Воспоминания убийцы
- -
- 100%
- +
– Семья подруги все еще здесь живет?
– Нет. У Ёнчжа двое сыновей: первый ушел из дома, а второй нередко заботился о матери и помогал ей. Но после ее смерти насовсем покинул эти места. Ни разу с тех пор не видели. Тот малый тоже был добродушным и ласковым.
Завершив разговор, Инук вышел из клуба и присел на лавку, чтобы собраться с мыслями: «В последний раз покойную Пак Мичжа видели на похоронах ее подруги Ким Ёнчжа, после этого она исчезла. Ким Ёнчжа, единственная подруга несколько склочной по характеру Пак Мичжа, умерла, борясь с раком. У Ким Ёнчжа два сына: одному практически незачем было приезжать домой, второй бережно заботился о матери…»
Инук потер лоб; казалось, он упускает некую простую, но существенную подсказку. В этот момент позвонила Сучжин. Он напрягся:
– Алло?
– Инук! Приехал! Он приехал, говорю!
– Сейчас? Со Тувон сейчас прибыл в больницу?
– Скорее приезжай! Мне сейчас до одури страшно. Чону не берет трубки.
* * *Несколько дней Со Тувон страдал от кашля и насморка. Решив, что это обычная простуда, он купил в аптеке лекарства и лечился самостоятельно. Но зуд, перекинувшийся с носа на кожу и глаза, заставил его в итоге поехать в больницу. Отвернув голову, он поднес ко рту платок и закашлялся. В его движениях сквозили осторожность и сдержанность. Теперь любые его легкие, незначительные действия или взгляды заставляли Сучжин ёжиться и сглатывать сухую слюну. Чтобы не выдать себя, она прочистила горло, откашлявшись пару раз:
– Это симптомы аллергического бронхита. Он может быть вызван перепадами температур в течение дня и летающей пыльцой. В последнее время сильно устаете? Подобные симптомы проявляются при снижении иммунитета. Я вам выпишу сегодня лекарства, но, если симптомы сохранятся, сходите к лору. Вам поставить капельницу?
– Нет. Сегодня в ресторане много дел, поэтому я сразу пойду.
– Вот оно что. Тогда просто выпишу лекарства.
Несмотря на то что внутри Сучжин раздирало при мысли: «А, так не пойдет!», она невозмутимо продолжала смотреть в монитор и стучать по клавиатуре. Он сказал, что уйдет, как только получит лекарство, а она была не в том положении, чтобы уговаривать его или силой принуждать к тому, чтобы он согласился поставить капельницу перед уходом. Не в ее интересах совершать действия, которые могут вызвать подозрительность или сомнения.
Ровно в тот момент, когда Сучжин размышляла, не стоит ли его просто отпустить, она вспомнила о доске объявлений, висящей в углу кабинета, и повернула голову.
Инъекция коктейля «Маринус». Всего за тридцать минут ударная доза витаминов и минералов! Повышение иммунитета! Подходит при хронической усталости, мигрени, астме, рините, мышечных болях и многом другом.
Мужчина, естественно, тут же тоже перевел свой взгляд на доску. Приняв максимально равнодушный вид, она проговорила спокойным тоном:
– Это новый препарат, время процедуры полчаса. Он содержит разнообразные питательные вещества, и после него организму станет полегче. И кашель уменьшится.
Он на мгновение задумался, вспомнив, каким посвежевшим чувствовал себя в прошлый раз после капельницы, затем кивнул:
– Что ж, полчаса… Поставим, и я пойду.
– Тогда добавлю в капельницу болеутоляющее и противовоспалительное.
– Хорошо.
Как только он вышел за дверь процедурного кабинета, Сучжин испустила облегченный вздох. Пот скопился в бороздах ладоней. Отняв руки от щек, она пригладила волосы и торопливо набрала Чону:
– Да возьми же трубку! Хан Чону! Телефон!
– Алло. – В трубке раздался вялый, заспанный голос Чону, будто он еще не очнулся до конца ото сна.
– Эй! Ты почему только теперь взял трубку?! Со Тувон сейчас в больнице. Я только что прописала ему внутривенный раствор, но сегодня у него не больше получаса. Быстро сюда!
