- -
- 100%
- +
– Так, господа, – подходя к Шэйрэну, проговорил незнакомец из-под лестницы, – быстро все успокоились и сели на свои места, эти люди со мной. Позвольте представиттся, – положив руку на плечо Шэйрэну, произнес он, – я Барон Кэрий Тираухол.
Шэйрэн грубо отстранил руку и поднёс копье к горлу незнакомца. Хлопцы Кэрийя резко вскочили и схватились за ножны. Шэйрэн не вздрогнул и даже не удостоил вниманием Кэрийя, в отличие от Рифаи, которая таращилась, словно перед ней стояло что-то неимоверно иное: то ли вытянутый нос Кэрийя, то ли его поведение приковывали зелёные усталые глаза.
– Я звал твоё рыло на помощь, – приподняв маску со рта, произнёс Шэйрэн. – небось, память подводит?
– Ха-ха, ты чего, хлопчик, – Кэрий горящими глазами смотрел на Рифаю, – по большей мере ради дамы.
– Уёбывай отсюда, – отхлебнув супа, проговорил Шэйрэн, – герой-любовник.
– О-ого, м-да. Вот так вот и бывает, занимайся после этого добром, – с улыбкой подмигнул Рифае барон, – ну что ж, будем считать это благодарностью мне.
– Так это, стало быть, евонная рабыня, – промямлил один из стоячих позади, – милостивый Кэрий.
Кэрий обернулся и неестественно засмеялся, его гортань конвульсивно дергалась то вверх, то вниз. Вытерев пальцем под веком, он стих, уперев руки в бока, и нагнулся к Шэйрэну.
– Что, правда? А продай мне её, вдвое больше золотца накину.
Шэйрэн доел, спокойно вытер рот шарфом своевременно нагнувшегося барона, опустил маску, посмотрел на Рифаю и наконец уверенно повернулся в сторону Кэрийя.
– Каждый волен решать точно так же, как и я. А я решил, что она мне не холоп, захочет – последует за тобой, за нерадивым и неуверенным в себе чмырьдяем, иллюзионно норовящим показаться самодостаточным мужчиной. Потянешь силой – переломаю твои баронские кости.
Кэрий Тираухол молча разглядывал магическое копьё, он не мог связать и двух слов, язык заплетался, скрутился в узелок, некое недомогание лоскутом окутало и свернулось трубочкой.
– Но она альв половину, уважаемый, – прокричал Симмиль.
Кэрий не откликнулся, подняв вверх обиженные глаза и страшно шмыгнув носом.
– Как можно быть столь редкостно красивой? Глубоко насрать на то, кто ты там наполовину, прошу, идём со мной.
Шэйрэн встал из-за стола и возвысился над Кэрийем, разница в росте была колоссальной. Хорошенько толкнув его плечом, он направился к выходу.
– Идём, – не останавливаясь, сказал парень.
Как только он коснулся торца двери, она распахнулась и внутрь влетел немощный стражник, с горохом и бранью врезался в Шэйрэна, после чего рухнул.
– Барон Тираухол, – пытаясь не задохнуться, гаркнул рябой юноша, – король вас срочно вызывает.
– Увы, мне надо идти, – многозначительно чмокнул Рифаю в руку Кэрий. – Но я вас непременно найду, миледи.
Шэйрэн не хотел тут находиться, его выворачивало от улиц, от людей, от атмосферы этого поганого городка, до мерзости изношенного места, от дурно пахнущего народа, старающегося строить из себя культурное общество. Легковоспламеняющаяся смута, как наваждение, паводком тянулось за правителем, не сменявшимся уже давно, настолько давно, что собственные чертоги сгнили, подобно правлению.
Быстрым шагом передвигаясь за Шэйрэном к кузне, Рифая постоянно осматривалась, пытаясь заглянуть во все уголки и увидеть всех людей без разбору. Достигнув крыльца мастерской, через настежь открытую дверь они увидели не самого ремесленника, а юнца, перебиравшего щитки. Завидев клиентов, он сразу позвал кузнеца.
