- -
- 100%
- +
— Всё что происходит в семье должно оставаться за закрытыми дверьми, — с трудом прохрипел Николай.
— Ты сам сгнил! — я попытался пристыдить камень.
Шуршащее многоголосье заполнило алтарную залу. Тихое невнятное перешёптывание пробирало насквозь. Щас ведь придумает очередную пакость, надо перехватить инициативу.
— Давайте лучше разберёмся, отчего в императорской семье братоубийство считается нормой, — я опёрся пятой точкой на алтарный камень. — Ведь это не кто-то один оступился, — я сделал широкий жест рукой. — Все! Почему половина присутствующих посчитала нормальным убить младшего царевича? Даже если кто-то и не поднимал руку сам, то сама мысль о том, что будет убить царевич, его не покоробила.
Я выдержал паузу. Поднялся гул невнятных шепотков, я поднял руку и воцарилась тишина.
— Есть версии? — я снова выждал, но на этот раз все молчали. — Нет? Тогда может дадим слово последним заговорщикам? — я махнул рукой, и оцепенение спало.
Раздался металлический грохот. Тела подростков одеревенели, держать оружие они были не в состоянии. Они безвольно лежали, пытаясь прибить меня взглядом.
Я залез на алтарь и угнездился в тёплой выемке.
— Ты лишил Андрея магии! — выплюнула Света Борисовна, кое-как приняв сидячее положение. Жёлтое пятно впиталось в широкий подол, но запах остался.
— Слабосилок! — презрительно прохрипел Кирюша Васильевич, успешно встав на колени.
— Я видел, как перед этим Андрей ударил Ивана огнём в спину, — сурово заявил Алтарь.
— Моим огнём! — на алтаре передо мной появился взъерошенный яростью бельчонок. — Он украл его!
Ах вот как воспринимают малыши, когда люди приживляют неподходящую стихию, я успокаивающе погладил горящего бельчонка, и тот погас. Однако, уходить не стал, устроился передо мной и враждебно уставился на Раковых.
— Рыжик, ты хочешь сказать, что Иван вернул тебе то, что украл Андрей? — дружелюбно спросил император.
Призраки просветили Михаила Михайловича, что мои невидимые друзья — это воплощение разумных стихий. Какой дурак будет с ними ссориться? Батенька дураком точно не был.
— Да! — бельчонок воинственно встал на задние лапы и вновь покрылся пламенем. — Пусть и они вернут украденное!
Было не очень понятно, куда показывает маленькая лапка. Я проследил взглядом — Данила и Юрий. Последний так и не смог подняться на ноги, а Данила Дальневосточный удивлённо посмотрел себе за спину. Окружающие не сильно понимали, в чём дело. Взрослые догадывались, что происходит что-то важное, потому как заискивал перед огненной сущностью император. Младшее поколение похоже считало, что огненная тварь — это мои происки, и посматривали на горящую белку с недоверием.
— А у них? — я показал на старшее поколение, отчего те заметно напряглись.
— Те тогда умрут, пусть подавятся, — и Рыжик плюнул огнём в сторону взрослых Раковых.
— Ванюша, верни, пожалуйста, нашим друзьям то, что у них было украдено, — ласково попросил отец.
Я съехал с алтаря, как с горки, и вскочил на ноги. Первым под раздачу попал кучерявый Даниил. Драко обездвижил труса, который попытался сбежать. Я подошёл к нему и втянул в себя всю магию из источника недоумка. Подчистил все следы пребывания в нём огня. Когда он рухнул на пол, я перешагнул через тело и подошёл к бледному Юрию Юрьевичу, силившемуся отползти от меня. Через минуту и он потерял сознание от болевого шока.
Горе-родители бросились к своим отпрыскам, а Рыжик довольно запрыгал на алтаре. Крупица в море для мировой сущности, но сам факт!
— Пусть и мне вернут! — раздалось ото всюду, а на алтарь приземлился голубой дракон. Драко не постеснялся и выбрал крупную форму воплощения. Смотрелся он грозно, особенно, когда вальяжно зевнул, сверкнув острыми клыками.
— Покажи, Драко, кто украл у тебя магию? — вежливо поинтересовался отец. И ведь запомнил всех по именам, хвалю
Я насчитал шесть прозрачных воздушных кулаков с опущенным пальцем вниз над головами родственников. И два из них было над царевичами.
