Друг мой Костя

На свете градов есть немало, их вид захватывает дух,

Но нету города прекрасней, чем град Петра – Санкт Петербург!

Глава 1

Санкт-Петербург, Невский проспект, утро

Мальчик Витя Зайцев, лет десяти-двенадцати, идёт по Невскому проспекту Петербурга. В руках у него пакет из магазина. К нему подбегает щенок далматина – весёлый, озорной, хвост вертится, нос тянется к пакету.

Витя достаёт из пакета сардельку, приседает и протягивает её собаке.

– Пёсик! На-на-на! Кушай, пёсик!

Щенок обнюхивает сардельку, радостно тявкает и начинает есть.

– Кушай, пёсик. Вкусно!

Из-за угла дома появляется подросток – лет четырнадцати, худощавый, с недовольной физиономией. Это, судя по всему, хозяин собаки.

– Эй! – кричит он. – Ну-ка отпусти щенка! Он мой! Купи себе собаку и корми её всякой гадостью!

– Это не гадость, – возражает Витя. – Это сарделька.

– Для собаки – двойная гадость! Сардельками собак не кормят!

– Это раньше не кормили. Сейчас они уже всё едят.

– Умник нашёлся! – огрызается подросток. – Ещё раз увижу тебя рядом с собакой – пожалеешь! Понял меня?

Витя тихо отвечает:

– Почему?

– По кочану! – раздражённо бросает тот. – Ты кто вообще? Я тебя здесь раньше не видел. Ладно, разберёмся позже. Клоун!

– Сам ты клоун, – бурчит Витя.

Подросток подходит ближе, заносит руку над головой мальчика.

– Сейчас как дам – больно будет!

Но тут же отступает:

– Да не хочу я с тобой связываться. Малявка!

Он пристёгивает поводок к ошейнику, разворачивается к Вите спиной – и тут же теряет равновесие. Падает на асфальт. Из кармана слышится щелчок.

Подросток вскрикивает, быстро встаёт, запускает руку в карман и вытаскивает телефон с разбитым экраном.

– Ах ты клоун! Я из-за тебя телефон разбил! Ну сейчас ты точно схлопочешь!

Но тут из подъезда напротив выходит женщина лет сорока и кричит:

– Эдик! Ты хлеба купил?

– Не успел ещё!

– Так беги! Сколько можно ждать?!

Подросток зло смотрит на Витю, показывает ему кулак и бросает на прощание:

– Ну ты ещё своё получишь! Малявка!

Глава 2

День. Квартира Вити

Обычная городская кухня, светлая, чистая. Родители заняты своими делами. Брат Боря пятнадцати лет уткнулся в телефон. Входит Витя с грустным видом, ставит пакет на стол.

– Витюша, – мама поднимает взгляд, – ты чего такой серьёзный? Случилось что?

– Нет, мама. Всё в порядке.

Он помолчал и неуверенно спросил:

– А вы мне купите собаку?

Отец поднял голову от газеты.

– Какую ещё собаку? Баскервилей? Людей на болотах пугать?

– Не говори глупостей, Боря, – вмешалась мама. – О какой собаке ты говоришь, Витя?

– Ну… хоть самую маленькую. Любую.

– Витя, – чуть снисходительно сказал отец, – ты же знаешь, сколько с ней хлопот. Собаку кормить надо, выгуливать, мыть, в конце концов. Собака в квартире – это аномалия, – добавил он с серьёзным видом.

– Точно, папа, – фыркнул Боря. – Курская магнитная аномалия!

– Ну и пусть аномалия, – сказал Витя. – Это же собака.

Отец вздохнул.

– Давай пока подождём с собакой. Я оплатил тебе путёвку в летний лагерь скаутов. Там наверняка у сторожа собака есть.

– А это точно? – насторожился Витя. – Точно у сторожа есть собака?

– Конечно есть. Какой же сторож без собаки?

