Александра

Глава 1. Пророчество Маргариты

Какая прекрасная Луна сияет на тёмном полотне небосвода. Так бы и разглядывал всю ночь эту красавицу, окружённую Звёздной свитой.

– Королева Ночи с холодным серебряным сердцем… – задумчиво протянула бабушка Маргарита.

Даниэль смотрел на звёзды и думал: «Какие они, эти судьбы людей? Такие же яркие? А если звезда падает? Что тогда?..»

В голове мальчика было так много вопросов, на которые всезнающая ведунья отвечала всегда одинаково: «Каждая Звезда есть судьба одного человека». Он давно усвоил эту истину, подслушивая бабушкины пророчества. Люди приходили к ней за советами, просили предсказать рождение ребёнка или урожая в будущем году, и она по полочкам раскладывала ожидаемые события перед верующими, зачарованно разглядывая край небосклона сквозь пелену немигающих глаз. Те, кто не верили, называли колдуньей и кричали ей гадости вслед, но Даниэль верил всегда. Вот и сегодня, вглядываясь в беспросветную ночь, он искал на молчаливом лице слепой старухи интересующие его ответы.

– Ну? Что там? – нетерпеливо спросил мальчик, изучая небо над головой.

Сморщенное лицо Маргариты выразило удивление. Потом она покачала седой головой и отвернулась.

– Бабушка! – устало протянул Даниэль. – Я уже полчаса глазею на небо, но не вижу никакой звезды!

– Так и я не знаю, где она появится, сынок.

– Не обманывай! Ты всё знаешь!

Вокруг не было ничего, кроме зелёного поля и бескрайнего неба, прошитого пуговками звёзд. Даниэль повернулся навстречу Луне, и в это мгновение рядом с Королевой Ночи вспыхнула новая звезда.

– Бабушка, ты видела?! – радостно прокричал внук и вскочил на ноги. – Скорее! Скорее рассказывай!

Маргарита перевела слепой взгляд на Королеву и поклонилась.

– Дух воплотился.

Безоблачный горизонт ответил ей непроницаемой тишиной.

– У милорда родилась дочь.

– Дочь?! – скривился мальчик. – Но сэр Артур ждал сына?

– Прекрасная дева и воин, – ответила ведунья, погладив внука по кудрявой голове.

– Как это? – не понял тот.

Старуха уставилась в небо и зависла над землей…

– Какое богатое, свободное и полное любви сердце! Оно поведёт за собой сквозь века, передавая свой свет потомкам! В нём нет места разрушающей злости, но выберет оно тернистый путь, чтобы понять это, – и нахмурилась. – Я вижу кровь.

– Чью, бабушка?

– Всех её врагов.

Даниэль испуганно посмотрел в сторону судьбы только что родившегося человека.

– Но там, где трудности – там и свобода, – протянула Маргарита, разгоняя руками пелену перед глазами. – Они придут и встанут у неё за спиной, но не смогут сломить, ибо в девочке этой – только жизнь!

– Ничего не понимаю, – замотал Даниэль головой. – Опять говоришь какими-то загадками!

– В своё время ты разгадаешь их, – и старуха медленно начала подниматься с земли. – Подай-ка костыль. Пора возвращаться, а то мать заругает.

– Враги и кровь, – повиновался мальчик, всё ещё витая в мыслях под звёздами. – Это значит… будет война?

– Грядёт то, что и должно быть.

Маргарита остановила взгляд и поймала новое видение.

– Одна жизнь спустилась с небес, другая – вернулась в них.

Тяжело вздохнула, опираясь на костыль, и похлопала внука по плечу.

– Беда? – испугался мальчик.

– Закончен здесь её путь, – разговаривала с темнотой Маргарита. – Миледи умерла в родах.

Сердце Даниэля сжалось. В его полусонной голове уже ничего не укладывалось.

– Она рядом с Эдуардом, – услышал он продолжение.

Теперь мальчик поморщился.

– Кто? Миледи?

– Их судьбы пересекутся, но станут ли одной? – будто не слыша внука, не ответила Маргарита ничего определённого. – Пойдут ли рядом устремления мудрости и пылкое сердце?

– Какой ещё Эдуард? – и внук окинул взором необъятную черноту в поисках загадочного персонажа из бабушкиной сказки.

– Пойдём, сынок, – ответила чародейка. – Нас ждёт долгая дорога домой.

– А то, что предсказано, можно изменить? – не унимался мальчик.

