прижилась мысль о том, что со мной не очень прилично даже просто общаться. Мне бы детей сейчас в школу собирать, а я вот – лежу в бассейне и никуда не спешу и просто выполняю лишь одну функцию – услаждаю естество Николая и просто являюсь красивой «куколкой» в его роскошном пентхаусе.. А мне нужен статус, я хочу быть его женой, я хочу детей, хочу счастливой семейной жизни.. Хочу готовить блинчики по утрам и забирать детей из кружков..»
Анна глазами нашла огромный циферблат и увидев, что уже около восьми часов утра, перевернулась со спины на живот и проплыла к кромке бассейна. Анна неспешно, словно в рекламе купальников, вышла из воды и прошла в душевую кабину.
Теплая вода из душевой лейки мягко стекает по волосам Анны, немного успокаивая ее мысли: «Ладно, зато у меня есть все условия, о моем уровне жизни мечтают практически все люди.. Да и мне есть чем похвастаться: я вернулась по подиум, Коля обещал сделать меня «лицом» нового сезона «Дома мод».
Анна намылилась густой пеной и спешно смыла с себя всё, вместе с грустными мыслями, а потом вышла из душевой кабины и мягчайшим полотенцем с плотным ворсом стирает остатки влаги со своего совершенного точенного тела, а потом «собирает» в это полотенце копну своих ухоженных блестящих длинных волос. Она обмазывается с головы до ног различными кремами, призванными сохранять ее красоту и молодость как можно дольше, а затем надевает на себя легкий полупрозрачный халат нежно-розового цвета с легким «пушком» на рукавах. Анна внимательно смотрит на свое отражение в зеркале и довольной улыбкой себе говорит: «Какая же я все-таки идеальная!».
Она снимает со своих волос полотенце и расчесывает волосы крутой японской расческой с необычными какими-то супер-полезными зубьями. После этого она надевает громоздкие серьги с огромными бриллиантами, кольцо с ярко сияющим изумрудом и бархатный чокер с переливающейся нежным блеском бриллиантовой брошью на нем.
– Вот так-то лучше, – говорит своему отражению Анна и пару мгновений любуется своим отражением
А потом наклоняется чуть ближе к зеркалу и внимательно всматривается в свое лицо, обнаруживая намек на первую морщину на самом видном месте – прям посередине ее прекрасного загорелого лба. Настроение Анны моментально меняется и, уже не такая довольная собой и жизнью в целом, она перестает смотреть в зеркало, надевает шелковые сабо на каблучке и с немым пухом и спускается в вниз – на первый этаж их с Николаем шикарного пентхауса.
Анна спускается грациозной походкой по стильной винтовой лестнице на фоне огромных панорамных окон – от потолка до пола, словно паря в воздухе и оказывается в просторной гостиной, в которой безупречный интерьер, но крайне бездушный: повсюду идеальная чистота, минимализм, хромированные поверхности, диван, похожий на арт-объект, порядок, ни пылинки, ни соринки и ни одной личной вещи на видном месте. Воздух в пентхаусе прохладен и неподвижен, словно в музее. Сквозь панорамные окна, занимавшие всю стену, льется легкий свет мягкого осеннего солнца, окрашивая мраморные полы в холодные тона. На стенах не висят фотографии, нет никаких безделушек, книг или магнитиков на холодильнике, впрочем, сам холодильник тоже «спрятан» по новому модному слову интерьерного дизайна в холодные стильные «шкафы» подальше от лишних глаз и уюта тихой семейной жизни, о котором только и приходится мечтать Анне. Дорогая пустота наполняет все вокруг – обстановку квартиры, Анну и Николая, сидящего на модном диване и с серьезным выражением лица читающего что-то в своем телефоне. Переодически по квартире проходят люди, содержащие этот дом в порядке и отвечающие за безопасность его владельцев: горничная, повар, пара телохранителей, помощник и личный ассистент Анны, но ни Анна, ни Николай не замечают их, словно их и не существует вовсе.