– Ну тогда я согласен, – пробормотал Витя. – А когда поедем?

– Послезавтра. Договорились?

– Договорились.

Отец кивнул.

– А пока есть время, почитай что-нибудь. Что вам в школе задали на лето?

– Ну… разное. И фантастику, и сказки.

– Вот и отлично. Я очень любил сказки, когда был маленьким. – Он вдохновенно начал: – «У Лукоморья дуб зелёный;

Златая цепь на дубе том:

И днём и ночью кот…»

– Папа, – перебил Витя, – эти сказки уже давно никто не читает.

– Да? – удивился отец. – А что же вы сейчас читаете?

– Ну… что-то типа «Бык Белый Носок», «Койот, женщина-сова», или «Рыцарь Любви и плавающие свинки».

Отец побледнел.

– Какой ужас… Это правда?

– Правда, папа. А ещё «Свадьба в Серебряных Ключах» и «Кофе по-ковбойски».

Мама с удивлённым лицом повернулась к отцу.

– Я же говорила тебе, Петя, что не надо было отдавать Витю в гимназию с английским уклоном. Это была твоя идея.

– Да, милая… – смущённо проговорил отец. – Но ты же знаешь, что там работает Швындырович. Я не мог ему отказать…

Боря, который до этого молчал, неожиданно вмешался:

– Ну мы идём в кино или нет?

Мама кивнула.

– Да-да, идём, Боря. – Она взглянула на Витю. – Не грусти. Мы купим тебе эскимо.

– Не надо мне никакого эскимо! – вспылил Витя. – Купите мне лучше собаку.

Отец вздохнул:

– Витя, давай пока не будем об этом говорить.

– Хорошо… не будем, – тихо согласился он.

Боря встал со стула и, бросив тоскливый взгляд на родителей, произнёс:

– Может, уже пойдём? Сколько можно говорить об одном и том же?

Глава 3

Прошло несколько дней. Витя приехал в загородный лагерь под названием «Питерские скауты». День выдался жарким и душным. У скаутов было занятие по ориентированию, и вся группа с картами и компасами бродила по лесу, прилегающему к лагерю. Витя немного отстал.

Он огляделся – вокруг только деревья. Тропинка куда-то пропала, голоса товарищей стихли. Лес был вполне обычным, но в одиночестве всё ощущалось иначе: тише, тревожнее… даже сосны казались выше.

Он как раз размышлял, куда идти дальше, когда вдруг сверху раздался голос:

– Мальчик! Мальчик! Ты не мог бы мне помочь?

Витя остановился как вкопанный. Голос звучал будто бы… из дерева. Мальчик посмотрел по сторонам – пусто.

– Я здесь! Наверху! Посмотри наверх!

Витя поднял голову – и обомлел. Среди веток высокой сосны висел человек. Небольшого роста, с растрёпанными волосами, в странной куртке с какими-то ремнями и застёжками. На спине у него что-то блестело.

– А вы кто? – спросил Витя.

– Я Костя. Из Сыктывкара! – бодро ответил человек с дерева.

– Сык-тык-кара?.. – переспросил Витя.

– Сыктывкара! – поправил Костя. – Ну что тут непонятного?

– А как вы здесь оказались?

– Маленькая техническая неполадка. Турбина забарахлила… Бывает.

Витя, кажется, начал понимать, что это всё не шутка.

– А как я могу вам помочь?

Костя посмотрел вниз с надеждой.

– Ты по деревьям лазить умеешь?

– Умею, – с гордостью ответил Витя. – Лазил у дедушки на даче.

– Прекрасно! Тогда залезай. Тут одна ветка за турбину зацепилась. Отогни её, пожалуйста. Сам не могу – уже три часа тут торчу!

Витя быстро снял рюкзак и полез вверх. Он чувствовал себя важным и нужным: человек в беде, а он может помочь. Турбина действительно зацепилась за толстую сучковатую ветку. Витя с трудом отжал её в сторону.

