- -
- 100%
- +
Корректор Ксения Черепанова
Дизайнер обложки Мария Ведищева
© Юрий Викторов (Подлипчук), 2025
© Мария Ведищева, дизайн обложки, 2025
ISBN 978-5-0068-4781-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
⠀⠀
⠀
⠀
⠀
Вместо пролога
Он знал, что поэма близка к завершенью,Что сделано все и в указанный срок,Что он обречен от любимых и близкихУйти на скрещение звездных дорог.Он знал, что любая дорога конечна,И прав у него на бессмертие нет.Он слышал, как плавно в оркестре ВселеннойПечальную пьесу играет кларнет.Он знал, что как только тот смолкнетИ вступит небрежно и дерзко фагот,Примчится к нему из Неведомой ДалиГерой его жизни – синьор Дон Кихот.Магеллановы облака
Сыну моему – с надеждойна понимание – посвящаю.Все имеет свои пределы,У всего изначальная есть межа,Так что быть в зачине поэмыУтру третьего января,Быть заснеженному аэродрому,Где мерцать будут взлетных полос огни,Зыбкой синью дорогу подсвечиваяВ неизведанные миры.И морозное утро, и взлетное поле —Тот исходный рубеж и последний порог,Когда все еще только возможность,Как в скрещеньи семи дорог,Когда только предложен выбор:«Нечет? Чет?» – игра без конца.На какой-то дороге – удача,На какой-то версте – западня,А потом опять перепутья —Семь дорог, жизнь вот только одна,А событие не угадано,Начинается с пустяка,Незначительным эпизодом,И какой там исход – никому невдомек.Угадай попробуй, что ВолгойСтанет жиденький ручеек.Ни беду, ни любовь, ни удачуНет возможности угадать.Вот уже на табло время вылета —В пересчете на местное 5:45.И тебе только шаг в поэму:Вещи сдать, на посадку пройти,И тогда уж никто не окликнет:Что ты делаешь?! Подожди!И никто тебе не напомнит,Что другой был возможен маршрут,Что тебя на иных широтахВ эту ночь с нетерпением ждут,Что в штормящем по-зимнему мореЕще с вечера были сполохи видны —На подходе к рейду фальшфейерыЖгли испанские корабли.Подожди же! И фата-морганаДля тебя в стылом небеЭкран развернет —Ты увидишь воочию,Что вся АрмадаК берегам Тавриды плывет.За тобою спешат каравеллыВ порт, где жил Айвазовский,Где Грин мечтал.Это ради тебяВ морозное утроВыйдет к трапуСам Адмирал.Но тебя уже вводит в поэмуГолубых стюардесс деликатный экскорт,И прощально мерцает огнямиУплывающий аэропорт.⠀ ⠀ ⠀ Есть причины всему изначальные,⠀ ⠀ ⠀ От которых событий идет череда,⠀ ⠀ ⠀ И на лист бумаги ложатся⠀ ⠀ ⠀ Зарифмованные слова,⠀ ⠀ ⠀ А над летним полем⠀ ⠀ ⠀ Взмывает лайнер,⠀ ⠀ ⠀ Серой ватой плывут облака…⠀ ⠀ ⠀ Мы однажды делаем выбор,⠀ ⠀ ⠀ А потом говорим: «Судьба».⠀ ⠀ ⠀ А потом понимать начинаем,⠀ ⠀ ⠀ Что заказано нам возвращение вспять,⠀ ⠀ ⠀ Что утрачено дерзкое право⠀ ⠀ ⠀ Невозможное выбирать.⠀ ⠀ ⠀ А когда к нам приходит усталость⠀ ⠀ ⠀ От обыденной суеты,⠀ ⠀ ⠀ Вспоминаем вдруг о Несбывшемся,⠀ ⠀ ⠀ И оно вторгается в сны.⠀ ⠀ ⠀ Словно кальки картин Богаевского,⠀ ⠀ ⠀ Возникают иные миры:⠀ ⠀ ⠀ Лабиринты горбатых улочек,⠀ ⠀ ⠀ Где слышны генуэзцев шаги.⠀ ⠀ ⠀ Снится нам, что по древней Кафе⠀ ⠀ ⠀ Бродит прошлое и видны⠀ ⠀ ⠀ В звездном свете плывущие в море⠀ ⠀ ⠀ Затонувшие корабли.