Бар «Черная дыра»
- -
- 100%
- +
– Слыхали? Как девушке продолжать путь без этих вещей? – закипал Пири.
Цици решила сбавить накал страстей:
– Ой, да ладно! Кому тут могут понадобиться мои труселя?
– Ну, мало ли. Может, персонал подворовывает, а потом продаёт ношеное женское белье всяким извращенцам.
– А это, кстати, золотая жила, – осклабился Сильвер. – Розовое платье, говоришь?
Он перевёл взгляд на сидевшую за баром девицу. Та невозмутимо тянула коктейль, словно рядом ничего не происходило.
– Да, в блестках.
– Поищем, – кивнул он и обернулся к гостье с Кровавой Мэри: – Курить пойдёшь?
Та кивнула и, поплотнее запахнув куртку, первой выскочила наружу. Сильвер направился следом, оставляя Цици щебетать с Крошкой. Пири вернулся на своё место на диване.
Вечеринка, которой давно стало слишком тесно в помещении, плавно перетекла во двор. За углом бара стихийно организовался туалет, а на освещённом пространстве перед входом – танцы. Сильвер обвёл танцующих взглядом и, придерживая гостью за плечо, отвёл её подальше от остальных. Они завернули к служебному входу.
– Тащишь в укромный уголок?
Девица пыталась зубоскалить, но одного взгляда на неё было достаточно, чтобы понять: она прекрасно осознаёт, что запахло жареным.
– Топишь до талого, это похвально, – хмыкнул Сильвер, доставая из кармана мятую пачку. Девушка благодарно кивнула, когда он предложил ей сигарету. – Предлагаю решить дело по-тихому. Я не буду спрашивать, кто ты и как тут оказалась, а ты спокойно вернёшь птахе шмотки и сумку.
– Не понимаю, о чём ты, – пожала плечами девушка, поднося кончик сигареты к большому пальцу Сильвера. На кончике механической конечности загорелся красным нагревательный элемент. – Удобная штуковина.
– Здесь все в чистых шмотках. На борту шаттла есть ванная. А ты в пыльной куртке и стоптанных ботинках, – стал перечислять факты Сильвер. – И пахнешь, будто неделю не мылась. К тому же вместительность шаттла двадцать человек, а ты двадцать первая. Значит, проскочила сюда зайцем. Спёрла шмотки, пока Цици не видела, переоделась, а остальное припрятала.
– Смелое обвинение. Но не мелковата ли добыча? – девушка оперлась спиной о стену и продолжила невозмутимо выпускать изо рта кольца дыма.
– Не мелковата, если нет навыка. Так бы украла что подороже. А может, тебе только и нужны шмотки.
– А если не отдам, что ты мне сделаешь? Полиция сюда вряд ли долетит.
– Знаешь, – устало вздохнул Сильвер, – у меня сегодня был неплохой день. Я немного заебался, но в целом дела идут слишком хорошо, чтобы портить всё скандалом или потасовкой. Поэтому предлагаю просто принести вещи. Сделаем вид, что птаха их сама похерила, а мы нашли. Как тебе вариант?
– Неожиданно миролюбиво для киборга, увешанного боевыми имплантами.
– Я пока ещё жду твоего ответа.
– А мне в чём ходить прикажешь? Не голой же!
– Это уже не моя проблема. Полиции нравов тут нет, хоть без трусов бегай. Хозяин бара так и делает.
Сильвер нахмурился. От Дядьки уже несколько часов не было ничего слышно, а это было почти так же плохо, как если бы он громил всё вокруг и орал птеродактилем.
– Может, договоримся? – предложила девушка, приспуская куртку с острого плеча.
– Да, – кивнул Сильвер, делая ещё одну затяжку. – Ты возвращаешь вещи, а я не бросаю тебя на растерзание толпе гуманоидов. Птахи ведь те ещё собственники, они от тебя мокрого места не оставят.
– Окей-окей, – подняла руки девушка. – Я покажу, где остальные вещи. Платье оставлю себе. Ты меня прикроешь, а я потом отработаю твою помощь.