Костя с грохотом упал прямо в кусты. Через секунду Витя сам соскользнул на землю.

– Вы не ушиблись? – обеспокоенно спросил мальчик.

Костя потёр бок.

– Есть маленько. До свадьбы заживёт.

– До чьей свадьбы? – уточнил Витя, слегка растерявшись.

– Моей, конечно, – улыбнулся Костя. – Ну что ж, давай знакомиться ещё раз.

– Костя. Из Сыктывкара. Кандидат исторических наук. – Он протянул руку, и Витя пожал её.

– Витя. Ученик пятого класса. Вторая Санкт-Петербургская гимназия.

Он с интересом посмотрел на странную штуковину за спиной Кости.

– А это у вас что? Акваланг?

Костя удивлённо поднял брови.

– Какой ещё акваланг? Это компактная универсальная турбина. Конструкция моего дедушки, между прочим – дважды Героя Соцтруда. Академика и соратника Сергея Павловича! – с гордостью произнёс Костя.

У Вити в памяти вдруг всплывает завхоз из гимназии – тот самый, что жаловался директору, когда они с одноклассниками случайно разбили окно в коридоре.

– Какого ещё Сергея Павловича? – уточнил мальчик, недоверчиво щурясь. – Завхоза нашей гимназии?

Костя серьёзно посмотрел на него.

– Ага. Вашего «завхоза». Ты вообще что-нибудь слышал про космические полёты?

Витя смутился. Вопрос показался странным.

– Ну так… читал маленько. В интернете.

Костя похлопал его по плечу.

– Ладно, тебе простительно. Вы это ещё не проходили в школе.

Он кивнул на блестящую штуковину за своей спиной.

– С помощью этой турбины я могу совершать полёты на околозвуковых скоростях.

Витя восхищённо округлил глаза.

– Здорово! То есть ты умеешь летать?

– Конечно! – Костя расправил плечи. – Я сам себе самолёт. «Рокетмэн»!

Витя, будучи учеником гимназии с английским уклоном, рассмеялся:

– Человек-ракета?

– В точку, Витя! – улыбнулся Костя. – Человек-ракета. Я бы тебе показал, как всё работает… да вот, поломка. Но как только устраню, обязательно покажу.

– Класс! – оживился Витя. – А мне можно будет с ней полетать?

Костя задумался, прищурился.

– А почему бы и нет? Запросто. Где ты живёшь?

– На Невском! – выпалил Витя. – А сейчас я в летнем лагере «Питерские скауты». Пятый отряд, крайний корпус. Мы там живём.

Костя кивнул.

– Отлично. Зайду в гости после отбоя. Договорились?

– Конечно! Буду ждать вас, Костя!

Недалеко в лесу раздались голоса:

– Витя! Витя! Зайцев! Ты где?! Слышишь?!

Витя обернулся.

– Это меня ищут… Я пойду, а то у нас Старший скаут – злой дядька, ругаться будет.

Костя пожал ему руку.

– До встречи, командир! – И скрылся в чаще.

Витя побежал на голоса.

На плацу лагеря «Питерские скауты» выстроились дети и вожатые. Перед шеренгой стоял высокий мужчина с короткой стрижкой – начальник лагеря, бывший армейский полковник.

Он метнул недобрый взгляд на Витю Зайцева, стоящего отдельно от строя, и начал:

– Итак, товарищи скауты! Сегодня мы обсуждаем чрезвычайное происшествие – проступок скаута Зайцева, который, грубо говоря, заблудился в трёх соснах!

Скауты заржали. Всем, кроме самого Вити, было весело.

Полковник продолжил:

– Даже при наличии компаса скаут Зайцев не сумел найти ориентир! Хотя это должен уметь каждый скаут! – Он шагнул ближе к Вите. – Мы проходили это, скаут Зайцев, или не проходили?