⠀ ⠀ ⠀ Снится сказочная Феодосия —⠀ ⠀ ⠀ Потаенная наша мечта.⠀ ⠀ ⠀ Там в полуденном небе,⠀ ⠀ ⠀ Как птицы, разноцветные облака.⠀ ⠀ ⠀ Только там, если станет плохо,⠀ ⠀ ⠀ Фрези Грант по волнам придет.⠀ ⠀ ⠀ Почему же иным маршрутом⠀ ⠀ ⠀ Улетает в ночи самолет?⠀ ⠀ ⠀ Басовито гудят турбины,⠀ ⠀ ⠀ Далеко под крылом проплывает земля.⠀ ⠀ ⠀ Набежало полетного времени⠀ ⠀ ⠀ Уже три с половиной часа.⠀ ⠀ ⠀ Ритуальный завтрак давно закончен.⠀ ⠀ ⠀ Запах кофе, уют, полутьма.⠀ ⠀ ⠀ Если ладно устроиться в креслах,⠀ ⠀ ⠀ Подремать можно часика два.⠀ ⠀ ⠀ Ну, а я расскажу тебе сказочку⠀ ⠀ ⠀ Про Далекие Острова.⠀ ⠀ ⠀ Это к ним сквозь шторма⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ и сквозь бури⠀ ⠀ ⠀ Адмирал вел свои суда.⠀ ⠀ ⠀ Расскажу, как ревел ураганом⠀ ⠀ ⠀ То один, то другой океан.⠀ ⠀ ⠀ Только прежде о том, как однажды⠀ ⠀ ⠀ В мою жизнь вошел Магеллан.В сорок третьем нас с ВалькойВели на расстрел.Мог я смыться, конечно,Да, видать, оробел…Мог я смыться, да ВалькаВ передрягу попал.Валька ж парень толковый,А вот тут оплошал:⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀ ⠀ ⠀ Поднял руки на окрик⠀ ⠀ ⠀ «Hande hoch» Валентин.⠀ ⠀ ⠀ В общем, так уж случилось:⠀ ⠀ ⠀ Я не смылся один.⠀ ⠀ ⠀ Выбор сделан, хоть, впрочем,⠀ ⠀ ⠀ Что уж тут выбирать:⠀ ⠀ ⠀ Валька б друга не бросил,⠀ ⠀ ⠀ Мне ли Вальку не знать!⠀ ⠀ ⠀ Мы дружили, да только⠀ ⠀ ⠀ В мае прошлой весны⠀ ⠀ ⠀ Оба вдруг Дегтяревой⠀ ⠀ ⠀ Ане объяснились в любви.⠀ ⠀ ⠀ Лично я – под бомбежкой:⠀ ⠀ ⠀ Мол, люблю навсегда.⠀ ⠀ ⠀ А в ответ мне сверкнули⠀ ⠀ ⠀ Из-под челки глаза,⠀ ⠀ ⠀ И шипела девчонка:⠀ ⠀ ⠀ «Посходили с ума!⠀ ⠀ ⠀ Только что я отшила⠀ ⠀ ⠀ Одного дурака!⠀ ⠀ ⠀ Вам бы только потискать,⠀ ⠀ ⠀ Дескать, спишет война,⠀ ⠀ ⠀ Юр, ты парень хороший,⠀ ⠀ ⠀ Не сердись на меня!»Ныли «мессеры» в небе,Немцы прут на восток…Жизнь на нежные чувстваНалагала зарок.Так вот в жизни случается:Любят двое одну,Любят глупо и преданно,Несмотря на войну.А теперь двух РомеоПовели на расстрел.Валька держится храбро,Лишь слегка побледнел,А вина на копейку,И не Вальки вина —Я открыл Эльдорадо:За проемом окнаСтеллажи вдрызг разбиты,Книги тонут в пыли,Валька понял с полслова:«Ладно, кореш, пошли!»Валька – парень что надо!Знал, что я книгочей.Валька был Дон КихотомДля хороших друзей.В общем, все преступленьеВ том, что в зону зашли,Хотя всюду «Verboten»Угрожали щиты.В запрет зону сто метров —Весь-то вызов судьбе.В дом прокрались,Как тени,Сквозь проломы в стене.Зал загажен донельзя,Как бесхозный сортир,Не один здесь подонокБезобразье творил.Среди грязи и смрадаКниги грудой лежат,Достоевский и Чехов,Дюма и Брет Гарт.Ну и мне показалось,Что я Ротшильдом стал.Валька – дело другое:Валька мало читал.Случай, право, и только:Валентин под дерьмомЗаприметил какой-тоПреувесистый том.Золотое тисненье:Буква «Р»… «Ну дела! —Валентин удивился. —Это ж том словаря!»То, что это Брокгауз,Мы узнали потом.Валентин пыль с обложкиОбмахнул рукавом:«Посмотри-ка, Мадонна,А статья – Рафаэль.И еще про актрису —Про Элизу Рашель.