Воспоминания убийцы

– ?

– Как я и говорил вчера, Чису не выглядела счастливой.

– Что позволяет говорить так? Чису что, так и сказала: «Я несчастлива»?

– Чису посещала психологические консультации.

– Что? Имеете в виду, что она ходила к психотерапевту?

– Нет. Это я, напротив, советовал ей обратиться за профессиональной помощью. По нынешним временам это не нечто из ряда вон выходящее, а простая обыденность. Но Чису посещала какой-то частный центр психологических консультаций. Доверия не вызывает. А идти к психотерапевту она отказывалась.

– Почему же?

– Говорила, что муж будет волноваться, если узнает, да и больничные записи, если останутся, могут доставить ворох проблем.

– Не может быть… Зачем она…

– О том и речь. Чису, с которой я был знаком, могла сама дать совет кому угодно, но вот принять его не была способна. Но обращаться за консультациями в непроверенное место…

Адвокат Чо продолжал еще что-то говорить, но слова пролетали мимо ушей Чону. Он был раздавлен: оказывается, он абсолютно ничего не знал о Чису. Но еще сильнее его расстраивало то, что он даже предположить не мог, зачем Чису обращалась в психологический центр.

Глядя в растерянное лицо Чону, который, по-видимому, был немало шокирован, адвокат Чо понизил голос:

– Не стоит так сильно удивляться. Супруги не обязаны знать друг о друге все.

Попрощавшись с адвокатом, Чону сел в машину. Когда светофор зажегся красным, он опустил голову на руль и задумался: «Я полагал, мы были счастливы… Чису не была?» В тот момент на экране мобильного, стоявшего на беззвучном, всплыло уведомление:

7 пропущенных вызовов

Увидев, что пропущенные от Инука, Чону тут же перезвонил ему.

– Брат, ты почему не берешь трубку?! Я нашел! Нашел!

– Что?

– Ту машину. Ту, которую ты видел в воспоминаниях. Сеул, Тэ-А-тридцать, пять-ноль-шесть-один!

– Я сейчас подъеду. Ты где?

– В отделе, и мне удобнее подъехать в больницу. Увидимся на месте.

– Ты же говорил, такие машины сложно найти. Как ты ее отыскал? Ладно, подробности при встрече.

Чону отбросил тоску по Чису и чувство вины в сторону и прибавил скорость, направившись в больницу. Он сможет заняться самоедством и после того, как поймает преступника.

Чону вошел в больницу, в которой не горел свет. Днем больница вела прием по записи, а ночью она становилась их с Инуком офисом. Увидев Чону, Инук немедля протянул ему несколько фотографий:

– Это же та машина, которую ты видел?

– Да, она. Даже номерной знак тот же, что у серебристой Sonata. Как ты так быстро нашел ее?

– Ты знаешь о побеге, произошедшем два дня назад недалеко от старшей школы Синхва? По телевизору сейчас только об этом и говорят, в курсе? Ты хотя бы в интернете новости посматривай. А то как-то безрадостно проживаешь свою жизнь. В общем, два дня назад в двадцать три тридцать машина сбила школьницу, возвращавшуюся домой с вечерней самоподготовки, и скрылась с места происшествия. Проблема в том, что та до сих пор не пришла в сознание, и не факт, что, придя в себя, сможет дать показания. Свидетелей не было.

Чону поджал губы и задумчиво кивнул.

– Увы, но система видеонаблюдения перед школой тоже была сломана. Из-за этого на руководство школы вылилось немало критики. Им предъявили, что они не выполняют свою работу должным образом. Но…

– Но?

– Кто я, по-твоему? Я добыл все записи с видеорегистраторов в машинах, которые в момент происшествия стояли в радиусе двух километров от школы, изъял их и изучил. В обычное время прокуроры и судьи отклонили бы подобную просьбу, сославшись на превышение полномочий или потребовав объяснить, какое отношение это имеет к правонарушению, но даже они не могли игнорировать мнение общественности. Два дня подряд мы всем отделом не смыкая глаз просматривали записи с видеорегистраторов. В итоге обнаружили автомобиль, находившийся недалеко от места аварии в тот самый временной промежуток, улучшили качество видео – и вуаля! Так все и вышло. Я сам приложил руку к поискам, и каково же было мое удивление, когда это оказалась та самая машина.

– А кто был за рулем?