– Проходили, – шмыгнув носом, ответил Витя.

– А если проходили, почему ты потерялся? Тебя искал весь лагерь.

– Не знаю… Так получилось.

Старший скаут побагровел.

– Ты что, Незнайка на Луне?

Скауты снова хохотнули, тыча в Витю пальцами.

– Законы скаутов суровы, но справедливы. Не доходит через голову – дойдёт через ноги! Я правильно говорю, товарищи скауты? – ожидая подтверждения, сказал полковник.

– Да! Правильно! – в один голос поддержали его вожатые и ребята. – Пусть дежурит по ночам! До конца сезона!

Полковник, довольный как римский император, пробормотал себе под нос:

– Разделяй и властвуй… – Потом снова повернулся к Вите и сказал: – Ты слышал, скаут Зайцев, что тебе говорят товарищи?

– Слышал… – тихо ответил он, не поднимая головы.

– Значит так, – продолжил тот, – с завтрашнего утра у тебя индивидуальная программа: кросс на три километра и ночные дежурства – до конца сезона. Голосуем?

Скауты синхронно подняли руки.

– Единогласно! Всем спасибо! А теперь – отбой!

Лагерь затих.

Глава 4

В корпусе пятого отряда, при слабом свете настольной лампы, за столом сидел уставший Витя. Он дежурил.

Дверь приоткрылась, вошёл проверяющий – тот самый Старший скаут. Витя мгновенно вскочил.

– Ну что, Зайцев, не спим?

– Не спим, товарищ Старший скаут! – бодро отрапортовал он.

Проверяющий окинул его подозрительным взглядом и прищурился.

– То-то же, – сказал Старший скаут с хмурым удовлетворением. – Здесь вам не Питер, Зайцев. Тут настоящая армейская жизнь.

Он навис над Витей.

– Какой девиз скаутов?

– Тяжело в учении, легко в бою, товарищ Старший скаут, – негромко ответил Витя.

Старший скаут улыбнулся, но доброжелательности в этой улыбке не было ни капли.

– Молодец, Зайцев. После нашего лагеря тебя мать родная не узнает. Поверь мне, старому военному.

– Верю, товарищ Старший скаут, – механически сказал Витя, уже зная, что спорить бесполезно.

– Главное – не спать на посту, Зайцев. Я ещё приду, проверю.

Он развернулся и вышел. Дверь хлопнула. Тишина.

Витя ещё долго сидел под тусклым светом лампы, глядя в одну точку. Потом опустил голову на руки и незаметно уснул.

Из темноты в открытое окно заглянула знакомая голова.

– Витя? Витя! Проснись. Это я, Костя.

Витя вздрогнул, подскочил. Ему уже мерещился Старший скаут.

– Я не сплю, товарищ Старший скаут!

– Ты чего? – удивлённо уставился на него Костя. – Это же я. Костя.

– А… Костя? – Витя тёр глаза. – Я подумал, что опять проверка.

– Да кто сюда придёт? – отмахнулся Костя. – Все давно спят. Ну что, полетаем?

Витя посмотрел на него с сомнением.

– Прямо сейчас?

– Самое время. Никто не помешает.

– У тебя же турбина сломалась?

– Да. Но у меня есть запасная. Ты же хотел научиться летать – вот и потренируешься.

– Я вообще-то дежурю до утра… а потом у меня кросс, – неуверенно пробормотал Витя.

Костя усмехнулся:

– Да кому тут нужно твоё дежурство? Этих скаутов из пушки не разбудишь. Спят без задних ног.

Витя тоже знал: после изнурительных занятий скауты действительно спали крепко. Разбудить их мог только пожар. И то не всех.

– Ты так думаешь?

– Уверен, – кивнул Костя.

– Ну тогда… – Витя встал. – Тогда я согласен.