— Сколько самому старшему? — спросил я у отца.
— Михаилу 36, а Герману 30-ть с чем-то, — ответил император. — Вроде он юбилей отмечал года два назад. — А почему над Димой и Матвеем не загорелся кулак? И над Георгием?
— Им повезло, остальным нет, — я равнодушно пожал плечами, уже подходя к душному Михаилу и растягивая губы в хищном оскале.
— Ты же всё мне потом объяснишь? — робко попросил отец.
— Без проблем.
Выяснилось, что старшие хуже переносят изъятие магии. Михаил чуть не сдох в процессе. Источник его сильно пострадал. Ему придётся изрядно постараться, чтобы вернуть себе магию. Пришлось даже обернуть его в огненный кокон, я попросил стихии особо не углубляться: от ядов почистить и подлатать источник. Фёдор тоже тяжело пережил расставание с Воздухом, и его пришлось закуклить.
После Драко вернуть украденное потребовали Капля и Земеля. В результате трёхстихийный Дмитрий Александрович лишился Земли, а талантливая Софочка — обеих стихий.
— Матвей! — зычно крикнул император, и в залу влетел начальник гвардии. — Заберите этих, — он брезгливо махнул рукой в сторону полудохлых потомков, — и отнесите их в реанимацию.
Гвардейцы не могли зайти внутрь. Своих отпрысков за пределы алтарной залы вынесли родители. Двое докторов тоже удалились.
Пока все суетились над свежеиспечёнными слабосилками, Корней притащил жаркое. Я умял две порции.
Когда суета улеглась, взрослые Раковы начали переглядываться. Зачем они здесь? Наследника теперь не назначат, нет кворума, не все царевичи в сборе. Технически и Михаил и Фёдор остались в зале, только закутаны в огненные коконы и не понимают, что происходит. Взгляды скрестились на императоре, а тот уставился на меня.
— Итак, главное обвинение было высказано — слабосилок. Предлагаю огласить семейный кодекс рода Раковых.
«Рыжик, вы писать научились? Поможете?» Стихии откликнулись энтузиазмом. По мере озвучивания мною семейных ценностей над алтарём появлялся крупный текст. Тёмно-синие буквы появлялись прямо в воздухе.
СЕМЕЙНЫЙ КОДЕКС (изображение рака)
РОТ ПРИВЫШЕ 7
СИЛНЫЙ ДОСТОЕН БОЛШЕВО
КТО СЕЛНЕЕ ТОТ И ПРАФ
СДЕЛАТ РОТ СИЛНЕЕ
— Михаил Михайлович, вы что совсем мальчиком не занимались? — спросил кто-то изменённым голосом с галёрки.
По рядам родственников пробежал смешок.
— А что не так? — император строго посмотрел на потомков. — Спасибо за помощь, — сказал он, не обращаясь ни к кому конкретно, но судя по ошарашенному виду, его услышали и обдали тёплыми чувствами.
— Да, что не так-то? — послышался другой изменённый голос с другой галёрки. Новый смешок пронёсся по поредевшим рядам.
— Мы императорский род, сынок, — изрёк кто-то из пожилых. — Мы должны быть сильными.
— Все аристократы гонятся за силой, Ванюша, — нравоучительно заметил Степан Антонович, поправляя идеально сидящую клетчатую жилетку. — Не удивительно, что мы ставим силу во главу угла.
Похоже, мы говорим на разных языках. Я поник и начал биться головой об алтарь. При очередном ударе мой лоб натолкнулся на руку императора. Он ласково придал моему телу вертикальное положение и развернул к себе.
— Представь, что мы глупые малыши и объясни, пожалуйста, — попросил батя.
Я смотрел в глаза чужого отца и на меня волнами накатывало отчаяние. Тот, кто не любил ни одного из своих сыновей. Тот, кто лишил Ванюшу счастливого детства. Но у меня же оно было? Было же? То немногое, что я вспомнил говорило о том, что оно было счастливым. Почему я его стёр? Почему?!
Новая волна сильных переживаний затронула запечатанную зону моей памяти и отозвалась болью в перевёрнутой букве Альфа. Алтарная зала исчезла. Все Раковы стояли в большой пампезной комнате, в таких обычно устраивают большие приёмы. Дорогая мебель, огромные полотна миров и созвездий. В дальнем углу около окна застыли двое. А под столом спрятался маленький мальчик. Судя по одежде всех троих они были по меньшей мере аристократами.