– Запоздалостью пропахло, – сказал мастер. Голос был хриплым. – я уже задумался, куда это вы запропастились, решил, что очередной пустослов.
– Держи свой язык за зубами, – шагнул вперёд Шэйрэн, – и ближе к делу.
– Так, ладно, иди-ка сюда, девонька, – в охапку взяв обработанную кожу с верстака, кузнец прошёл в центр. – Сейчас будем тебе шедевр ковано-плавленого дела изготавливать.
Рифая молча подошла, предварительно покосившись на Шэйрэна. Мастер-ремесленник действовал крайне уверенно, производя свои антропометрические замеры верёвочной линейкой. Пальцами защемив матёрый щетинистый подбородок, он удивлённо обратился к Шэйрэну:
– А ты её вообще кормишь, бугай? – опрокинув взглядом парня за стойкой, сказал он.
Шэйрэн не ответил из-за нежелания измордовать кузнеца и упёрся спиной о стену. Кузнец долго и тягомотно корпел над доспехом, «Если долго, значит качественно», – с этой мыслью ждал Шэйрэн результата работы кузнеца, но насколько эта мысль правдива, можно узнать лишь после прямого столкновения на поле боя.
Спустя несколько скверных часов ожидания и пары заходов подышать уличным воздухом кузнец закончил работу и горделиво выставил её результат напоказ. Кожаный доспех вышел чуть лучше, чем ожидалось, на Рифае он тоже смотрелся неплохо.
– А сидит-то как, – проговорил мужчина, любуясь своей работой, – удобно иль жмет где? Скажи сразу, не стесняйся, чтобы я знал, насколько туго завязывать ремни крепления.
– Все прекрасно, господин, – девушка улыбалась, ожидая комментария Шэйрэна, – отлично сел.
– Что, – наклонившись, тихо на ушко сказал кузнец, – нравится он тебе?
Заметив смущение Рифаи, мужчина резко поменял тему, цокая губами, он нахваливал своё творение, попросив Шэйрэна оценить его детище.
– Отнюдь, – сухо бросил Шэйрэн и направился к выходу, – оплата на стойке.
– Я наполовину альв, – ответила Рифая, – думаю, не стоит на что-то полагаться.
Они вышли на проспект города, курс со всеми попутными ветрами в парус держа к портному. Всю дорога они молчали, ибо Шэйрэн был не из тех, кто поддержит беседу или заведёт её сам, делая это исключительно в редких случаях. Навстречу лицом к лицу к ним вышли уже знакомая шайка и Барон Кэрий.
– Это судьба, я снова вас встретил, – остановился рядом с ними Кэрий. – Прошу, отдай её мне, я втрескался с самого первого взгляда.
Шэйрэн повернулся и посмотрел на Рифаю, затем обратно на Кэрийя, медленно покачал головой, задумался, погрузившись в свои мысли, и скалистой глыбой замер на несколько минут.
– То ли память у меня отшибло, то ли у тебя, возможно, ты упёртый, но как по мне, упоротый. Захочет – пойдёт за тобой.
– Идти за ним? Но… Вы так легко отпускаете меня? Разве… – сказав это, Рифая обиженно опустила голову. – Я не пойду.
– Что? Почему? – в недоумении глазел на неё Кэрий, – Ты же знаешь, что люди недолюбливают альвов, со мной тебе безопаснее, хоть он и необычный человек, но я барон, я в силах защитить тебя, прошу, идём со мной.
– От того пьяницы из таверны меня спас господин Шэйрэн, а не вы, и если бы он ненавидел альвов, навряд ли купил бы меня.
Неловкое молчание затянулось. Кэрий угасал и тускнел с каждым мигом, его глаза ласкали Рифаю, девицу невиданной, но другой красоты, не людской, не альвийской, красоты, парящей на границе двух кровей, враждующих меж собой.
– Я решила, – решительно сказала девушка, отходя всё дальше и дальше от барона, – идёмте, господин Шэйрэн.
Тот последовал за ней, оставив разбитого Кэрийя в компании прихвостней.