Анна встала возле окна. Ее отражение в стекле кажется призрачным, почти нереальным, готовым раствориться в панораме все еще спящего внизу мегаполиса.
В центре комнаты, на модном диване, полулежит Николай. Он весь поглощен экраном смартфона, и холодный синий свет подчеркивает безупречную строгость его черт. Он идеален, как и все, что его окружает: дорогой костюм, безупречная стрижка, взгляд, лишенный всяких эмоций, Анна.
– Коля, – тихо начала Анна, не отворачиваясь от окна. – Спасибо, что пришел в пятницу на показ.
Николай не поднимает глаз.
– Я же обещал.
– Да, обещал. Но лично мне было важно, чтобы ты увидел меня на подиуме своими глазами. Коллекция была такой воздушной. А когда я выходила в том наряде и клубы дыма медленно «просачивались» вокруг меня в зал, свет так красиво играл текстурами…
Она обернулась, пытаясь поймать его взгляд, найти в его лице хоть какую-то реакцию. Хотя бы тень интереса. Но, кажется, это безуспешное занятие. Николай ни разу так и не оторвался от своего телефона.
– Ну, тебе нравится – я и проплачиваю твое участие в показе, – его голос был ровным, как линия горизонта за окном. Он наконец оторвался от телефона, но посмотрел не на нее, а куда-то в пространство над ее головой. – Ты хорошо выглядела. Стандартно. Хочешь, кино тебе купим? Снимись в главной роли. У какого-нибудь модного скандально известного режиссера.. А я всем буду хвастаться, что встречаюсь с актрисой, – задумчиво глядя куда-то вдаль, в будущее, рассуждает он.
Фраза повисла в воздухе, тяжелая и обидная. «Кино». Как будто она – ребенок, которого можно и нужно отвлечь новой игрушкой. Анна почувствовала, как по ее спине пробежал холодок, несмотря на тепло, исходящее от отапливаемого в гостиной пола.
– Мне не нужно кино, Коля. Мне нужно твое мнение. Не как спонсора, а как мужчины.
Он медленно поднялся с дивана, поправил манжет.
– Мое мнение – что все прошло на самом высоком уровне, а это значит, что мои деньги потрачены не зря. Так, ладно. У меня через полчаса конференция онлайн с Гонконгом.
Он холодно смотрит на нее и проходит мимо нее, не прикоснувшись к ней, не пожелав хорошего дня, не похвалив ее за прекрасный внешний вид и его шаги бесшумно растворяются в лабиринте безупречных комнат его модного пентхауса. Анна снова остается одна со своим отражением в стекле.
– Анна Ивановна, доброе утро, вам подать завтрак? – заботливый голос с кухни отвлекает Анну от грустных размышлений о жизни и бесцельного «смотрения» вглубь города через окно.
Анна оборачивается и своими покрасневшими, наливающимися плотными густыми слезами смотрит на нее – Наталью – тучного телосложения женщину средних лет, одетую в поварскую униформу и заботливо предлагающую своей «хозяйке» поесть. Анна наполнилась благодарностью Наталье, ведь ее заботливо брошенная фраза напомнила ей о чем-то теплом, о детском, словно мама или бабушка приготовили для нее еду и хотят видеть ее довольной и сытой. «Господи, как же вовремя ты пришла, – подумала про себя Анна, смотря на Наталью, – я уже хотела было подумать, что вообще никому в этом мире нет до меня дела. А нет, все-таки есть на свете добрые люди. Хотя, может она это спрашивает только потому что она работает на Колю? И это просто часть ее обязанностей? А может, Коленька мой попросил ее меня накормить? Да, точно! Это Коля». Лицо Анны вновь засияло, ее глаза «загорелись» былым светом.
– Анна? – переспросила Наталья, явно жаждущая услышать хоть что-то в ответ на свой вполне себе обычный и закономерный вопрос.
Анна холодно улыбается ей в ответ и слегка задирает свою голову.