До фига иллюстраций,А статьи в два столбца!Знаешь, Юр, эта книгаПоценней, чем Дюма.Брось пока что романы!Слушай, парень, меня:Словари собираем!Все: от «А» и до «Я»!»Спорить без толку, право.Если Валька решил —Оппоненту не хватитНи здоровья, ни сил.А зачем нам Брокгауз,Да и Чехов к чему?Не попасть бы в облаву,Пережить бы войну.От Майкопа до МурманскаДыбом встала земля.Расползлась на полмираИз Берлина чума.Круппы целят в Растрелли,Фрески жжет огнемет,В бывших парках и скверахТрупный запах плывет,Но словарь устаревшийИщут два чудака.А на лапах кошачьихЗа спиною беда.Том на «М» среди хламаБез обложки лежал.«Все равно том толковый, —Валька бодро сказал. —Здесь статья мировая«Фернан Магеллан» —Он при Карле каком-тоПереплыл Океан».И опять мы трудилисьВ дерьме и пыли,Извлекая романы,Рассказы, стихи,Тут-то Вальку два фрицаИ застали врасплох:«Шмайссер» в спину, и окрикХлестнул «Hande hoch».Что еще нам осталось?Только руки поднять.Безуспешно пыталисьМы себя оправдать,Но в немецких приказахЛаконизма предел —За проступки любыеНаказаньем расстрел.Так что суд был на местеФантастически скор:«Этот русский есть жулик,Этот есть мародер!»Что ж, смешная история:Валька книг не читал,А теперь из-за книжекПод конвоем шагал.Валька – парень хозяйственный,Валька – парень нахал.В путь последний собрался,Но Брокгауза взял,Том один – с Магелланом,А в другом – Рафаэль.Немец, что помоложе,С удивленьем смотрел,Как юнец обреченныйОб искусствах радел.Валька плел про Брет Гарта,Рафаэля, Дюма.Мог гордиться я Валькой:Ученик хоть куда.Слушал будто в пол-уха,Вроде даже скучал,А каким эрудитомОн себя показал.И хоть Валька без юмора,Но зато дипломат.Соглашался, что янки и иуде Брет Гарт,Но Брокгауз-то немец,Значит, рассово чист!В общем, also durchause,В общем, nicht kommunist!Я и друг мой шедеврыИз дерьма извлекли,А товарищ мой – гений,Даже пишет стихи.Валентин не стеснялся —Трепался, нахал,Будто я по-немецкиЛучше Гете писал.Видно, немцам ученьеС детства было не впрок,Выдал Валька им с ходаПрошлогодний урок.В общем, herrlich, мол, leuchtetMier, природа вся, т. е. NaturWie glunzt, т. е. светится Sonne!Wie lacht, смеется, по-нашему, Flur!Ах, как Валька старался!Убеждал на «очхор»,Что поэт я и гений,А не жулик и вор,Впрочем, тронул он немцев:Подержав у стены,Взяли том с Рафаэлем,Дали в морду, ушли.Унесли «Рафаэля» иБрокгауза том,Валька душу отвелНепечатным словцом.Вот когда запоздалоНоги ватными стали,От обиды, от гневаГубы мелко дрожали.А где-то пел «Telefunken»На берлинской волнеО солдатской зазнобе,О солдатской судьбе.Время сколько минули,Но в ушах до сих пор:Vor der ZuterneVor dem grossen Torn.Привязал репейникомПошлый рефрен:Wie einst Lili Marlen!Рядом точно казарма,Вот Лили, правда, нет,Есть походная кухня,Есть дощатый клозет,И еще склад с горючимЧасовой стережет.Это все за оградой,За решеткой ворот.И поет «Telefunken»,Что придет скоро май:Es geht alles virnuber,Es geht alles vorbei!⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀⠀ ⠀ ⠀ Шуток Валька не любит,⠀ ⠀ ⠀ Валька – парень нахал —⠀ ⠀ ⠀ Через день склад с горючим⠀ ⠀ ⠀ Словно факел пылал.⠀ ⠀ ⠀ На такое решиться⠀ ⠀ ⠀ Мог герой или псих,⠀ ⠀ ⠀ Все оружие – спички⠀ ⠀ ⠀ И наган на двоих.⠀ ⠀ ⠀ Ночь была с фейерверком,⠀ ⠀ ⠀ С бестолковой стрельбой,⠀ ⠀ ⠀ А с утра полицаи⠀ ⠀ ⠀ Объявились толпой,⠀ ⠀ ⠀ Обходили квартиры⠀ ⠀ ⠀ На предмет партизан.⠀ ⠀ ⠀ Валька влил полицаю⠀ ⠀ ⠀ Самогонки стакан.⠀ ⠀ ⠀ Валька лез с разговором⠀ ⠀ ⠀ Как стукач-дилетант:⠀ ⠀ ⠀ «Я вот так полагаю:⠀ ⠀ ⠀ Сброшен был диверсант.⠀ ⠀ ⠀ Ты просил бы собаку⠀ ⠀ ⠀ Парашют, мол, найти!»⠀ ⠀ ⠀ Полицай матерился:⠀ ⠀ ⠀ «Ты язык прикуси!⠀ ⠀ ⠀ Ты б поменьше трепался,⠀ ⠀ ⠀ Ты дурак дураком,⠀ ⠀ ⠀ Твоего диверсанта⠀ ⠀ ⠀ Днем не сыщешь с огнем».⠀ ⠀ ⠀ Валька мало трепался,⠀ ⠀ ⠀ Валька скромный герой.⠀ ⠀ ⠀ Впрочем, все обошлось,⠀ ⠀ ⠀ Все прошло стороной.⠀ ⠀ ⠀ Правда, Вальку приметил⠀ ⠀ ⠀ Пивший с ним полицай,⠀ ⠀ ⠀ Но, как в песне поется,⠀ ⠀ ⠀ Es geht alles vorbei!⠀ ⠀ ⠀ О диверсиях наших⠀ ⠀ ⠀ Мы, понятно, молчали.⠀ ⠀ ⠀ Немцы нас не повесили,⠀ ⠀ ⠀ Наши орден не дали.⠀ ⠀ ⠀ А теперь, между прочим,⠀ ⠀ ⠀ Так, картинке штрихи:⠀ ⠀ ⠀ Мы Есенина томик⠀ ⠀ ⠀ В том завале нашли,⠀ ⠀ ⠀ На шершавой бумаге⠀ ⠀ ⠀ Шрифт какой-то слепой:⠀ ⠀ ⠀ Мол, «все на свете повторимо»⠀ ⠀ ⠀ И «все равно придет другой!»⠀ ⠀ ⠀ И автограф! Размашисто:⠀ ⠀ ⠀ «Пей, дружок, не робей!⠀ ⠀ ⠀ Твой любимый и верный⠀ ⠀ ⠀ Есенин Сергей!»В передряге дурацкойКнижку взять не смогли,Так что канул автографВ разорах войны.Валька цыкал угрюмо:«Позабудь про стихи!Хочешь, чтобы по дуриНас с тобой замели?!»И участливый ВалькаУтешал: «Не базарь!Ну и что, что автограф?!На толковый словарь!В нем статья мировая:«Фернан Магеллан»Португалец ученый,Шальной Адмирал.Если надо, чтоб подпись,Не тужи! Потерпи!Ради случая выдамПод автограф стихи».И на титульном вывел:«Помни, Юрка, всегда,Этот том с МагелланомЯ спасал для тебя.Будет время, дружище,Ты уйдешь в Океан,Поведешь каравеллы,Как Фернан Магеллан,Если трудно придется,Не базарь! Не скули!Ты пример с КоваливскогоВальки бери!»⠀ ⠀ ⠀ Монотонно гудят турбины,⠀ ⠀ ⠀ Далеко-далеко проплывает земля.⠀ ⠀ ⠀ Ты не спишь? Так дослушай⠀ ⠀ ⠀ Эту сказочку до конца.⠀ ⠀ ⠀ И узнаешь, как утром морозным⠀ ⠀ ⠀ Вдруг Мигель де Сервантес Сааведра⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ придет⠀ ⠀ ⠀ И, прищурив глаза насмешливо,⠀ ⠀ ⠀ Скажет: «Здравствуйте, Дон Кихот!⠀ ⠀ ⠀ Время камни в пустыне разбрасывать —⠀ ⠀ ⠀ Время их другим собирать.⠀ ⠀ ⠀ Не угодно ль синьору поэму⠀ ⠀ ⠀ Однорукому почитать?»⠀ ⠀ ⠀ Ради этой счастливой минуты⠀ ⠀ ⠀ Собираю в узоры бусинки слов,⠀ ⠀ ⠀ И плывут мои каравеллы⠀ ⠀ ⠀ мимо сказочных островов,⠀ ⠀ ⠀ И ночами дорогой монтьельской⠀ ⠀ ⠀ Скачет славный гидальго навстречу судьбе,⠀ ⠀ ⠀ И летит третьи сутки – три дня и ночи —⠀ ⠀ ⠀ «Ил» в заоблачной вышине.⠀ ⠀ ⠀ Нынче вечером как-то обыденно,⠀ ⠀ ⠀ Словно точно назначен был срок,⠀ ⠀ ⠀ Появились в моей комнатенке⠀ ⠀ ⠀ Маяковский, Высоцкий, Булгаков и Блок.