– Я знаю только то, что в свои семь лет ты задаёшь слишком много вопросов.

– Ну, бабушка! – просил Даниэль.

– Каждый человек должен сам найти ответ, и у него достаточно времени для этого. Наша жизнь, как испытание, которое нужно с достоинством пройти и со всей ответственностью принять его уроки. Где грусть, там и радость, и зло всегда на одних весах с добром. Что выберет человек разумом, а что сердцем на этом длинном пути, и куда понесут его ноги, чтобы не сбиться? Ибо нелегок путь, именуемый истинно верным.

Глава 2. Необычная девочка

Александра росла необычным ребёнком. Вместо кружевных платьев она носила рубашку, рукава которой были закатаны до локтей, и короткие штаны с вышарканными заплатками на месте колен. От одного только вида платья девочка закатывала такой рёв, что её слышали все дворовые собаки и поддерживали воем, и назойливым нянькам, которые опекали с утра до вечера, ничего не оставалось, как отступить. Милейшая леди Августина, родная сестра лорда Артура, в ужасе закатывала глаза, когда Александра жевала яблоко, причмокивая губами и вытирая их рукавом грязной рубахи. Вечно растрёпанные волосы, босые ноги и хохот, совсем не похожий на скромный смех воспитанной в строгости девочки. Никакие преграды не сдерживали желаний непоседливого ребёнка. Няньки охали и падали в обморок при виде воспитанницы, карабкающейся по верёвке на крышу дома с криками: «Сдавайся, а то штаны спущу!» Когда леди Августина жаловалась лорду-отцу на неуправляемость его дочери и категоричный отказ от изучения придворного этикета, он терпеливо выслушивал и просил оставить всё, как есть. Никаким насильственным способом нельзя исправить то, что дано природой. Если желает стрелять из лука, то, ради всего Святого, пусть стреляет. Лазить по деревьям очень даже полезно для воспитания ловкости, и споры о том, что девочке эти качества ни к чему, пресекались Артуром на корню. Одним словом, лорд Энский потакал всему, что вводило женскую половину в состояние постоянного возмущения.

Но лук и стрелы мало интересовали юную Александру. После завтрака она сбегала из замка на оружейный двор и, спрятавшись, наблюдала, как упражняются рыцари её отца. Их было так много, и так блестели на солнце панцири и клинки мечей, что невольно замирало сердце, и сжимался кулак. Потом Александра вихрем неслась к друзьям и, вооружившись мнимым мечом, старалась повторить то, что увидела. Она так ловко орудовала палкой, что любой мальчишка мог бы позавидовать её изворотливости.

К двенадцати годам Александра точно знала, чего хотела: она намеревалась попросить у отца разрешение тренироваться вместе с рыцарями, чтобы стать одним из них.

Деловито заткнув деревянный меч за пояс, она прошествовала мимо нянек с наигранно безразличным видом. Даниэль распрягал лошадь, когда юная леди вошла и начала разглядывать обитателей конюшни. Услышав чьи-то шаги, он выглянул из-за перегородки и нос к носу столкнулся с девочкой.

– Не испугалась что ли? – спросил кудрявый парень.

– Нисколько, – продолжая идти, как ни в чём не бывало, Александра остановилась у стойла чёрной молодой кобылы, которая мотала головой, пытаясь избавиться от назойливых насекомых.

Широко открытыми от восхищения глазами девочка смотрела на лошадь. Потом подошла к ней, положила руку на морду и замерла. Черногривая вытянула голову вперёд и, раздувая ноздри, обнюхала юную леди. Она похлопала кобылу по шее, от чего та зафыркала и начала переступать с ноги на ногу, собираясь не то бежать, не то вставать на дыбы.

– Эй! Поосторожней там! – предупредил Даниэль, закрывая дверцу стойла. – Она ещё не объезженная.

– Как её зовут? – как зачарованная смотрела Александра.

– Конюх зовёт Звездой, – и погладил лошадь. – Умница! Красавица! Таких на всём белом свете не сыскать…

– Можно покататься на ней? – перебила Александра.

Даниэль приподнял одну бровь, оценивая девочку-подростка в мальчишеском наряде.

– С какой это стати ты будешь на ней кататься? Эта лошадь для дочери сэра Артура, лорда Энского. А ты кто такая?

– А ты кто такой? – деловито подбоченясь, спросила хозяйка Звезды.