Рифая, отвлечённая своими мыслями, даже не заметила, как они дошли до лавки портного. Шэйрэн первым заглянул туда и застал хозяина, увлечённо занятого работой.
– Выбирай, что по нраву, – подходя к портному, произнёс Шэйрэн, – времени ждать на шитьё нового нет.
Рифая легонько перепрыгнула порог, пёрышком влетела в помещение и сразу принялась осматриваться и ощупывать всё, что попадалось ей под руку. Шэйрэн и швец молча наблюдали за полуальвом, которая брала разные одеяния и мерила. Пока она была занята, Шэйрэн смотрел, над чем же трудится портной. Старец сшивал тёмную плащ-накидку.
– Долго ещё шить будешь?
– Нет, милсдарь, – ответил тот, прокусив нитку, – почти закончил. Несколько штрихов, и всё.
Немного отойдя, портной полюбовался на плоды своего труда. Шэйрэн повернулся к Рифае, она вовсю выбирала одежду, хмуро ощупывая разную ткань.
– За сколько отдашь?
– Увы, мил человек, плащ не продаётся, это доченьке на свадьбу, – проговорил швец, с улыбкой посмотрев на Рифаю. – Ей?
– Именно.
– Хм, так вы сказали, – присев на стул и сняв очки, портной пристально посмотрел на Шэйрэна, – нет времени ждать? Мм, ладно, забирайте, если поднажать, то успею ещё один сшить. Так хоть ей приятное сделаю, по глазам вижу, что невинна и чиста спутница твоя, аж на душе приятно, моментально доченьку вспоминаю.
– Благодарю. Сколько?
– Бесплатно, – сказал швец, складывая плащ.
– Нет, десять пылар хватит?
– Бери, я её не вам дарю, а ей.
Рифая тут же покорно подошла.
– Вот, это и это.
В руках она держала салатовое платье-футболку с длинным низом и тёмные лосины с ремешками.
Шэйрэн и старый швец обменялись удивлёнными взглядами. Хмыкнув, парень взял длинные зашнурованные сапоги, а на обратном пути захватил митенки до локтя.
– Рассчитай нас.
– Так, платье с низом – семь, лосины – четыре, сапоги и митенка – по два, – посчитал портной, складывая всё вместе. Плащ он положил на самый верх, – в общем и целом, у нас пятнадцать пылар ровно. – Спасибо вам огромное, господин Шэйрэн.
В этих банальных словах искренности было больше, чем в признании влюблённых.
Рифая подобрала одежду и побежала одеваться в примерочную.
– Увы, я очень давно не встречал людей, которые настолько радуются мелочам… Повезло вам с ней, – улыбаясь, произнёс старик. – Берегите её, ни одному клиенту таких слов не говорил, но, может, это потому, что при виде её, я свою маленькую дочь вспоминаю? Дочь, которая уже вымахала, эх…
– Постараюсь, – ответил Шэйрэн.
Рифая выбежала из примерочной и вцепилась в шею парня, загнув ножки как маленький ребёнок.
– Спасибо-спасибо, – через мгновение Рифая резко отпустила Шэйрэна и покраснела, – спасибо, извините.
Она выглядела волшебно, плащ в разы приукрашивал её образ, вся одежда подчёркивала красивые исхудавшие формы, доспех перекрывал большой бюст от чужих глаз, кожаная основа брони компенсировала вид тем, что выглядела почти так же, как и простецкая одежка.
– Нам пора.
Рифая посмотрела на портного и мило улыбнулась. Выйдя за дверь, девушка врезалась в Шэйрэна, который в этот момент массивным корнистым пнём стоял, вперёд, и заметил Кэрийя и его шайку, движущихся в сторону замка. Их стало заметно больше. Шэйрэн внимательно наблюдал за ними.
– Что-то намечается, – пробормотал он. – Иди к фронтовым воротам города, если начнутся беспорядки, беги, беги в лес, не останавливаясь.
– Постой, – сказала Рифая, вытянув руку, – а как же…
– Когда откажут ноги и грудная клетка стиснется, тогда и остановись. Я найду тебя.
