Земли меча и магии. Книга 1. Часть 2

Ощутимо запахло серой и гарью. Кажется, прямо сквозь каменную кладку Башни стали просачиваться струйки клубящегося чёрного дыма. Медленно поднимаясь наверх, они собрались в непроглядное тяжёлое облако, которое полностью скрыло её вершину из вида.

Гул усиливался всё больше и вдруг оборвался. Из нависшей над Замком тучи ударила вверх мощная огненная струя. Когда она погасла – раздался леденящий душу протяжный торжествующий рёв, такой, какой мог принадлежать доисторическому ящеру. И я увидел Его.

Сверкая зелёной чешуёй и желтым «брюшком», мой первый дракон вынырнул из клубящейся черноты и тут же ринулся вниз. Прямо на меня! Навстречу по земле метнулась и закрыла солнце тень, налетевший порыв ветра едва не сдул меня прочь. Казалось, мгновения – и огромная несущаяся навстречу масса врежется, раздавит, но в последний момент дракон, будто играясь, расправил кожистые крылья и мощно ударил ими по воздуху, замедляя движение.

Заставив землю вздрогнуть, он рухнул на все четыре лапы, противно заскрежетав когтями по камням. Огромная, покрытая шипами и костяными наростами голова застыла буквально в полуметре от меня

Стараясь унять дрожь в непослушных коленях – ощущение было такое, словно ушёл в последний момент от фуры, вылетевшей на встречку – я с трудом оторвал взгляд от пасти с огромными и острыми, каждый с хороший кинжал, клыками, и завороженно уставился в жёлтые нечеловеческие глаза. Они были хищными, но казались при этом пронзительно умными.

Это когда-то первая призванная гаргулия показалась мне страшной… Смешно!

«Приветствую, хозяин!» – пророкотало в голове, возвращая на землю и напоминая, кто я такой и кем являюсь для этого крылатого ужаса.

– И ты здравствуй… Лунная Птица!

«Повинуюсь твоей воле, хозяин! Надеюсь, ты призвал меня для того, чтобы рвать в клочья врагов, чтобы сжигать до основания города, чтобы оставлять за собой плачущих вдов и выжженные пепелища!..»

Мне, похоже, достался крылатый поэт…

– Будет, всё будет! Не переживай! Но сначала, я хочу… – тут не удержался, запнулся, думая, а надо ли оно мне – но поборол минутную слабость, и, отрезая пути к отступлению, закончил: – Хочу научиться летать на тебе! Поможешь?..

Дракон не ответил, но медленно опустился, припадая к каменистой почве, будто вжимаясь в неё, и вытянув вперёд шею. Я неуклюже вскарабкался на спину и развернулся, пытаясь устроиться поудобнее между торчащими вверх, как у стегозавра, костяными гребнями, или даже шипами.

«Садись ниже, хозяин! Между пятым и шестым наростом! Там легче держаться!»

– Спасибо!

Угнездившись, я вцепился руками в торчащий перед собой костяной выступ.

«Держишься? Взлетаем!»

– Поехали!..

Душа ухнула в пятки, вслед за ушедшей куда-то вниз землёй – практически с места, одним лёгким движением, мы взмыли вверх. Хотя было видно, что дракону набирать высоту тяжело, мощные и частые удары крыльев буквально взбивали воздух вокруг.

И тем не менее, фигурки людей и оставшиеся внизу строения становились всё меньше, а Птица расправил крылья и начал планировать, пользуясь набранной скоростью и встречным ветром.

– Делаем круг, потом садимся!.. – изо всех сил закричал я.

«Как скажешь, хозяин!..» – с заметным разочарованием отозвался дракон, но послушно завалился набок, закладывая широкий вираж.

– Ещё полетаем! У нас много битв впереди! Даже сегодня!

«Хорошо!.. Я рад!..»

Посадка вышла немного болезненной, я не удержался и скатился вниз. Отделался, к счастью, лёгкими ушибами. После застенков тёмных эльфов и боёв с кобольдами на такое просто перестал обращать внимание.

Не самые приятные воспоминания о недавнем прошлом запустили цепочку размышлений, которые привели к животрепещущему вопросу о том, что же делать с моей пленницей. Подозвав мужиков – всё местное население высыпало поглазеть на диковинку, и найти живой проводник для моей воли не составило труда – распорядился привести эльфу, а заодно притащить трофейное оружие.

