Время, не спеши
- -
- 100%
- +
Звук тихого плача разбудил Егора. «Опять», – утомленно заметил, понимая, что Лебедева снова в своем репертуаре. Посмотрел время. До регистрации оставалось 3 часа. Недовольно завозился в кресле, поправил валик под шеей из толстовки, и попытался, продолжить спать. Аэропорт на ночь почти затих, но возня Инны с всхлипыванием не давала покоя. По звукам он определял, чем она занималась. Открыла бутылочку воды, поднялась на ноги. Раздались шаги. Уходящие. Серов аж подскочил, куда это ее понесло?
– Инна, – окликнул, – Вы куда?
Она остановилась, подошла к нему.
– Мне бы в туалет, – прошептала, смущаясь.
– Давайте, я Вам покажу дорогу, – переживая, что она затеряется, предложил он.
Проводив ее, вернулся, сам себя не узнавая. Интересно, что сказала бы мама? Усмехнулся. Егор – внимательный, как-то не вязалось в ее мнении. Но с Лебедевой надо быть настороже. Падает в обморок, задает непонятные вопросы. Явно проблемы с головой начались. Потеряется, ищи ее. И придется отвечать за «Груз 200». В документах по перевозке указали его номер телефона, потому что Инна свой разбила, а телефон мужа запаролен. Надо бы хоть что-нибудь узнать о ней. В Стамбуле в разговоре Игорь эмоционально рассказал, что занимается грузовыми автомобильными перевозками, и как тяжела доля перевозчиков, поделившись про «Платон» и налоговые вычеты.
Лебедева долго не возвращалась, он даже забеспокоился, когда та показалась в конце ряда. Вид ее был немного лучше, чем раньше. Волосы гладко зачесаны в хвост, лицо свежое.
– Инна, я Вас побеспокою немного, – начал он, склонившись через пустое кресло, когда она села. – У Вас есть близкие родственники? Мама, папа?
Женщина посмотрела на него зелеными глазами, и он поняла, что она опять начнет плакать. Сморщился. Но остановить поток не мог.
– Мы с Игорем детдомовские, – прижав руку ко рту, стараясь сдержать вырывающийся жалостливый всхлип к себе, проговорила Инна.
Серов откинулся на спинку кресла. Промелькнула мысль, мы в ответе за того, кого приручили.
– У меня теперь самые близкие люди – сын Саша и дочь Лена, – услышал с проклятым всхлипыванием. – Спасибо большое, что помогаете мне, – выдохнула она.
«Помогаете! А не помогли! – заметил сам себе Егор. – Так если дело пойдет, ему, что и похоронами заниматься?»
– А сыну сколько лет? – задал вопрос, обливающейся тихо слезами Инне.
– 16, – прогундосила она, из-за заложенного носа.
«М-да, – протянул мысленно Егор. Не помощник пацан. И он сам в похоронах ничего не смыслил. Когда хоронили деда, был подростком. Придется с мамой разговаривать, – вздохнул, провел рукой по волосам, взлохматил их. Общение с ней на эту тему его не привлекало. Не оберешься расспросов, советов, рекомендаций. Прощайте посиделки в инете на ближайшие дни, – простонал внутренне».
– Не надо ей звонить, – ворвался в его размышления голос Инны.
– Что? – изумленно отреагировал Егор.
– Что? – Инна сама была удивлена тому, что сказала. Образ, как Егор находится в комнате с венками, заставил стечь потным каплям по спине.
Лебедева стала искать пакет с остатками бутерброда. Жадно откусила кусок сосиски. Прожевала.
– Вы сами справитесь.
– С чем?
– Не знаю. Я не знаю. Откуда-то появляются не мои мысли, когда я начинаю думать о людях всем сердцем. Я схожу с ума! – с ужасом заявила она, перестав, есть. Она промолчала про видения. Иначе, точно подтвердят, что сумасшедшая и посоветуют, обратиться к психиатру.
