Путь Разума. Точка сборки твоей реальности

Глава 2

• Восхождение в свет

• Для чего же это всё происходит?

• Священный переход сознания

• Встреча с Создателем

• Новая реальность и прохождение опыта. Греция. Кипр

Восхождение в свет

Настало время поделиться некоторыми откровениями из периода моего восхождения к свету. Спустя годы острота оценок уходит, и опыт воспринимается как единое, неразделимое целое, как осознанный этап прохождения определённого уровня в настоящем моменте.

В ночь, предшествующую началу моего духовного квеста, меня впервые в жизни коснулся леденящий страх смерти. С этим чувством я и легла спать 24 декабря 2020 года, пережив незадолго до этого COVID-19. Среди ночи меня разбудила дрожь, пронзившая всё тело. Взглянув на часы, я увидела мистическое время — 03:33 ночи. Левая часть моего тела пульсировала, сотрясалась и словно пронзалась миллионами иголок. Давление взлетело до 158 на 85, пульс участился до 98 при моих обычных 90/60. Закрыв глаза, я увидела свет в конце тёмного бесконечного туннеля, затем возник белый коридор, а в его конце отчётливо проявились фигуры общающихся людей. Страх сковал меня, я открыла глаза и судорожно набрала номер скорой помощи. Соединившись с оператором, я рассказала о своём состоянии, но меня переключили на дежурного врача. Врач, выслушав мою историю, будничным тоном сообщила, что ко мне никто не приедет, и посоветовала принять корвалол. Оставшись наедине со своим страхом, я почувствовала, как грудь и спина словно объяты пламенем, будто на грудь положили раскалённый утюг.

День первый.

В единый миг начали угасать чувства, некогда наполнявшие моё существо. Вкусовые рецепторы словно онемели, пища утратила вкус и аромат, превратившись в однообразную массу. Так я отступила от еды, довольствуясь лишь водой и прозрачными овощными бульонами. Начался мой путь восхождения к свету, подобный сложному квесту в игре, где каждое испытание — ступень к более высоким вибрационным энергиям. Страх сковывал меня, тело отказывалось подчиняться, а реальность предстала в искажённом чёрно-белом обличье. Ничто не манило, лишь удручённость и потеря смысла жизни окутывали меня. Все краски поблёкли, радость исчезла. Страшные мысли роились в голове, сея панику и держа в тисках стресса. Бессонница стала моим постоянным спутником, не давая ни минуты покоя. Работа оказалась непосильной ношей, ведь в таком состоянии невозможно существовать в обществе. Неотступный страх смерти преследовал меня. Я боялась прикоснуться к телефону, выйти на улицу, заговорить с кем-либо.

Что со мной происходило, оставалось для меня загадкой, и я, разумеется, решила обратиться за помощью в ближайшую поликлинику. Череда обследований, одно за другим, не приносила никаких результатов — анализы были безупречны. Однако моё состояние продолжало ухудшаться. Убедившись в бессилии медицины, я приняла решение искать ответы самостоятельно. Сознание моё было поражено страхами, которые рисовали картины ограничений и безысходности. Страх одиночества, страх перед неминуемой смертью, страх потерять себя в этом мире — всё это выбивало почву из-под ног, лишало чувства опоры. Мир вокруг плыл, словно в тумане. Я ощущала, что в моём теле больше нет души, лишь пустота, оболочка, иллюзия потери себя. Три долгих дня я провела в беспамятстве, не понимая, кто я и где нахожусь.

Затем меня неудержимо потянуло к иконам. Однажды, гуляя в безлюдном лесу, я увидела на земле серебряное кольцо с выгравированной молитвой «Отче наш». Это был первый знак. Вскоре, уже в городе, проходя мимо проезжей части, у самого ствола дерева, я обнаружила огромный серебряный крест. Это был второй знак.

Так началась долгая трансформация моего сознания. Шаг за шагом я вступила на путь осознания и расширения своих границ, на путь познания самой себя.

В голове начали возникать вопросы: «Кто я? Зачем я тут?»