– Каким это образом?
– Могу посуду помыть. Или столы.
– Ну нет, ворьё мне в баре не нужно.
– Ёбырей-террористов вы же держите, – пожала плечами девка.
Сильвер смял в руке окурок.
– А вот это уже не твоё собачье дело. Ты слышала, что я сказал?
– Хорошо-хорошо, – неохотно кивнула девка, докуривая сигарету. – Тогда мне нужна твоя помощь. Я кинула вещи в подсобку, но теперь она заперта. И там, похоже, кто-то есть.
Сильвер устало закатил глаза и тихо застонал.
Дядька сидел на полу и восторженно смотрел на раскинувшуюся перед ним красотку. Она соблазнительно изгибалась на ящиках и ведрах, то сводя, то разводя длинные ноги. Рыжие волосы лежали мягкими волнами на округлых плечах, а из выреза блестящего зелёного платья то и дело показывалась аппетитная грудь. Стоило Дядьке протянуть руку, девица замирала и предупреждающе поигрывала бровями. Тогда Дядька откидывался назад, и красотка снова продолжала извиваться, изящно лаская себя. Хозяин бара смотрел во все глаза и не обращал внимания на то, что с его губ уже капала слюна. Рядом с ним лежала пустая бутылка настойки из свифтовских грибов.
– Что ни говори, а человеческие женщины самые красивые. Природу все-таки не обманешь, – ухмыльнулся он, и девушка согласно кивнула.
Дверь подсобки загромыхала.
– Пошли вон, туалет по соседству!
– Дед, открывай, – раздался голос Сильвера.
– Где пожар?
– Сейчас будет, если не откроешь. Нахрен ты там заперся?
– У меня тут важное дело, – отмахнулся старик. – Вернись через часик.
Вместо ответа послышалось лязганье металла. Дверь пару раз дернулась и приоткрылась. В проеме показалась голова Сильвера.
– Совсем ошалел? – спросил бармен, оглядывая освещенную тусклым светом одинокой лампы подсобку. Из-за его плеча показалась носатая девка.
– Это ты охренел, – Дядька нащупал какую-то тряпку и бросил ее в бармена. Затем понизил голос и указал на извивающуюся на полу сирену. – Не видишь, что ли? Я занят!
– Вижу, что ты до белки допился.
Сильвер шагнул в подсобку и, быстро найдя сумку из блестящей ткани, принялся запихивать в нее разбросанные по полу вещи: зеленое платье, парик, нижнее белье, туфли.
– Ты что творишь?! – завопил Дядька, попытался подняться, но Сильвер усадил его обратно на задницу одним движением.
– Протрезвей, – буркнул бармен. Под ногой звякнула опустевшая бутылка из-под настойки. Сильвер поднял её с пола и покачал головой. – Охренительно просто, тебя еще трое суток будет колбасить.
– Может, ему воды принести? – предложила девчонка.
– Ты вообще молчи, носастая, – раздражённо выпалил Сильвер.
Девушка нахмурилась. Из-за бара раздался звук колокола – Крошка оповещал, что начинается очередная запара.
Сильвер устало сжал пальцами переносицу. Девушка подошла к нему и, ухватив за плечи, подтолкнула к выходу.
– Окей, ты улаживай там, а я тут с ним посижу. Хорошо?
Сильвер поджал губы. Дядька смотрел на хлипкую этажерку и, судя по дебильной улыбке, видел очередной мультик.
– Только тихо. Не давай ему тут буянить.
– А если начнет?
– Ведро на голову надень. Может, сработает, как с попугаем.
И вышел за бар.
Девушка присела на перевернутое ведро и тронула Дядьку за плечо.
– Добрый вечер, – улыбнулась она.
Старик перевел взгляд от обжимавшихся перед ним обнаженных красавиц и дернулся, словно получил пощёчину.
– А-а-а, администраторша. Сколько стоят вон те красотки? – спросил он, указывая вперед.