– Да, ладно Вам, – сделал попытку успокоить собеседницу Егор. – Вы просто перенервничали. Может у Вас ясновидение? – Про это он знал не понаслышке. Его мама увлекалась эзотерикой и астрологией, и вечно ему говорила про какие-то аспекты планет, транзиты и предсказания. И все крупные сделки обязательно заключала по рекомендации астрологов и подруги ясновидящей. Поэтому он и не любил встречаться с матерью. Она сразу начинала проталкивать, что ему нужно делать по натальной карте, в чем его сильные стороны, и ему обязательно повезет, если он это сделает.
– Вы с ума сошли? – откликнулась Инна, и занялась поеданием бутерброда. Когда рот занят едой, меньше глупостей выскакивает. Лезет всякая ерунда в голову. Не привиделось же, что муж должен умереть, подумала она, и слезы опять набежали на глаза.
Серов задумался над словами Лебедевой. Справится. Она их произнесла, когда он задумался, что возможно и похоронами придется, заняться. До самолета был час времени, и он погрузился в изучение ритуальных услуг по Уфе. На одном из сайтов по ритуал-сервису все было подробно расписано. У него аж мозг закипел от подробного чтения пунктов.
– Инна, а Вы причину смерти мужа будете узнавать? – обратился к женщине. Она сидела с закрытыми глазами, но явно не спала.
– А как узнать? – встрепенулась она, размазывая слезы по лицу. – Где?
Егор понял, что объяснения она сейчас не воспримет адекватно.
– Можно, я займусь этим? А Вам только документы подписать надо будет.
– Спасибо большое, Егор! Спасибо! – зачастила она со слезами на глазах, прижимая руки к груди.
Благодарность, конечно, хорошо, но ему не в помощь, вздохнул Егор, копируя номер телефона ритуальной фирмы в список контактов на смартфон.
Уфа встретила ярким полуденным солнцем. Это лето на Урале было как в тропиках, жара поднималась до 40 градусов. Забрав багаж Лебедевых, Серов на выходе из здания аэропорта начал озираться. Увидев мужчину в черном с плакатом в руке, быстрыми шагами направился к нему, громко постукивая колесами чемоданов.
Инна почти побежала за ним, ничего не спрашивая. Она понимала, что Егору можно полностью довериться. Еще до вылета из Москвы, на посадке, он разговаривал по телефону, что-то долго обсуждая. На плакате встречающего было написано «Ритуал-Сервис». Сердце забилось аритмично.
Мужчины поздоровались рукопожатием, представляясь.
– Аркадий!
– Егор! Инна, жена усопшего, – представил Серов Лебедеву. Чтение сайта «Ритуал-Сервис» не прошло даром. Слово «покойный» убрал из речи.
Инна кивнула головой в знак знакомства.
– У нас фургон на стоянке, можем пройти туда. Сможете спокойно рассмотреть документы, – предложил Аркадий.
В перечне услуг договора на строке, где организовать прощание с покойным, было пусто.
Этот вопрос вызвал у Инны шквал слез, представившей гроб с бездвижным мужем.
– Зал у нас хороший…., – начал Аркадий.
– Нет, – перебила его женщина. – У Игоря свой дом есть, точнее, был, нет, есть, – запуталась она.
– Пишите, прощание из дома, – сказал Серов, положив на ее руку свою ладонь, и слегка пожимая.
Весь ужас случившегося, еще сильнее предстал перед Инной. Она стала захлебываться в рыдании. С нелицеприятным видом перед мужчинами не могла сидеть, выскочила из машины.
Серов извинился перед Аркадием, вышел следом.
– Инна, – позвал ее.
Она оглянулась
– Простите.
– Все нормально, – подошел к ней.
– Я до сих пор не могу принять, что Игоря больше нет, – стараясь прекратить плакать, проговорила она. – Мой адрес… – она назвала улицу и номер дома, – пусть напишут. Я сейчас подойду. И спасибо большое Вам, Егор! Даже представить не могу, как одна справилась бы с этим.