– Его рыцарь, да будет тебе известно.

– А в конюшню за что сослали? – хмыкнула девочка, задрав нос. – Меч обронил?

– Какая остроумная! – не растерялся кудрявый рыцарь. – Отец, видимо, тебя совсем не порет!

– Ты на вопрос не ответил, – заложив руки за спину, обошла девочка вокруг парня.

– Слежу за тем, чтобы всякая мелюзга не совала нос под лошадиные копыта.

– Точно! – выпалила, широко улыбаясь. – А я-то думаю, где тебя видела? Ты Даниэль! Самый юный рыцарь милорда! Про тебя ещё говорят, будто ты сражаешься без щита, потому что не умеешь держать его в руках.

– Прямо так и говорят? – и Даниэль довольно растянулся на сене, подложив под голову седло. – Откуда знаешь?

– Я Александра, – и протянула руку для приветствия.

Даниэль подскочил, как кипятком ошпаренный, и вытянулся в полный рост. От неожиданности он забыл, что в этом месте конюшни потолок был низким, поэтому со всей силы ударился головой, изобразив недоумение.

Александра весело расхохоталась.

– Надо же! Какая я важная персона! Ты ради меня готов лишиться головы?

– Миледи… – кое-как выговорил Даниэль, поглаживая занывший затылок.

– Прекрати! – оборвала Александра со всей строгостью. – Не желаю слышать это проклятое слово!

Она подошла к Даниэлю вплотную, высоко задрала голову, потому что доросла только до его плеча, и заявила:

– Я хочу научиться владеть мечом.

Её сердце было открыто для жизни, которая светилась в ясно-голубом детском взгляде.

– Научи меня тому, что умеешь сам.

Даниэль внимательно на неё посмотрел, собрался с мыслями и ответил:

– У меня нет таких полномочий, миледи.

– Я тебя только что ими наделила, – и девочка демонстративно заглянула в стойло. – Где она? Где ты видишь миледи? Под хвостом у кобылы?

– О! Простите меня…

– Ты снова не ответил на мой вопрос, – бесцеремонно перебила юная леди.

– Но без распоряжения милорда.

– Я всё равно не отступлю! – приказным тоном заявила Александра.

– Как вам будет угодно.

– Не вам, а тебе.

– Хорошо, миледи.

– Никакая не миледи, а просто Александра. Ясно?

Даниэль кивнул.

– И, всё-таки, я прокачусь на ней, – и довольная собой, направилась к лошади.

– Но она ещё совсем дикая! – напомнил рыцарь. – Вы уверены…

– Ты не понял? – уже всерьёз нахмурилась девочка. – Здесь нет никакой миледи!

Воспитанный в духе рыцарства юный сэр Даниэль никак не мог насмелиться.

– Ты уверена, что сможешь? – наконец-то, выдохнул.

– Можешь не переживать! – и Александра потрепала Звезду за гриву. – Она такая же, как я!

Невозможно было без замирания сердца смотреть на скачущую сквозь солнце, дождь и ветер безмятежную девочку. Звезда не подпускала к себе никого, кроме неё, потому что скакать так, как того желала лошадь, закалённая природой, могла только Александра. С оглушительным криком она неслась навстречу свободе, ощущая полноту этого умопомрачительного полёта своим открытым сердцем. Она выбирала самую трудную дорогу для поездок, непролазную чащу и густой туман, где невидимый враг закалял волю и развивал воображение. Это невероятно, с какой быстротой она пронзала на скаку цель своих детских фантазий! Жизнь била из неё ключом, исцеляя всех вокруг ощущением мира! И Даниэлю ничего не оставалось, как только принять всерьёз намерения юной леди, потому что иначе она себя не вела. Стоило один раз увидеть её взгляд во время мнимого сражения, чтобы понять, сколько силы, упорства и смелости в этой, без сомнения, удивительной девочке.

Глава 3. Эдуард

В один из солнечных летних дней лорд Артур Энский вошёл в комнату дочери темнее грозовой тучи. Александра насторожилась и приготовилась оправдываться. Не узнал ли отец о её ночных вылазках? Но милорд заботливо погладил дочь по голове.

– Что произошло? – обеспокоено спросила она.

– Умер мой лучший друг.

– Сэр Теодор? – не ожидала Александра.

Артур тяжело вздохнул и посмотрел куда-то вдаль…

– Я всегда считал его старшим братом – мы вместе росли и мечтали. Не верится, что он покинул нас так скоро.