Чону, который ненадолго прикорнул, откинувшись в кресле, после слов Сучжин схватил ключи и пулей вылетел из дома.
Он прибыл в больницу как раз к тому моменту, когда Сучжин вкатывала к нему больничную койку. Завидев спящего Со Тувона, Чону с трудом сдержал непонятный порыв. На секунду ему почудилось, будто разум помутился. Когда Чону очнулся, он был уже в миллиметре от лица мужчины. Сучжин в растерянности притянула Чону обратно, подальше от Со Тувона:
– Эй, отодвинься. Ты что это так пугаешь?
Чону подумал, а что, если он сейчас сдавит мужчине глотку и заорет в лицо извивающемуся гаду: «За что ты так поступил?» Станет ли ему легче? Он не был уверен, что сумеет противостоять искушению личного возмездия, когда выяснит всю правду.
Сучжин стояла, скрестив руки, на определенном расстоянии, пока все приготовления не были завершены. Чону подумал: неясно, защищает ли она его от мужчины или же мужчину от него.
«О чем вообще думал этот мерзавец…»
Чону смотрел на мужчину, который крепко спал, сомкнув веки. Судя по умиротворенному лицу Со Тувона, ему снилось нечто приятное. Больше всего Чону выводил из себя этот образ добропорядочного человека без камня за пазухой: такой любому покажется подозрительным. Чону прицепил к его голове электроды, надел электромагнитный шлем. Многочисленные вопросы и разного рода эмоции захлестнули его словно цунами, как только он подумал, какие же воспоминания увидит на этот раз.
После операции Сучжин увезла мужчину, и Чону остался в комнате совершенно один. Продолжали беспрестанно раздаваться звонки от Инука, но он не брал трубку. У Чону еще не всплыли никакие воспоминания, поэтому и говорить, по сути, было не о чем.
В этот момент донесся звук приближающихся шагов. Он затаил дыхание.
4
Воспоминания убийцы
Со Тувон находился в темном сыром месте. Воздух, который он поглощал при каждом вдохе, был влажным и спертым. Вокруг стояла непроглядная мгла, тем не менее было явное ощущение, что если повернуть голову, то взгляд уткнется в близлежащую реку, или озеро, или другое место с водой типа водохранилища. В каждой руке он держал по гантели; он вытащил их из багажника. На гантелях значилось: «20 кг». Всего таких гантелей было пять. За несколько подходов он дотащил их до берега реки.
Земля превратилась в сплошное месиво; вероятно, накануне прошел сильный ливень. На обратном пути к машине его нога соскользнула, и он с размаху шлепнулся на землю. При падении он ударился копчиком об острый камень, из-за чего по тазу разлилась острая боль.
– У-у-у… – еле слышно простонал он.
Перетащив все гантели, он попытался выудить из багажника огромную сумку на колесиках. Чону попробовал рассмотреть номер машины прямо под багажником, но вокруг не было видно ни зги, поэтому ничего не вышло. Вероятно, сумка весила прилично: мужчина с натугой волочил ее до берега двумя руками. Если бы он подхватил сумку и попытался донести ее зараз, не делая никаких передышек, то его сил хватило бы максимум сантиметров на пятнадцать. В хлюпающей грязи четыре колесика, приделанных к сумке, были бесполезны. Выйдя на берег реки, он подтащил сумку к неуклюже сколоченной лодке. Лодка напоминала скорее декорацию, нежели реально используемое людьми средство передвижения. Первым делом он закинул в лодку сумку, затем по одной переместил туда и гантели. Наконец, он сам осторожно залез внутрь и оттолкнулся от дна реки продолговатым веслом. Волнующаяся водная гладь походила на вязкую черную нефть. Он работал веслом, но лодка плыла так медленно, что он не мог с уверенностью сказать, движется она вообще или нет.
Чем ближе он подходил к центру реки, тем ярче мерцал лунный свет. Водная гладь вбирала в себя этот свет и, мягко рассеивая, отдавала обратно. Вид был до мурашек ужасен и великолепен одновременно.
Нащупав рукой молнию, он расстегнул сумку. Первое, что бросилось в глаза, когда сумка приоткрылась, – это волосатые пальцы ног. А если точнее, целая нога от бедра до пальцев. Как и ожидалось, в сумке оказался расчлененный труп. На упитанной икре мелькнула татуировка, довольно своеобразная: черный дом, охваченный алым пламенем. Опустив голову, он одну за другой достал ранее уложенные гантели. Затем засунул их поглубже в сумку.