Мужчина ушел, а она выхватила взглядом выходящих из аэропорта людей со счастливыми лицами. Они с Игорем тоже должны были быть такими, а вместо этого она одна и рыдающая. А множество проблем, которые возникают с его смертью, вызывают желание, самой уйти за ним. Дети…. Инна присела, закрыла лицо руками. Как она их прокормит, вырастит без образования и специальности? Она только и умеет, еду готовить и дома прибираться.
Зазвучала музыка. Лебедева не сразу поняла, что за звук и откуда раздается. Звонил телефон Игоря в сумке. Она судорожно начала рыться в ней. Ответить на звонок можно на запароленном смартфоне.
– Игорь, привет, – зазвучал голос водителя Андрея Комарова.
– Нет, это Инна. Он, он в самолете еще, – выдавила она, приподнимаясь. Понимая, что новость о смерти хозяина, может вывезти из равновесия водителя.
– Там рейс есть домой, Инна, пусть он позвонит Алине, чтобы оформляла. Дозвониться не можем до вас. И мне бы заправиться…
– Андрей, сам позвони ей, и оформляйте. Игорь нескоро сможет звонить, – ответила она. Резко отключилась. От невозможности сдержать вырывающееся в голос рыдание. Фуры, грузы, зарплаты, заправки…Похороны! Она так и не выросла из детдомовской, несоциализированной девочки.
Егор скинул предоплату на похороны с остатков денег, слыша разговор Лебедевой через открытую дверь. Но последующая ее истерика, заставила вздрогнуть. Подметил, что устал от этой женщины. Устал от всего того, что на него свалилось, или он взвалил. Хотелось добраться до своей квартиры, принять душ, свалиться на кровать, и вытянуться. «Только через кризисы человек перерождается», – снова припомнилось изречение матери. Ей легко говорить, у нее целый штат работников, поэтому открывает аптеку за аптекой, – выползая из фургона, и направляясь к Лебедевой, думал он. Подойдя, просто обнял ее, прижал к своей груди.
– Инна, давайте я отвезу Вас домой.
– Я…Я… Я не знаю, что делать с машинами…. – взахлеб ревела она. – Там налоговая, кредиты….Я ничего не понимаю…Водитель говорит, надо заправить машину…
– Я помогу разобраться, – вырвалось у Серова, чтобы только не слышать ее плач. Внутренне ругнулся. Логистику он знал лишь понаслышке, когда пару месяцев проработал сисадмином в одной из аптек матери.
– Да? – прозвучал с надеждой в голосе вопрос, и добавила, констатирующим тоном, – вы сталкивались с логистикой – вырвался у нее облегченный вздох.
Инна резко отпрянула от его плеча, перестав рыдать. Взглянула на него залитыми слезами глазами.
– Ой! – закрыла рот руками, а в голове сформировался образ Егорова перед компьютером рядом с Сашей.
Серов даже не стал переспрашивать у этой сумасшедшей, с чего она вдруг так решила. Пустая трата времени. Дороги назад ему не было. Да и самому стало интересно, неужели, ради нее оторвется от сиденья за компьютером в квартире. Вот только по вопросам с налоговой Гугл и Яндекс не помогут. Придется, проконсультироваться у матери. И он тяжело вздохнул, в отличие от Инны.
Глава 3
В такси, едущем к дому Лебедевых, буквально через 5 минут движения, Инну склонило в сон.
Серов, взглянув на нее, почувствовал, как поднимается волна раздражения. Он почти видел себя в своей квартире, а теперь тащится по Уфе потный, усталый. А та, ради кого он делает, спит спокойно, и не представляет для него ни малейшего интереса, даже внешне. Может ее истерики – это игра, чтобы решить проблемы за счет другого? Показала, будто крыша едет, чтобы пожалели. Но с другой стороны, ехать к ней надо, деньги вернуть. Матери отдать долг. Свои еще не скоро будут. Иначе, припашет у себя на работе, чтобы расплатился. С нее не заржавеет. Видеть будет каждый день и допытываться, когда он устроит свою семейную жизнью.