– Да, я чертовски голодна. Накорми меня!
Анна надменно смотрит на Наталью и садится на причудливой формы диван.
Анна, одетая в сексуально облегающий ее тело комбинезон, садится в свою новенькую машину «Порше», любуется собой в зеркале дальнего вида и трогается с места. Анна спешно переключает различные радиостанции и останавливает свой выбор на То Самой Песне, которая звучала накануне на модном шоу, где состоялось ее феерическое возвращение уже в звездном статусе на подиум. Анна делает погромче и ведет машину, подпевая песне и в такт ее ритмам «пританцовывая» своей головой. Ее «выступление» прерывает звонок Анжелики – лучшей подружки с детства.
– Да, дорогая, привет, – Анна отвечает своей единственной подружке по громкой связи, разговаривая прямо на ходу, – Как ты, зай?
– Ой, слушай.. Вчера такое было! В двух словах не описать. Может встретимся? Ты как? Есть время сегодня?
– Смотри, у меня вообще-то вся неделя расписана. Вот сегодня, например, через полчаса у меня маникюр, потом йога, потом я иду на анти-целлюлитный массаж, а потом еду в салон делать уход для волос – от этого бассейна одни только проблемы – кожа сушится, да волосы портятся со страшной силой!
– Да, понимаю, дел у тебя.. А может хотя бы вечером? Я после работы могу к тебе заехать!
– Ну давай! Я часов в десять буду дома, приезжай.
– Шампусик захватить?
– Спрашиваешь! Конечно!
Анна и Анжелика разливаются в веселом смехе.
– Ладно, Ань, я побежала, у меня сейчас совещание на работе.
– Ну ты крутая: работа, совещание!
– Это ты крутая, а я-то что? У меня ипотека, вот и вкалываю как не знаю кто!
– Ладно, беги, работай, не хочу, чтобы у тебя из-за меня были проблемы!
– Целую, пока!
– Пока, дорогая!
Анна кладет трубку телефона и продолжает ехать по своему плотному трудовому графику, стараясь успеть все намеченные ею пункты в ее строгом серьезном «плане на день».
Анна садится в мягкое кресло модного салона по ногтевому сервису к ней подходит милая девушка лет двадцати и протягивает ей два бокала шампанского.
– Анна, рады Вас видеть, – девушка с уважением кивает в знак приветствия, – Это комплимент от нашего салона. Ваши мастера сейчас подойдут и сделают Вам маникюр и педикюр в четыре руки. В конце процедуры Вас ждет подарок – массаж шейно-воротниковой зоны. Вы цвет выбрали? Принести палитру?
– Нет, давайте, как обычно – насыщенный красный оттенок и на руках и на ногах. А можете еще массаж стоп добавить?
– Конечно! Я предупрежу мастера.
Анна, довольная собой, делает внушительный глоток принесенного ей в подарок игристого вина и спокойно ждет прихода мастеров.
Обновив маникюр и педикюр, Анна спешно направляется к своей машине: «блин, на йогу опоздаю – мастер меня убьет. Не люблю опаздывать.»
Анна заходит в теплое помещение с минимумом освещения, воздух в котором прогрет до плюс сорока градусов тепла. Анну встречает инструктор йоги – молодая красивая девушка.
– Простите, опоздала опять, – Анна в впопыхах извиняется перед своим «мастером».
– Вы всегда вовремя, Анна, – спокойно отвечает ей инструктор, – сместите градус напряжения и смотрите на каждую ситуацию под другим углом: не «я опоздала», а «вселенная так сделала, что я пришла вовремя, возможно, меня уберегли от какого-то происшествия»! Благодарность – основа изобилия, Анна! Благодарим всех и каждого человека, которые встречаются на нашем пути, спрашиваем у себя: «а что я могу дать этому человеку? Как я могу помочь в этой ситуации?», а если происходит что-то, что выбивает нас из привычной «колеи», спрашиваем себя: «а для чего дана мне эта ситуация? Что она «подсвечивает» мне обо мне? Что это дает мне?