— Ар, я не хочу быть наследником, — утончённый франт с тонкими чертами лица в отчаянии цеплялся за руку брата. — Почему я? — в голосе скользнуло возмущение. — Ты старше!
— Никто не хочет, Эд, никто, — Аркадий успокаивающе похлопал Эдуарда по плечу. — Поэтому отец и не передаёт власть, потому что никто из нас не потянет эту ношу. Императором должен стать Осознающий, — в тоне Аркадия мелькнула глубокая грусть. — Но наследник должен быть назван, и ты самый стойкий из нас. Вдруг с отцом что-то случится? Не бойся, Эд, мы с братьями станем плечом к плечу и поможем. Все вместе! Один за всех и все за одного! — бодро закончил он.
Аркадий нагнулся и извлёк из-под стола мальчугана.
— Ты только посмотри, Эд, кого я нашёл! Мих, когда ты играешь в прятки, то не плохо бы, чтобы тот, с кем ты играешь, хотя бы знал об этом, — он защекотал сорванца. — Пойдём на полигон, я научу тебя пулять ножички.
Аркадий подбросил мальчугана вверх, и как мяч зафутболил в сторону брата. Ребёнок, пойманный Эдуардом, счастливо засмеялся,
— Ещё! Ещё!
Окружавшая нас действительность пошла рябью и пропала. Я смотрел в глаза чужого отца. Там в отражении зрачков я увидел, как светятся фиолетовым мои глаза. Рисунок радужки подражал клубящейся туманности.
Палево-палево, хтонь. Глаза закрылись сами, последняя мелькнувшая мысль была воссоздать-таки рецепт вишнёвого пирога.
Глава 6
Я сидел на диване в гостиной и пялился в пустой экран телевизора. Ничего не хотелось. Я уже пропустил завтрак. Корней принёс обед, но и к нему я остался равнодушен.
На соседнем диване сидели братья Пётр и Александр и о чём-то весело переговаривались. Отец приставил их в качестве надзирателей, чтобы я не сбежал. Но я и не собирался. Ничего не хотелось. Тоска и одиночество разъедали душу изнутри.
— Где пульт? Гаврила? Где пульт? — братья принялись рыться по всевозможным местам.
— Сказать трудно? — вызверился на слугу Пётр.
— Нашёл! Какой канал? — азартно бросил Александр.
— Думаю, там по всем каналам идёт.
Чёрный экран перед глазами щелкнул и появилась картинка. Рыжеволосая молодая женщина в красной летней блузке с глубоким декольте вела репортаж. Евдокия, кажется Племянница главы чёрного рынка Мерзляева, машинально отметил я.
— Нам удалось раздобыть секретные кадры с места проведения операции, — довольно проворковала нимфа. — Как сообщалось ранее, причиной исчезновения магии в мире стало пробуждение Башни на полуострове, принадлежащем Ивану-царевичу. В результате движения торфа древнее сооружение давно вымершей цивилизации вытолкнуло наружу. Свет, излучаемый башней, вошёл в резонанс с магией и вызвал бурный рост растительности. Древние лианы оказались хищными и питались магической энергией.
Соблазнительная барышня исчезла, появилась картинка небоскрёба. Подрос еще на пару этажей, машинально отметил я, продолжая равнодушно пялиться в экран. По стенам здания ползли лианы, а часть из них хищно извивалась, пытаясь дотянуться до вертолёта, снимающего сверху. Со всех сторон к полуострову стягивались корабли с гербом рака.
— О! Смотри! Это я! — Александр подскочил к экрану, показав пальцем на катер с надписью СБ. — Правда похож?
— Император созвал всех своих родственников от мала и до велика, — вещал голос за кадром. — Они браво сражались с неприятелем.
Подрастающее поколение рода Раковых под предводительством Дмитрия Александровича безрассудно ринулось на лианы. Было видно, как один за другим падают сражённые юные герои, но старшее поколение вступает в бой, заменяя места павших.
— Многие из императорского рода получили магический удар чудовищной силы, особенно досталось молодому поколению, двое царевичей до сих пор находятся в реанимации, — трагично вещал голос Евдокии.