Инна проснулась, и в течение нескольких секунд изумленно смотрела на спину Егора, сидевшего на переднем пассажирском сиденье такси, на водителя, не понимая, где находится. Когда определилась со временем, местом, глаза вновь налились слезами. Скоро будет дома, и она должна сказать детям, что Игорь умер. Лебедева закрыла лицо руками, вновь впадая в паническое состояние. Как хочется быстрее добраться домой, и нарыдаться вдоволь, никого не видя и не слыша.
«Опять! – мысленно воскликнул Серов, услышав возню и всхлипывания с заднего сиденья. – Ладно, хоть, уже подъезжаем. Сейчас вручит эту женщину ее детям, решит вопрос с деньгами, и распрощается. Не хочется быть черствым, но и он не железный, чтобы без конца сострадать чужому горю.
Егор придержал дверцу автомобиля, пока Лебедева выбиралась из него. Вид у нее был, как теперь говорят, трешовый. Он нахмурился. Если дети увидят такую маму, они тоже расплачутся наверняка. Не хватало, и им стать нянькой.
– Инна, соберитесь! – не выдержав, жестко посоветовал Егор, думая, что этим приведет ее в чувство.
Она, не обращая внимания на его слова, почти побежала в дом.
Стиснув зубы, взял чемоданы, направился следом. Вошел в открытую дверь и увидел на пороге среднего роста подростка и почти с него ростом худенькую девочку. Взгляд их выражал безграничное удивление. Лебедевой нигде не было видно, зато слышно. Рев раненой волчицы раздался в глубине какой-то комнаты.
Дети вздрогнули, оглянулись.
– Мама? – воскликнула девочка и убежала на плач.
– Вы кто? – спросил Саша, как предположил Серов.
– Егор! – поставив чемоданы, он протянул руку. – С вашими родителями вместе летел из Турции.
После этих слов пожатие было совершено, но изумление не сходило с лица ребенка.
– А где мой папа?!
– С ним…С ним произошел инсульт в самолете, – собрался с силами и сказал Серов, внутренне проклиная Инну. Оставила его разгребать свое горе.
– Он в больнице?
– Нет, умер! – вот тут и на Егора нахлынули чувства отчаяния мальчика.
– Этого не может быть! – вскрикнул Саша, но продолжаемый вой из комнаты матери, и присоединившийся девичий звонкий плач, дал понять, что это правда.
Он хотел рвануть к семье, но Серов успел его схватить за руку.
– Слушай, Саша! Ты единственный мужчина, который не растекается в плаче, – быстро заговорил он. – Я оплатил доставку тела твоего отца. Его везут сейчас на эспертизу сотрудники «Ритуал-Сервиса». Договор заключили на все услуги, включая похороны на кладбище. Завтра привезут гроб. Мать твоя попросила, чтобы отца вынесли отсюда. И ещё, ваш водитель звонил ему на телефон, сказал, что деньги нужны на соляру.
Александр тоже собирался заплакать. Но слова о топливе, заставили собраться. Он ездил с отцом в рейс не один раз, и понимал, как оставаться без средства существования в дороге с грузом.
Егор увидев, что парень включил разум, продолжил диалог.
– Телефон отца запаролен, а матери – разбился в аэропорту Стамбула. Поэтому вся надежда на тебя решить вопросы по деньгам. Дай мне свой номер телефона, я скину в сообщении сумму, которую заплатил, номер моей карты, и всю остальную информацию по похоронам. Предоплата внесена, остаток прописан в договоре, – сказал он, снимая с плеча рюкзак и доставая файл.
Показав, где прописана цена услуг, вбил к себе в телефон номер Саши. Протянул на прощание руку. Пожимая, проговорил:
– Мои соболезнования! Я твоей маме обещал, помочь разобраться с бизнесом отца. Так, что если понадобится помощь, звони. По специальности я программист. 1С дорабатывал, имею представление о бухгалтерии.