Девушка удивлённо перевела взгляд на две швабры, прислонившиеся друг к другу, как бедные родственницы.
– Ну…
– Давай соображай. Я тут постоянный клиент, у меня послужной список как у генерала Шимфи, – Дядька защелкал пальцами. – И с газиками нам что-нибудь принеси.
– Простите, я… где мы, по-вашему?
– Ой, вот только не надо напоминать, что мы в приличном заведении, – начинал злиться Дядька. – Я сказал тебе, чтоб быстро метнулась и сообразила нам номерок на два часа и бутылочку игристого. И фруктиков. Давай-давай, я тебе еще чаевых отстегну на пластику, а то на лицо как будто космолет приземлился.
– Ну, знаете, – поджала губы девушка.
Вдруг за стеной раздался лязг и вопли, быстро перешедшие в громкий смех. Дядька дернулся, и на секунду девушке показалось, что он протрезвел. Но тот схватил ее за ворот куртки и притянул к себе.
– На вас что, напали?
– Нет, что вы.
– Да как нет, когда там выстрелы! Я знаю этот звук. Так стреляют сепаратисты.
Он отпустил девчонку и принялся похлопывать себя руками, пока не достал из-за пояса пушку. Девушка округлила глаза.
– Подождите, – зашептала она, но мужчина уже поднялся и выбил дверь с ноги.
– А ну…!
И ринулся в атаку.
Гости тем временем рассчитывались с Сильвером. Те, что уже оплатили счёт, наблюдали, как Крошка собирает осколки разбитых рюмок после того, как весёлая компания решила выпить на ход ноги.
При виде вооружённого старика все замерли.
– Всем лежать! – завопил Дядька, тряся оружием.
– Пиздец, – только выдавил Сильвер и перескочил через стойку. Одновременно с ним вперёд бросился Крошка. Гости кинулись врассыпную к шаттлу.
– Я вас всех тут порешу, – клялся Дядька, пока оба бармена, удерживая за руки, клали его лицом в пол.
– Да-да, конечно порешишь, пердун старый, – скрежетал зубами Сильвер, глядя, как выручка утекает в сторону припаркованного поблизости шаттла. – Зафиксируй его чем-нибудь, ну!
– Руки заняты, – рыкнул Крошка.
– Вот. – Девчонка в ворованном платье вытащила сняла с руки плетёный браслет и одним движением размотала его в верёвку. – Самозатягивающаяся.
– Да насрать вообще, – фыркнул Сильвер и принялся связывать Дядьке запястья.
Через распахнутую дверь было видно, как шаттл идет на взлёт.
– Минуса сегодня будут просто пиздец, – вздохнул Сильвер, прижимая Дядьку коленом к полу.
– Это единственное, что тебя беспокоит? – усмехнулся Крошка. Сильвер вопросительно вскинул бровь.
Крошка указал на девчонку, так и стоявшую позади них.
– Кажется, они багаж оставили.
Стажерка
– Такую выручку просрали, – сокрушался Дядька, прижимая к выросшей на лысине шишке компресс. Охлаждающим элементом служила бутылка виски. Её же старик использовал в качестве обезболивающего, а чтобы сохранять относительную трезвость, тут же шлифовал алкоголь крепким кофе.
– И кто в этом виноват, интересно? – сверкнул глазами Сильвер.
– Ты сейчас хочешь меня в чем-то обвинить? – вскинул подбородок хозяин бара.
– Ну, это же не я словил галлюцинации и пытался напасть на гостей.
– И как они друг друга тут без меня не поубивали? – Смешок Крошки заставил начавшую дремать девушку проснуться. Она неопределенно пожала плечами, а Крошка выпрямился во весь свой исполинский рост. – Слушайте, давайте не будем кипятиться. Просрали и просрали, не последняя в нашей жизни вечеринка. Сейчас надо просто свести кассу и посмотреть, чего не хватает.
– Ага, и понять, что лишнее, – буркнул Сильвер, косясь на задержавшуюся гостью.