Александра поцеловала отца, прижавшись к нему всем телом.

– После обеда выезжаем в Тьерский замок. Будь готова.

Девочка послушно кивнула.

– И, Александра, – решил напомнить милорд уже в дверях. – Придётся надеть платье и прибрать волосы. Сегодня ты юная леди Энская.

От этого внушительного титула сжались челюсти и затошнило. Ничего не поделаешь, придётся ею стать.

Горе, как туман, спрятало лица и сделало их мрачно-серыми. Положив руку на грудь, Александра почувствовала своё большое сердце, заполненное доселе незнакомым ощущением – желанием помочь и развеять боль, которая делает человека уязвимым. Рядом с ней молчаливо стоял пятнадцатилетний юноша, лишившийся отца в момент, когда он больше всего нужен как наставник и друг. Она телом и мыслью ощутила силу скорби, которую он испытывал, стараясь спрятать от посторонних глаз. Неожиданное понимание того, что слова сочувствия вряд ли окажутся сильней, лишило дара речи. Вот почему Александра не знала, что сказать Эдуарду, когда их отправили подальше от печали и слёз.

Они шли по широкому коридору, полумрак которого никак не располагал к беседе. Александра искала в себе хоть какой-нибудь вопрос, потому что молчание затянулось и напряжённо повисло между стен. Корсет и юбка раздражали, превращая каждый шаг в мучительную пытку.

– Наверное, не самое подходящее время восхищаться красотой замка, – медленно проговорила она. Закрученные локоны лезли в лицо, и юная леди Энская уже готова была взорваться!

– Я думал, тебе нравится, – рассеяно пожал плечами долговязый Эдуард.

– А есть такое место, которое нравится только тебе?

– Оно далеко отсюда.

Александра закусила нижнюю губу, приготовила вопрос и, сделав несколько быстрых шагов вперёд, преградила юноше путь. Он поднял на неё усталые глаза, покрасневшие от бессонной ночи, и девочка увидела, что рядом с ней никого нет. Она идёт по чужому дому в полном одиночестве, не зная, как помочь.

– Отец называл сэра Артура лучшим другом, – выручил Эдуард.

– Да… – растерялась юная леди, но быстро собралась, чтобы продолжить: – Отец часто рассказывал мне истории из детства. Как два неразлучных друга, обманывая нянек, убегали из замка на поиски приключений. Как прятались в лесу, где, вообразив себя великими охотниками, стреляли из лука по птицам и мышам. Отец даже показал пару приёмов «хитрого Тэда», которые тот использовал во время затяжной битвы на мечах.

– И тебе было интересно? – спросил Эдуард, наконец-то обратив на Александру внимание.

– Это занимает меня больше всего! – заблестели откровенностью её глаза.

– Серьёзно? – нахмурился юный лорд.

– А почему нет?

– Потому что ты девчонка.

Александра высоко подняла голову, выпрямилась и остановила взгляд. Она всегда так делала, когда чувствовала опасность. Сверху и в упор – самая сильная позиция для наступления.

– И что это значит?

– Моя сестра девчонка. Она играет в куклы, вышивает нитками чудаковатые узоры, учится петь, танцевать и ходить по струнке. Элоиза старается быть учтивой, говорит всегда правильно и обращается ко мне на Вы, прикрыв глаза и нараспев, будто я лорд из соседнего замка, а не брат из покоев напротив. При этом она делает такие странные приседания, от которых платье топорщится в стороны и превращает её в маленький бочонок. Мне так хочется расхохотаться, глядя на все эти глупости.

– Это не глупости, а придворный этикет, – объяснила леди Александра, как могла.

– Но ей, со всем этим богатством, никогда меня не понять.

Казалось, что молодой лорд Тьерский сердится.

– Ей не понять, что я чувствую, лёжа под открытым миру звёздным небом.

– Или, когда скачешь на лошади, – поддержала Александра, открыв живую душу тому же миру. – Во мрак! В темноту! Куда глаза глядят!

Сердце бешено заколотилось, и она снова положила на него руку, сжав кулак, словно поймала убегающий на свободу ритм.

– Ты скачешь на лошади? – оценив внешний вид собеседницы придирчивым взглядом, не поверил юноша.

– Думаю, не хуже тебя.

– Как я? – зачем-то спросил Эдуард. – Без седла?

– Могу и без седла, – поставила точку Александра.