⠀ ⠀ ⠀ А вчера трубадурам галантным⠀ ⠀ ⠀ Лютней струны строили в лад —⠀ ⠀ ⠀ Русским рыцарям славы звучали⠀ ⠀ ⠀ Под мелодии старых баллад:⠀ ⠀ ⠀ «Они билися день,⠀ ⠀ ⠀ Они билися два,⠀ ⠀ ⠀ А на третий к полудню⠀ ⠀ ⠀ Рать уже полегла:⠀ ⠀ ⠀ Напоила «сватов»⠀ ⠀ ⠀ На кровавом пиру⠀ ⠀ ⠀ Да сама полегла⠀ ⠀ ⠀ Вся за землю свою!»И постигнуть уже невозможно:Век какой? Год какой? И какая страна?Трое суток уже ты в полетеИли только четыре часа?Категория времени – сплошь парадоксы,Однозначности здесь не найти.То мгновением кажутся годы,То, как вечность, дни и часы.Даты – вехи в потоке событий.Вне события дата – всего только знак.Календарное время низводит событияК роли путаных координат.Мы привыкли, что время в отсчетах:«Были», «есть» и «будет», – ноДарит людям «Четвертое Время»Слов великое волшебство.Возникает в четвертом счисленьиКак реальность, «что быть бы могло».Создает Мир Особых ВозможностейПоэтическое ремесло.Ох, как злит этот мир пуританКак прагматиков сводит с умаНепонятная связь событий,Мозаичная их пестрота.Словно ветер космический спуталКалендарные дни-лепестки,Словно свили Пространство и ВремяПетель Мёбиуса витки.В перекрученной ленте времениНет начала и нет конца,Существует лишь точка отсчета,Изначальных событий межа,Все возможно, когда ПространствоПетлей Мёбиуса захлестнет.И четвертую ночь ординарным рейсомБез посадки летит самолет.До финальной черты продолжатьсяБудет этот странный полет,Но, как должно, в контрольные срокиНа посадку лайнер пойдет.Элегантная стюардессаСообщит, что закончен маршрут,И послушно и деловитоПассажиры ремни пристегнут.Сквозь оконца салонаТебе будет виденВ розоватом мареве солнца восход,Но Земля Неоткрытой ПланетойПод крыло самолет уйдет.И раскрутится лента времени,Притяженье земное ее разорвет,И течение будничной жизниПлавно друг от друга нас отнесет.И закружит тебя, закружитКаждодневная суета,И нелепыми сразу станутСокровеннейшие слова.Но пока ты еще в полете,Слушай исповедь до конца:Ты еще персонаж в поэме«Магеллановы облака».⠀ ⠀ ⠀ Лет всего шестнадцать,⠀ ⠀ ⠀ И идет война.⠀ ⠀ ⠀ А где-то в Океане⠀ ⠀ ⠀ Ждали острова.⠀ ⠀ ⠀ Где-то волны плещутся⠀ ⠀ ⠀ И розовый песок,⠀ ⠀ ⠀ А на ветру морозном⠀ ⠀ ⠀ Стрелковый взвод продрог.⠀ ⠀ ⠀ А в степи заснеженной⠀ ⠀ ⠀ Минные поля.⠀ ⠀ ⠀ А к винтовке старенькой⠀ ⠀ ⠀ Патронов тридцать два.⠀ ⠀ ⠀ И еще граната —⠀ ⠀ ⠀ Одна на целый взвод⠀ ⠀ ⠀ И будто бы исправный⠀ ⠀ ⠀ Трофейный пулемет.⠀ ⠀ ⠀ Но старшина упрямо⠀ ⠀ ⠀ Хрипит: «Не унывать!» —⠀ ⠀ ⠀ А дальше непечатное⠀ ⠀ ⠀ Про Гитлерову мать.Откуда знать мне было,Что много лет спустяРассказывать я будуПро орды Кончака?Забытые страницы…Но, память бередя,Пылают словно свечи,По Руси города.И виделось воочию,Как билась рать в степи,Как новгородцы-северцыБесславно полегли.Закаты тлели тусклые,Фугасок кислый смрад,Не опасаясь, «юнкерсы»Забытый взвод бомбят.Для стойкости и мужестваИз фляжки три глотка.Следил, чтоб все по совести,Все тот же старшина.В энзэ кусочек сала,Два мерзлых сухаря.Закат лег бликом розовымНа минные поля.А на фоне закатаГордо плыли суда,За далекою дальюЖдали их Острова.Под бушпритами пенойЗакипал Океан.