Я перестала узнавать лица близких, словно заплутала в странном лабиринте, не видя просвета. Мир утратил свои краски, съёжившись до безликой, серой и пустой оболочки. Аппетит покинул меня, пища мной воспринималась безвкусной, пресной массой. Радость упорхнула, оставив меня в звенящей тишине, солнце, казалось, навсегда погасло, и за окном мир померк, погрузившись в беспросветную тьму. В этот час отчаяния я осознала, что единственным спасением станет медитация. Каждый день, утром и вечером, я садилась в позу лотоса с прямой спиной и начинала дышать. Медленный глубокий вдох через нос и медленный глубокий выдох через нос. Начинала с пяти минут, постепенно увеличивая время. Поток мыслей охватывал мой ум, не давая погрузиться в глубину себя. Для того чтобы остановить мысли, я думала о вдохе и выдохе, как учил меня человек, с которым я была на протяжении четырёх лет. Как следствие, мои мысли останавливались, и я погружалась в пустоту своего сознания. Внутри меня открылось пространство без конца и края и темнота. Моя медитация продолжалась двадцать четыре дня, после неё я почувствовала спокойствие и могла уснуть.

Однажды вечером, уединившись в тишине медитации, я позволила себе погрузиться в глубины собственного сознания. Неожиданно, словно провалившись в бездонную пропасть, я оказалась в неизвестном пространстве. Внутри себя я увидела образ — себя, лежащую в огромном безжизненном коробе. Моё тело было неподвижно, глаза закрыты. Видение растворилось, и в следующее мгновение я вновь ощутила себя сидящей в той же позе медитации. Но нечто изменилось: мои руки, до того находившиеся на коленях, теперь были подняты, и между ними, словно живая субстанция, начала пульсировать энергия. Она струилась, переливалась, подчиняясь моей воле, танцуя в пространстве между ладонями. Охваченная внезапным испугом от увиденного, я резко открыла глаза. Переполненная пережитым, я хотела поделиться увиденным, но мои близкие, увы, сочли меня не в себе и потерявшей связь с реальностью.

Я не смогла уснуть и потянулась к книге Ошо «От медицины к медитации». Каким-то непостижимым образом, повинуясь внутреннему голосу, я выбрала именно её в книжном магазине. Страницы этой книги успокаивали и проливали свет на вещи, прежде ускользавшие от моего понимания. Закладка ждала меня на шестидесятой странице. В этой главе речь шла об учёном прошлого столетия Вильгельме Райхе, чья деятельность была направлена на исцеление и наполнение людей энергией посредством удивительных устройств — «больших коробок, в которые мог поместиться человек», как было сказано в книге. После пребывания в этих коробках, наполненных энергией, созданной Райхом, больные люди обретали исцеление. Это открытие стало для меня своеобразным знаком, подтверждением того, что мои собственные ощущения и поиски не были плодом безумия. День за днём я погружалась в поиски ответов на терзавшие меня вопросы. Моё состояние оставляло желать лучшего, но, несмотря ни на что, я продолжала свято верить, что всё происходящее в моей жизни — к лучшему!

Впоследствии тень страха смерти неотступно следовала за мной, вводя в заблуждение и истощая запасы жизненной энергии. Поначалу ужас настолько всецело завладел моим организмом, что даже безобидный мобильный телефон казался зловещим предвестником неминуемой гибели, и я не решалась прикоснуться к нему. Выход на улицу превратился в испытание, требующее неимоверных усилий. Когда старая личность уходит в небытие, на поверхность поднимаются все скрытые страхи, удерживавшие её на прежнем уровне. Чтобы возвыситься над ними и благополучно преодолеть этот сложный этап, необходимо было смело взглянуть в лицо своему страху. Именно этим я и занялась: собрав волю в кулак и взяв в дрожащие руки телефон, я начала судорожно вводить в поисковую систему Google фразы, отражающие мою мучительную боязнь. Словно по волшебству, словно в фантастическом фильме, я оказалась на форуме, где люди делились своим опытом и рассуждали на тему, которая мучила меня. Заворожённо вчитываясь в каждое слово, я обнаружила упоминание о книге Майкла Ньютона «Путешествие души». Дочитав до конца, я осознала с поразительной ясностью, что мне необходимо прочесть эту книгу. Я приобрела её на «Озоне» и немедленно погрузилась в чтение. Эта книга открыла для меня глубокое понимание иллюзорности смерти и дала возможность более полно осознать природу моего страха. Таким образом, страх был обезврежен и перестал меня беспокоить.

Моя вера была со мной и не давала мне окончательно утонуть в своём отчаянии. Каждый день начинался и заканчивался молитвами, словами благодарности, обращёнными к Всевышнему. В тишине церкви, под сводами, пропитанными вековой историей, я не стыдилась слёз, моля о ещё одном шансе. Донской монастырь с его святыми ликами стал моим убежищем, местом, где я находила кратковременное утешение, где боль хоть ненадолго отступала. Слёзы, горькие и нескончаемые, текли, казалось, не из глаз, а из самой души.