– Так как машиной по факту пользуется другое лицо, официальный реестр нам ничего не даст. Но раз номер машины засветился, если мы отследим все передвижения в тот день, что-то да всплывет.

– Но нет гарантии, что водителем окажется Мех.

– Так-то оно так, но нарушения закона о пользовании автомобильным транспортом, того же нелегального приобретения машины, более чем достаточно для инициирования расследования. Ведь мы же должны выяснить, при каких обстоятельствах и у кого был куплен автомобиль.

– Думаешь, это поможет выследить Меха?

– Кстати, об этом, на подобные машины не распространяется комплексная страховка. Мало того что он сбил ночью перед школой ученицу, пересекавшую пешеходный переход, и просто скрылся, так у него еще и страховки нет. И он еще и нелегально владеет машиной. Если у него есть судимость, то его закроют, сто процентов.

– А…

– Просто подожди немного. Руководитель команды, расследующей ДТП, пообещал, что непременно сообщит, когда поймает его. Ну что, пойдем перекусим? Видел? Тут рядом открылся ресторанчик с морскими гадами.

– Да, пойдем. Сегодня ты можешь заказать хоть все их меню. Я угощаю!

Когда на лице Инука, обретшего нежданный улов, разлилось полнейшее чувство удовлетворения, Чону рассмеялся. Он подумал, что почему-то не может произнести слова безмерной благодарности человеку, которому признателен до такой степени, что даже чувствует за собой вину.

Они заказали сет из соленой рыбы для жарки на гриле вместе с сетом соусов и слепо пялились на гриль перед собой. Чону задавался вопросом, стоит ли рассказывать Инуку о том, что он недавно выяснил о Чису. Ровно в этот момент на телефон пришли сообщения от адвоката Чо:

Станция «Понгэ», второй выход. Я как-то подвозил туда Чису, когда она опаздывала на консультацию. Вероятно, центр, который она посещала, где-то в том районе.

Сволочь, что убила Чису. Я тоже хочу, чтобы его поскорее поймали.

Прочитав сообщения от адвоката, Чону опрокинул подряд несколько стопок сочжу. Его накрыло чувство вины: как он, будучи доктором в области психиатрии, не сумел распознать, что творилось в душе у Чису? «Каким человеком была она? Я ведь до последнего ничего не знал о ней; да что ж я за человек-то такой? Кто я?»

– Брат! Я понимаю, что ты чувствуешь, но попридержи коней. В любом случае быстро это все не решится. Это затянется надолго. Так что не загоняй себя так сильно. – Слова Инука заставили Чону вынырнуть из своих мыслей. Чону через силу попытался улыбнуться и вновь уронил голову. Прикусив губу, он потер глаза. Вид покрасневшего, как у пьяницы, лица заставил Инука напрячься:

– Брат! Эй… Ты же не собираешься плакать? Ты что это вдруг? Заплачешь ты, заплачу и я.

– Кто это тут собрался плакать? В глазах защипало, вот я и почесал их. Перебарщиваешь… Хватит пороть всякую чушь, просто послушай. Мне есть что рассказать.

И он поведал о том, как недавно встретился с тетей Чису, а после пересекся с адвокатом Чо, который звал себя ее университетским другом. Не укрыл он и то, что Чису ходила в консультационный центр.

– Кажется, из-за меня Чису была безумно одинокой. В то время исследование было на завершающей стадии, и вот-вот должна была быть дописана статья, так что у меня ни секунды свободной не было. Я почти не появлялся дома. Единственное, на что меня хватало, – это оставить сообщение с просьбой ложиться спать, не дожидаясь меня, потому что буду поздно. Думал, что все возмещу Чису и Суа, как только статью примут… С этого все и пошло наперекосяк. А что после?

– Перешли мне, пожалуйста, точные имена и телефоны тети и адвоката Чо. Надо кое-что проверить. – Что-то насторожило Инука, который слушал его, не перебивая.

– Что-то с этими двумя не так, да? Меня тоже терзают сомнения. В особенности очень уж гладенько звучит история: тетя, с которой Чису не виделась много лет, встретилась с той ровно утром в день инцидента.

– Да. И эта так называемая тетя даже не засветилась во время расследования три года назад. Как-то слишком подозрительно. С ее слов о том, что она воспользовалась запасной лестницей, выходит, что полиция понятия не имеет о том, кто входил и выходил через нее тогда. Она утверждает, что впервые за столько лет разыскала племянницу, потому что ей срочно понадобились деньги, и когда ей фактически ответили, что дадут их, она просто ушла ни с чем? Не складывается, не находишь?