Когда её поставили передо мной, всё такую же независимую и гордую с виду, мечущую глазами молнии, я приказал её развязать. Удивлённый ропот поднялся над собравшейся толпой. Меня даже переспросили, не ослышались ли. Я рявкнул, изображая недовольство. Верёвки тут же упали на землю, а эльфа начала потирать затёкшие руки, затравленно озираясь.

Кивнул на гору оружия, сваленную перед нею.

– Бери что хочешь, и можешь уходить.

Бывшая пленница уставилась на меня огромными непонимающими глазами.

– Повторять не буду! Вон тот кинжал с бонусом на ловкость, и имеет ограничение – только для тёмных эльфов. Это так, без намёков.

Отойдя от ступора, девушка, наконец, метнулась к куче, откуда выхватила тонкий длинный меч и указанный мною кинжал. Ловко проскочив между толпящихся вокруг зевак, она со всех ног кинулась прочь, в сторону выхода из долины.

Я поднял руку, останавливая лучников. Проводив гибкую фигурку взглядом, забрался на дракона и скомандовал догонять.

Когда мы с Лунной Птицей догнали беглянку и пролетели прямо над нею, та, будто почувствовав спиной наше приближение, запрыгнула в какую-то заросшую кустами канаву, тут же буквально исчезнув и сливаясь с местностью. Надеюсь, это напугает её достаточно, чтоб и не вздумала возвращаться, с целью отплатить за проявленное великодушие десятком-другим перерезанных глоток.

Выйдя из крутого пике, дракон принялся остервенело молотить крыльями, поднимая нас вверх – навстречу неслась стена леса, до которого ещё не успели добраться наши дровосеки. Кажется, мы еле успели набрать высоту и заскользили, практически задевая макушки деревьев. Я попросил Птицу пролететь немного так, не поднимаясь и по прямой, чтобы сбить с толку возможных наблюдателей с земли.

Когда мы пролетели, по моим понятиям, достаточно, мы поменяли курс и забрали в сторону главной намеченной мною на данный момент цели – к серной шахте.

Глава 3

– Шевелись, зелёный коротышка! – ушастый и довольно безобразный на вид зелёный коротышка – гремлин, грозно прикрикнул на вяло переставляющего ноги ушастого и также довольно страшненького зелёного коротышку – гоблина. Последний появился из тёмноты рудника, толкая перед собой тяжело груженную тачку, и замер, щурясь от яркого солнечного света.

– Да полноте, дружище! Чего ты так волнуешься? Идёт себе, и идёт… – не поднимая взгляда, подал голос ещё один зелёный коротышка-гремлин, сидевший на земле чуть в сторонке и мастеривший что-то. В уголке его жабоподобного рта азартно, в такт движениям ловких рук, шевелилась травинка.

Гоблин, вжав голову в плечи и понурившись, направился к стоящей неподалёку телеге, из-за высоких бортов которой виднелось насыпанное с горкой светло-жёлтое порошкообразное вещество – сера.

– Владыка Пекус велел загрузить телегу как можно скорее! А нам до дюжины мер не хватает какой-то пары тачек…

– И верно, велел. Ну и что с того? Во-первых, дружище, ты его видишь тут? Нет? Вот и я тоже! А во-вторых, ну будет не дюжина мер, а на одну меньше. Невелика потеря! Он же сам отказался наши механизмы ставить, которые добычу могли увеличить! А на нет и суда нет…

– Балда! Он нам обещал жалованье после продажи выплатить! А мало будет денег – мало и заплатит…

– Да это жалованье нам уже которую неделю обещают… – подал голос ещё один зелёный коротышка-гремлин, проворновылезший из-под телеги с маслёнкой и какой-то металлической деталью. – И где оно, обещанное?

– Ну-у-у, на прошлой неделе что-то было…

– Что-то, ага. Хватило едва на еду этого «что-то». Так скоро нечем жопу будет прикрыть… А я ещё на парового голема хотел накопить, наивный!

