Игра Изначального — 4

Глава 12

Летевший в мою сторону ректор Академии оглядывал окрестности с высоты. А посмотреть было на что. Одно здание Милдома чего стоило, восьмерка с торчащими во все стороны углами. И новенький лекторий. Мне подумалось, что прозрачные стены — это определённо бзик. Причём мой.

Однако не они заинтересовали Поликарпия, а немэллорн Вася. Ректор вдруг резко повернул платформу, на которой планировал, в сторону дерева.

Я шагнул сквозь пространство, чтобы оказаться на месте раньше. И вышел не один. Сразу двое схватились за меня, и появились рядом: Чайран и Зак. Я хмыкнул.

Около корней немэллорна короб-ходок и Тёмный увлечённо копали ямку.

— Да кидай уже, глубоко не надо, — торопил чёрный кристалл, суетливо бегая вокруг.

Короб открыл крышку и достал две монетки по десять золотых. Он сбросил их в ямку и принялся закапывать. Зак за моей спиной хохотнул и затейники заметили нас.

— Мы тут гуляем, — нагло соврал Тёмный.

— А я думал, вы денежное дерево выращиваете, — усмехнулся я. — Ну и зачем это?

— Возможно я могу ответить на этот вопрос, — раздался вкрадчивый голос Поликарпия.

Я с удивлением посмотрел на ректора.

— Через полчаса ямка будет пуста, — он хитро прищурился. — Золото впитается корнями этого замечательного дерева.

— Так вы знаете, что это за вид? — обрадовался я.

— Догадываюсь, — Поликарпий загадочно улыбнулся. — Но эта информация не для лишних ушей, — он многозначительно показал мне за спину.

К нам спешили остальные хозяева городов. Я накрыл нас куполом от прослушки. Внутрь попал Тёмный. Он не успел сбежать, купол захлопнулся раньше. Я поднял его и погладил.

— Занятная сущность, — Поликарпий показал на кристалл, — как и ваша коса, молодой человек.

Коса всё время появлялась рядом. Я уже настолько привык, что не обращал на неё внимания. Стоило мне отойти, как она возникала справа от меня через какое-то время. И она больше не заваливалась, стояла, как живая. Живая… могла она ожить? Я с сомнением посмотрел на косу.

Чайран отодвинулся подальше и от косы, и от Тёмного, которого он почему-то недолюбливал.

— Вы что-то знаете? — я поторопил ректора с ответом.

— Вопрос, что знаете вы, Лео, — Поликарпий провёл рукой по древку. — Очень похожий фон. Да, определённо что-то родственное с чёрным древом. А вы кто? — он вдруг посмотрел на меня своими ясными глазами.

От такого простого вопроса я конкретно завис.

— Во-от, — назидательно протянул ректор. — А всё потому, что на этот вопрос нет однозначного ответа. Вы соединили в себе два начала, это очень заметно по этим двум древам: чёрному и белому.

— У него привязка только к Васе, — возразил Чайран, — и то свежая.

На что Поликарпий очень обидно рассмеялся, как будто мой учитель сказал несусветную глупость. А потом поднял руки в успокаивающем жесте.

— Простите мне мою бестактность, молодые люди. Не хотел вас обидеть. Давайте, я докажу, что вы мыслите другими категориями, чтобы не быть голословным, — он постучал по подбородку. — Вот! Есть ли люди, которые вам сейчас очень нужны, но их нет рядом?

Я подумал, что мне очень не хватает ещё двух предметников по физике и математике. Не то, чтобы я сильно искал. Просто не верил, что смогу найти достойную замену Федерику и Магилану, которые остались в другом мире. Они привили детям пытливость ума и любовь к знаниям.

— Я вижу, что такие люди есть, — Поликарпий удовлетворённо кивнул.

— Нашей школе не хватает физика и математика. У нас были талантливые учёные, — я тяжело вздохнул, горько сожалея о потере.

— Замечательно! — радостно воскликнул Поликарпий. — Позовите их.

В смысле? Я непонимающе посмотрел на ректора. Я тут что орать должен?

— Сердцем позовите, — он мягко улыбнулся. — Представьте их, но не глазами, — он постучал по груди, — а душой. Нарисуйте их в своей голове. И… позовите.