– Спасибо! – ответил подросток глухо. – До свидания. – Он очень желал, чтобы чужой человек ушел из их дома. В комнате родителей установилась тишина, и хотелось знать, что там происходит.
Серов вышел за калитку. Ему бы вздохнуть, что скинул с себя обязанности, но почему то было ощущение, будто бросил на выживание беспомощного ребенка.
Инна, молча, лежала, уткнувшись в подушки и вздрагивая. Поглаживая ее по плечу, рядом сидела Лена, с мокрым лицом, когда Саша вошел в комнату.
– Мама! Что случилось? – не проявляя сочувствия, спросил он. – Где папа?
– Он..он..он умер…. – зарыдала его мать, и еще сильнее вжалась лицом в постель.
– Как? Почему?
На этот вопрос она ещё громче зарыдала, закусив ткань.
– Саша, как мы будем жить без папы? – обратилась к брату сестра, скуля, как щенок.
– Не знаю, – процедил мальчик, и, хлопнув дверью, вышел. Плач его пугал и нервировал. Стремглав добравшись до своей комнаты, он рухнул на еврокнижку, и, вбивая кулаки в поверхность дивана, зарычал. Плакать, как девчонка он не хотел, но беда его тоже подкосила, поэтому волей, неволей, зарыдал.
Но долго распускать слезы и сопли, Саша себе не позволил, поэтому вновь пошел в комнату родителей. Мама была в том же положении, изредка у нее вырывался стон. Лена лежала, приобняв ее. Увидев брата, шмыгнула носом, закрыла глаза, еще сильнее прижимаясь к матери.
Телефон отца, как и предполагал подросток, нашелся в дамской сумочке.
Найдя на компьютере файл с логинами и паролями, созданный отцом на чрезвычайный случай, разблокировал смартфон. Открыл банк-онлайн. На карте было 17 тысяч рублей, на одном вкладе 320 тысяч рублей, на втором 211 тысяч.
«Ничего так! – выдохнул Саша, – полмиллиона. – Потом вспомнил, что нужно отправить деньги на соляру, и понял, сейчас 50000 из этих денег улетят. Потом в месяц за машины выплачивается 100000 – за кредит, лизинг, как сейчас говорят. Все эти цифры Саша часто слышал от отца, таким образом, пытаясь вбить в него азы профессии дальнобойщика с детства: «Сынок, машина даст тебе и хлеб, и крышу над головой». Но полмиллиона в лучшем случае, хватит на месяц или два. А дальше? У папы есть друг, дед Николай. Только он разбирается в машинах, а не в перевозках. Диспетчер Алина? Она свои машины гоняет. Может помочь решить проблемы. Помочь, а не взять весь бизнес на себя, и тащить! А мама может научиться у нее? Очень маловероятно, она хорошо пироги печет, а фурами не интересовалась. Даже не любит ездить на них, боится грузовиков».
Саша опустил голову на стол, стукнувшись больно лбом: «Папа, зачем ты нас бросил?!» – И заревел не хуже матери, но тут вспомнил, что без топлива сидит водитель. Вытер резко рукой влагу на глазах, и набрал номер на телефоне.
– Дядя Андрей, здравствуйте!
– Сашка, привет! А где отец?
– Дядя Андрей… – и замолчал.
– Да, что вы там сегодня?! – воскликнул Комаров, – То мать кидает трубку, то ты пыхтишь. Где Игорь? Я загрузился, выехать не могу, на телефон не отвечает, в вацап тоже.
– Папа умер, – сказал Саша, и еле сдерживая слезы, зачастил, – скажите куда перевести, я сейчас вам скину.
– Что ты сказал? – закашлявшись, спросил водитель, – ты серьезно?
– Мама из Турции приехала одна, без папы. Мне дали договор с фирмой по похоронам. Сказали, завтра в дом гроб привезут. Больше я ничего не знаю, – слезы лились по щекам парня, и ладони уже не сушили лицо.