– Да, дружище! Верно сказал. Нам совершенно ни к чему утруждаться! Что делай мы что-то, что не делай – всё одно результат будет один! – гремлин, который сидел, ловко, одним движением вскочил на ноги, спрятав результат своего труда в сумку на поясе, и выплюнул травинку. – Я бы вообще, пока суть да дело, ноги сделал… Нечего нам тут больше ловить. В эти земли пришёл новый Владыка! Пекус может хоть что из себя корчить, но его дни сочтены! Он уже проиграл раз, проиграет и ещё. Сам-то сбежал, а наши братья остались там, у треклятого Грифоньего Гнезда…

– Вот и я говорю, вот и я…

– Предлагаете уйти?! Вы чего!.. А как же деньги?..

– Да не ждёт нас ничего. Вот поспорить готов, на любимый гаечный ключ моего предка.

– Ну спорь, спорь… А помнишь ли ты, что мы к Пекусу не просто так служить пошли? Владыка нашу деревню от нежити защитил! Обещал от любых напастей беречь и охранять! Того бандюка, помните, отвадил?.. И оружие выдал, всем, кто в отряд вступил! Я с тех пор с пяток уровней поднял!

– Ага, только за это колдун прибрал к рукам всю нашу ртуть, и нам с неё ни гроша не перепадает. А ведь когда-то исконно наш промысел был!.. Ещё деды мечтали накопить на мастерскую, начать простые механизмы продавать!.. И где всё это?..

– Тихо!.. Слышите? Кто-то едет!

– Ну вот, лёгок на помине. Кажись, наш незабвенный лорд. Пекус, чтоб ему хорошо на коне сиделось…

Гремлины повернулись в сторону звука, один – тот, с которым спорили двое остальных, даже скинул с плеча и поудобнее перехватил свой карамультук. Гоблин, пользуясь тем, что про него забыли, тоже замер, прямо с тачкой в руках, подслеповато щурясь и вглядываясь вдаль.

Вскоре из-за деревьев показался приметный белый конь, остроконечная шляпа и развевающаяся мантия мага. Но ехал он не один, следом показался ещё один всадник – в неприметном сером пыльнике, надвинутой почти на глаза шляпе и заросший бородой.

– Да это же!.. – пробормотал один из гремлинов.

– Он. Тот самый гад, который моего старика на деньги… Тогда… И который пытался нас данью обложить!.. Это что же получается, они, значит, заодно?..

– Да тихо вы!..

Маг и его спутник остановили коней на всём скаку, демонстративно не замечая того, что в гремлинов полетели комья грязи из под ударивших в землю копыт.

– Надеюсь, всё готово?.. – оглядев застывших коротышек, холодно осведомился Пекус.

– Почти, Владыка, – ответил тот из троицы, который выступал в поддержку мага, остальные двое промолчали.

– Почти? Как – почти?! Я же говорил: к моему приезду всё должно быть готово! Проклятый чернокнижник вот-вот заявится сюда! Сера – важнейший ресурс для него! Его слуги ещё со вчера крутятся вокруг, не успеем подготовиться, нас застанут со спущенными штанами…

– Осталось каких-то две-три тачки… Эти ленивые гоблины совсем работать не хотят! – виновато склонив голову, буркнул гремлин, так, что его было почти не слышно. Но маг прекрасно уловил смысл фразы.

– Не хотят работать?! – Пекус повернулся к испуганно вздрогнувшему гоблину, который быстро засеменил в направлении входа в рудник, уже с пустой тачкой. – Не хотят работать – так заставьте! Эй! Где вы, мои кисы! А ну, покажите этим ленивым зелёным коротышкам!

Что-то быстро мелькнуло, и прямо на пути гоблина, уже почти скрывшегося в спасительной темноте тоннеля, возникло спрыгнувшее откуда-то сверху существо. Тело гуманоида с четырьмя руками, кошачья голова, просторные шаровары, чалма, украшающие запястья браслеты, татуировки на коже – ракшас внушал страх своей спокойной уверенностью и голодными глазами с хищными вертикальными зрачками.

Гоблин, заверещав, развернулся и побежал назад, бросив своё грубо сколоченное орудие производства – но буквально врезался в возникшее на своём пути препятствие. Вторая кошка, точь-в-точь такая же, как и первая, небрежно опрокинула коротышку быстрым сильным движением, и, оскалившись, стала наблюдать, как тот барахтается и поспешно пытается встать.