Вел эскадру на ЗападАдмирал Магеллан.И в виденьях бессвязныхИз кошмара войныВыносили меняНа простор корабли,Только пали туманы,Тонут в них паруса,Тают белые призраки —Магеллана суда.И склонилась вся в беломНадо мной медсестра.И больничная койка…И вокруг белизна.И в бреду мне являлсяСудовой капеллан,Он, распятье подняв,Что-то гневно кричал.И кренилися мачты,И ревел Океан.«Шмайссер» немец в упорНа меня поднимал.Вновь, как в кадре из «хроники»,«Юнкерс» падал в пике,Черный дым над Батайском,Все Придонье в огне.А к винтовке старенькойПатронов больше нет.Минную равнинуЗаметает снег.Плывут, плывут куда-тоВ закатах корабли,А в сорок третьем ВалькуВ Германию везли.Товарные вагоны…Уходят поезда…Уходят эшелоныДорогой в никуда,От хлористого кальцияВо рту пылает жар,И вдруг запели где-тоПод перебор гитар:⠀ ⠀ ⠀ «В бездорожье в ночь глухую⠀ ⠀ ⠀ Понукает Росинанта⠀ ⠀ ⠀ Рыцарь славный из Ла-Манча.⠀ ⠀ ⠀ На осле за господином⠀ ⠀ ⠀ Поспешает верный Санчо,⠀ ⠀ ⠀ Обгоняя Росинанта,⠀ ⠀ ⠀ Посылает вскачь осла.⠀ ⠀ ⠀ Перед взором Санчо Панса⠀ ⠀ ⠀ Обольщенья Острова».Ах, как пели гитары!Как смущали слова:Мне ведь тоже, синьоры,В путь-дорогу пора!Но шептал кто-то в белом,Кто-то в белом шептал:«Сегодня понедельник, и дел невпроворот,А этот, вероятно, до завтра доживет…»Умереть мне до срока,Эй ты, в белом, нельзя!Меня ждут в ОкеанеМагеллана суда.Ну, а сроки настанут,Знаю я наперед,Что любимая словомПонадежней убьет.Сегодня ж понедельник,И дел невпроворот,Да и Тобосской ДамыНе встретил Дон Кихот,⠀ ⠀ ⠀ «38 и 9», – медсестра бормотала,⠀ ⠀ ⠀ Над Испанией звездное небо вставало.⠀ ⠀ ⠀ 38 и 9… И чудится мне⠀ ⠀ ⠀ Стук копыт по иссохшей от зноя⠀ ⠀ ⠀ Монтьельской земле.Это ночью в бездорожьеПонукает РосинантаРыцарь храбрый из Ла-Манча.И спешит за господиномНеизменный Санчо Панса.Славный Рыцарь свою клячуОстрой шпорой понуждает,Он уверен: злой ВолшебникДульсинеей помыкает.Околдованная ДамаОбратилась в поселянку,И простою девкой сталаБлагороднейшая дама.Спит с погонщиками муловИ не видит в этом срамаБлагороднейшая Дама.Ну, а Санчо в ночь глухуюПосылает вскачь осла,Потому что обольщаютСанчо Панса Острова.Губернатором назначитьСанчо рыцарь обещал.Уж себя персоной важнойСанчо Панса представлял.И не знает глупый Санчо,Что такое «Острова»:Называют так предместья,Где ютится беднота,Чудаки во тьме плутают.Как с дороги тут не сбиться?!А с Тобосской ДульсинеейПостоялец веселится.Он в фривольных пантомимахДульсинее показал,Как лошадку с диким нравомКабальеро усмирял.Распалилась Дульсинея,Просто удержу не знает,После каждой новой скачкиПолдублона получает,И хохочет Дульсинея,Ей врата отверзлись рая.А в ночи спешит гидальго,Росинанта понукая.⠀ ⠀ ⠀ Но рассвет, и гаснут звезды,⠀ ⠀ ⠀ Затихает звон гитар.⠀ ⠀ ⠀ И к утру как будто меньше⠀ ⠀ ⠀ Опаливший ночью жар.⠀ ⠀ ⠀ В тишине стерильной⠀ ⠀ ⠀ Стынет белизна…⠀ ⠀ ⠀ Надо мной склонилась⠀ ⠀ ⠀ Девчушка медсестра.⠀ ⠀ ⠀ И ее ладошки⠀ ⠀ ⠀ Льдинками легли.⠀ ⠀ ⠀ «Друг ты мой хороший!⠀ ⠀ ⠀ Ну, еще усни!»