Глава 5

Друзья выскользнули через дыру в заборе, скрылись в темноте леса и вышли к посёлку неподалёку. Дом, к которому мальчика привёл Костя, оказался скромной деревянной дачей с чердаком и навесом. Витя с интересом осматривал жилище.

– Это твой дом?

– Нет. – Костя улыбнулся. – Снял на лето. В Питере жильё дорогое, а здесь всё дешевле. Да и турбины хранить удобно.

– Так их у тебя много?

– Да нет, – пожал плечами Костя. – Всего две. Одна – запасная. Всё-таки от Сыктывкара до Питера путь не близкий. Туда-сюда не налетаешься.

Витя кивнул, хотя про Сыктывкар знал только одно – что там живёт Костя.

– А ты что, в Питер прилетел работать?

– Можно и так сказать, – ответил Костя. – Собираю материалы о знаковых местах Петербурга: музеях, памятниках, архитектуре.

– А зачем тебе это?

Костя засмеялся:

– Как зачем? Чудак человек! Пишу докторскую диссертацию.

У Вити тут же сработала ассоциация: белый халат, стетоскоп, градусник.

– Так ты врач?

Костя рассмеялся:

– С чего ты взял?

– Ну… раз докторскую дис… дис…

– Диссертацию, – подсказал Костя. – Я же говорил – я историк. Кандидат исторических наук. Преподаю в университете.

– Ага, значит, ты учёный? – уточнил Витя, произнося новое слово с уважением.

– Можно и так сказать. Молодой учёный, – с гордостью кивнул Костя.

Витя всё ещё сомневался.

– А я не хочу быть учёным. Мама говорит, что им мало платят. Я хочу быть банкиром.

– Банкиром? – переспросил Костя, слегка приподняв бровь.

– Папа говорит, что быть банкиром очень престижно. Сиди себе в банке и принимай денежки.

Костя задумчиво посмотрел на Витю. Такой подход его, мягко говоря, удивил.

– Глупости всё это, – сказал Костя и покачал головой. – Ты что, мультики про дядюшку Скруджа не смотрел? Хочешь быть таким же жадным, как он? Тогда извини, не вижу смысла учить тебя летать.

Витя тут же понял, что ляпнул что-то не то.

– Почему, Костя?

– Потому что рождённый ползать – летать не может. Так сказал один очень мудрый человек, – серьёзно ответил Костя.

Сравнивать себя с противными, скользкими гадами Вите совсем не хотелось. Он быстро передумал:

– Я не хочу ползать! Я уже не маленький. И банкиром тоже не хочу быть, раз им летать нельзя.

Костя тут же смягчился и кивнул с одобрением.

– Ну вот, другое дело. Это слова не мальчика, а будущего пилота. Похоже, мне придётся лично заняться твоим воспитанием, чтобы подобные глупости больше не лезли тебе в голову.

Он открыл дверь своей дачи. Внутри царил творческий беспорядок: неубранная постель, стопки книг, бумаги, рукописи, карты. Витя с интересом осматривался. Его внимание привлекла тумбочка, на которой лежал гермошлем с большими красными буквами «СССР». Над ней висела фотография улыбающегося мужчины в таком же шлеме.

– А это кто? – Витя прищурился. – Где-то я его уже видел… Это твой папа?

Костя резко обернулся и с удивлением уставился на Витю.

– Ты это серьёзно? Или шутишь?

– Конечно, серьёзно, Костя.

– Это же Гагарин! Юрий Алексеевич Гагарин! Первый космонавт планеты Земля! И ты меня об этом спрашиваешь?! – Костя явно был возмущён. – Полная деградация образования в вашей гимназии… Кошмар. Нет, Витя, теперь я точно решил: тебя надо спасать. Иначе – труба. И точно не аэродинамическая.

Витя покраснел.

– Ну я же говорю – где-то видел…

Костя немного успокоился.