– Кисы мои! – от этого слова оба ракшаса дёрнулись, словно от удара – но маг этого, казалось, не заметил. – Сейчас некогда играть! Давайте скорее…

Расстроенно вздохнув, один из многоруких быстрым движением выхватил меч и вонзил в спину гоблина, перерубив позвоночник. Резким взмахом клинка стряхнув кровь на землю, он одновременно поднял конвульсивно дёрнувшееся тело ещё живой жертвы свободной рукой, отпустил и прямо в полёте, выхватив какой-то кинжал, молниеносным ударом пригвоздил коротышку к каменной стене. Всё это он проделывал, не сводя жутковатых глаз с лица Пекуса.

– Вот! Хорошие кисы, хорошие! Всегда понимаете с полуслова!.. – и, в сторону входа в тоннель: – Эй, зелёные! Быстрей! Шевелитесь, шевелитесь, я для чего вас кормлю! Повторять не буду!..

В ответ раздался многоголосый испуганный вой, и в сторону телеги потянулась вереница гоблинов с доверху загруженными тачками – будто они так и стояли, выстроившись по ту сторону, в темноте, и ждали лишь нужного момента, чтобы появиться. Прошла какая-то пара минут, и заветная дюжина мер оказалась набрана.

– Ну что, моя часть сделки выполнена. Как насчёт твоей? – Пекус повернулся к своему спутнику, молча наблюдавшему за тем, как гоблины работают.

– Да, конечно, конечно, – бородач запустил руку за пазуху, и извлёк пару свитков. – Вот. Заклинания «Огненные Мины».

– Но мы договаривались на три штуки!

– Так это когда было? Тогда всё вокруг не кишело кентаврами, грифонами и прочей нечистью. Ситуация изменилась. Мне теперь придётся постараться, чтобы убраться отсюда, остаться целым и не потерять товар…

– Три. Свитка. Уговор был такой!

– Как скажешь, Пекус, – бородач пожал плечами, спрятал свёрнутые трубками куски пергамента обратно и сделал вид, что уже собирается уезжать.

– Эй! Нет, постой! Что я буду делать с этой серой тут?.. Твоя взяла! Давай сюда эти свитки… Скотина.

Усмехнувшись из-под своей шляпы, мужчина извлёк из-за пазухи один свиток. Маг протянул руку – но замер, не завершив движения, с крайне удивлённым выражением лица.

– Это за скотину. В иных обстоятельствах предложил бы смыть оскорбление кровью… Но понимаю твои обстоятельства, и не настаиваю. Мана тебе ещё понадобится. И ты мне нужнее здесь, живой.

Пекус уже было набрал воздух, чтобы крикнуть что-то, но бородач сделал предостерегающий жест свободной ладонью.

– Ты же не думаешь, что я сунулся сюда, не подстраховавшись?… Если хочешь рискнуть и лишиться главного козыря, командуй. Но я бы на твоём месте поберёг кис для настоящего врага…

Когда телега с серой и её новый хозяин, пронзительно скрипя, скрылись за поворотом старой разбитой дороги, гремлины попробовали было поднять вопрос о жалованьи – но Пекус просто взбеленился, и зелёные коротышки посчитали за лучшее заткнуться. Правда, успокоившись, маг пообещал выплатить деньги. Только позже – после победы над чернокнижником…

С чем можно сравнить полёт на драконе? Да ни с чем! И уж точно не с тем суррогатом, который доступен накопившему на авиабилет современному человеку.

Дракон лучше самолёта настолько же, насколько стремительно несущийся сквозь километры мотоцикл круче железного гроба автомобиля. Ветер бьёт в лицо, ты действительно чувствуешь скорость, а не видишь в окно. Стоит пожелать – возносишься к туманным полям облаков, либо стрелой пикируешь вниз, так, что ощущение провалившейся из-под задницы опоры заставляет всё внутри холодеть и сжиматься. А ещё можно лететь низко-низко, распугивая диких зверей и птиц, не успевая толком разглядеть, что несётся навстречу – потому что оно уже исчезает где-то позади…

Я не мог унять захватившее с головой чувство восторга, хотя и очень скоро окоченел, невзирая на предусмотрительно надетый двойной комплект одежды. Мне, как какому-нибудь древнему пилоту, определённо не помешали бы очки-консервы, шлем, а может, даже и шарф с рукавицами. Глаза слезились, ветер пронизывал насквозь, задувал под рукава, за шиворот, и что-то поделать с этим я не мог, держась изо всех сил обоими руками, чтобы не сорваться.