– Конечно, бред. А учитывая характер Чису, сколько бы той ни понадобилось, Чису пошла бы навстречу.

– Да и этот адвокат Чо. Человек, который наслаждается таким обилием беспорядочных связей и спокойно едет в безлюдное место, чтобы заняться с девушкой сексом в машине, воспылал незамутненными чувствами, внезапно встретив свою первую любовь, и предложил ей увидеться? Смешно. Скорее всего, у него были совершенно иные намерения.

Чону кивнул в ответ.

– Ты ездил в центр, который посещала Чису?

– Нет, но, кажется, знаю, где он. – Он вбил на телефоне «центр психологических консультаций, станция “Понгэ”», и поиск сразу выдал «Центр психологических консультаций Сэбёль».

– Брат, поезжай туда. Я позвоню тебе, как только найду владельца машины. Возможно, разгадка ближе, чем мы думаем. Поэтому держись.

– Да. Спасибо.

Инук мягко погладил Чону по плечу. Руки младшего братишки теперь были гораздо крупнее и толще, чем у Чону.

– Кажется, я раздался в последнее время? Сейчас из положения лежа выжимаю до ста шестидесяти килограммов. А присед с весом – кажется, тренажер называется Squat, – там до трехсот двадцати килограммов. Люди стекаются поглазеть, как я тягаю штангу.

– Да вроде особой разницы пока нет?

– Да ты только потрогай. Чувствуешь, какие кубики? – Инук прижал руку Чону к своему прессу, но тот тут же брезгливо отдернул ее.

– Эй! Да там сплошной жир. О каком прессе речь? Откуда там пресс, когда ты столько жрешь? Чтобы были мышцы, важнее всего обеспечивать соответствующее питание. А ты этого не делаешь. И заканчивай с алкоголем, щенок!

Они вдвоем прыснули со смеху, затем вернули серьезный вид, но в итоге вновь рассмеялись и опрокинули по рюмке сочжу. Таков был способ справиться у этих двоих, людей, которые вместе пережили внезапно обрушившуюся на них трагедию.

Парковка перед Центром психологических консультаций Сэбёль.

Прежде чем направиться сюда, Чону изучил информацию о центре в интернете. Отзывов о консультациях было довольно много, большинство из них – положительные.

«Больше напоминает хобби…»

Управляющему центра было за сорок, свое имя он сделал, снимаясь в различных развлекательных и образовательных шоу. На главной странице сайта говорилось, что к выбору центра консультаций необходимо подходить с умом, а также что следует с настороженностью относиться к местам без лицензии и к самопровозглашенным психологам.

Поскольку Чону заранее записался на прием, ему не пришлось долго ждать. Приемная, вероятно, была недавно отремонтирована: элегантный интерьер оттеняли мягкие кожаные диваны, на стенах были развешаны разнообразные сертификаты и фотографии со съемок. Типичный способ отвлечь внимание людей, когда есть что скрывать. Чону заполнил анкету, необходимую для консультации, и вступил в разговор с так называемым ведущим консультантом.

– М-м, судя по результатам, у вас очень высока вероятность депрессии. Опасные показатели.

– Да? Неожиданно, – с сарказмом проговорил Чону, сохраняя спокойствие в голосе, однако консультант абсолютно не уловил намек. Вместо этого он удвоил энтузиазм и продолжил вещать, сохраняя серьезность:

– Пусть только сейчас, но все же замечательно, что вы пришли. Руководитель центра как раз специалист в этой области. Неважно, насколько глубока ваша депрессия, регулярные консультации помогут улучшить ситуацию. Доверьтесь нам и приходите. – Консультант сказала, что стоимость одного сеанса составляет триста восемьдесят тысяч вон и Чону полагается десять таких сеансов, однако она предложила ему для начала посетить хотя бы один, будто сделала великое одолжение.

Зайдя в кабинет, Чону сразу наткнулся взглядом на сидящего в кресле человека, который, судя по всему, и был руководителем центра.

– Вы не похожи на человека, который пришел бы сюда. Как вы здесь оказались? – аккуратно подбирая слова, спросил он, видимо уловив напряженность в глазах Чону. Чону раздумывал, стоит ли сразу перейти к делу или пока присмотреться. – Выглядите крайне измученно. Отведаете чаю? Это органический травяной сбор.