– Видеть – это одно, а знать – совсем другое. Но тебе повезло, что ты встретил меня. Я составлю тебе индивидуальную программу обучения. К началу учебного года сам будешь консультировать своих горе-учителей. Будешь настоящим вундеркиндом. Мальчиком индиго, как сейчас говорят!

Витя поморщился.

– Не хочу быть Индиго. Мне не нравится это имя.

Костя рассмеялся и похлопал его по плечу.

– Это не имя, Витя. Это значит – очень умный. С высоким уровнем знаний.

Он достал из шкафа компактный двигатель и поставил его на стол.

– Ладно. А теперь займёмся делом. Перед тобой – опытный образец портативного реактивного двигателя РД-1Р. То есть Реактивный Двигатель номер Один, Ранцевого исполнения. Конструкция академика Янгеля и моего дедушки – академика Челомея.

Витя с благоговейным видом уставился на двигатель. Костя продолжил:

– Работает на чистом керосине и жидком кислороде. Они подаются в камеру сгорания, где воспламеняются. Поток раскалённых газов вырывается через сопло, образуя реактивную струю, которая и поднимает пилота в воздух.

– Жидкий кислород? – переспросил Витя. – Это как?

– Это кислород, охлаждённый до минус ста восьмидесяти трёх градусов, – терпеливо объяснил Костя. – И да, воздух можно «заморозить». Ну, почти. Главное – запомни: без жидкого кислорода турбина не полетит.

Витя кивнул, но выглядел слегка озадаченным.

– Понятно. То есть… почти понятно.

– Управляется всё вот этой кнопкой, – показал Костя. – Она у тебя в руке. Нажал – полетел. Отпустил – тормози. Проще пареной репы! А теперь – практика.

Он достал из шкафа лётную экипировку, ловко натянул на себя комбинезон, гермошлем и закрепил ранцевый двигатель. Они с Витей вышли на небольшую поляну за дачей.

Костя запустил турбину. С тихим гулом из сопла вырвалось пламя. Он медленно оторвался от земли и поднялся в воздух. Сделал несколько кругов над поляной и мягко приземлился.

Сняв шлем, он повернулся к Вите.

– Ну что, запомнил, что я делал в полёте?

– Не совсем… – честно признался Витя, глядя на Костю широко раскрытыми глазами. Впервые он по-настоящему поверил: полёты – это возможно. И, кажется, совсем скоро – для него тоже.

– Немного запомнил, – начал Костя. – Ну вот и отлично, молодец! Сейчас проверим, что ты там запомнил.

Он снял с себя турбину, комбинезон, гермошлем, помог Вите надеть экипировку и, подбадривая, постучал по гермошлему.

– Ну вот, космонавт, к полёту готов?

Витя ответил тихо, неуверенно:

– А может, не надо, Костя? Давай лучше в следующий раз? Что-то я боюсь…

Такой ответ Косте совсем не понравился, он даже раздражённо нахмурился.

– Это что за детский сад?! То хочу, то не хочу. Я специально шёл к тебе в лагерь по ночному лесу. Нет, Витя, так дело не пойдёт. Летать – так летать, отказы не принимаются! В конце концов, ты же Виктор, что в переводе с греческого означает ПОБЕДИТЕЛЬ! Ключ на старт! Зажигание! Поехали!

Витя нажал на кнопку «Зажигание». Турбина ожила, и он медленно поднялся на несколько метров над землёй.

Костя крикнул в портативную рацию:

– Газу давай! Газу! Переходи в горизонтальное положение! Ещё газу! Ещё!

Витя услышал команды, прибавил обороты турбине, поднялся выше, перешёл в горизонтальное положение и сделал несколько кругов над поляной. Костя показал большой палец – его улыбка сияла, он радовался успеху Вити.

– На посадку! – дал команду Костя.

Витя приземлился, снял гермошлем, и на его лице заиграла улыбка.

– Ты сделал это! Наш маленький Икар!

Вите казалось, что он до сих пор в небе, но слова Кости уже переставали казаться странными – он начинал к ним привыкать.