Кадр сменился, показывая дворцовый лазарет со стонущими заговорщиками.
— Их жертва была не напрасна. В мир вернулась магия! — торжественно закончила ведущая, и по экрану пробежала заставка 12-ти часовых новостей.
— Молодец мой Акакий! — горделиво похвалил Александр.
— Уже не твой, — ехидно заметил Пётр. — Его отец прибрал, даже этому не оставил.
— Ой, да ладно, ты его Катю видел? — беззлобно рассмеялся Александр. — Была бы постарше, я бы женился, право слово. С такой женой не пропадёшь.
Братья вернулись на диван, а я продолжил безразлично пялиться в телевизор.
— Кратко о самом главном, — заявил субтильный мужчина в сером костюме. — Михаил III в своём вчерашнем выступлении заявил, что взял самодеятельность Ивана-царевича под личный контроль. Древние раскопки продолжатся, полуостров объявлен зоной повышенной опасности и любые попытки пересечь периметр будут жёстко пресекаться.
Набор в потешный полк прекращён, командир полка Максим Горбунов ведёт отсев кандидатов. Скандально известная школа для магических ублюдков начнёт работу в сентябре, набор продолжается. Общественность теряется в догадках о месте размещения будущей школы Ивана-Царевича. Михаил III отказался комментировать этот вопрос.
К другим новостям. Финансовый рынок продолжает лихорадить, — за спиной ведущего красная линия какого-то графика вертикально ушла вниз. — Однако, крупные промышленники заверяют, что держат ситуацию под контролем.
Кадр сменился, показывая солидного мужчину в чёрном костюме на фоне проходной какого-то завода. Бегущая строка гласила — Григорий Петрович Демидов, глава рода.
— Слухи о проблемах на металлургических предприятиях рода Демидовых сильно преувеличены, — солидно врал глава рода. — Мы никогда не полагались на магию полностью. У нас установлены дублирующие системы, именно на случай магических сбоев.
— Вы предполагали исчезновение магии? — захлопала ресницами длинноногая журналистка.
— Милочка, дублирующие сети в магонакопителях не всегда надёжны
Картинка сменилась, оборвав бред промышленника. На каком-то речном прогоне на мели стояли десятки кораблей с гербом рода Карповых. Лысоватый прохвост на переднем плане вытирал платком пот со лба.
— Уровень воды не регулируется одномоментно, это вам не свет в туалете включить, — объяснял прописные истины глава рода, о чём настаивала бегущая строка — Един Афимович Карпов.
— А теперь о погоде, — радостно сообщил диктор. — Если Иван Михайлович не вмешается, день обещает быть солнечным, погода в Рыбинске 27 градусов, температура воды 24, однако, купаться не рекомендуется. Велика вероятность врезаться в одну из подводных лодок.
Заставка новостей попрощалась со зрителями, запустился рекламный блок.
Молодой мужчина на фоне зала ожидания транспортного узла благожелательно улыбался:
— Друзья, мы знаем, как важно оставаться на связи с тем, кто вам дорог, — позади него маленькие братья бежали на встречу к отцу и с разбегу повисли на нём, получив в ответ крепкие отцовские объятья, — сказать главное, поддержать, вовремя оказаться рядом.
К говорившему подошла счастливая девушка с трубкой телефона, прижалась и чмокнула в щёку. Удерживая любимую, он посмотрел в камеру:
— Рыбнет — непотопляемая опора вашего счастья.
Кадр сменился видом сверху на прибрежную зону водохранилища и строящийся квартал однотипных коробок, камера набрала скорость и полетела вперёд обгоняя радостные семейные парочки, весёлых деток и, достигнув песчаного пляжа, замерла перед играющими в песке карапузами. Они переворачивали куличики, выстраивая высокую пирамиду. Камера резко дернулась вверх, открывая вид на противоположный берег с обильной растительностью и подросшим маяком.
— Жилищный комплекс «Счастливый причал», — светлая музыка сменилась приятным женским голосом. — Только у нас вы сможете каждый вечер любоваться не только закатом, но и растущей башней.
Картинка сменилась на вальсирующие парочки на каком-то балу. Юноша в старомодных одеждах увлёк свою барышню на балкон с прекрасным видом на залив.
— Выходи за меня, — шепнул кавалер.
— Но папенька никогда не одобрит наш союз, — испуганная девушка смотрела влюблёнными глазами и была согласна на всё.