Рифая недоверчиво кивнула. Хоть они и были знакомы всего второй день, но полукровка легко привязывалась, и это был её очевидный минус.
– Что происходит?.. – произнесла она, смотря вслед убегающему Шэйрэну.
Рифая рванула прямо по улице, по пути расспрашивая у прохожих, как выйти к воротам. Спустя какое-то время заветный выход нашёлся. Подойдя ближе, она остановилась и начала оглядываться в надежде увидеть Шэйрэна.
У ворот в этот обыденный день всё было тихо да спокойно, как всегда, здесь стояли двое стражников и как всегда, выглядели они паршиво. Рифая вышла за город, дабы посмотреть, куда ей предложил бежать Шэйрэн, и увидела огромный, лес, преимущественно из хвойных деревьев, мрачный и древний, как этот мир, лес, где растут широкие и длинные деревья, листва которых закрывает небо, и только одиночные упорные лучики не без труда пробиваются сквозь мощную ветви.
– Вот он, лес, – тихо произнесла Рифая, с жалостью разглядывая убитый город, убитые стены, убитую архитектуру, морально убитых людей. – Вдруг что не так, надо бежать сюда, не останавливаясь.
Вдруг раздался дикий гул, двое стражников кинулись на звук. С неба в сторону замка направился сосредоточенный ярко-оранжевый огненный луч, прожигающий дотла всё, что было на пути.
Глава вторая
Рифая рванула со всех ног. Она бежала долго, очень долго, до тех пор, пока не начала задыхаться и не повалилась на землю, жадно заглатывая воздух в лёгкие. Девушка просто лежала довольно-таки долго, а потом наконец облокотилась о дерево и задумалась, уставившись на рыжий измученный холодом слой дёрна. Промелькнули мысли: а что если? А что если Шэйрэн не вернётся, а что если не найдёт, а что если она останется одна, как быть дальше, что делать девушке, которая дальше таверны не уходила и не знает ничего об этом мире, новом мире? Рифая понимала, что за время нахождения в трактире мир сильно поменялся. Сжавшись, она сидела, обдумывая всё. Может, отправиться в обратный путь? Там опасно, не зря Шэйрэн велел бежать до упаду. И Рифая не рискнула ослушаться. Она встала, хватаясь за морщинистый ствол деревца, и в этот момент со стороны поселения раздался звук взрыва. Рифая резко села, укрыв обеими руками голову.
– Твою мать… Шэйрэн, прошу, вернись, – слёзы наворачивались у нее на глаза. – Я не знаю, что делать, не знаю, как быть.
Барышня была уверена в одном: она: возьмёт с Шэйрэна обещание, если тот вернётся, что больше он не оставит её никогда. Рифая выпрямилась, вытерла слёзы и двинулась вперёд, но притормозила и она обернулась назад, ожидая увидеть там судьбоносного господина, однако лицезрела хилого и унылого юношу, который, хромая и подкашиваясь, шёл. Заметив Рифаю, он замер, дёргая пустыми глазами.
– Помоги…
Молодой незнакомец упал навзничь. А девушка вздрогнула, но не решилась предпринять какие-либо действия.
– Эй, – сзади раздался хорошо поставленный голос, – что с парнишей?
Из-за зарослей появился силуэт, а за ним и сам мужчина в курточке серовато-белого цвета. В руках он держал шляпу с завязками, а на правом ухе гордо красовался уголёк, виновник замаравший всё ухо, штыб засел на краюшке верхнего кончика.
– Я-я не знаю, – с опаской промолвила Рифая, – я его не трогала.
– Ну что вы в самом-то деле, – незнакомец подошёл к лежачему бездыханно телу, – я не имел в виду это.
Мужчина в шляпе осторожно дотронулся до парня и пощупал запястье, пытаясь найти пульс, после повернул на спину, начал осматривать, но спустя время бросил попытки сделать что-либо.
– Нет… Жаль молодца, юн слишком был… Мир жесток, не правда ли?