Уместив последнюю гантель ближе к краю сумки, он взглянул в глаза обезглавленному мужчине. Они были вытаращены то ли от ужаса, то ли от гнева, рожденного тем, что он испытал перед смертью. Лунный свет, отражавшийся в глазах, придавал им какой-то живой блеск. Казалось, мужчина вот-вот выскочит из сумки и столкнет его в воду.
У жертвы были густые волосы и вдобавок усы. На вид убитому было не больше сорока. Выражение лица пробирало до дрожи: не оттого ли, что в его облике запечатлелся последний миг перед убийством? Уложив все пять гантелей в сумку, мужчина помедлил, прежде чем застегнуть ее. Он провел ладонью по лицу убитого. Веки плавно сомкнулись над остекленевшими глазами. Являлось ли это своеобразным актом заботы с его стороны, сложно было сказать наверняка. Мужчина застегнул молнию и столкнул сумку в реку.
Возвращался он налегке. Глаза полностью привыкли к темноте, окружающие предметы приобрели очертания.
Номер машины, показавшийся, когда мужчина опускал багажник, не укрылся от Чону, и тот зафиксировал его в памяти. 01 НА 6594, черный Kia Sportage. Сев в машину, мужчина плавно тронулся. Учитывая то, что он переключал каналы радио до тех пор, пока не зазвучала песня, пришедшаяся ему по нраву, уместно было бы сказать, что он покинул место неторопливо.
До сих пор окружающий пейзаж выглядел незнакомо, но, когда мужчина свернул на дорогу, места сменились на привычные взору.
«О, это…» – Было время, когда Чону выезжал с ночевками на природу. Это место прекрасно известно своим, но при этом скрыто от глаз обычной публики. Озеро за Лисьим перевалом в районе горы Мёнсон, в Почхоне, провинция Кёнгидо. Всего в двух километрах от него были разбросаны многочисленные стоянки для кэмпинга. В тот день только закончился ливень, погода стояла промозглая, поэтому и людей не было.
Очередная точка, где спрятан труп. На этот раз жертвой стал молодой крепкий мужчина.
Связь между жертвами отсутствовала. Никаких причин для их убийства. Ни ненависти, ни денежных споров, ни бушующих страстей, ни мести – ничего. Иными словами, преступник просто наслаждался самим фактом убийства.
* * *Сучжин закончила работать и поспешила в кабинет к Чону. У нее на лице большими буквами светился страх: она боялась, что его снова начнет тошнить или он свалится в обморок, как в прошлый раз.
– Ты в порядке? Что-нибудь вспомнил? – Только она почувствовала облегчение, увидев, что он сидит на кушетке, как его вновь начало выворачивать. На этот раз он держался до последнего, чтобы суметь вспомнить все до конца. Тяжело вздохнув, Сучжин без лишних слов с силой похлопала его по спине.
– Буэ! Буэ-э! Буэ!
– Ох… Что же там за воспоминания опять?
Чону, неспособный что-либо произнести после того, как его длительное время рвало, промыл рот холодной водой. Он переваливался с ноги на ногу подобно зомби, с мешками под глазами и ссутуленными плечами. Вытирая рвоту с пола, Сучжин, пребывавшая где-то в своих мыслях в то время, как его тошнило, произнесла:
– Говорят, «кто сражается с чудовищами, тому следует остерегаться, чтобы самому не стать чудовищем».
– Ницше.
– Да, Ницше. «Если долго смотришь в бездну, бездна начинает смотреть на тебя». Воспоминания в конечном счете – это те фрагменты, из которых складывается личность. Я боюсь, что, разделяя с людьми такие сокровенные вещи, в какой-то момент ты разделишь гораздо большее.
– Такого не будет. Потому как все, чего я ищу, – это истина.
В этот момент вновь позвонил Инук:
– Брат! Ты в порядке? Слышал, что он приехал в больницу. Ты встретил его?
– Угу. Как и в прошлый раз, пересадил воспоминания…
– Ах… Что на этот раз?