Он пододвинул к Чону чашку теплого чая, чтобы помочь тому расслабиться. У руководителя центра было подтянутое телосложение и будто высеченные черты лица. Его голос был глубоким и раскатистым, как у актера дубляжа; такому хотелось довериться.

– Да, я измучился и уже очень устал, – произнес Чону, пристально глядя ему в глаза.

– Должно быть, вам было тяжело, но вы выстояли. – Он говорил так, будто знал о чем-то. Чону стало тошно от подобной манеры речи, но, видимо, на других людей это действовало. Этот человек прекрасно понимал, на какие точки следует давить, чтобы пробраться в самое сердце. Он демонстрировал сочувствие, поддержку, готовность утешить и даже восхищение.

– На самом деле три года назад моя жена посещала консультации в этом центре. Времени прошло, конечно, достаточно, но я пришел выяснить, по какому поводу она консультировалась в то время.

– Я, безусловно, не врач, как вы, господин Хан Чону, но тем не менее не имею права раскрывать содержание индивидуальных консультаций. К тому же у нас не ведутся медкарты, как в больницах.

– Как вы узнали, что я врач?

– Ваша манера речи выдает в вас доктора. Ваши речь, жесты и действия – все пропитано этим. Хотя вы и прибыли как клиент, все в вас буквально кричит о том, что именно вы всегда руководите приемом. Я сказал наугад, но, видимо, попал в точку.

– Мою жену звали Юн Чису, три года назад она была убита проникнувшим в дом преступником. Виновный до сих пор не найден. Понимаете? У меня нет времени на пустые разговоры. Я мог бы подать заявление в полицию с просьбой начать расследование, и они бы, получив ордер, ворвались сюда с обыском, но я обращаюсь лично к вам с просьбой.

Мужчина был поражен словами Чону и призадумался.

– Я понял. Но хотел бы, чтобы вы уяснили, что то, что я расскажу сейчас, будет во имя моего теплого отношения к Чису, а не из-за ваших никчемных угроз. У Чису была серьезная депрессия. После нескольких месяцев консультаций удалось выяснить, что корень ее состояния заключался в сомнениях.

– Сомнениях? В чем, черт подери, она сомневалась?

– А вы ведь даже не догадываетесь. Она сомневалась в вас.

– Во мне? Вы говорите, у нее были сомнения на мой счет? Да в чем именно она сомневалась-то?

– Все просто. Она переживала, что у вас появилась другая женщина. Она говорила, что каких-то доказательств у нее нет и своими глазами она ничего такого не видела. Это были просто ее ощущения. Я предложил ей не страдать в одиночестве, а открыто поговорить с мужем. Но видя вас сейчас, понимаю, что вы так и не смогли поговорить.

Мужчина рассказал, что депрессия Чису была вялотекущей, вместо улучшения ее состояние просто не ухудшалось. Он проверил данные на компьютере и выписал имена и контакты четырех человек, вместе с которыми Чису посещала групповые консультации.

– Завтра ближе к середине дня я введу их в курс дела; позвоните им после этого. Это все, что я могу сделать для вас.

Чону взял бумажку с написанными данными и покинул центр. Он выглядел так, будто до сих пор не осознал в полной мере, что только что услышал: «У меня не было других женщин, кроме Чису… Ни единого мгновения я не любил другую, только Чису…»

Он никак не мог взять в толк, почему жена усомнилась в нем. Он ни разу не дал ни малейшего повода. Чем глубже он погружался в жизнь Чису, тем более потерянным себя чувствовал.

Позвонил Инук:

– Брат! Мы поймали водителя того автомобиля. Проанализировали записи звонков и вычислили владельца салона по продаже подержанных авто, он-то и продавал нелегальные тачки. Не пройдет и пары дней, как мы поймаем и его. Что я говорил! Мы почти у цели!

Благодаря тому, что это событие привлекло внимание СМИ, расследование полиции прошло как по маслу. Зная номер машины, отследить ее передвижения было проще простого.

Виновником оказался ничем не примечательный мужчина лет тридцати, который проживал в студии на окраине Капхёна провинции Кёнгидо. Его незамедлительно взяли под арест в собственном доме. Он рассказал, что поехал в салон, наткнувшись в интернете на рекламу о продаже Audi A4 за пять миллионов вон, но это оказалось ложной информацией, и в итоге он приобрел Hyundai Sonata за полтора миллиона вон. Хотя мужчина признался, что был в курсе нелегального статуса машины, он отрицал свою причастность к недавнему ДТП.