– Ну, ты меня огорошил! Ладно, хоть стою! А мама?!
– Плачет, рыдает. Я не знаю, что делать?
– Так, парень, не раскиселивайся. Я сейчас поставлю в известность всех наших. А деньги 50000 скинь мне на карту по номеру телефона.
– Хорошо, сейчас сделаю, – ответил подросток.
– И мои соболезнования! Маму береги!
Саша отключился, взглянул на экран смартфона, чтобы выбрать ярлык банка, и увидел строку календаря, напоминающий о важном событии. «Заплатить патент».
Патент! Отец говорил, дня нельзя пропустить.
Он побежал к матери, она спала.
– Мама надо оплатить патент! Иначе, там по налогам будут проблемы, папа говорил! – возбужденно сообщил он.
Инна раскрыла глаза. Сфокусировала взгляд на сыне.
– Зачем ты меня разбудил? – прошептала она. У нее во сне был Игорь. Живой! Крупные слезы текли из глаз.
– Саша, ну зачем ты? – возмутилась сестренка. – Маме и так плохо. Мама, не плачь, – начала гладить ее по плечу.
Раздался сигнал на телефоне. Поступило сообщение. «50000 рублей по номеру на имя Егора Константиновича Серова за организацию похорон и перевозку».
Саша чуть не стукнул себя по лбу, вспомнил про водителя, он так и не отправил деньги на топливо. Скинув деньги всем, и лишившись 100 тысяч, ужаснулся. Как они выживут? За один день лишился ста тысяч, а мама в своем мире.
– Алина, – позвонил диспетчеру, – патент надо оплатить. Как это сделать?
– Через расчетный счет, открой банк-онлайн на компьютере. Там должен быть предыдущий платеж. Найди и повтори его, изменив квартал.
– Я боюсь, что не справлюсь. Вы можете приехать к нам?
– Я уехала из города 2 часа назад, сейчас в дороге. Мои соболезнования, Саша. Извини, не могу. Попробуй, там ничего сложного. Найди оплаты, – она не договорила, связь разъединилась.
Он уже расстроился и разозлился, обдумывая как решить проблему, как секундное просветление напомнило про Серова. Правда, с ним недружелюбно расстался. Но в той ситуации, возможно и простить негостеприимство.
Позвонил ему, но абонент не отвечал. Надеяться не на кого, стиснул зубы Саша. Начал изучать компьютер отца, чтобы найти ярлык банка.
Раздалась музыка входящего звонка на его телефоне, так что парень от неожиданности подпрыгнул.
– Слушаю, – произнес Серов.
– Я отправил вам деньги! – сказал Саша, чтобы начать диалог с приятного.
– Спасибо.
– Егор, простите, можете, помочь патент с расчетного счета оплатить?
– Каким образом? Деньги нужны?
– Нет. Нет. Надо заплатить со счета. Я ничего не понимаю. Все на компьютере отца.
– Час подождет? Я только к дому подъезжаю. Приму душ и вернусь к вам.
– Спасибо большое. Спасибо Вам! – с чувством повторил подросток.
Егор отключился и откинулся на спинку сиденья в такси. До дома не меньше 10 минут езды. О своих инсайтах придется забыть, усмехнулся он. Жизнь, перевернувшаяся с ног на голову, продолжает нести в неизведанное.
Второе посещение Серовым дома Лебедевых отличалось от предыдущего. Александр даже сделала попытку улыбнуться, и предложил чай иили кофе.
– Потом, – ответил Егор, – идем, оплатим патент. Твой отец из-за него очень волновался и потому спешил, вылететь.
– Так Вы знакомы были с моим отцом?!
– Да, немного, правда, 6 часов. Он за это время успел мне рассказать о доле дальнобойщиков, – слегка улыбнулся Серов.