Я представил, двух увлечённых исследователей Феда и Мага, их бесконечные споры. Вот Федерик стоит у доски, быстро вычерчивая мозгодробительную схему. А потом выводит её объёмную проекцию, разлетающуюся по классу. Или помню, как Магилан устроил звёздные посиделки на крыше небоскрёба, рассказывая о космических путешествиях и сопутствующей физике. Каким должен быть звездолёт, чтобы преодолеть земное притяжение? И почему лучше строить базу на Луне? Да, было бы просто замечательно, если бы они пришли. Я улыбнулся и ощутил их души. Две пульсирующие точки где-то очень, очень далеко отсюда. И я позвал, слегка коснувшись их.

Учёные возникли снаружи моей души, и я моргнул, не веря собственным глазам. Федерик поддерживал Магилана, который слегка пошатывался. Они непонимающе смотрели по сторонам, а потом увидели детей, как, впрочем и те их.

— Фед!

— Маг!

Толпа радостно галдящих ребят повисла на моих старых учителях.

— Привязка — это костыли, молодые люди. Зачем они вам? — Поликарпий довольно похлопал меня по плечу.

Я стоял, не в силах пошевелиться, и смотрел на учёных. Они были здесь, реальные и живые. Я протащил их сквозь миры. И если я смог это сделать… что ещё я могу? Мне стало очень страшно и дико одиноко.

Дети потащили своих учителей в лекторий, кто-то предложил Магилану воды. А меня грызла совесть, что я варварски выдернул их из привычной среды.

— Чайран, нашему общему другу сейчас тяжело, он слишком ошарашен, но вы то знаете, — Поликарпий довольно перекатился с носок на пятки. — Из какого города он их вытащил? Откуда-то с Восточного побережья?

Тёмный на моих руках тихонечко захихикал. Чайран, будучи теперь Изначальным, понимал больше, но и он не оценил масштаб, посчитав, что они прибыли с Земли-13.

— А при чём тут Вася? — Зак вернул довольного ректора к тому, с чего мы начали.

— Это мировое дерево, оно и позволило нашему общему другу вытащить сразу двух людей с другой части материка, — гордо заявил Поликарпий, как будто проделал это лично.

— А чёрное древо? — Чайран скептически посмотрел на Васю. — По твоему выходит, что они связаны.

— Определённо оба связаны с ним, он ткнул в меня пальцем. Чёрное древо — это Система, — тоном человека, совершившего грандиозное открытие, заявил ректор. — Помните, Система появилась на следующий день после древа?

Дальше этот бред я слушать не стал и убрал защиту от прослушки. Стоявшие рядом Ойтурон и Бурум напряжённо вглядывались в наши лица, считывая информацию. Поликарпий прибыл, когда мы обсуждали приём сторонних учеников в мою школу. И что они видят?

Мы закрылись куполом, а когда сняли, я стою сам не свой. Ректор доволен собой, а Чайран и Зак необычайно задумчивы. На Магилана и Федерика они даже не обратили внимание. Мало ли игроков заходит в игру.

— Поликарпий! Не вмешивайся! Если надо будет, мы все впишемся за Лео! — Ойтурон сверлил ректора недобрым взглядом.

— Да! Хорошее дело затеял Жнец, не мешай, — в голосе Бурума прозвучала угроза.

Ректор обиженно посмотрел на хозяев городов и не нашёлся с ответом.

— А вы не хотите открыть школу при Академии? — неожиданно предложил я. — Можно же готовить детей к магии. Представляете, как возрастёт качество прохождения маны по энергоканалам?

Мне подумалось, что это отличная идея. И она снизит нагрузку на мою школу. Поликарпий задумался и огляделся вокруг новым взглядом.

— А зачем здесь эти? — он ткнул пальцем в эльфов-подростков. — Вы собираетесь учить детей магии?

— Вообще-то не собирался, — и видя, как вспыхнул Бурум, поправился: — Но у меня есть личные ученики, которых я не могу отправить в вашу Академию.

Поликарпий недоверчиво прищурился.

— Да вы сами посмотрите, я как раз собирался проводить урок магии, — я осёкся, видя торжество на лице ректора. Я только что признался, что школа у меня будет магическая.

Я в сердцах махнул рукой и твёрдым шагом направился в лекторий.

Галдевший зал стих, и на мне скрестились жадные взгляды. Маг и Фед сидели среди детей и с любопытством оглядывали новые лица. Беспризорные орчата, прибившиеся к нам недавно, очень их заинтересовали.