– Кредиторы и преступные группировки, с которыми он работал, уже арестованы. Мы накрыли обширную сеть. Еще остался владелец салона по фамилии Юн, но вторая оперативная группа собаку съела на делах о незаконном обороте подержанных машин. Скоро поймают.

– Инук, давай его поймаем мы сами.

– А? Беспокоишься, что уйдет какое-то время на поимку? Тебе надо только подождать!

– Нет. Я должен поймать его раньше полиции.

– О чем ты? Поймать раньше полиции? И что ты будешь делать, если поймаешь его первым? Ты же не собираешься пересадить его память? Эй… Это неправильно. Если его поймают, то я в любом случае выбью из него признания: угрозами ли, уговорами ли.

– Подумай сам. Он что, по простоте душевной признается, что выкупил машину, засвеченную в преступлении? Если он будет стоять на том, что ничего не знал, да и сам такая же жертва, мы зайдем в тупик. Неважно, добудем ли мы улики или еще что. Он ни черта не скажет.

– Брат! До сих пор я выполнял все, что ты мне говорил. Но укрывание преступника – это статья. Это рискованно.

– Нам хватит совсем чуточку времени. Я залезу в его память, и мы тут же сдадим его полиции. Ты ведь можешь сам доставить его в участок. Прошу тебя. Помоги мне еще один раз.

Инук в замешательстве почесал макушку. Он издал звук, похожий на стон, и с тяжелым вздохом бросил что-то вроде: «Так дела не делаются».

– Где ты?

– Выехал на подмогу. Сейчас недалеко от Сандона в Пучхоне, Кёнгидо. Мы отследили сигнал левого мобильника, который он использовал. Сигнал оборвался где-то здесь десять минут назад, сейчас мужик затаился.

– Имей в виду. Мы должны поймать его первыми. Если его арестуют, всему конец.

– Тут весь район оцепила полиция; как, по-твоему, я его поймаю первым?..

Чону, не теряя времени, выдвинулся в Пучхон в провинции Кёнгидо. В голове был сумбур, следовало как-то упорядочить все. «Десять минут назад он включал телефон. Несмотря на то что телефон подставной, оставалась опасность, что его подельники обнаружат и поймают его. Значит, велика вероятность, что поблизости был некто, у кого он мог бы попросить помощи. И этот кто-то, вероятно, собирается помочь ему свалить из места, полного полиции».

Он и не заметил, как миновал железнодорожную станцию в Пучхоне и, видимо, развлекательный центр, который был на пике популярности в девяностых годах, и уже двигался по направлению к переулку на вершине холма: «Они вроде как в засаде, но тут машины полиции выглядывают из каждой щели. Наверное, стянули весь состав оперативников. Скорее всего, чувствуя, что ловушка захлопывается, преступник попробует сменить локацию, даже если это будет грозить опасностью. Вероятно, это будет обычный легковой автомобиль белого или серебристого цвета, а не бросающийся в глаза микроавтобус или черная машина. Маловероятно, что водителем окажется обычный отморозок. Сбежать, должно быть, поможет гражданская жена или любовница, которая не привлечет лишнего внимания. И будет это обычная машина среднего класса с женщиной за рулем, которая не паркуется, а кружит по району…»

Именно в этот момент стеной хлынул ливень.

«Проклятие. С зонтом будет легче скрыть свою личность. Теперь этим двоим было бы сложно связаться по телефону, и им пришлось бы воспользоваться телефонной будкой или одолжить у кого-нибудь на улице телефон. Это с высокой долей вероятности означает, что с местом встречи они уже определились. Возможно, будут беспокойно искать друг друга. – Чону медленно колесил по переулкам, когда вновь наткнулся на машину, которую недавно видел на перекрестке. – Эта машина… крутится по району».

Инук сидел в магазинчике прямо напротив и изучал взглядом окрестности, поставив перед собой чашку с рамёном. Он изо всех сил старался скрыть свое внушительное телосложение.

– Инук, речь о владельце салона. Кажется, я нашел его.

– А? Брат, ты сейчас где?