Выйдя из храма, я машинально направилась в ближайшее кафе. Свободных мест не было, лишь за одним большим столом сидела девушка, одинокая и погружённая в свой мир. Что-то в ней привлекло моё внимание, какая-то внутренняя сила, спокойствие, исходящее от неё. Не раздумывая, я решилась подойти и попросить разрешения присоединиться к ней.

Она смотрела фильм на планшете, потягивая какой-то напиток, а рядом лежал раскрытый блокнот. Мой взгляд невольно зацепился за список дел, и седьмым пунктом значилось: «Медитация». Сердце забилось быстрее. Неужели это очередной знак, очередная подсказка, посланная мне свыше?

— Вы медитируете? — спросила я, стараясь скрыть волнение.

Девушка спокойно подняла на меня глаза и ответила: «Да».

Завязался разговор, и в какой-то момент она произнесла фразу, которая словно эхом отозвалась в моей душе: «Я знала, что ты сядешь ко мне, и мы начнём говорить».

В беседе Александра — так звали мою случайную знакомую — рассказала мне о Петре Горяеве и его бинарной исцеляющей музыке, несущей в себе, как она выразилась, частоту Бога. Она терпеливо разъяснила мне суть метода. Предлагалось приобрести фольгированное термоодеяло, облачиться в него, словно в кокон, и погрузиться в прослушивание через наушники матрицы «Отче наш» — произведения Петра Петровича Горяева, способного, по словам Александры, затронуть самые глубинные струны души и тела. В этом процессе, объясняла она, происходит заземление тела, а слёзы, обильно льющиеся, становятся потоком очищения, вымывающим из подсознания негативные программы.

Наши встречи с Александрой продолжались всего три дня, но за это короткое время она стала для меня ангелом-хранителем, явившимся в столь трудный период жизни. Я искренне благодарна ей за поддержку и опору, за свет, который она принесла в мою жизнь, и посылаю ей лучи тепла и признательности. В контактах я сохранила её номер под именем «Александра Душа» — так коротко и точно выразилось моё ощущение её сущности.

Мои испытания не ослабевали, грудь продолжала пылать нестерпимым огнём, а порой и спину пронзала острая боль. Кожа в области груди покрывалась зловещими красными пятнами, словно карта моих страданий, вычерченная на теле. В тот период жизнь испытывала меня на прочность, заставляя разрываться между удалённой работой и необходимостью возвращаться в ненавистный офис. Каждое утро, когда я мысленно переступала порог этого серого здания, всё моё существо восставало против, подсознание отчаянно вопило: «Тебе не туда! Брось это, уйди! Уволься».

Казалось, лишь природа могла принести мне хоть какое-то облегчение. Неодолимо тянуло в лес, где я могла вдохнуть глоток свежего воздуха и ненадолго забыть о своих муках. Шум листвы, шёпот ветра в кронах деревьев, пьянящий аромат трав, звонкое пение птиц — всё это создавало вокруг меня хрупкий кокон, в котором я могла укрыться от гнетущих, невыносимо мрачных мыслей, преследовавших меня днём и ночью. Лес был моим спасением, моим убежищем, единственным местом, где я могла почувствовать себя хоть немного живой.

Однажды бреду я по улице, погружённая в свои мысли, как вдруг тишину нарушает звонок телефона. Беру трубку, и в ухе знакомый голос. Это Наталья, моя клиентка, с которой мы обычно общаемся исключительно по рабочим вопросам. И вдруг ни с того ни с сего она спрашивает: «Как ты себя чувствуешь?» Вопрос показался мне странным, даже нелепым. С чего бы ей, человеку, никогда не проявлявшему подобного участия, интересоваться моим самочувствием? Но в тот момент, когда я чувствовала себя совершенно одинокой и разбитой, эта неожиданная забота была как нельзя кстати. И я, не сдержавшись, выложила ей всё, рассказала о своём ужасном состоянии.

Наталья внимательно выслушала меня, а затем произнесла слова, которые меня озадачили: «Тебе нужен Игорь». «Игорь? Кто это?» — спросила я, чувствуя, как в душе зарождается робкая надежда.

«Он святой, — ответила Наталья, — он общается со святыми!» Она рассказала о некоей Марии, девушке, которая в своё время жила при храме, чтобы очиститься от грехов. Наталья настаивала, что мне необходимо встретиться с Марией. Я, уцепившись за эту ниточку надежды, записала номер телефона Марии, втайне надеясь на чудо.