Тёмный спрыгнул с рук и деловито побежал изучать проекционную технику. Это он хорошо придумал. Потом мне расскажет, что тут и как работает.

— Мои ученики на первую парту, — скомандовал я.

Там уже сидел герцог Рафаэль. Сделать из него гармоничного универсала — было приоритетным заданием от системы. И, как я подозревал, это было напрямую связано, пройду я 5-й этап Нулевого перехода, или завалю. Что будет в этом случае, думать не хотелось.

Проблем было несколько. Он был стар. Да, сейчас и не скажешь, 350-летний пустотник выглядел, как молодой неопытный пацан. Но его отношение к жизни никуда не делось. Он привык смотреть на планеты свысока, в прямом смысле этого слова. С корабля своего космического лайнера.

Потом его статус. Герцог был главой космической станции Грань в звёздной системе Тея, аристократ до мозга костей из древнего рода. В общем, спеси в нём было… ого-го!

Она и стояла между ним и магией. Но он этого не понимал, а я не понимал, как эту спесь с него сбить. Он уже вляпался в историю, из-за своей надменности — ушёл в минус по репутации с миром Альфа. Да, технически он сейчас был в плюсе. Но надолго ли?

У него был готовый к магии источник, но если проводить стандартную инициацию, то он получит только те стихии, к которым у него есть склонность. А я вообще без понятия, к чему у него склонность. Ну, допустим, к Воздуху, учитывая его болтливость. Мне нужно сразу приживить ему все стихии, иначе не факт, что получится добавить ещё что-то с его-то характером. Ну и перекос в таком случае гарантирован. А мне нужна гармония, хтонь.

Только вот герцог об этом обо всём не подозревал. Он считал, что я гнобю его по своим личным мотивам.

Рядом с ним сел Амир, вторая аномалия на мою голову. И её создал я. Случайно, конечно же. Будучи в теле честного убийцы, я хотел сделать доброе дело и подготовить тело мальчика к магии. Я ж не знал, что мой новый огонь — это не огонь вовсе. Это только потом я понял, что это Первостихия. В результате энергосистема ребёнка мутировала в монструозное нечто. Оно конечно круто, ибо теперь у него универсальная магия в крови. Правда, Амир почему-то считает себя дефектным. Вон, с какой завистью смотрит на Игоря.

Да, Игорь. Если по-честному, то ему прямая дорога к Поликарпию. Ничего исключительного в его источнике нет. Он обычный маг Земля-Воздух. Ну, может быть более умелый, поскольку тренировался на тренажёрах в западной башенке небоскрёба. Но, во-первых, он в Академию не пойдёт, не оставит детей. А во-вторых, это мой человек, почему я не могу учить его сам? Тьма его забери!

Собственно только этих троих я и собирался учить магии. И Скал от гномов. Единственный, кого удалось пропихнуть в мою школу со стороны. А, ну ещё розовый Серафим должен прибыть с небоскрёбом. Только ждать я его не буду. И так затянул с Рафаэлем.

Только вот кроме этих учеников на первом ряду сели те, кого я не ждал. Одиссей. Ладно, у него аномальная стихия — магия Камня. Согласен, ему тоже в Академии магии делать нечего. И потом он уникум. Второй Изначальный с магией, после меня. Не считая Чайрана, который уже был магом, когда стал одним из нас.

Но Боря-то? Но прогнать искина рука не поднялась. Я, честно говоря, даже не задумывался над тем, как он магичит без источника. Он же — миллиарды микрочастиц, из которых собирает всё, что может. Да, он собрал тело мальчика, которое только выглядит человеческим, и источника у него нет и быть не может.

А Милдом? Реально, прибежали мини-домики, те самые игрушечные. Пробежались по рядам и раздали детям игрушки. Это он молодец! Живые игрушки — мечта любого ребёнка. А ведь каждая вещь — это часть самого Милдома. Вот домики и устроились перед первой партой, как и домовёнок проявился и сидел, жадно внимая. Мда…

— Мастер, — оклик Зака с балкона заставил меня вздрогнуть. Он же только что очень элегантно прилепил мне титул, — а почему ему можно, — он показал на взрослого Одиссея, мирно сидящего среди детей, — а мне нельзя?

Он спрыгнул с балкона и ловко приземлился в центре круга, оставленного между первыми рядами амфитеатра и кафедрой за моей спиной.

— Ты архимаг-универсал, — заметил я, непонимающе глядя на Зака.