– Видишь женщину прямо перед собой, которая идет с темно-фиолетовым зонтом? Женщина в юбке в пол – это его возлюбленная. Она сейчас идет за ним.

Инук невозмутимо наблюдал за женщиной, продолжая поглощать рамён. Женщина остановилась на ступеньках первого этажа обшарпанного здания, когда из бильярдной, расположенной в подвале, вышел некий мужчина. Затем они опустили зонтик пониже и быстрым шагом двинулись в сторону припаркованной машины.

Когда они уже были готовы забраться на сиденье припаркованного на углу переулка автомобиля, Инук стремительно вырубил мужчину ударом локтя по затылку. Не издав ни единого звука, тот упал ничком. Инук заломил его руку за спиной и придавил его к земле коленом. Затем нацепил на лежащего лицом вниз мужчину наручники. Женщина, подумав, что все кончено, быстренько села в машину и укатила. В тот момент рядом притормозил Чону и крикнул:

– Инук, сюда! Садись скорее!

– Всё ли будет в порядке… – проворчал Инук, будучи абсолютно не в восторге от этой идеи, и нехотя запихнул мужчину на заднее сиденье.

Буквально в тот же момент из соседнего переулка показалась черная машина, и Инук, затаив дыхание, притянул мужчину за воротник к себе под колени. Это была машина полицейских под прикрытием.

Помимо поимки преступника, требовалось еще и покинуть это место, не попавшись на глаза полиции. Увидев патрульную машину на пятилучевом перекрестке, они быстро свернули в правый переулок.

– Вы кто такие?! Полиция? Полиция, да? Куда вы меня везете? – почуяв неладное, атаковал их вопросами мужчина по фамилии Юн. Молча сидевший за рулем Чону ответил:

– Прежде чем мы сдадим тебя в полицейский участок, у нас будет к тебе пара вопросов. Мы все занятые люди, поэтому не пытайся бессмысленно юлить, отвечай честно. Промолчишь или солжешь – и, скорее всего, окажешься уже в другом месте. Не могу гарантировать, что там будет лучше, чем в полиции. Усек?

– Что за чушь? – Смекнувший мужчина начал отчаянно сопротивляться, размахивая закованными в наручники руками во все стороны. В результате их борьбы с Инуком машина вильнула в сторону. Инук уже хотел совершить удушающий, как машина подпрыгнула, наехав на «лежачего полицейского», и мужчина потерял сознание от невольно нанесенного апперкота. Инук с тем же кислым выражением на лице и Чону с поджатыми губами, подхватив под обе руки безвольное тело мужчины, потащили его в больницу к Чону. Там они привязали его к операционному столу.

Все приготовления были завершены.

Прошло минут пятнадцать, и мужчина по фамилии Юн разлепил веки и обвел взглядом свое привязанное тело и окружающую обстановку. Он был потрясен, обнаружив, что ему на голову надет шлем с длинными проводами и прикрепленными электродами.

– Вы ведь не полиция? Вы из какой-то группировки? Торговля органами? Что за черт?! – истошно заорал от ужаса все еще не пришедший до конца в себя мужчина. Чону показал ему фотографию на телефоне.

– Эта машина – ее ведь приобрел Мех? Мне все уже известно, поэтому рассказывай честно. Когда ты встречался с Мехом, отморозок?

– Кто еще здесь отморозок? Я? Может, ты?

– Тебе так уж важно как-то это обозначить? Мне лишь необходимо прояснить для себя кое-что. После мы прямёхонько доставим тебя в участок.

– Да у меня таких вот левых машин сотни на продажу. Помимо этого я занимаюсь реализацией собственных авто. Как я могу помнить какую-то обычную «Сонату»?!

– Нет. Ты помнишь. Ты ведь дружен с этим дилером, Мехом. Уже очень давно систематически ведешь с ним дела. Даже сейчас каждый раз, когда я произношу «Мех», ты вздрагиваешь всем телом. – Продолжая говорить, Чону развернул к нему экран телефона. – Возможно, ты не в курсе, но я тебе кое-что покажу. Кто-то украл у меня серьги. Я ищу этого вора.

Мужчина нахмурился, рассматривая серьги на экране мобильного.

«Почему он так пристально смотрит? Видел их?»

– Черт! Не знаю! Не знаю, говорю!

– Да? Что ж, я так и думал. Тогда поспи. Ты устал от погони, и сейчас наконец выдастся возможность отдохнуть. Будь благодарен.