— Я взял кредит в Первом Имперском Банке, у наших детей будет будущее, — заверил жених.
Картинка влюблённых схлопнулась, превращаясь в книгу в солидной кожаной обложке — ПИБ — это классика, гласило название.
Я безразлично взирал, как на экране появилась заставка телепередачи «Пусть поженятся».
— Политика — политикой, милые дамы, а мы с вами продолжаем выбирать достойную невесту для государя батюшки, — холёная немолодая женщина сидела в обществе двух подруг. — Вместе со мной делать нелёгкий выбор продолжат мои коллеги: заслуженная сваха империи матушка Агафья, — бабулька слева от ведущей отсалютовала спицами с нанизанным вязанием, — и потомственная сновидящая Хлоя Неспящая.
Бабушка Агафья ткнула спицей задремавшую рыжеволосую девушку в больших круглых очках.
— Да, не сплю я, не сплю, — Хлоя дёрнулась. — Кстати, девоньки, помните, я рассказывала, что видела во сне рядом с юным императором молодую барышню. Ночью мне не спалось, и я нарисовала портрет.
Я с безразличием наблюдал за довольно-таки точным изображением помолодевшей старушки, за которой приударял отец на конкурсе.
— Гаврила! Да, выключи ты этот бред! — раздражённо рявкнул Пётр.
— Что? Не понравилась прошлая невеста? — загоготал Александр. — Твоя-то была хотя бы миловидна. Ты же помнишь воинственную бабёнку, которую мне подобрали? Жена начальника СБ империи должна уметь постоять не только за себя, но и за родину, — довольно натурально передразнил Александр голос бабки Агафьи.
Он уже нашёл пульт и выключил телевизор.
— И ты это поаккуратней с этим, — громким шёпотом произнёс Александр. — Это ж цепной пёс Безымянного. Уууу, ты бы знал, какой кровавый след за ним тянется. Молчу-молчу, — он показал раскрытые ладони куда-то мне за спину.
Подошедший Корней вставил в мои руки тёплую кружку с горячим отваром и практически насильно заставил выпить половину. Приятное тепло разлилось по пищеводу, согревая и придавая умиротворение отсутствующим мыслям. Я слабо улыбнулся.
— Смотри, лыбится, — хохотнул Александр. — Скажем отцу? Он просил докладывать обо всём необычном. Я те точно скажу, эта улыбочка ни к чему хорошему не приведёт.
Братья дружно загоготали.
— Нам, конечно, ты пожрать не принёс, — раздражённо буркнул Пётр. — Бесит! Ваня то, Ваня сё, — он ушёл, но я слышал, как он открыл дверь и крикнул кому-то. — Царевичи обедать желают. На двоих, у него свой повар, — ещё более раздражённо добавил старший брат.
Двустворчатые двери с другой стороны шумно распахнулись и в гостиную вбежал красный рак в черном галстуке-бабочке. За ним следом перебирая плюшевыми ножками семенил игрушечный рак. Размер воплощения стихий увеличился и отличался более детальной проработкой, я машинально отметил очередной прогресс малышей. Он был размером с кота, длинный чёрный галстук был перекинут через плечо.
— Подсади бро, — попросил Тёмный.
Игрушечный рак забрался мне на колени, встал на задние лапы и опёрся на хвост. Ему на голову вскарабкался маленький рак. Зрачки Тёмного оказались на уровне моих глаз.
— Ваня, — начал отповедь хранитель рода, — я уже заколебался исполнять твои обязанности. Последний типчик был на голову отмороженный! Сам смотри. Борис, включи запись 2308.1025.
Перед глазами снова зажёгся экран. Я безразлично наблюдал, как появилось изображение большого кабинета, по типу императорского, тоже с открытым куполом. На заднем плане было хорошо видно водохранилище и огромное количество кораблей на нём. Свободным оставался небольшой кусок фарватера.
— Что? Так можно было? — возмутился Пётр и бросил бесполезный пульт на диван.
— Система умный дом, вроде, — Александр встал и подошёл к экрану. — Это же, этот, — он защёлкал пальцами, силясь вспомнить имя.
— Второв Илья Палыч, — подсказал Пётр, — тот ещё прощелыга. Когда пропали Дымовы, ему удалось урвать контрольный пакет акций почти на всех их предприятиях.