Анна восхищенно смотрит на инструктора и в благодарность обнимает ее.
– Благодарю тебя, Мила!
– Быстро учишься, молодец. Так и надо, – радостно отвечает Анне инструктор, – коротко о нашей сегодняшней практике. Мы сегодня будем заниматься необычным видом йоги – это бикрам-йога. Занятия ей проводятся в помещении с температурой воздуха, держащейся на уровне около сорока градусов выше нуля по Цельсию. Главное условие – отсутствие каких-либо проблем с сердечно-сосудистой системой
– Проблем никаких нет. А для чего это нужно?
– При такой температуре мы более податливые и гибкие!
– Во как!
– Давай, расстилаем коврик, мы начинаем. Главное – не думай о том, что тебе жарко, сконцентрируйся только на своем дыхании и на конкретной задаче – я показываю тебе элемент, а ты беспрекословно его повторяешь, даже не допуская мысли: «у меня такое точно не получится!». Доверься мне и своему тему: и просто повторяй все, что я тебе буду показывать. Сегодня в основе нашей практики «благодарность» и «вера». Учимся верить! В первую очередь, в себя!
– Поняла, – Анна поддатливо повиновалась учителю и начался урок по йоге.
К своему собственному удивлению, у Анны получилось повторить абсолютно каждый элемент и все сорок минут занятия пролетели словно один миг.
– Как это все вообще возможно? – После занятия Анна «пытала» своего инструктора.
– Я же сказала: просто мы не допускаем мысли «а вдруг у меня не получится», мы делаем все с полной уверенностью в свои силы и с абсолютным незнанием о существовании каких-либо «белых» пятен в наборе наших возможностей.
Анна, полная энтузиазма, входит в модный салон красоты, расположенный прямо на садовом кольце. Анна садится в кресло и к ней выходит Михаил – улыбчивый парикмахер – друг всех девочек и главный хранитель тайн и сплетен Столицы.
– Миша, дорогой, привет, – Аня радостно приветствует ответственного за красоту и ухоженность ее волос Михаила.
– Заюш, привет, – кидает ей в ответ Михаил и становится сзади нее, глядя в отражение в зеркале в котором она смотрит на него, а он смотрит на ее волосы, мысленно «примеряя» какой-то новый образ и раздумывая, как он будет действовать в этот раз, – ты голодная?
– Слушай, да, уже шесть вечера, а я сегодня только завтракала! Столько дел, жесть! Вообще ничего не успеваю!
– Бедная, ну давай закажешь что-то? У нас классных крабов привезли.
– Кто-то сказал что-то про крабов? Давай мне котлетки из крабов и легкий салат.
Михаил покорно кивает Анне и уходит передавать заказ, после чего возвращается обратно.
– Смотрю, все у тебя прекрасно, надо просто чуть протонироваться и обновить кончики, – предлагает Михаил Анне ход действий.
– А может челку? Или каре?
– Зачем каре? Ты что, с парнем рассталась?
– Нет, просто хочется каких-то эмоций, что ли…
– У тебя и так яркая насыщенная жизнь.. Не пойдет тебе каре! Сделаю уход и кончики, ну и тонирование, конечно, чтобы волосики наши сияли.
Перед Анной ставят бокал игристого вина и легкий салат с крабом. Анна делает жадный глоток шампанского и «закусывает» салатом. Михаил, не обращая никакого на нее внимания, начинает подравнивать кончики ее волос и вовлечена общаться с ней через зеркало, в то время, как Анна с аппетитом «поглощает» салат, запивая его игристым бодряще-веселящим напитком.
– Помнишь эту, как ее, Ирку, – интригующе «кидает» фразу Михаил.
– Какую Ирку?
– Ну эту, которая с Василием Степановичем все крутилась?
– Ну, точно! Брюнеточка такая, красивая, да?
– Да, точно!
– И что она? Ирка это?