Дядька удивлённо перевёл взгляд на девушку, словно только сейчас её заметил. Отчасти так оно и было: эффект галлюциногенной настойки едва начал проходить. Старик обречённо вздохнул.
– Хоть один гость не сбежал.
– Вообще-то, – девушка выпрямилась и поплотнее запахнула куртку, – я хотела извиниться. Это всё из-за меня, парни тут ни при чём.
– Чего? – округлил глаза Сильвер.
Девка тут же осмелела.
– Это из-за меня те вещи оказались в подсобке. И я не справилась, когда меня попросили с вами посидеть. Готова компенсировать ущерб.
На лице Дядьки тут же нарисовалась довольная ухмылка. Он бросил осоловевший взгляд на Крошку.
– Во-о-от оно что. А как ты компенсировать будешь, красавица?
Его рука тут же оказалась на голой коленке гостьи, но девушка легко сбросила её, точно залетную муху.
– Ну, денег у меня нет. А насчёт «красавицы» – вы сами сказали, что у меня на лице как будто космолёт приземлился, – улыбнулась она. Крошка сдавленно хихикнул. – Но руки-ноги при мне, могу вам посуду помыть. Полы. Я никуда не тороплюсь, да и вообще хотела спросить, не нужен ли вам ещё один работник.
– Исключено, – махнул рукой Сильвер.
– А это не тебе решать, глист железный, – рявкнул Дядька. Затем вернулся к своей собеседнице: – Ну, насчёт лица я погорячился.
– Ничего страшного, я достаточно часто это слышу.
– А насчёт работы… не помню, чтоб мы вешали табличку о поиске сотрудников. Или для тебя во всей галактике больше работы не нашлось?
– Мне тут понравилось, – невозмутимо ответила девушка. – Пейзажи прекрасные, коллектив приятный.
Сильвер стал мрачнее тучи. Крошка, наоборот, заржал в голос. Даже Дядька сдавленно захихикал.
– Это ты погорячилась, конечно. Таких отбросов в галактике больше не сыщешь. Если у тебя есть чуть-чуть мозгов, то поймёшь это.
– Или вы просто боитесь не справиться. Как говорят: «женщина на астероиде – к резне», – ухмыльнулась она.
Крошка вскинул брови и посмотрел на Сильвера. Тот только бросил полотенце на стойку и размашистым шагом вышел из бара в соседний блок. Громыхнула тяжёлая дверь. Шаги эхом разносились по зданию, пока не оборвались лязганьем пружин.
– Сильвер явно не в восторге. Повезло, что у него нет настроения спорить, – хмыкнул Дядька.
– Ну вообще, – подал голос Крошка, – женщина за баром – к нехилой такой чаюхе. А деньги лишними не будут, может, туалет второй наконец-то сделаем.
– А тебе только дай женщину под бок, – съязвил Дядька.
– Сам подумай, – махнул в сторону бара Крошка. – Сейчас это форменная блеводёрня, в которую приличные люди просто боятся заходить. Да сюда даже барыги не залетают! А поставим эту Белоснежку, и сразу вид как-то облагородится. Доверие появится. Кислой мордой Сильвера много не наторгуешь.
– Слыхала, Белоснежка? – хмыкнул Дядька. – Ну-ка улыбнись.
Девушка пожала плечами и выполнила просьбу.
– Зубы на месте, можно попробовать. Но первые две недели ты, считай, на стажировке. До первого косяка. Поняла меня?
– Хорошо.
– Тогда вымой весь зал и стойку и отправляйся спать, Белоснежка.
– Вообще-то меня зовут…
– Это тут никого не интересует. Будешь Белоснежкой, – хлопнул по столу Дядька и поднялся.
Крошка дождался, когда он уйдёт, и улыбнулся девушке. От широкой улыбки лицо великана превращалось в мордашку пупса-переростка, пусть и покрытую жёсткой щетиной.
– Не самое плохое начало. Ты хоть в баре раньше работала?
– Недолго. На лайнере, – пожала плечами Белоснежка.