На большом столе в форме буквы Т, скрестив клешни, сидел рак в бабочке. Справа от него за ноутбуком что-то быстро печатал бельчонок. А слева уже знакомый плюшевый рак в галстуке шумно отхлёбывал что-то из чашки с изображением кулака с задранным большим пальцем на боку. У меня невольно поползли брови вверх. Они что? Воссоздали вкусовые рецепторы и пищеварительную систему? Я опустил голову и встретился взглядом с довольными стихиями.
— Уважаемый хранитель рода Раковых, — сидящий за столом на месте посетителя мужчина в дорогом деловом костюме с изображением витиеватой двойки, мягко заговорил, — не могли бы мы договориться, чтобы вы извещали меня заранее о новых проектах уважаемого Ивана Михайловича.
— Ну жуук, — прокомментировал Пётр.
— Жук, это к Жуковым, — хохотнул Александр. — У этого другой девиз — Второвы сразу за вами.
— Да, как же, — закивал бывший финансист, — вторые после императора.
— Как вы себе это представляете, милейший Илья Палыч? — вежливо осведомился рак, переменив захват клешней.
Господин Второв выложил на стол чемоданчик и открыл его. Камера показала аккуратно уложенные стопки денег.
— Благотворительная помощь от рода Второвых на обустройство магической школы Ивана Михайловича. Великое дело затеял царевич, — важно закивал мужчина оглаживая подёрнутые сединой тёмные волосы. — Это вне зависимости от вашего решения, благороднейший хранитель рода Раковых.
Он достал ещё один чемоданчик и открыл. Я невольно подался вперёд и перевёл взгляд на довольного моей реакцией Тёмного.
— Это что? Мальки? — не поверил своим глазам Александр.
— Живые, заметь, — рассмеялся Пётр. — Взятка, как дать, рыбья взятка!
— А это лично вам, за труды, — подтвердил его предположение глава рода Второвых. — Вашими стараниями империя процветает. Как вы думаете, возможно ли получить на экспертизу одну из лиан?
— Не, ну ты слышал? — возмущённый Александр повернулся к брату. — Он что решил, что сможет включать и выключать магию?
— Именно так он и подумал, — расхохотался Пётр. — Спорим, что этот, ему продал парочку листочков? — он протянул руку брату для заключения пари.
— Даже и спорить не буду. Сам бы продал пару веников, — отмахнулся Александр.
Не понял, о каком выключении магии идёт речь. Это ж не возможно в принципе. Да и в новостях что-то странное говорили. Экран погас, и я повернулся к Тёмному.
— А что за отключение магии? — поинтересовался я и получил в руки новую кружку с отваром. — О чём речь вообще?
Все присутствующие недоуменно переглянулись.
— Так его не было, — догадался Пётр. — Ну помнишь, он же ещё пропал. Отец что-то темнит по этому поводу. Он-то точно знает, почему магии не было.
— В смысле не было? Это ж невозможно, — но тут я заметил, как плюшевый рак забегал глазками. И я требовательно уставился на него. — ОБИДЕЛИСЬ?!
Я вскочил на ноги и схватился за голову. Они обиделись! Обиделись они!!! Неее, они обиделись! Стихии стали забрасывать меня образами, как у меня на груди расползается пятно крови, боль, которую они тоже чувствуют, паника, что кровь не останавливается.
Я сел на диван, обнял рака и стал успокаивающе поглаживать плюшевую спинку, не переставая одаривать стихии теплом и любовью.
— А как же я? — Тёмный забрался по пижаме и втиснулся между нами. Устроившись поудобней он утробно завибрировал.
Тепло ласково окутывало источник. Я не один, у меня есть друзья, они меня любят, они не предадут, им можно доверять. Всё не напрасно. Холодная льдинка в душе раскололась и по телу расплылась лёгкость.
Не знаю, долго я так просидел или нет, но когда очнулся, почувствовал ароматный запах жареного мяса и жадно набросился на еду.
— Сколько? Сколько дней не было магии? — я разломил горячий хлеб и заглотил половину.
— Трое с половиной суток получается, — сглотнул слюну Пётр. — А потом магия появилась, приехали твои эти с Катей, начали тут хозяйничать с молчаливого одобрения отца, ну и завертелось.
— Жертвы? — я запил хлеб горячим чаем.