– А я с ним несколько раз в рейс ездил, – гордо заявил Саша, и тут же сник. Отца нет, а он счастливый. Слезы набрались в уголках глаз.
Серов остро почувствовал боль ребенка.
– Давай, садись за компьютер, и открывай. Так быстрее научишься, и сможешь потом сам проводить оплаты, – сказал он, чтобы отвлечь от страданий.
– А зачем? Без папы это невозможно. Мама не станет.
– А ты? Ты же уже почти взрослый! Чего смотреть на женщин! – хмыкнул, показывая, всем видом, на слабый пол нельзя полагаться. – Надо уметь зарабатывать деньги самому.
– Я в школе еще учусь, не могу же ее бросить, – с раздражением ответил подросток.
– Значит, надо научиться!
– Вы серьезно? – возмутился Саша.
– Ты! Можешь мне говорить ты! Да, на полном. Тебе сколько лет?
– 16. В 10 класс перешел.
– Значит, уже большой. Давай, входи в банк, если патент постоянный найдем старые платежки.
На этих словах у Александра возникло к нему полное доверие. А когда отправили в банк платежное поручение, что вызвало у подростка удовлетворение собой, он взглянул на Егора со светящимися глазами.
– Саша! – влетела в комнату сестренка с громким плачем, – мама не отвечает, как неживая лежит!
Стул, на котором сидел мальчик, с грохотом упал на пол.
– Она плакала, плакала, а потом замолчала, я думала, она спит, а она как мертвая, – рыдая, выговаривала девочка по пути в спальню родителей. Там она встала, закусив кулак, чтобы унять рыдание.
Егор приложил пальцы к запястью Инны. Пульс прощупывался, но слабый.
– Принесите воды, – попросил детей.
Александр метнулся быстрее сестры.
– Она не умрет? – спросила с надеждой в голосе Лена.
– Нет. Просто ей нельзя так плакать. Она изводит себя, папу вашего не вернешь. Думаю, надо вызвать «Скорую».
– А, а-а-а-а, – затянула девочка плач, – маму увезут в больницу?
Серов промолчал. Желваки ходили по его лицу. Как можно так себя вести, когда дети есть? – разозлился в адрес Инны.
Саша прибежал, расплескивая, из стакана воду. Егор брызнул ее на лицо женщины.
Пару секунд спустя она открыла глаза. Потусторонний взгляд дал понять присутствующим, что она не осознает реальность.
– Мама! – воскликнула надрывно Лена.
– Не кричи, – одернул ее брат, поглядывая на мать.
– Инна, Вы меня слышите? – спросил Егор.
Она прикрыла глаза, капельки слез скатились по щекам. Она снова в доме, где все создано Игорем, и мучительно его напоминает. Особенно – дети.
– Мама, мама! – заревела ее дочь.
– Саши, уведи сестру, дай ей попить, поесть, – посоветовал Егор.
– Я не хочу! – воскликнула она, когда брат взял ее за руку, и начала упираться.
– Не хочет, заставь. Бутерброд с мясом дай, или пельменями накорми, – жестко сказал Серов, одной истерички ушедшей в нирвану ему хватало. «Скорую» можно, конечно, вызвать, но напичканная лекарствами женщина, будет как сомнабула, овощ. Специфика профессии его матери не прошла для него даром. О седативных лекарствах он знал не понаслышке. Ревизия по ним в аптеках всегда была особой. А то, что надо было поесть не только девочке, но и Инне, это заземление, как сказала бы Наталья Сергеевна с интерпретацией по астрологии.
Он оставил Лебедеву и пошел за детьми. Саша рылся в холодильнике.
– Есть мясное? – поинтересовался Егор.
– Котлеты замороженные.
– Отлично, давай вытаскивай, приготовим. И покормим женщин.
– А Вы..Ты будешь? – раскладывая на столе пакет с домашними котлетами, спросил Саша с надеждой, что мужчина не покинет сейчас их, – здесь всем хватит. Мама готовила. Она все умеет по дому, – как бы защищая ее, добавил.