– О, премиалочка. Ну, спрашивай, если что. А Сильвера не бойся, он погундит и перестанет, – он похлопал девушку по плечу. Рука у Крошки весила как газовый баллон, так что Белоснежка чуть не свалилась со стула. – За той дверью жилые помещения. Твоя комната вторая направо. Там пока хлам всякий хранится, но лежанку тебе я разгребу.
– Спасибо, – улыбнулась она и направилась в подсобку за ведром и шваброй.
Потом включила музыку в наушниках и принялась за дело. Уборка не была её любимым занятием, но про себя новоиспечённая стажёрка радовалась, что отделалась так легко. Она переживала, что придется умолять или даже угрожать. Всё оказалось гораздо проще – достаточно было взять Дядьку на слабо.
Мыльная вода разгоняла окаменелый слой пыли и грязи. Спина и плечи наполнились ноющей болью, но даже она была приятной. Девушка останавливалась то и дело, чтоб поднять повыше телефон и проверить, ловит ли сигнал, и каждый раз довольно улыбалась, увидев надпись «Нет связи».
«Отлично. Просто отлично».
В этом секторе даже время можно было понять только по механическим часам, висевшим на стене. Когда Белоснежка закончила с уборкой, короткая стрелка указывала на четвёрку. Девушка убрала ведра и тряпки в подсобку и прошла во второй блок. Свет был уже погашен, по коридору бродило эхо храпа. Она пошарила по стенам в поисках выключателя и, не найдя, решила не рисковать, чтобы не перебудить весь дом. Ощупью добралась до нужной двери, приоткрыла её и просочилась внутрь. Нога тут же зацепилась за что-то тяжёлое на полу, Белоснежка пискнула и с грохотом повалилась на звенящий пружинами матрас.
– Допустим, – пробормотала она и вытянула руку, пытаясь найти подушку или хотя бы край матраса. Пальцы упёрлись во что-то мягкое и горячее. Рядом зажёгся красный огонёк.
– Ну и какого хрена ты тут делаешь? – скрежетнул зубами Сильвер.
– Мне Крошка сказал… – заговорила она, но слова застряли в горле. Красный огонёк оказался совсем рядом, девушка ощутила чужое дыхание на своём лице.
– Вон отсюда.
Просить дважды не пришлось. Белоснежка кубарем выкатилась из комнаты и вернулась в зал. Нашла диванчик помягче и свернулась на нём до утра.
***Крошка вплыл на кухню, влекомый запахами поджаренного бекона и тушеных овощей. Все силы его тела в этот момент были направлены на то, чтобы максимально раздуть ноздри и, как сетью для сбора космической пыли, захватить как можно больше оттенков ароматов. Специи, жареный лук, томаты – от одного только сочетания губы расползались в мечтательной улыбке. Перед плитой оказалась Белоснежка. Куртку она свернула на стуле. Во вчерашнем блестящем платье с убранными наверх волосами девчонка напоминала фею с грандиозного похмелья. Острые лопатки торчали из-под бледной кожи. Крошка заметил, что татуировок у их стажёрки не наблюдается. Хмыкнул про себя, но говорить ничего не стал.
– Это что, завтрак? – спросил он.
Стул жалобно скрежетнул, когда мужчина опустился на него. Белоснежка взглянула поверх плеча и улыбнулась.
– Я позволила себе немного похозяйничать на складе и в холодильнике.
– Дело хорошее. Как спалось на новом месте?
– Восхитительно, только ты почему-то послал меня в комнату Сильвера, – с намеком на упрёк проговорила она.
– Ну, я же предупреждал, что там всякий хлам лежит, – пожал плечами Крошка.
Белоснежка улыбнулась про себя и выключила плиту. Достала тарелки.
– Ты ещё и на всех приготовила?
– И кофе сварила. Вон там.
Крошка удивлённо уставился на пузатый графин, до краев наполненный чёрной, как нефть, жидкостью.
– Охренеть, он никогда у нас таким не получался.
– Потому что вы засыпали его в отсек для молока, – пожала плечами девушка.