– Так вот, застукала она своего! Представляешь! Да еще и с кем!!!
– С кем?! – удивляется Анна.
– С репетитором по английскому! Прикинь!
– Обалдеть!
– Да вообще! Мы все обалдели: оказалось, что отец не только английскому решил подучиться!
– И что теперь?
– Да что теперь? Если Ирка от него уйдет – будет скандал. А скандал ни ему, ни ей не нужны. Вот думают теперь…
– Вот это ты меня ошарашил, конечно, – делая очередной глоток «игристого» произносит Анна, – а я ее видела на показе в пятницу, ничего такая была, веселая!
– Так в пятницу она еще не знала! Это вчера выяснилось! Она сразу ко мне прибежала. Вот, как раз каре подстригла себе. Ну ради такого события я конечно пошел на каре. Это очень серьезное происшествие, тут только каре справилось бы.
Анна и Михаил задорно смеются.
– Николай твой чего говорит, – интересуется Михаил у Анны.
– Да все нормально вроде бы, а может быть и нет, я уже запуталась сама. Вроде бы живем, как живем, а вот предложение он мне так и не сделал. И не торопится.
– Да что ты заладила с этим предложением! Ты же помнишь, как он тяжело пережил свой прошлый развод? У него теперь психологическая травма на всю оставшуюся жизнь. Живете все хорошо, кайфуете! Что тебе еще надо!
– Да, ты прав вообще-то, – Анна с благодарностью смотрит на Михаила через зеркало, – Я все жалуюсь на него, а в принципе-то действительно нормально живет.
– Ну и не делай ему мозги, не надо, кайфуй вот.
Анна допивает шампанское и спокойно смотрит на процесс преображения своих волос.
Спальня Анны была такой же безликой, как и гостиная, но здесь хотя бы витал едва уловимый аромат ее духов – с нотами жасмина, сандала и немного амбры.
Анна лежит на своей идеально заправленной кровати c идеально уложенными волосами, в красивом домашнем платье из нежного шелка и листает ленту социальных сетей, в которой пестрят фотографии ее подруг, знакомых и прошлых одноклассниц: ей кажется, что все делают публикации с счастливыми детьми, с отпуска, в который они летают всей семьей и все делают милые фотографии в одинаковых пижамах. Анне становится грустно и она откладывает телефон в сторону.
Внезапно в комнату врывается Анжелика, словно яркий тропический шторм, нарушающий стерильную тишину и покой ее идеальной комнаты. Она была полной противоположностью этому холодному шику: пышные формы, обтянутые платьем с леопардовым принтом, громкие браслеты, звенящие при каждом движении, и макияж, который кричал о жизни громче любых слов.
– Ну что, клубнику в шоколаде будешь? – с ходу кричит Анжелика, скидывая на пол свои дорогие туфли на шпильках. – Николай, кстати, дома?
Анжелика целует по-дружески в щеку Анну, передавая ей бутылку нового французского шампанского, и Анна горько улыбается ей в ответ, разливая шампанское по тонким хрустальным фужерам. Они устраиваются на широком подоконнике шикарного пентхауса Анны, поджав под себя ноги, словно две школьницы, прячущиеся от взора взрослых.
– Он прислал сегодня очередное колье, – сказала Анна, глядя на огни города. Внизу кипела жизнь, а здесь, наверху, царила мертвая тишина. – От очень модного бренда. Вроде дома, а может до сих пор на совещании – у него какой-то там бизнес с Гонконгом. Как будто это колье может заменить человеческий разговор или даже отношения. Пять лет, Анжелик. Я как дорогой аксессуар, который надевают на мероприятия. Вынули из шкатулки, почистили, надели, вернули на место.
Анжелика громко хлопает себя по коленке.
– Зато какой аксессуар! Дорогущий! Я бы за такой пентхаус, личного водителя и колье от Ан Длиф да хоть айсберг терпела, не моргнув глазом. Ты же знаешь, за что платишь, детка. Таковы правила игры.