Наверное, братья Райт и какой-нибудь Сантос-Дюмон, ещё один известный пионер самолётостроения, испытывали такой же восторг, как и я сейчас, когда пронзали девственный ещё небосвод Земли первыми аэропланами. Хотя, почему они, сам полёт перестал быть фантастикой гораздо раньше…

Первые планеры якобы были известны ещё древним египтянам, а гигантские змеи поднимали в воздух китайских разведчиков. В средневековой Европе, наследнице античной цивилизации, многие, воодушевившись мифом про Икара, старались использовать крылья и прыгали откуда-нибудь с высоты, обычно неудачно.

Английский монах-бенедиктинец Эйлмер, не то в конце десятого, не то в начале одиннадцатого века прыгнул с аббатства Малмесбери и приземлился на расстоянии больше фарлонга от него. На удивление, выжил, но – переломал ноги. Возможно, этот человек добился бы большего, но его начальство запретило впредь рисковать собой.

В конце восемнадцатого века началась новая эпоха. Братья Монгольфье поднялись на воздушном шаре, наполненном горячим воздухом. Через полсотни лет был создан первый управляемый аэростат – хотя, его изобретение и приписывается ещё Жану-Батисту Мёнье, математику и по совместительству бригадному генералу времён Великой Французской Революции. На поприще создания надёжных и управляемых дирижаблей прославился и тот самый Альберто Сантос-Дюмон, в 1901 году облетевший Эйфелеву башню со скоростью 20 километров в час. Он вообще любил рассекать по Парижу на своём аэростате, приземляясь перед ресторанами и кафе, чтобы выпить чашечку кофе, или летая до дома. Эти понты довели до того, что как-то раз он потерпел крушение, врезавшись в крышу одного отеля, так, что пионер воздухоплавания чудом остался жив после сильного взрыва, повиснув в гондоле. Но это не остановило изобретателя, и спустя какое-то время он представил миру аэроплан – пусть немного позже, чем братья Райт, но зато – способный взлетать в небо сам, без помощи внешних приспособлений, вроде пусковых рельс…

Вспоминая всё вычитанное ранее, я задумался – а насколько в «Землях» детально проработана физика? Возможно ли создание летательных аппаратов тяжелее воздуха? Дирижабли, которые можно строить в Замке Мага – они действительно поднимаются вверх за счёт силы Архимеда, или это просто игровая условность, и сделай я точную копию такой штуки, наполнив хоть сколько угодно лёгким газом, она всё равно не полетит?

Дирижабль пригодился бы в хозяйстве точно. В первую мировую такие штуки вовсю использовались, совершая массовые бомбёжки. В 1914 в Антверпене германцами было разрушено шестьдесят домов и повреждено девятьсот силами одного-единственного цеппелина. Тогда, чтобы подобраться незаметно, использовалась облачность, а для управления вниз вывешивалась малозаметная кабина с телефонной связью, на тросах длиной едва ли не до километра. Вот уж кому наверняка было очень не по себе, куда хуже, чем мне сейчас – болтаться на длиннющем тросе где-то далеко под брюхом летающего гиганта, который ещё и сбить могут…

Погрузившись в эти размышления, я невольно опять засомневался – правильно ли выбрал класс, не стоило ли взять того же мага, ведь он во многом выигрывает у чернокнижника. В мастерских гремлинов можно совершенствовать базовый вариант дирижабля, сочетая предусмотренное игровой механикой и собственные задумки. И пусть разработчики наверняка что-то предусмотрели, какие-то ограничения, чтобы урезать возможности и фантазию игроков, но что-то ведь явно должно получиться! Недаром у тамошних героев есть минимум одна специализация, заточенная на механику и изобретательство, помимо стандартных магических и алхимических. Как я могу вечно играться с заклинаниями, раскладывая на составляющие старые и создавая новые – другим игрокам это становится доступно, только если они найдут где-то хотя бы несколько элементарных магических «первооснов» – так и маги-конструкторы могут бесконечно комбинировать части создаваемых механизмов, в произвольном порядке и формах объединяя как колдовские, так и обычные, физические, движители и части. Чувствую, там развернуться можно неслабо. И это всё вещи более привычные и понятные современному человеку, чем магия.