– Слава спутникам, теперь есть женщина, которая всех нас научит правильно жить, – раздался голос Сильвера.
Белоснежка подпрыгнула и обернулась. Бармен стоял, прислонившись к дверному косяку, из одного уголка рта у него торчала зубная щетка, из другого – тлеющая сигарета. Выглядел мужчина так, будто его привязали к звездолёту и проволокли через всю галактику.
– Он всегда мандит, пока кофе не выпьет. Дай-ка ему, – махнул Крошка, придвигая к себе тарелку.
– Я сам, – Сильвер отодвинул стул и принялся разливать кофе по чашкам. После первого глотка его лицо разгладилось. Он причмокнул, обратив внимание на еду. – Ты приготовила?
– Да.
– Если будешь так готовить каждый день, мы скажем Дядьке не отпускать тебя, даже если ты сама попросишь, – хмыкнул Крошка, игнорируя полыхающий взгляд Сильвера.
– Не обольщайся, – плечи девушки расправились. – Это мой предел.
– Как он тебя назвал? – спросил Сильвер.
– Белоснежкой. А вас…
Она села и придвинула свою порцию, чтобы продолжить завтрак уже в непринуждённой обстановке, как вдруг из-за стены раздался вопль.
– Кто шарился на складе?!
Дядька в одних шортах, потрясая складками и морщинами, ворвался на тесную кухню.
– Белоснежка, – тут же отчеканил Сильвер, указывая на тарелку. – Ты ведь помидоры и перец искал для настоек? Вот они. Там ещё что у нас… базилик. Сельдерей.
Он потыкал вилкой в еду.
– Даже пара скорлупок.
Лицо Дядьки побледнело. Он впился взглядом в лицо девушки.
– Пустил козу в огород. Что мы продавать-то будем? Кто тебя просил? – застонал он, прикрывая ладонью то рот, то глаза. Сильвер отодвинул стул рядом с собой. Механическая рука вытянулась и, ухватив Дядьку за плечо, как клешня, усадила за стол. Потом придвинула к нему тарелку и чашку с кофе.
– Ну-ну, – успокаивающе сказал бармен. – Как говорит Крошка: «просрали и просрали». Поешь пока, не выбрасывать же.
Белоснежка вопросительно посмотрела на Крошку:
– Почему ты мне не сказал?
– Как я могу остановить женщину, которая обеспечила нам первый за год человеческий завтрак? – пожал плечами тот.
Дядька зачерпнул вымоченный в желтке бекон вилкой и снова застонал:
– Самый дорогой завтрак в истории бара!
– Погоди-ка, а когда ты выхлебал коллекционный вискарь с хлопьями вприкуску, потому что молоко закончилось? – напомнил Сильвер.
– Это другое.
Обвинения сменились шутками. Мужчины веселились, впихивая в себя еду и заливая её кофе, а вот девушка всё мрачнела. Еще несколько часов назад идея залечь на дно на самом краю галактики казалась гениальной. Но теперь вызывала желание изобрести машину времени, вернуться назад и дать себе пощёчину. Может, ещё не поздно поймать межпланетную маршрутку?
Белоснежка подняла взгляд на сидевшего напротив Сильвера. В его глазах сверкали самодовольные искорки, словно подтверждавшие, что она думает в правильном направлении.
– М-да уж, – Дядька отёр усы и подмигнул девушке. – Такими темпами твой долг вырастет так, что придётся тебя саму продавать.
– Да ладно тебе, – ухмыльнулся Крошка и положил руку на плечо девушки. – Ты просто давно свежего мяса не видел, дед. Нас-то вспомни?
– Твоё явление слона в посудной лавке никто не забудет. После его первого дня пришлось заново покупать вообще всё стекло, – хмыкнул Дядька и расплылся в улыбке. – Ну, пока суд да дело, расскажи о себе, принцесса. Какая нелегкая тебя занесла в эту дыру?