– Со Тувон не просто убийца. Он серийный убийца. На этот раз он сбросил расчлененный труп мужчины в реку.
– Приехали. – На минуту Инук от шока потерял дар речи.
– Что касается трупа мужчины, мне кажется, я знаю, где его выбросили. Раньше там бывал. Озеро недалеко от горы Мёнсон в Почхоне, Кёнгидо. Я отмечу точку в навигаторе и отправлю тебе. В тот день он был за рулем черной Sportage, ноль-один, эйч-эй, шесть-пять-девять-четыре.
– Да скольких же приговорил этот мерзавец?
– Будем надеяться, что в этот раз мы найдем улики.
Инук сидел на скамейке перед отделением полиции. Едва повесив трубку, он заорал: «А-а-а!» Все было настолько запутанно, что казалось, будто его мозг вот-вот взорвется. Обхватив голову руками, он задумался:
«Высока вероятность, что гад и сейчас, в эту самую секунду, планирует или совершает убийство. И мы бы никак не смогли предотвратить его. Недавно в СМИ вышла статья о найденном в районе сопок скелете; возможно, это заставит его ненадолго сбавить обороты. Было бы замечательно, случись так».
«Скелет обнаружен в районе сопок Муана, Чолла-Намдо… Полиция ведет расследование».
«Шок: кости женщины старше шестидесяти, пропавшей семь лет назад, обнаружены в холмистой местности».
«Скелет, найденный в районе сопок Муана… Запрос на вскрытие, Национальная служба судебно-медицинской экспертизы выясняет причину смерти».
Инук был уверен, что преступник тоже видел эти статьи. Возможно, его озадачит сам факт обнаружения трупа, но при этом суматоха, которую поднимут СМИ вокруг совершенного им преступления, заставит все его существо ликовать. В тот момент на горизонте показался глава второй оперативной группы. Полуприкрыв веки, тот медленно брел к автомату за кофе. Инук закинул несколько монет в аппарат и выбрал кофе с молоком.
– Сколько ночей вы без сна? Ребята из второй команды уже на стену лезут.
– Прошел уже месяц с тех пор, как мы получили сигнал о появлении Меха. Мы безвылазно сидим в засаде, и все впустую; снова сидим в засаде, и так по кругу. Может, он уже свалил за границу.
Мех промышлял не только краденым, он также влез в крупномасштабную торговлю запрещенными веществами, и вторая опергруппа, занимающаяся делами, связанными с ними, рвала жилы в попытке его поймать. У Инука промелькнула мысль, что Со Тувон, которого Мех воспринимает как младшего брата, может быть в курсе местонахождения последнего.
– Ты вроде обнаружил скелет? Твой шеф рвет и мечет. Говорит, ты его бесишь. У него из-за тебя башка трещит.
– Ха-ха-ха… Н-да…
– Как узнал про труп?
– Ну, есть информатор, точнее, свидетель…
– Свидетель? Так что ж он молчал до сих пор? Уж не он ли тогда подозреваемый?
– Нет. Точно нет. Но, как бы сказать, свидетель напуган, и есть вероятность, что он перестанет давать показания и сбежит, поэтому я держу наше с ним общение в строжайшем секрете.
У Инука свело внутренности при мысли о том, как разойдется шеф, когда он сообщит ему, что обнаружил еще один труп. Ребята и так напряжены до предела и не спят ночами, продолжая поиски. Именно в этот момент на пути к автомату показался сам шеф.
– Э-хей! О чем это вы двое шепчетесь? Не по себе как-то.
Едва Инук сообщил ему, что собирается ехать искать еще один труп, как вены на его шее вздулись.
– Что?! Кто источник? В этот раз ты собираешься рыскать по дну реки? Полнейший бред. Это не тот же информатор, который навел в прошлый раз на скелет?
– Шеф, прошу, поверьте мне еще один раз и помогите. Мы непременно найдем тело.
– Эй! Я к тебе, конечно, хорошо отношусь, но это уже ни в какие ворота! Никакого доклада по форме, одни сплошные обещания.
– Я ведь ни разу вас не подводил. Единственное, что могу сказать сейчас: есть тот, кого я во что бы то ни стало намерен поймать.