Каждое слово Эдуарда кололо, как меч, и девичья гордость начала бунтовать. Платье теперь не просто раздражало – оно мешало показать мальчику свою правду. Дёрнув из рукава ленту, Александра перевязала распущенные волосы в тугой хвост, а рукав, по привычке, закатала до локтя.

– У тебя сложилось неправильное представление обо мне. По-твоему, я слабачка? – и закатала второй.

– Наверное, ты меня не поняла, – спокойно ответил Эдуард. – Девчонка и слабачка – это не одно и то же.

Вряд ли можно говорить о понимании там, где разгорается пламя недовольства.

Александра никогда не ездила на другой лошади. Звезда была её ощущениями, желаниями, продолжением мыслей за пределы разумного. В невероятно быстрой скачке она могла доверить свои порывы только ей! Это испугало девочку, сковав движения и лишив свободы. Вместо того, чтобы сосредоточиться на дороге, она слишком часто отвлекалась на бурю завладевших телом горделивых эмоций. Платье ужасно бесило, как и лорд Тьерский, а сама скачка казалась бессмысленной, заставляя оборачиваться и всем сердцем негодовать – сердцем, доселе свободным от этой напасти. Лошадь под юной леди вдруг круто повернулась, будто почувствовала ураган страстей на своей спине, громко заржала и, встав на дыбы, сбросила девочку на землю.

Александра стиснула зубы и начала задыхаться. Она поняла, что глаза наполняются слезами, а голос хочет закричать от нестерпимой, ломящей боли в правой руке. Нет, плакать нельзя! Только не перед ним! Надо пересилить боль и встать на ноги, но вместо этого крупные предательские слёзы потекли из широко открытых глаз. Теперь самодовольный Эдуард уверен, что она слабая, заносчивая девчонка, способная только на пустую болтовню о том, чего на самом деле не умеет.

Молодой лорд быстро спрыгнул с лошади и подбежал, чтобы помочь.

– Сильно ударилась? – участливо спросил он.

– Нет, – коротко ответила та, пряча взгляд.

– Тогда почему ты плачешь?

– Потому что я девчонка! А все девчонки плачут!

Она вытерла слёзы и посмотрела на невозмутимого мальчика снизу вверх. Ответ получился резким и отталкивающим.

Эдуард не стал спорить.

– Сможешь сесть на лошадь?

В голове Александры зашумел ветер, напряжённые мышцы расслабились, дыхание стало ровным. Осталась только ноющая боль в руке. Боль, которая пронизывала насквозь и тело, и гордость.

– Сделайте одолжение, милорд, – с напускной вежливостью сказала она, поднимаясь на ноги, – оставьте меня одну. Уверяю, что сумею добраться до замка и без Вашей помощи. Не стоит беспокоиться.

Уроки этикета, так усердно игнорируемые воспитанницей, пришлись, как нельзя, кстати.

– Я тебя не понимаю, – разглядывал её юноша. Всё происходящее сегодня казалось ему сном, который не торопился заканчиваться, а так хотелось проснуться…

– А я и не рассчитываю на это, – собралась Александра, чтобы посмотреть сверху и в упор.

Молчание повисло под ночным небом и разделило его на две половины – обжигающий огонь голубых глаз и сдержанное хладнокровие серых – две половины единого неба.

Внутри девочки выросла пустота. Она появилась ещё тогда, когда Александра старалась опередить не только лошадь соперника, но и свой неожиданный страх. Прилив какого-то странного безучастия поселился там, где час назад горел неиссякаемый источник жизнелюбия. Как будто невидимый в темноте волшебник взял и толкнул в глубокий ров, чтобы наполнить сознание мыслями о терзаниях, которые может принести жизнь.

Не задумываясь о негодовании отца, который обязательно обрушит на неё волну назиданий, Александра предупредила первого рыцаря лорда Энского о том, что возвращается домой. Тревожная пустота, наполнившая мысли, продолжала расти, вытесняя из сознания юной Александры окрылённого мечтой ребёнка, а новые ощущения превратили эту мечту в цель. Она должна показать не кому-то, а только себе, на что может быть способна её сила воли.

Девочка вошла в тёмную конюшню, прислушиваясь к лошадиному храпу. Рука совсем разболелась, опухла в локте и постоянно ныла.