⠀ ⠀ ⠀ На лице веснушки…⠀ ⠀ ⠀ Синева у глаз…⠀ ⠀ ⠀ Я дарю фату ей⠀ ⠀ ⠀ И Шопена вальс,⠀ ⠀ ⠀ Я дарю ей звезды,⠀ ⠀ ⠀ Рифмы и цветы⠀ ⠀ ⠀ И опять в тумане⠀ ⠀ ⠀ Вижу корабли…⠀ ⠀ ⠀ Улетели птицами⠀ ⠀ ⠀ Легких две руки.⠀ ⠀ ⠀ На рассвете зыбки⠀ ⠀ ⠀ И прозрачны сны…Уж коль стрела в излете,То не перечь судьбе.Мы стремимся к звездам,А падаем к земле,Ну, а ты что вздрогнула,И в глазах испуг?Ты долетишь целехонькойДо надежных рук.Все идет как надо:Сервис и уют,Службы дальней связиСамолет ведут.⠀ ⠀ ⠀ «Ил» летит серебристой птицей,⠀ ⠀ ⠀ Розоватой полоской заря,⠀ ⠀ ⠀ Остается полетного времени⠀ ⠀ ⠀ Еще два с половиной часа.Ты спросила про Аню?Это случай другой:Дезертир и пройдохаС нею спал как с женой.Так вот в жизни бывает:Двое любят одну,Любят чисто и преданно,Несмотря на войну.А другой деловитоТянет прямо в кровать.Наша жизнь, мол, мгновенье,Ну, чего еще ждать?!Счастье редко в любви,Как удача в покер,Чтобы были тузы в кареДа еще и в придачу джокер.Мне же карты всю жизньСдают невпопад,Если масть на руках,И тому уже рад.Довелось нам с тобою встретитьсяНа скрещеньи семи дорог,Только вот для свидания⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ ⠀ времениБыл отпущен короткий срок.И теперь шар земной вращаетсяБез тебя.Унесли тебя прочь с планетыСамолеты и поезда.Этот ад я обязан выдержать,Пересилить безумье и боль,Но твержу твое имя проклятоеДень и ночь, как солдат пароль.Слава богу, мотивчик пошленькийОтводил от беды.Незатейливый этот мотивчикПровоцировал на стишки:«Из Прованса, из ПровансаТридцать рыцарей отважныхСобирались в путь.И шумит толпа народа,Слезы, крики восхищенья —Просто жуть!Просто жуть!»⠀ ⠀ ⠀ Десять суток Земля вращается без тебя,⠀ ⠀ ⠀ На планете бушует вьюга,⠀ ⠀ ⠀ Над планетой звенит пустота.⠀ ⠀ ⠀ Но едва о прованских рыцарях⠀ ⠀ ⠀ На бумагу лег первый стих,⠀ ⠀ ⠀ Как в бездонном провале Вселенной⠀ ⠀ ⠀ Звездный ветер затих.И вдруг стало видно —Стало, как в храме на Пасху, светло.Висит Арлекин, на кресте распятый,И глумится над ним Пьеро:«Посмотри на себя, Арлекиша!Морда бита, рассечена бровь.Ловко вздули тебя за песенкиПро какую-то там любовь».Расплодилася уйма поэтов —Разберись, кто плохой, кто хорош,И шельмуем мы каждого третьего,Лад балладный игрив и назойлив,И хохочет Пьеро от души:«Арлекиша, смотри, крестоносцыСамозванно в поэму вошли.А сейчас трубадуры появятся,Лютней струны тронут слегкаИ вплетут куртуазную темуИх прелестные голоса».⠀ ⠀ ⠀ Перед тем, как в путь-дорогу⠀ ⠀ ⠀ Дальнюю скакать,⠀ ⠀ ⠀ Каждый рыцарь даму сердца⠀ ⠀ ⠀ Не забыл обнять.⠀ ⠀ ⠀ Тридцать лилий белоснежных,⠀ ⠀ ⠀ Как залог любви,⠀ ⠀ ⠀ К ножкам милых дам прованских⠀ ⠀ ⠀ Бросили они.⠀ ⠀ ⠀ Тридцать пар клянется честью⠀ ⠀ ⠀ Верность сохранять.⠀ ⠀ ⠀ Тридцать пылких дам клянется⠀ ⠀ ⠀ Терпеливо ждать.⠀ ⠀ ⠀ Ведь из Прованса к Палестине⠀ ⠀ ⠀ Долгий путь, тяжкий путь,⠀ ⠀ ⠀ А сколько будет дел кровавых,⠀ ⠀ ⠀ Просто жуть, просто жуть!⠀ ⠀ ⠀ Каждый рыцарь за идею⠀ ⠀ ⠀ Умереть готов.⠀ ⠀ ⠀ Каждый век таких имеет⠀ ⠀ ⠀ Славных чудаков.⠀ ⠀ ⠀ Дни за днями безвозвратно,⠀ ⠀ ⠀ Как вода в песок.