Уговорив в конце концов начальника, на следующий день ранним утром Инук сформировал отряд водолазов, и они вместе отправились в сторону места, которое указал Чону. Немногочисленные люди, находившиеся в тот момент на стоянке для кэмпинга, поспешили покинуть ее, как только прибыла полиция и приступила к расследованию.
– Вау! А виды-то хороши.
На берегу там и тут виднелись разнообразные птицы: белые и серые цапли, кваквы. Инук поприветствовал водолаза, который готовился к погружению:
– Прошу вас как следует постараться. Будьте осторожны.
– Уровень воды довольно низкий, течение медленное, поэтому особой опасности нет. Хотя, возможно, видимость будет плохая.
Прошло около восьми часов с тех пор, как водолазы по очереди стали опускаться на дно реки. Смеркалось, команда уже подумывала закончить на сегодня, когда по рации донеслось:
– О? Это не сумка? Тут огромная сумка; не знаю, что в ней, но ее так просто не поднять. Придется крепить веревку, чтобы вытянуть ее наверх.
– Хорошо. Действуем не спеша. Для начала с веревкой погрузится второй водолаз. Подождите немного.
Водолаз надежно закрепил сумку веревкой, и они понемногу стали вытягивать ее, чтобы затем погрузить в лодку. И вот она на поверхности. Все было ровно так, как и говорил Чону.
Пока все замерли, терзаемые мрачным предчувствием, Инук, отыскав язычок на молнии, расстегнул сумку. Внутри находились человеческие останки, сгнившие до неописуемо мерзкого состояния. Еще один скелет.
Все, кто находился на месте происшествия, казалось, остолбенели от шока и замерли, не смея дышать. И тут тишину разрезало шипение:
– Ш-ш-х, ш-ш-х.
Из рации донесся голос человека, до сих пор остававшегося под водой:
– Здесь еще одна сумка.
– Что?
– Похожая сумка. Она тоже неподъемная. Сейчас закреплю веревкой. – Конец фразы звучал смазанно, будто водолаза тоже мучило зловещее предчувствие.
Все затаили дыхание, глядя на вторую сумку, поднятую аналогичным образом. На этот раз Инук и сам не рвался открывать ее. Непонятная дрожь пробежала по позвоночнику. Медленно потянув молнию за язычок, он открыл сумку. Оттуда показался труп, расчлененный, судя по виду, не так давно. Об этом явно свидетельствовало состояние кожного покрова. Тело относительно хорошо сохранилось в холодной речной воде.
Зрелище было настолько шокирующим, что даже те, кто за годы службы успел столкнуться с бесчисленным множеством уму непостижимых дел и посетил различного рода места жестоких убийств, застыли в ступоре. Инук без промедлений набрал шефу и доложил обстановку:
– Шеф, на дне реки мы обнаружили скелет и расчлененный, судя по всему, недавно труп.
– Что? Что ты сейчас сказал?
Вскоре с оборудованием прибыла полевая группа криминалистов из полицейского управления Сеула. После изучения места преступления, продолжавшегося два с половиной часа, тело было доставлено в больницу для детального осмотра и установления личности.
Есть такая поговорка: «Мертвые молчат, а трупы говорят». Любые изменения кожи и ее цвета, а также содержимое желудка могут о многом поведать человеку, проводящему экспертизу.
Инук всем сердцем молился: «Пожалуйста, укажи на того, кто тебя убил».
* * *Чону успел побеседовать еще с парой пациентов, которым в прошлом провел операцию по стиранию памяти. Пациенты, получившие травму в результате пожара и ДТП, в настоящем забыли обо всем и вернулись к прежней жизни. Конечно, они понятия не имели и кто такой Чону.
И вот остался лишь один человек. Он не отвечал на телефонные звонки. Пару раз Чону ходил по указанному в контактной информации адресу проживания, но никого не обнаружил на месте. Сегодня он в последний раз направлялся к ее дому.
Ее звали Хван Миён. Это была женщина чуть за шестьдесят. Чону вспомнил их первую встречу. Кожа у нее была белоснежная, одежда опрятная и как следует выглаженная. Голос был тихий, а манера речи звучала до такой степени вежливо, что казалось, будто она на грани обморока.
– М-м-м, доктор, есть воспоминания, которые мне хотелось бы стереть.
