Пепел небес

ГЛАВА VI: Шепот рек

На следующее утро небо простерло над островом Веция еще более плотную и тяжелую пелену тумана, чем обычно. Ветви серебролистных деревьев пригнулись к самой земле под бременем сырого воздуха. Боль в теле Галиуса утихла не до конца, но Алистер не дал ему больше ни минуты на передышку.

Когда солнце едва пробило своими блеклыми лучами завесу облаков, старец привел Галиуса к самому краю Острых Скал — туда, где обрывалась твердь острова и начиналась безбрежная бездна.

—

Здесь проходит граница острова, — произнес Алистер, поправляя рукой развевавшийся на ветру плащ. — Взгляни вниз, Галиус.

Галиус содрогнулся. Он стоял на пороге нарушения запрета, который старейшины деревни твердили ему с самого детства. Шаг за шагом он приблизился к краю утеса и наклонил голову, устремив взор в пустоту.

Там, внизу, вопреки рассказам деревенских старцев, зияла вовсе не кромешная тьма. В самых глубинах, под толщей исполинского океана облаков, извиваясь подобно колоссальным змеям, неслись могучие реки светло-голубой и серебряной энергии. Это и были те самые эфирные течения, что удерживали мир в вышине. Они глухо рокотали на своем собственном, неведомом языке, точно невидимыми дланями подталкивая вверх гигантские скалы острова.

—

То, что ты видишь, — это жизненные артерии небес, — промолвил Алистер. — Когда ты атаковал всадника Афериона, ты с яростным неистовством черпал силу из этих рек. По этой причине твое тело едва не погибло. Теперь же ты должен научиться не вырывать эту силу, а отдаваться ее течению.

Алистер поставил перед Галиусом небольшую деревянную чашу. Внутри нее колыхалась густая серебристая жидкость, выжатая из эфирных трав острова.

—

Возьми эту чашу обеими руками. Закрой глаза и прислушайся к ветру вокруг. Твоя цель — не пролив ни капли этой жидкости, слить ее энергию воедино с током крови в твоих собственных жилах.

Галиус присел на табурет и обхватил чашу ладонями. Стоило жидкости коснуться его естества, как по коже разлилось легкое покалывание. Он закрыл глаза.

—

Освободи свой разум, — донесся до него тихий шепот Алистера. — Ты крестьянин из племени Торок. Тебе ведомы земля, пашня и воздух. Каждый лист на этом острове питается от этих рек. И ты — один из этих листьев.

Галиус попытался выровнять дыхание. В первые минуты его мысли то и дело возвращались к родному дому в деревне, к его другу Каэлю и к тому жуткому Всаднику Пепла. Стоило ему овеять себя этими мрачными воспоминаниями, как чаша в его ладонях начинала дрожать, а серебряная жидкость подступала к самым краям, готовая пролиться.

—

Ярость сожжет тебя, — предостерег Алистер, точно читая его мысли. — Спокойствие же сделает тебя частью самой реки.

Галиус сделал глубокий вдох. Он сосредоточился на свисте ветра, разбивавшегося об острые утесы. Мало-помалу этот глухой гул в ушах уступил место ритмичной мелодии. Он начал отчетливо различать пульс тех исполинских эфирных рек, что неслись в глубинах. Казалось, весь остров дышал, словно единое живое существо.

И в то же мгновение произошло нечто удивительное. Ощущение покалывания в ладонях Галиуса бесследно исчезло. Серебряная жидкость в чаше, словно бросая вызов самому земному притяжению, начала медленно подниматься в воздух, закружившись вокруг юноши крошечными каплями. Эти капли касались его кожи, но больше не обжигали — напротив, они бесследно стирали всю усталость и ломоту в теле.

Когда Галиус открыл глаза, он увидел, что Алистер смотрит на него с одобрением.

—

Хорошо, — произнес старец. — Ты сделал первый шаг. Ты перестал бороться с природой. Однако это работает лишь в тихую погоду. В настоящем бою, когда тебя окружат воины Пепла, сохранить это хладнокровие станет для тебя самым суровым испытанием.

Алистер направился к хижине, чтобы вновь развернуть карту, но вдруг замер и устремил взор к небесам. За пеленой тумана, там, где обычно пролегали птичьи тропы, не было видно ни единого движения. Воздух казался слишком, неестественно безмолвным.

—

На сегодня уроков довольно, — промолвил Алистер, и в его голосе вновь проступили тревожные ноты. — Нам пора спуститься вниз, к деревне, Галиус. После вестей, что принес Каэль, нам необходимо поговорить со старостой. Если мы не подготовим оборону Веции, при следующем приливе Пепла этот остров просто сотрет с лица земли.

Галиус поднялся. Свинцовая слабость в мышцах бесследно испарилась, уступив место легкости и приливу бодрости. Впервые за долгое время он возвращался в родную деревню, к своему очагу. Но он слишком хорошо понимал, что отныне ничто и никогда не будет прежним.

ГЛАВА VII: Неверие в деревне

Крутая тропа, ведущая вниз с Острых Скал, выбиралась из пелены туманов и тянулась к деревне, где родился и вырос Галиус. Здешний укрытый дол встретил их теплым, приветственным воздухом, сменившим бурные, леденящие вышние ветры. Издали виднелись приземистые хижины Тороков, срубленные из саманного кирпича и переплетенных корней деревьев. Разливавшийся над пашнями аромат эфирной травы наполнял воздух привычным умиротворением, однако оживление на деревенской площади не предвещало ничего доброго.

Когда Галиус и Алистер пересекли черту поселения, окрестные жители оставили свои труды и устремили на них взоры. Женщины прятали детей за спины, а мужчины, работавшие в поле, опускали косы и грабли, с явным недоверием шепотом переговариваясь и поглядывая на мудреца и сопровождавшего его юношу. Вести, принесенные Каэлем, сделались главным слухом, молнией разлетевшимся из уст в уста.

Под сенью раскидистого чинара в самом центре площади стоял староста деревни — грузный, седобородый старик с лицом, иссушенным палящим солнцем. Звали его Бром. Долгие годы Бром правил этой общиной суровой, но справедливой рукой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.