Звезда засуетилась, запереступала с ноги на ногу, учуяв запах родной души. Александра подошла к лошади, прижалась щекой к её носу и громко выдохнула неприятные воспоминания. Словно поняв чувства девочки, черногривая начала ласково трепать губами её растрёпанные волосы, фыркая в самое ухо.

– Это было ужасно, – прорезал темноту громкий голос…

– Александра?

– Да, Даниэль.

Через минуту заспанное лицо кудрявого рыцаря выплыло из полумрака.

– Разве милорд уже вернулся?

– Нет, только я.

– Сбежала что ли? – нашёл Даниэль самое подходящее объяснение, поскольку побег – это излюбленный способ Александры в борьбе за свои права.

– Я упала с лошади и повредила руку, – объяснила та, заворачивая рукав злосчастного платья.

– Ты упала с лошади?! – удивился Даниэль.

– И познакомилась с Эдуардом, – поморщилась Александра.

Теперь Даниэль улыбнулся и хмыкнул.

– Их судьбы пересекутся, но станут ли одной?

– Что? – не расслышала девочка.

– Ничего, – спохватился тот, рассматривая ушибленный локоть.

– Не хочу, чтобы отец узнал о случившемся, – и тяжело вздохнула. – Что можно сделать с рукой?

– Сильно болит? – понимающе кивнул соратник.

– Я даже пальцами пошевелить не могу.

– Тогда немедленно идём к бабушке Маргарите. Она тебя быстро вылечит от любого недуга.

– Даниэль, – со строгостью в голосе начала Александра. – Ты тоже считаешь, что я ни на что не способна?

– А кто так считает?

– Не важно. Я хочу знать, что думаешь ты?

Даниэль даже остановился.

– Ты умная девочка, поэтому вряд ли будешь принимать близко к сердцу мнение тех, кто тебя не знает. Все твои усилия и старания не напрасны, и ты обязательно добьёшься того, чего желаешь. Не сомневаюсь в этом.

– Скажешь также моему отцу? – воодушевилась та.

– После того, как скажешь, что произошло с твоей рукой, – намекнул друг Даниэль.

– Ничего особенного, – заблестели её глаза, глядя на ночного врага. – Просто сегодня во мне умерла девчонка.

Глава 4. На оружейном дворе

Лорд Артур Энский, скрестив руки на груди, внимательно наблюдал за сражением на оружейном дворе, оценивая состояние рыцарского состава. Вскоре к нему присоединилась леди Августина, которая в этой покрытой пылью толпе попыталась отыскать непокорную племянницу. Когда ей удалось это сделать, она болезненно сморщилась.

– Я вижу, вы довольны ей, ваша милость?

– Очень доволен. Она проткнула уже пятерых.

– Боже мой! – протянула сестра. – Могла ли я предположить, в кого превратится ваша дочь. Ваша единственная дочь!

– Что вас тревожит, моя дорогая? – ласково спросил Артур.

– Вам не кажется, что замужество Александры станет для нас головной болью?

– Надо сказать Карлу, что у него щит без дела болтается…

– Сэр Артур! – требовала внимания Августина.

– Что, дорогая? Замужество? Я ещё не думал об этом.

– Так подумайте! Вашей дочери скоро исполнится двадцать лет, а у неё и день, и ночь на уме только одно! Вот посмотрите, что привлекает её больше, чем вопросы ведения хозяйства или рукоделие.

– Милейшая сестрица! – удивился лорд-отец. – Александра в совершенстве владеет искусством рукоделия. Его результат греет мне душу!

– Вы издеваетесь надо мной?!

– Ну, что вы, дорогая!

– Я лишь забочусь о том, чтобы вы не остались без наследников, – продолжила сестрица негодовать.

– А я спешу уверить вас в том, что моя дочь не допустит этого.

– Да? И с кем она будет рожать детей? С Даниэлем, который не отходит от неё ни на шаг?

– Даниэль отличный рыцарь и прекрасный человек.

Августина знала, что милорд поощряет все его действия, если они касаются интересов Александры.

– И вы считаете, что место мужа вполне может занять и он? – не унималась обеспокоенная судьбой племянницы почти леди-мать.

– Это решать не нам с вами, а самой Александре. Не собираюсь лишать её права выбора.

– А вот она-то, как раз, ничего и не собирается решать.

– Почему?

– Я вам уже битый час объясняю, почему! Потому что и слышать не желает о замужестве! Из-за этого я плохо сплю и постоянно вижу страшные сны. Мне повсюду мерещатся враги, которые норовят расправиться с нами…