– Я – Витя, Костя. Ты забыл? – засмеялся он.

Костя крепко обнял мальчика.

– Нет, конечно. Просто был такой древнегреческий герой, он тоже умел летать. Как и ты теперь! Тебе понравилось?

Витя, не скрывая эмоций, быстро выпалил:

– Это в сто раз круче, чем «американские горки»! Нет, в тысячу раз круче!

Костя разделил восторг друга:

– А что я тебе говорил? Я знал, что ты смелый парень и у тебя получится. Мы с тобой ещё полетаем, Икар! Теперь я буду тебя так называть – это твой позывной, если ты не против. Только скажи, как ты попал на «американские горки»? Там же с четырнадцати лет можно.

Витя сразу ответил:

– Брат помог, у него там друг работал на каникулах.

Костя понимающе кивнул:

– Понятно, по знакомству.

Он помог Вите снять турбину и расстегнуть комбинезон. Витя уже понимал, что быть Икаром – очень и очень классно.

– Я не против, Костя. Зови меня так, если тебе нравится. Знаешь, мне уже, наверное, пора в лагерь. Скоро наступит утро.

Костя тоже понимал, что Вите нужно возвращаться.

– Я тебя провожу?

Витя отказался:

– Не надо, Костя, сам дойду. Дорогу я помню, да и после этого полёта мне уже ничего не страшно!

– Точно не надо провожать? Мне нетрудно.

– Точно! Можешь быть уверен! – быстро ответил Витя.

Костя был доволен – теперь он точно знал, что в лесу Витя не заблудится.

– Хорошо. Думаю, послезавтра отремонтирую турбину, и полетаем вместе. Ты не против?

Витя удивлённо посмотрел на него.

– Я против? Да я только за! Правда, за мной теперь постоянно следит Старший скаут…

Костя посоветовал:

– Не обращай на это внимания. Что-нибудь придумаем.

Витя продолжил:

– А ещё эти кроссы с утра, и так до конца сезона.

Костя понимающе покачал головой:

– Безобразие! У ваших Старших скаутов что, совсем нет совести?

– Видимо, нет, – грустно ответил Витя. – Единственный добрый человек в лагере – врач из лазарета, Светлана Павловна.

Костя оживился:

– А я её знаю! Они с сыном недалеко от меня дачу снимают. Я с ней поговорю, чтобы тебя положили в лазарет. Оттуда проще будет ко мне прийти. Верно, Икар?

Витя согласился с таким планом, и в его глазах загорелась надежда.

– Конечно, было бы хорошо, – ответил Витя. – Зачем мне эти кроссы, если я с пяти лет хожу на плавание?

Костя бегло посмотрел на часы.

– Ну всё, беги. Светает уже. Буду у тебя послезавтра, Икар.

Глава 6

Витя тихо вошёл в корпус. В спальном помещении царила тишина: скауты дремали. Он сел за свой стол – и сразу же перед глазами вспыхнули картины первого полёта.

Дверь приоткрылась, и в помещение вошёл Старший скаут, явно рассчитывая застать Витю спящим. Но мальчик краем глаза заметил его движение, быстро поднялся со стула и доложил:

– Товарищ Старший скаут! За время моего дежурства происшествий не было! Дежурный по отряду, скаут Зайцев!

Старший скаут подозрительно взглянул на Витю.

– Хочешь сказать, скаут Зайцев, что ты не спал?

Витя сделал невинное лицо и без запинки ответил:

– Ни минуты, товарищ Старший скаут!

Старший скаут ещё раз окинул Витю сверлящим взглядом своих рыбьих глаз.

– Ну ладно, считай, что я тебе поверил. Но кросс ты бежать будешь – сегодня, завтра, послезавтра и до конца смены!

Витя бодро выпалил в ответ:

– Есть! Сегодня, завтра, послезавтра и до конца смены, товарищ Старший скаут!