На следующий день Мария сама написала мне, предлагая встретиться. Мы условились встретиться в парке. Встретившись, мы начали разговор, который вскоре превратился в монолог Марии об Игоре. Она долго и вдохновенно рассказывала о нём, о том, как к нему съезжаются люди со всех уголков света, каждый со своей бедой, со своей болью, со своей неизлечимой болезнью. И о том, как после встречи с Игорем эти люди исцеляются, обретают надежду и возвращаются к жизни.

Сидя на скамейке в парке, погружённая в беседу с Марией, я не обратила внимания на звонок телефона. Разговор был слишком важным для меня, чтобы прерывать его. Лишь спустя некоторое время взгляд мой упал на высветившийся номер. Прищурившись, я спросила Марию: «Этот номер тебе знаком?»

«Да, это Игорь», — ответила она, и в голосе её прозвучало недоумение.

«Но как такое возможно?! — воскликнула я, не в силах скрыть изумление. — Я ведь не давала Игорю свой номер. Откуда он мог его узнать?»

Это было словно маленькое чудо, необъяснимое и завораживающее.

Мы долго обсуждали этот странный звонок, пытаясь найти хоть какое-то логическое объяснение, но так и не смогли. Это удивительное событие оставило неизгладимое впечатление в нашем сознании.

И вскоре, написав Игорю и договорившись о встрече, я ни секунды не сомневалась, что должна непременно увидеть его.

Переступив порог квартиры, Игорь радушно предложил мне войти. Это была обычная квартира в одном из спальных районов, расположенная в новостройке. Хозяин дома, статный мужчина лет пятидесяти пяти, сразу расположил к себе. Его иссиня-чёрные вьющиеся волосы, высокий рост, примерно метр восемьдесят восемь, крепкое телосложение и открытое, приятное лицо невольно вызывали ассоциации с каким-то известным актёром. Игорь провёл меня в просторную комнату, где моему взору открылось совсем нечто поразительное: иконы величиной в человеческий рост занимали почти всю стену. С гордостью в голосе Игорь рассказал мне о том, что уже много лет посвящает себя помощи людям, исцеляя даже самые тяжёлые болезни и находя общий язык с ангелами. Пригласив меня присесть, он попросил рассказать о том, что меня привело к нему. Я начала свой рассказ с самого начала, а Игорь внимательно слушал, вникая в каждое моё слово. Затем, подведя меня к иконам, он произнёс с благоговением: «Николай Угодник, Юлии не хватает радости! Прошу, пожалуйста, сделай ей прививку радости!»

Я застыла на месте, словно не в силах постичь происходящее, но в то же время с полным доверием отдавшись течению событий. Затем последовал странный тест, словно испытание на наличие скверны, наложенного проклятия, тёмной магии. Моё тело, подвластное неведомой силе, невольно отклонялось то вправо, то влево, то подавалось назад, то устремлялось вперёд. После двух томительных часов, наполненных этой необъяснимой процедурой, мы с Игорем наконец заговорили. И тут он разразился смехом и рассказал мне историю: «Представляешь, сижу я тут на днях, чаёк попиваю, и вдруг прямо из телевизора выходит Николай Угодник, да не в рясе златотканой, а в кожаной косухе и бейсболке, и давай рассказывать, как он лихо гоняет на мотоцикле!» «Езжай с миром, — напутствовал меня Игорь. — Будешь улыбаться и радоваться». И словно в подтверждение своих слов, вручил мне бумаги, исписанные коллективными молитвами и другими мудрыми наставлениями. Так и случилось: пять дней на моём лице появлялась улыбка после посещения Игоря и его «прививки радости».

Однако жгучая боль в груди продолжала мучить меня, не давая покоя. Физическая мука была столь ощутима, что игнорировать её стало невозможно. И вот в полуночной тишине мне явился сон. Я и моя давняя подруга оказались в гостях. Моему взгляду предстала кухня в бордовых тонах с лакированными фасадами, отражающими свет, и столешницей из мрамора, чей узор завораживал своей красотой. Всё вокруг блестело и сверкало, а интерьер гармонично дополняли стильные элементы декора, создавая атмосферу изысканности. Внезапно из комнаты вышел молодой человек невысокого роста, с темными волосами и крепким телосложением. В памяти сна отчётливо запечатлелось, что имя его начиналось на букву «А». Далее парень стал вести себя вызывающе, неадекватно, его речь была полна ругательств и криков. Пробудившись, я не придала сновидению особого значения и вышла на улицу в надежде посетить бассейн. Плавание всегда приносило мне облегчение, отвлекая от жгучей боли в груди и даря кратковременное ощущение свободы от мучений. По пути моё внимание привлекло возведение храма. На видном месте красовалось объявление: «Пожертвования на строительство храма» с указанием необходимых реквизитов. Не мешкая, я достала телефон и совершила осознанное пожертвование на благое дело. Чувство, наполнившее мою душу в этот момент, было настолько благостным, что сердце ликовало от радости.