– Правила игры, – тихо повторяет Анна, делая глоток шампанского. Пузырьки щекочут небо, но не приносят никакой радости. – Иногда хочется, чтобы кто-то просто был рад тому, что я есть рядом. А не платил за то, что я молчаливая картинка в раме из золота и стекла.
Анжелика смотрит на подругу с внезапной, редкой для нее серьезностью.
– Ань, милая моя, так не бывает. Или ты принимаешь правила, или… – она не договаривает фразу, многозначительно подняв бровь.
«Или ты меняешь игру. Или ты уходишь с игрового поля. Но эти слова повисли в воздухе, так и невысказанные», – мысленно додумывает Анна за Анжелику. Анна смотрит на свое отражение в темном окне – красивое, ухоженное, абсолютно одинокое. И впервые за долгое время она задается вопросом, сколько же на самом деле стоит эта золотая клетка, в которой она живет, и не пришло ли время найти верный способ вырваться из нее наружу?
Глава 5: Холодный расчет
Кабинет Николая – это точное отражение его самого внутреннего устройства: безупречный, холодный и функциональный. Здесь нет ни одной лишней детали, ни одного намека на случайность. Панорамное окно во всю стену открывает вид на ленивый город, окрашенный в хмурые оттенки осени, черная вода реки, пронзенная гирляндами мостов, кажется гигантской печатной платой. Воздух вокруг чист, стерилен и неподвижен, словно в операционной. Единственным украшением служит массивная карта мира, выполненного из матового черного гранита, где вместо городов пульсируют крошечные светодиоды – активы построенной им огромной «Империи» его бизнеса.
За столом из полированного древесного капа, стоимостью с хорошую иномарку, сидит сам Николай. Он, как всегда, спокоен. Спокоен так, как может быть спокоен хищник, знающий, что он – вершина пищевой цепи. Его пальцы бесшумно скользят по экрану планшета, поглощая цифры, графики, сводки. Он находится не просто на работе; он находится в своей стихии, в единственном месте, где чувствует абсолютный и полный контроль. Костюм на Николае – идеальнее отражение его стального пронзительного взгляда и мощного образа – модная итальянская ткань холодного серо-синего оттенка, подчеркивающая синюю глубину его холодных решительных глаз и аристократичную седину в его аккуратно стриженных волосах. Николай внимательно изучает материалы по делу его предстоящей сделки с партнерской компанией из Гонконга. Мощный прорывной технологический старт-ап, который при вложении нескольких сотен миллионов долларов, обещает выйти на скорую супер-окупаемость уже через полтора года после окончательно принятого им решения и поставленной подписи под предварительно одобренным контрактом. Полная сосредоточенность – тут не должно быть никаких ошибок, ведь цифры любят только свой подсчет. Мыслительный процесс Николая внезапно обрывает Алексей: он беспардонно вваливается в кабинет с энергией сбитого с курса шмеля, нарушая тишину своим тяжелым дыханием и стуком потрепанных ботинок по идеальному паркету. Старый затертый вельветовый пиджак сидит на нем мешковато, взгляд бегает по сторонам, выдавая смесь надежды и отчаяния. Николай делает тяжелый вдох и отрывается от изучаемого им проекта, складывая руки на столе и «выдавливая» свою дежурную улыбку в знак приветствия своего старого школьного друга.
– Какие люди к нам пожаловали, – Николай с натянутой улыбкой произносит старому школьному товарищу, – располагайся, рассказывай, с чем пришел?
Алексей одобрительно кивает Николаю в ответ и спешно садится, доставая из своего кожаного портфеля кипу документов с графиками и иллюстрациями.
– Коля, проект железный. Рынок Юго-Восточной Азии просто жаждет нашего продукта! – Алексей нервно постукивает костяшками пальцев по стеклянной поверхности стола, словно отбивая морзянку своей неуверенности и передает пачку документов Николаю, – Нужны только вложения. Ты вернешь все в тройном размере! Я все просчитал, посмотри сам!».