⠀ ⠀ ⠀ Восемь лет прошло в сраженьях.⠀ ⠀ ⠀ Только вышел срок,⠀ ⠀ ⠀ И собрались в путь возвратный⠀ ⠀ ⠀ Десять удальцов:⠀ ⠀ ⠀ Двадцать пало на чужбине⠀ ⠀ ⠀ Доблестных бойцов.⠀ ⠀ ⠀ Те, кто жив, дорогой долгой⠀ ⠀ ⠀ Тянутся домой.⠀ ⠀ ⠀ Видят в снах они тревожных⠀ ⠀ ⠀ Свой Прованс родной.Наконец, родные Альпы!Гул колоколовСлавит в битвах уцелевшихХрабрых удальцов.По дорогам их встречаетРадостный народ.Гимн старинный в честь героевСтройный хор поет.Двадцать девять дам встречает,Каждая – в слезах,По два, по три карапузаВиснут на руках.Лишь одна встречать не вышла.Что уж тут сказать?!От волненья раньше срокаНачала рожать.От испуга раньше срока —Пятый карапуз.В пятый раз живот носила,Круглый, как арбуз.Ах, глупая история!Немыслимый конфуз.Но милый и забавныйРодился карапуз,И кумушки ПровансаСудачат: «Спору нет,Нельзя ж смирять, простите,Бунт плоти восемь лет!»Она ж, как спелый персик,Прельстительна была!И негу обещалиЛучистые глаза.И грудь красотки юнойБыла как ранний снег.А духовник, хоть старый,Но пылкий, как на грех,Он был как одержимыйИ выбился из сил,Поэтому беднягуТрактирщик подменил.Трактирщик, как известно,Смазлив, но не нахал,Капризам дам прелестныхОхотно потрафлял.Почтительно и нежноВсем ручки целовалИ юной даме тожеНи в чем не отказал.Когда ж младенец-первенецСтал в доме щебетать,Решила здраво дама:«Теперь-то что терять?!Вернется ли мой рыцарь,Приходится гадать,А страсти половодьеМолитвой не унять!Велик ли грех, что кто-тоПобалует меня?Зато душой я мужуПо-прежнему верна».И только ГенриеттойИз рода дю ВаллонИзменой чести мужаНе нанесен урон.Явилась эта дамаКак ангел во плоти,Эмблемой вечной верности —В руках ее цветы,Две лилии прелестныеДрожат в ее руках,В глазах – слезинки радости,Улыбка на устах.Но жизнь полна сюрпризов:Предмет ее любви…Изрублен сарациномВ сраженьи на куски,И даже нет могилки,И нет на ней креста,А кровь его впиталаСвященная земля.Что ж, рыцари отважны,Любой из них – герой,Но всех заткнул за поясТрактирщик молодой.Он восемь лет трудился,Он отдыха не знал,Прелестных дам ПровансаНочами утешал.За восемь лет несчастныйВсе ж выбился из сил,Поэтому всех громчеВ восторге завопил:«Vivat! Вернулись рыцари!Им слава и хвала!А то пришли в упадокТрактирные дела».⠀ ⠀ ⠀ Ой-ля-ля! Как бранилися рыцари!⠀ ⠀ ⠀ Ясно, тут не до светских манер.⠀ ⠀ ⠀ «À la guerre, – трубадуры пропели⠀ ⠀ ⠀ С постной миною, – comme à la guerre!»Шумит народ Прованса,Ликует и поет,Но женщин согрешившихВ обиду не дает:«Приспичило, скажите,Безумцам в даль скакать,А кто, простите, женщинОбязан развлекать?Они – что у каминаСмолистые дрова,Им нужен жар и пламя,А в доме нет огня.Бродягам развлеченьеНеверных воевать,А в доме, как гробница,Семейная кровать.Конечно, ГенриеттаЛегендой стать должна,Но многим ли доступнаПодобная стезя?Представьте на минуту,Забросив все дела,Поскачут вдруг прованцыВ далекие края.Когда один безумец —Он вроде бы герой.А много – это бедствие,Сравнимое с чумой,Поэтому красотокНет смысла осуждать,Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.