Когда он говорил про балкон для взрослых, я думал совсем о другом. О тех знаниях, которых нет в этом мире. О той же физике, химии, точных науках. А он сейчас заявляет, что пришёл учиться у меня магии.

— Чему я могу тебя научить? — тут я конечно лукавил. Потому что у Зака была Первостихия, которой он мог научиться только у меня. Правда, сам торговец до сих пор считал, что это просто другой Огонь. Возьми я его сейчас и создам прецедент.

— Вот мы и посмотрим, — он подмигнул. — Я буду опытным образцом.

С этими словами он нагло уселся рядом с Одиссеем. Это было ну очень некстати, поскольку меня больше устраивало, чтобы все и дальше считали Первостихию более сильной версией Огня. А сейчас все увидят, что с хозяином города Ярмарка что-то не так. Непременно возникнут вопросы. Я покосился в сторону Поликарпия, который демонстративно уселся во втором ряду, игнорируя балкон. Ректор аккуратно расставлял на столе артефакты. Он ещё и мерить собирается, хтонь.

— Вопрос всем, — я широко улыбнулся. — Что такое магия?

Банальные ответы я проигнорировал, ткнул в Игоря, поднявшего руку. Он попытался встать, но я махнул рукой, чтобы все отвечали сидя.

— Это физический закон мира, как сила притяжения или сохранение энергии, — Игорь был уверен в своём ответе и в качестве доказательства заявил, что расход маны зависит от силы заклинания.

— Это всего лишь доказывает, что законы природы работают и для магии, — я кивком поблагодарил за ответ. — Есть ещё варианты?

Зал молчал, чуя подвох.

— Магия — это инструмент, — заявил Зак. — Лично для меня, это как часть руки. Думаю, магия — это часть тела, Мастер.

Я покивал, соглашаясь со справедливостью выводов тестового ученика. На балконе хмурился Чайран. Ойтурон довольно кивнул. В руках Бурума мелькнул записывающий артефакт, хтонь. Мне ещё записей не хватало. Руку спокойно поднял Оххи Дат.

— Это явление природы, как ветер или дождь, — спокойно заявил верховный шаман.

Я благодарно поклонился залу:

— Спасибо. Проблема в том, что всё это лишь часть правды. И если вы, будучи магами, видите в ней лишь часть, а не целое, то и работаете вы не со всем её потенциалом.

Я выдержал паузу, нагнетая обстановку и заявил:

— Магия — это форма жизни.

Фраза не дошла. Аудитория ждала пояснений. На выручку пришёл хмык Поликарпия.

— Вы утверждаете, что она живая.

— Нет, он утверждает, что она разумная, — усмехнулся Зак.

— Звучит красиво, — одобрительно покивал ректор Академии. Он даже расслабился от моей безграмотности. — Доказать можете?

Да, с этим определённо были проблемы. В отличие от других миров, где магия была старше, здесь ей не было и пяти лет. Ну, кроме Огня. Но предъявлять профессору Огонь не стоило. Он скажет, что это элементаль или голем. Я же големщик. А огненный элементаль Рыжик, созданный Ярым, по-прежнему живёт в Академии.

В мирах, где магия зародилась давно, разумность стихий было легко доказать. Достаточно было просто призвать их, для этого даже не нужно было пропускать через себя ману.

А что я могу здесь и сейчас? Пока я размышлял, Поликарпий торжествовал.

Позвать Софу? Стоило только подумать о ней, как поселившаяся внутри моего источника Первостихия откликнулась. Попросил её не высовываться. Доказательства нужны классические, четыре разумные стихии. Покажись сейчас в аудитории огненная змея из пламени первостихии, это послужит доказательством моей исключительности, а не разумности магии. Что же делать?

А что если использовать мой источник, как внешний? Ну да, ну да… Должно сработать. Моя личная магия старше стихий из этого мира, вопрос насколько? А то призову стихии, а они окажутся младенцами, только и умеют, что мыслеобразы отправлять.

Я постучал себя по подбородку. Взгляд снова упал на Поликарпия, а с балкона послышались шепотки хозяев городов. Только дети в меня верили, и это подкупало.

Точно! Нейра призналась, что Затворник приходил к ней, когда она была совсем юной душой. Это было десять тысяч лет назад, а это возраст 10-ти летнего ребёнка. Достаточно, чтобы продемонстрировать разум. Я просиял, должно сработать.