– Целиком и полностью согласна, – сказала Рифая, сев у подножья дерева. – Может, он из Усуара? Т-там сейчас что-то неладное происходит.
– В смысле? Что происходит? В Усуаре бойня?
– Нет, я-я не знаю… Шэйрэн велел мне бежать со всех ног, последнее, что я там увидела, это…
– Что же?
– Луч, луч, который прожигал всё, он, наверное, сжёг весь город… а затем направился к замку, и Шэйрэн тоже там.
– Холера, – хмыкнул мужчина, – ну раз дела обстоят так, то я туда ни ногой, ни рукой.
Рифая не оценила энтузиазм странно одетого бродяги, она помутнела, изящные глаза цвета обширных лугов выступили платиной, усердно сдерживая поток отчаяния.
– Извини великодушно, я не желал… Сказал это, будучи оптимистом по жизни. Шэйрэн – кто он?
– Он выкупил меня у трактирщика Симмиля из Очага доверия.
– Симмиль? Трактирщик Симмиль? Чего? То есть Шэйрэн твой хозяин?
– Не хозяин я ей, – гаркнул внезапно появившийся из ниоткуда Шэйрэн, – и что ты за хрен?
– Господин Шэйрэн, – со слезами на глазах прорыдала Рифая, – вы живы-здоровы…
Судьбоносное копьё в этот раз для незнакомца в шляпе направилось прямо к горлу, чуть надавив остриём.
– Один из маг-мечей, – сказал мужчина осматривая копьё снизу верх, – твою-то мать, ополоуметь, мужик, откуда он у тебя?
– Мымра бородатая! – грозно рявкнул Шэйрэн, подходя ближе. – Ответ на поставленный вопрос я не получил.
– Ах да, точно, позвольте представиться, Фаард Ap-Раине, стихотворец, поэтом назваться не могу, ибо не известен пока, да и скромен я, чтобы самолично провозглашать себя таковым. Послушаете мои стихи?
– Чего ты такого потерял у себя, – спросил Шэйрэн, превратив копьё в маленький кинжал, – что аж на главный материк заявился, нажахиец?
– Славы и признания ищу, я же стихотворец, – неуверенно вставил Фаард, – хочу стать поэтом с мировым именем. Вот, только послушайте.
Душа моя всегда почему-то так вольна.Сквозь приоткрытое окно, проходит всё через неё.Что характерно для меня?Так только воля и луна.Луна не солнце и не светит она так.Но в лунном полумраке свободы больше, чем в полях.И не смею я твердить, что солнце хуже, чем луна.Свободы больше там, где есть родина твоя.По себе я это знаю, ведь там – это родина моя.И родина моя незаменима никогда.Не устану я твердить, что душа моя вольна.Ведь я на родине своей, полный воли и мыслей.Душа моя всегда почему-то так вольна.Сквозь приоткрытое окно, проходит всё через неё.Что характерно для меня?Так это родина моя.– Благодарствую за внимание, – многозначительно поклонился стихотворец. – Стих «Родина», автор и исполнитель Фаард Ар-Раине.
– Родина? Очень красиво, господин Фаард, – с изумлением промолвила Рифая, – я ещё ни разу не слышала авторские стихосочинение.
– Пойдёт, – чёрство буркнул Шэйрэн.
– А вы кто, позвольте поинтересоваться, – улыбнулся стихотворец.
– Не позволю, – грубо ответил Шэйрэн.
– Даты… Жёсткий какой. Как вы ладите с ним, миледи?
– Я-я просто не перечу господину Шэйрэну.
Рифая только сейчас заметила рюкзак на спине Шэйрэна и новый меч в ножнах.
– Вы купили рюкзак и-и меч?
– Рюкзак, – Шэйрэн протянул его Рифае, – еда для тебя и сменная одежда, на первое время хватит.
– Спасибо вам, – с легкой улыбкой произнесла она, – Ш-Шэйрэн, извините, мне непривычно.
– Стоять! Ну вы чего? – быстро спросил их Фаард, – Кинуть меня в этой чаще решили? Я же могу присоединиться к вам? Куда путь держите?