– Сможете рассказать, что это за воспоминания?
Она ненадолго замялась, но поведала ему историю:
– Однажды я пришла в дом к своей дочери, чтобы приготовить обожаемые ею салат из квашеной астры и супчик ччигэ с крабом. Обычно я ей звонила перед приходом, но в тот день отчего-то нагрянула без предупреждения. И вот, придя туда, я застала моего зятя с ножом в руках. Пол гостиной был залит кровью.
Видимо, этот рассказ забирал у нее немало сил: прежде чем продолжить, она остановилась, чтобы перевести дух.
– Зять напал на мою дочь. Когда дочь по молодости сказала, что хочет выйти замуж, мне следовало остановить ее… Не следовало просто оставлять ее справляться самой, по собственному разумению… Меня гложет вина.
– Ваша дочь до сих пор живет с тем человеком?
– Нет. Они развелись, и она снова вышла замуж. У них сейчас ребенок, и они живут счастливо.
– Слава богу.
– Да, действительно. Но у меня до сих пор перед глазами стоит сцена, где кровь дочери растекается по полу гостиной, а зять сжимает в руках нож. Если возможно, если реально возможно, то я хотела бы их стереть. Те воспоминания.
Хван Миён рассказала, что, хотя ее дочь вновь вышла замуж, создала семью и живет хорошо, воспоминания о прошлом все еще не оставляют ее в покое. На ее лицо набежала тень тяжелая, как сама вина.
– Что ж, попробуем стереть те воспоминания.
– Хочу сохранить это в секрете от моей дочери. Она не знает, что те воспоминания, как прежде, мучают меня. У нее сейчас все в порядке, и мне претит бередить прошлое просто так.
* * *Чону подъехал к дому женщины. Нажав на звонок, он в ожидании прошелся туда-сюда; как и предполагалось, ответа не последовало. Наудачу он потянул на себя ручку, и калитка отворилась.
Войдя, он наткнулся взглядом на прекрасную, ухоженную клумбу. На ней гармонично соседствовали друг с другом цветы, похожие на циннию, кизил, ирис, чемерицу и гладиолусы, а также салат, арбуз и острый красный перец. В стороне рос инжир. Хозяйка, по-видимому, увлекалась ландшафтным дизайном.
Он некоторое время стучал в дверь со словами: «Есть кто дома?» В ответ раздавалась тишина. В этот момент, вероятно заслышав Чону, калитку открыла и зашла во двор некая старушка:
– Кто там?
– Здравствуйте. Это ведь дом госпожи Хван Миён?
– Верно, но ее сейчас нет. И она уже тут не появится.
– Вот как? Она куда-то переехала?
– Ее поместили в дом престарелых. У нее внезапно развилась деменция. Но кто вы?
Чону на мгновение склонил голову набок и состроил глуповатое выражение, будто никак не мог вникнуть в происходящее. Старушка, будто понимая чувства Чону, произнесла:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
По курсу на момент редактирования текста (середина июля 2025 г.) стоимость 1000 вон в российских деньгах – ок. 56 руб.
2
Чонгук (Джонгук в иной транскрипции; р. 1997) – ведущий вокалист бой-бэнда BTS.
3
В иной транскрипции соджу – национальный корейский алкогольный напиток широкого диапазона крепости, дистиллят браги из батата, риса или пшеницы.
4
Самгёпсаль – одно из наиболее популярных в Корее блюд, куски свиной брюшины, самостоятельно поджариваемые на гриле.
5
Краткая формулировка по-английски того, что написано выше, как и в следующем случае.
6
На суши-конвейере цвет тарелки маркирует цену блюда; видимо, в данном случае те суши, что лежат на желтых и синих, – самые дешевые.
7
Блюдо корейской кухни, варенные в пряном бульоне свиные рульки или ножки.
8
Номер вызова пожарных и скорой помощи в Корее.
9
Тонкасы – корейское блюдо из свинины, похожее на шницель; «ван» обозначает большой размер порции.
10
Номер полиции.
11
Тэпхочха (대포차) – машина, по факту зарегистрированная на другого владельца (не является угнанной, такие машины продают на черном рынке вследствие долгов или чего-то подобного).
12
Кукла, производившаяся в Корее в середине 1970-х.