– Да ничего особенного, – пожала плечами девушка, подливая себе кофе. – Родители занимались сезонной работой, потом пахали на рудниках Дубхе. Должны были получить участок на Кеплере, но проект заморозили. На компенсацию купили фудтрак и летали по Альфе Гончих Псов, но, когда начались беспорядки… они пропали без вести.
– Надо же… – покачал головой Сильвер. – Как ты оттуда выбралась?
– На эвакуационном лайнере. Потом моталась по галактике, подрабатывала то тут, то там, – с нотой сожаления отвечала Белоснежка. – Попала, правда, в одну неприятную историю.
– Ну конечно! – махнул рукой Сильвер. Вышло бы драматично, но шарнирный сустав заклинило. Дядька на это только усмехнулся.
– Мне стоит ждать у порога ментов? Или кого похуже? Санэпидемстанцию? Картель «Нова»? – прищурился он.
– Нет-нет, – замахала руками девушка. – Просто… бывший связался не с теми людьми и потратил все мои сбережения, которые я откладывала на собственный блок. И его… немного преследуют. Я решила, что такие проблемы мне ни к чему, и побежала как из горящего дома, в трусах и тапках. Решила побыть в спокойном месте, где мне никто не разобьёт сердце.
– Спокойное место, слышали? – хохотнул Дядька. Бармены рассмеялись. – Ну принцесса, чесс-слово. Посмотрим, как тебе тут спокойно будет. Сильвер, бери на обучение.
– Я-то здесь при чём? – ошалел мужчина. – Это Крошка за неё топил.
– Ты же хотел отпуск? Вот обучишь так, чтоб не хуже тебя справлялась, – будет отпуск. Всё, пошли работать.
Дядька хлопнул ладонями по столу и поднялся. Прежде чем уйти, он наставил палец на Белоснежку:
– А ты не прикасайся к продуктам на складе. Для готовки есть холодильник.
– Там только консервы, и те уже в стену вмёрзли.
– Горелка в верхнем ящике.
И ушёл. Крошка тоже встал и покинул комнату. Осталась только Белоснежка, пригвождённая к месту неподъёмным взглядом Сильвера. Терпеть это не было никакого желания, поэтому она просто закатила глаза и выпалила:
– Извини, что вломилась к тебе ночью.
– Легенду ты ладно рассказала, – цокнул языком мужчина. – Вот только я был на Альфе Гончих Псов во время беспорядков. И никакой эвакуации там не было.
Старые раны
Ни один из них не сдвинулся с места. Сильвер развалился на стуле и с насмешкой смотрел на девушку, застывшую, как сжатая пружина, которую вот-вот размотает во все стороны. Белоснежка всматривалась в его лицо, пытаясь понять, блефует ли киборг.
– И что же ты делал там во время беспорядков?
– Делами занимался.
– Ну конечно, – ухмыльнулась девушка. – А может, ты просто ищешь повод выставить меня отсюда? Думаешь, что сможешь капнуть Дядьке на мозги, и он меня выгонит.
– Это верх моих мечтаний.
– Как будто вы здесь все такие с чистой совестью.
Она скрестила руки на груди, постепенно возвращая себе уверенность.
– Тут хотя бы никто не пытается выдать себя за кого-то ещё.
– У тебя паранойя.
– А ты хреновая лгунья, – подался вперёд Сильвер, так что оказался нос к носу с девушкой. Он понизил голос. – В последний раз даю тебе шанс просто собрать свои шмотки и свалить в закат.
– Или что?
– Или сам помогу тебе залечь на дно так глубоко, что вовек не откопают.
Белоснежка нахмурилась, но тут её взгляд скользнул ниже, на татуировку, расположенную в яремной впадине Сильвера. Она успела выцвести, видимо, её несколько раз пытались свести, но юпитерский состав всегда славился стойкостью. Как и те, кто носил на коже три собачьи головы, заключенные в солнечный круг. Сильвер словно почувствовал взгляд и подтянул повыше ворот футболки. Девушка ухмыльнулась. Теперь была её очередь разваливаться на стуле.