– В Хефрос.
– Я тоже с вами! Прощу милсдарь, – с щенячьим взглядом проговорил Фаард, – буду приукрашивать поход стихами, хотите, в вашу честь сочиню?
– Не удостаивай меня такой чести, – сказал Шэйрэн, задев стихотворца плечом.
– Это значит да? Ведь так?
– Ну что, – промолвила Рифая, не переставая улыбаться, – постараемся втроём поладить?
– А ты разговорчивая, – улыбнулся поэт, – только когда он рядом.
Шэйрэн шёл быстрым шагом, Рифая и Фаард отставали и о чём-то беседовали, но Шэйрэну не было интересно. Парень много чем был увлечён и заинтересован, он привык достигать свои интересы без напутствий от других. Спустя некоторое время Шэйрэн остановился.
– Рифая! – резко произнёс он.
– Д-да? – спросила она, подойдя чуть ближе.
– Прислушайся, – сказал Шэйрэн, – слушай внимательно.
– Хорошо, – Рифая закрыла глаза и прислушалась, как было велено.
Девушка сосредоточилась и прослушивала всё в округе. Издали доносились только редкое пикание птиц и шелест листьев, с которыми игрался небуйный ветер.
– Ничего, – сказала Рифая, открыв глаза.
– Молча слушай, пока не услышишь что-то другое, что-то помимо живности и листьев.
Шэйрэн бросил поспешный взгляд на Фаарда. Тот стоял с невозмутимым видом и всматривался в землю. Рифая, опять-таки закрыв глаза, слушала, долго слушала, но ничего так и не расслышала. Тогда она осторожно посмотрела на Шэйрэна, он в ответ покачал головой.
– Что-то ты рано сдаёшься, – сердито произнёс Шэйрэн, уперевшись о дерево и сложив руки крест-накрест, – не находишь?
– Но я правда ничего не слышу…
– А там, где ручей, где исток?
– Так, хорошо, сейчас, – Рифая села и вовсю принялась слушать, водя руками по земле.
Фаард в сторонке наблюдал. Он пристально смотрел на Шэйрэна, не понимая, чего ожидать от него в следующую минуту. Стихоплёт хорошо разбирался в психологии и поведении людей, но ситуация с Шэйрэном была ему непонятна. Что творится у него на уме? Возможно, причина в маске, скрывающей его мимику и эмоции. Наконец Фаард сел у подножья дуба и переключился на девушку. Рифая неподвижно сидела и тихонько вздыхала, желая оправдать все ожидания Шэйрэна, она старалась изо всех сил и услышала далеко-далеко чуть слышный звук шуршавшего ручейка. Мелкие скалистые осколки и камушки сталкивались, разя ушную полость, звук словно оползень приближался, звонко раздражая слушателя. Потерпев сколько хватило сил, Рифая отряхнулась. Месторасположение определить не удалось, для нее речка шумела уже со всех сторон, загоняя её в тупик.
– Затяжное дело, миледи, – сказал Фаард, подправив одежду. – Не ищется?
– Умолкни, – грубо перебил его Шэйрэн.
Рифая ни на что не обращала внимания на, но её радовала мысль, что Шэйрэн всё ещё верит в неё. Спустя мгновение её нос что-то пощекотало. Открыв глаза, она заметила крупную снежинку с идеальными и ровными гранями – пошёл снег.
– Что? Снег? – поднялась девушка. – Какой сейчас месяц?
– Ну неудивительно, – вытянул язык Фаард, – уже ноябрь.
Белым цветом лавина рассыпалась по округе, наивно стараясь пробиться через природный купол, и только в более открытых областях, сквозь пелену обильного снегопада, ярко проходил солнечный свет.
– Ручей, – спросил Шэйрэн, – где он?
– Вон там! – пальцем указала в гущу леса она.
– Но там, на юге, – засомневался стихоплет, – нет ни ручья, ни речки, я оттуда пришел, Рифая.
– Разве? Я… Я слышала оттуда, – с надеждой в голосе сказала девушка, – там есть, идемте.