Прошла неделя, и мы с подругой договорились о встрече, решив провести время в приятной обстановке, наслаждаясь обществом друг друга. Встреча наша была полна неподдельной радости, время пролетело незаметно, словно его и не было. И вот, словно гром среди ясного неба, раздался сигнал телефона — пришло сообщение. Это был мой давний приятель, который писал, что его друг, некий Артём, горит желанием встретиться со мной и поговорить. Признаюсь, ситуация показалась более чем странной. Я перезвонила.

— Незнакомый человек… и хочет со мной общаться? — проговорила я вслух, пытаясь осмыслить услышанное.

— Да, — последовал спокойный ответ моего приятеля.

Подруга, заинтригованная не меньше меня, согласилась составить мне компанию. Не теряя ни минуты, мы отправились навстречу неизведанному.

Приятель, проявляя любезность, немедля вызвал личного водителя, и вскоре мы уже неслись по улицам города, рассекая пространство в направлении, указанном в сообщении. По прибытии на место мне открылась картина, заставившая сердце учащённо забиться. Бордовая кухня… «Точно такая же, как в моём сне…» — пронеслось в голове. Удивлению не было предела. И тут, словно подтверждая нереальность происходящего, из другой комнаты вышел Артём. Все совпадения, от роста и цвета волос до телосложения, казались невероятными. Лица во сне я не видела, и потому его появление стало настоящим сюрпризом. Присев на диван, Артём повернулся ко мне и, внимательно посмотрев в глаза, спросил:

— Как вы себя чувствуете?

Незнакомец, вторгшийся в моё личное пространство, задал вопрос, от которого кровь застыла в жилах. Вдруг, схватив мою руку, он обмяк на диване, словно марионетка, оборвавшая нити. Подруга, наблюдавшая за этой странной сценой, заподозрила нелепый розыгрыш. Однако время шло, а Артём не двигался, оставаясь в неестественной позе. Спустя несколько томительных минут, не открывая глаз, он произнёс:

— Почему ты мне не сказала? — слова вырвались сбивчиво, словно их выталкивали насильно.

— Что не сказала? — опешила я, не понимая, что происходит.

— Что в груди у тебя чернота, — прозвучал его тихий, но отчётливый ответ.

— Что ты имеешь в виду? — с вызовом возразила я, пытаясь скрыть смятение.

— Ты прекрасно знаешь, о чём я! — спокойно парировал Артём, не меняя позы.

И я действительно знала. В области грудины уже давно поселилось необъяснимое жжение, давящее, гнетущее ощущение. Это было именно то, о чём говорил Артём.

— Это тёмная энергия твоих непрожитых чувств! — заключил он, словно вынося приговор.

И он начал свой долгий сказ о том, как мне надлежит поступить, чтобы эти чувства были прожиты и отпущены. Как часто мы терзаем себя изнутри, не давая волю чувствам, зажимая в тиски эмоции, тем самым обрекая их на заточение в теле, что неизбежно находит отражение в физическом недуге. Эта непрожитая эмоция — гнев, страх показаться недостаточно компетентным, обида на несправедливость — не исчезает бесследно. Она формирует напряжение в плечах, сжимает челюсти, заставляет поверхностно дышать. Это и есть первый шаг к тому, чтобы негативная эмоция «застряла» в теле.

Почему так происходит? В основе этого процесса лежит неразрывная связь между разумом и телом. Каждая эмоция, которую мы испытываем, сопровождается целой цепочкой биохимических реакций. Выделяются гормоны стресса, учащается сердцебиение, напрягаются мышцы. В момент опасности или стресса это является естественной реакцией, мобилизующей нас для борьбы или бегства. Однако в современном мире мы гораздо чаще подавляем эти реакции, не давая им выхода. Вместо того чтобы выплеснуть гнев, мы держим его в себе. Вместо того чтобы убежать от страха, мы пытаемся его игнорировать.