Они проследовали туда, куда указала Рифая, путь получился неблизкий, но лес не кончался и никакого ручья не было видно. Рифая остановилась и разочарованно опустила голову.
– Никчёмная, – тихо выругалась девушка.
– Пойдём, – буркнул Шэйрэн, – шустрее.
Шэйрэн шёл впереди, на порядок обгоняя всех, Фаард и Рифая отставали. Полукровка была недовольна своим результатом, а стихотворец всячески пытался успокоить и подбодрить её, но безуспешно.
– Слухай, миледи, да, у тебя не получилось, пробуй снова, проблема-то в чем?! Думается мне, он проверял твой слух.
– Большая половина меня ненавидит, а остальная часть ждёт чудес.
– Ты о чём? – удивлённо спросил Фаард. – Он ждал какое-то чудо?
– Нет, что вы, я не о нём, господин Шэйрэн единственный, кому было насрать на моё происхождение.
– Происхождение? В тебе течёт кровь императорских родов?
– Не-а, я наполовину альв.
– Да хер там, быть не может… Но ты вообще не похожа на альва. Вот почему у тебя такой бледный тон кожи: Ничего не подумай это прекрасно выглядит… Людская и альвийская кровь.
– Скорее всего, мой отец был низшим альвом, а его гены не очень-то и сильны.
– Да… Теперь я понимаю… Где-то слышал, что у представителей альвийской расы слух в тринадцать раз лучше, чем у людей в целом, не знаю, насколько это правда, но он, наверное, и пытался это проверить.
Муторная ходьба в полной тишине длилась невыносимо долго, а Шэйрэн всё никак не останавливался, и наконец долгожданный привал. Фаард уселся на корточки, дабы передохнуть, Шэйрэн толчком повалил дерево набок вместе с корнями. Рифая и рифмоплёт соскочили со своих мест и, как дети, уставились на его проделку, копьё Шэйрэна, ранее превратившееся в кинжал, обернулось лабрисом и за считанные секунды перерубило целое дерево на поленья. Разложив в их виде пирамиды, он вытянул руку, и из его ладони вспыхнул яростный поток огня и начал жадно сжирать одно полено за другим.
– Холера буйная, что происходит-то такое, мужик, ты кто такой? Ха-ха, слов нет… Да как? Я не понимаю, у тебя одно из величайших магических оружий, ты колдуешь без заклинаний, – взявшись за голову, стихотворец начал наматывать круги. – мне бояться или восхищаться? Твою-то мать, ты кто? Дауд? Шарвили? Ты, блядь, кто?
– А что не так? – спросила Рифая.
Непонимающе глядя на обеих, девушка знала, что Шэйрэн ей ничего не ответит, поэтому в первую очередь ожидала реакцию от Фаарда.
– Мадам, ваш спутник… Даже не знаю… Он использовал огонь без слов, у него в руках Гурз – одно из магических оружий, меч, который может принять вид любого холодного оружия, существующего в мире, да к тому же и летает. Мало того, что он простым толчком повалил огромное дерево в экезском лесу, так еще и приподнял его одной левой, чтобы было удобнее рубить.
– У тебя всё? – влез в монолог Шэйрэн. – Если нет, то умолкни, пока не вырвал тебе кадык.
Фаард заткнулся, с трудом заглотнув слюну, Рифая последовала его примеру, не рискнув что-либо вставить, Шэйрэн обратил лабрис обратно в копьё, швырнул его в чащу леса и медленно да вальяжно двинулся следом. Рифмоплёт и девушка молча наблюдали, и после неловкой и затянувшейся паузы Рифая решила разрядить обстановку.
– Зато у нас есть огонь и спать мы будем в тепле.
– Да я не уверен, – ответил Фаард с задумчивой физиономией, – что вообще усну, миледи.
– Господин Шэйрэн убил моего обидчика в харчевне, а после был волен отпустить меня, предоставив мне выбор, – тихо сказала девушка, всматриваясь в огонь, – Я правда не знаю, чего желает господин, но уверена, что он очень хороший человек.